Star & Golden rose

Медленно, нехотя открываю глаза, жмурясь от яркого солнца. Слишком хорошая погода для такого отвратительного настроения. Вздыхаю, привстав с кровати и смотрю на будильник. 7 утра. Довольно ранний подъём для выходного. Протираю глаза пальцами, детально вспоминая всё, что произошло вчера и в уголках глаз непроизвольно скапливается солёная жидкость, которую тут же стираю. Ощущаю на себе пристальный взгляд и повернув голову в ту сторону, натыкаюсь на проснувшуюся Лили, что осматривала меня с беспокойством, но тут же тепло улыбнулась. — Ты в порядке? — тихо спрашивает рыжая, медленно вставая и потягиваясь, а её волосы переливались ярким блеском в рыжих прядях опускаясь на лицо девушки, что сморщившись от этого, заправила их за ухо. — Нет, не особо, — хмыкаю, опуская голову, слыша как кровать Эванс скрипит и она в пару шагов оказывается рядом со мной, присаживаясь, о чём свидетельствует прогнувшаяся кровать под весом девушки, и Лили крепко прижала меня к себе, гладя по волосам. — Все наладиться, поверь мне, — успокаивающим тоном говорит Эванс и чуть отстранившись, с нежной улыбкой осторожно стирает мои слёзы с щёк. — Я верю тебе, Лили. **** Спустя пару часов мы собираемся на завтрак, который можно официально назвать обедом. Спустившись в гостиную, мы ждём Джеймса, Римуса и Питера. Через пару минут спустилась Марлин, которая тут же обняла меня, давая понять, что она рядом, между нами всё наладилось. Через некоторое время большая часть Мародеров все же явилась. Джеймс вначале посмотрел мне в глаза, как бы спрашивая, все ли хорошо, а потом, удостоверившись, что я более или менее в норме, обратил внимание на Эванс, которая от этого только закатила глаза, но судя по блеску в глазах у подруги, она либо рада его видеть, либо что-то сейчас произойдёт. Я больше склоняюсь ко второму. — Джеймс, ты сегодня неплохо выглядишь, — с улыбкой проговаривает Эванс, а мы с Люпином переглядываемся, как бы пытаясь понять, в чём подвох. — Спасибо, Лили! — Поттер потрясенно растрепал волосы и едва не задохнулся от того, что Лили его обняла. Но стоило ей коснуться его спины, как на ней тут же приклеивается бумажка с надписью «Ударь меня!» Я с Римусом и Марлин прыснули, но заметив взгляд Эванс, попытались спрятать улыбки, что выходило крайне трудно. Отстранившись, рыжая уходит, помахав нам и окликнув Мэри, вышла с ней из гостиной. Джеймс повернулся к нам весь светящийся. — Вы верите в это? Все идёт как по маслу. — Это прекрасно, дружище, — усмехнулся иронично Люпин, скрестив руки на груди. Но стоило ему это сказать, как мы тут же взрываемся хохотом, а Поттер недоумевающе смотрит на нас и затем начал трогать свою спину и найдя листок, взвыл. — Она прицепила «Ударь меня» мне на спину? — догадался он, тщетно пытаясь стянуть листок. — Ага. Я перестаю смеяться, вздрогнув всем телом и взяла Римуса за руку, ища в нем поддержку, он ободряюще улыбнулся, успокаивающе поглаживая костяшки пальцев. Блэк снял листок и кинул его куда-то в сторону. Выглядел он, мягко говоря, паршиво. Да и я не лучше. Кожа стала куда бледнее, мешки под глазами, разбитая губа, пару синяков на скулах, костяшки, на которых запеклась кровь, похоже ему было больно сжимать руки, красные глаза, немного потрепанная одежда и слегка спутанные волосы. Даже таким он остаётся невероятно красив. О, Мерлин, это не то, о чем стоит думать! Когда он поднял на меня глаза, встретившись с моими, он вздрогнул, чуть приоткрыв губы, но нахмурившись, вышел из гостиной. Меня трясло, будто под воздействием Круцио. Дышать становится