Sayonara girl

Коль скоро мы начали разговор о неведомом, позвольте еще вопрос. Вы бы хотели попасть в сказку? В самую настоящую сказку, где добро активно борется со злом (и выигрывает по очкам), где водятся прекрасные принцессы и благородные принцы, коварные колдуньи и воины света? Что-что, было бы здорово? Воля ваша, а я так скажу. На старте непременно уточните условия. А то окажется, что сказка сказкой, добро побеждает, колдунья ворожит, принц колготится с принцессой, а вы на обочине трамвая ждете. И тоскливо провожаете взглядом разношерстную компанию, уносящуюся в поднебесную даль на белоснежном пегасе. А что поделать, никто не обещал, что, будучи в одной жизни простолюдином, в другой вы непременно возродитесь в привилегированном сословии. Принцесса сидела за партой неподалеку от меня и отчаянно тупила. Настолько не шарить в математике даже я бы не словчилась, а навык имелся, поверьте. За подсказку можно было схлопотать неприятности, так что я ограничилась тем, что послала ей сочувственный взгляд. Это всего лишь школа, детка, которая, к тому же, не сильно повлияет на твое будущее. Не то, что на мое. Эх, и почему я не принцесса? Вопрос, разумеется, был риторическим, так что поймав в ответ умоляющий взгляд и едва заметно кивнув в сторону цербера-учителя, я углубилась в тест. В школе я считалась крепким середнячком, полагая больше усилий на то, чтобы не выделяться из толпы сверстников, а не чтобы овладеть науками на превосходно. Науки я худо-бедно усвоила в прежней школе, много лет назад и, по видимости, в другой реальности, а вот насчет не выделяться местный менталитет был суров. Азия-с, господа, тут с субординацией и этикетом не забалуешь. Тем более, что я росла в как бы неполной семье. Нет, отец у меня имелся, более того, официально он не состоял в разводе с матерью, чтобы не портить ей карьеру, а мне портфолио и дальнейшие перспективы. Он аккуратно появлялся у нас дома раз в месяц, мама со всеми подобающими тонкостями предлагала ему чай, а он подробно расспрашивал меня о школьных делах. Но, как говорится, все всё понимали. Поэтому я из кожи вон лезла, чтобы ни одна старая стерва не могла мне походя бросить: «Ты такая невоспитанная, Нару-тян, потому что растешь без отца». Я осваивала искусство поклонов и вежливых ответов, протокольных улыбок и показной мягкости. К концу дня мне обычно хотелось отскрести скрабом опостылевшую лицемерную маску, намертво сковавшую лицо, но дело того стоило. Школьница Осака Нару, как меня теперь именовали, приобрела и успешно удерживала репутацию тихой, послушной и ответственной девушки, соответствовавшей ожиданиям семьи и школы. Осечка вышла только с подругой. Понятия не имею, почему эта деваха прицепилась именно ко мне. Может, из-за того, что я переусердствовала с имиджем квелой тихони и сразу не отшила ее, а потом было поздно. Вообще, желающие дружить с Цукино Усаги в очередь не выстраивались. Кому в суровом мире обязанностей и взаимных долгов нужен ленивый безответственный балласт, способный лишь всюду опаздывать, жрать сладости за двоих, вопить на людях и болтать глупости? Правильно, никому, за исключением второго подобного идиота, какового, по счастью, в нашем классе не имелось. Формально я являлась кем-то вроде куратора мисс Цукино. Таковой выбирался из числа соучеников и приставлялся к каждому неуспевающему, будучи вынужден постоянно капать на мозги однокласснику-недотепе: «Готово ли домашнее задание? Что с проектом по английской литературе? Какую внеклассную деятельность ты выбираешь в этом семестре?» - и тому подобное. Это считалось дополнительным плюсом к твоей собственной внеклассной деятельности, подкрепляло репутацию ответственного исполнителя и учитывалось при поступлении в колледж или приеме на работу. Закончив школу, я планировала учиться и подрабатывать, так