трудно и я будто возвращаюсь в воспоминания, что казались такими явственно показанными перед глазами. — Все хорошо? — осторожно спрашивает Джеймс, положив руку на моё плечо. — Да, думаю, что хорошо, — слабо улыбаюсь, пытаясь выгнать наваждение. Удостоверившись в этом, Поттер кивает и мы выходим из гостиной под тихий разговор о предстоящем матче по квиддичу. **** Ветер лениво обдувал лицо, в то время как солнце нещадно палило кожу. Джеймс с командой Гриффиндора тренировались на поле, в то время как я, Римус, Лили и Марлин лежали на скамейках трибуны, поддаваясь жарким лучам. Мэри отказалась от нашей компании, признаваясь, что её пригласили в Хогсмид. Свидание это или нет, она не сказала, но судя по сияющей улыбке и краснеющим щекам, это определённо было оно. — Гермиона никогда не любила подобную погоду, всегда ворчала, что от солнца её кожа начинает жечь, — со смехом подаю голос, приоткрыв глаза, но не убирая голову с ног Люпина, а тот не прекратил лохматить мои волосы. — Ты грустишь, когда думаешь о своих друзьях. Скучаешь по ним? — спрашивает Маккиннон с тоской глядя на меня. — Да, но знаете, пора перестать жить лишь прошлым. Моё настоящее и будущее здесь, я не хочу забывать ту жизнь, но думать о ней все время — нет, — заключаю, чуть подняв голову, устраиваясь удобнее, чтобы Люпину было комфортнее. — Леони, мы можем поговорить?! — крикнул Регулус, появившись около лестницы, но не начав подниматься к нам, что значит, эта беседа явно не для всех ушей. Поднявшись, спускаюсь, перед этим кивнув друзьям, что всё под контролем. Спустившись, не успеваю и слова сказать Блэку - младшему, как на него налетает Сириус, начав трясти за плечи. — Какого хрена ты так близко подходишь к ней, ублюдок? — выкрикнул Блэк - старший, толкая брата на землю. — А с чего я должен спрашивать твоего разрешения, братец? — скривив губы, иронично съязвил Рег, пытаясь подняться. Сириус скривился, услышав последнее слово, взяв Регулуса за воротник рубашки и приблизившись к его лицу, холодно бросил: — Разочарование — это чувствовать, что ты действительно мой брат. И отшвырнув его на землю, повернулся ко мне. Приоткрыв рот, пытаюсь что-то сказать, но мне страшно. Я никогда в жизни не видела его таким пугающим. Дрожу всем телом, смотря ему в глаза и подойдя к нему ближе, вздернув голову, не прерывая зрительный контакт, ведь Блэк был куда выше меня. — Ну что, Блэк, это стоило того? Усмирил своё эго? Теперь гордишься собой наверное, да? — подавленно спрашиваю у него, а Сириус прикрыв глаза, разрывая наш контакт, чуть наклоняется вперед, но я отшатываюсь от него, не желая вновь ощутить хоть миллиметр его кожи. — А на сколько гадко тебе, Леони Маргарет Снейп? На сколько сильно черви продырявили твои гнилые внутренности, а? Гордишься собой, девочка? Ты же всех спасаешь. А стоит ли оно того? Может я не хочу быть спасшимся? Ты думала об этом хоть раз? Подумала хоть об одном из нас? Или только о себе? — он подходит ближе, шепча эти слова прямо в ухо, проведя пальцами по моим щекам, от этого всё тело покрывается током, ноги едва не держат, а Сириус все продолжает говорить, — Ты эгоистка, Снейп. Блэк касается своими губами моих, как бы дразня, но он будто и не касается меня вовсе. Играет. Усмехнувшись, даже не взглянув, уходит. А я все же падаю, не сдержавшись, на колени, кашляя от нехватки воздуха, пытаясь дышать всеми лёгкими. В мозгу раз за разом Сириус повторяет свои слова. Противный, отвратительно приторный внутренний голос все время коверкает интонацию Сириуса и повторяет его слова. «Ты эгоистка, Снейп».