что мне это было актуально. Итак, Цукино Усаги возомнила, что куратор – это ее подружка, и помимо школьных мероприятий мне пришлось таскаться с ней по кондитерским, магазинам, залам игровых автоматов и тому подобным местам. Обычная девчонка на моем месте быстро бы окоротила Усаги, указав на неподобающее поведение, но только не я. Я покорно позволяла отвести себя по всем злачным подростковым местам, выслушивала ее щебетание о мальчиках и жалобы на других, менее чутких и более требовательных приятельниц, родителей и младшего брата. Я безропотно помогала ей поправить прическу, убрать пятно с юбки, выбрать корм для кошки и одалживала мелочь на автоматы. Я знала, кем она может оказаться и попросту перестраховывалась. Кто знает, как повернется судьба. Если то, что в моем родном мире считалось выдумками для детей, здесь работало, то я приобретала больше, чем теряла во времени и деньгах. Переводя в реалии нашего мира, а вы, будучи, к примеру, англичанином, отказали бы наследной английской принцессе, вздумай она инкогнито подсесть к вам за столик в кафе и нагло запустить ложку в ваше мороженое? То-то же. Небось, широко улыбнулись и уточнили, не заказать ли еще, чтобы у «дорогой подруги» был больше выбор, да кофейку придвинули, чтобы горлышко ненароком не застудила. Усаги обладала лошадиным здоровьем, а я скромными финансовыми возможностями, так что мой кофе оставался при мне, а она трескала одну мою порцию сладкого за раз плюс к своей собственной. Правды ради, Усаги не специально раскручивала меня на поставку благ ей, любимой. Она искренне считала, что я рада поделиться, как с подружкой, и с благодарностью принимала помощь с домашними заданиями и прочие услуги. А в редкие дни, когда родители находили, за что премировать дитятко, весело спускала собственную наличку, платя за мои подходы к игровым автоматам, каруселям и покупая нам обеим кофе со сладостями. Она действительно считала меня своей лучшей подругой. И знаете, что? Я постепенно втянулась. Она ведь была еще совсем юная, наивная и смешная, эта мисс Цукино Усаги, которую, по версии рисованных историй моего родного мира, также называли Сейлор Мун. И если вам самим не улыбнулась удача родиться принцессой в другом измерении, отчего бы не попробоваться на вакансию первой фрейлины? Особенно, если конкурс нулевой. В новой странной жизни я не раз и не два мысленно посылала самые добрые пожелания и благословения своей бывшей племяннице Ритуле. Где бы ты ни была, моя девочка, и кем бы ни была я, пусть нечаянное добро вернется к тебе и многократно увеличится. Ритуля появилась в моей жизни на самой заре юности, и я не сразу оценила столь щедрый подарок. Первые годы ее детства я считала Ритку вредным мелким колобком, нарушителем планов и спокойствия. То погуляй с Ритой, то приготовь Рите еду, то своди Риту в поликлинику, то: «Ой, Светка, меня сожрут за больничный на работе! Наври что-нибудь в своем универе, посиди с Риточкой». Но все течет, все меняется, Ритуля росла и становилась куда более интересной особой. Я без дополнительных просьб водила племяшку в кино и зоопарк, периодически затаскивала в музеи, стоически игнорируя детское: «Ты опять? Ну, ладно. Только потом пойдем в Детский мир», - читала книжки и обсуждала с ней ее интересы. Пару лет Ритуля буквально фанатела от воинов в матросках, алчно собирая куколок-воинов, наклейки, значки, магниты, брелоки, монетницы и прочий сувенирный шлак. Сколько я ей поназаказывала в интернете, вспомнить страшно. Зато ребенок был счастлив, а пересказывала она лучше всех в своем классе. Тетка-«недотепа» упорно ничего не понимала в отрывочно просмотренных фрагментах, и добрая девочка спешила меня просветить насчет персонажей и их действий. Все имена, тонкости перевоплощения и прочую муру я могла воспроизвести тогда, хоть среди ночи меня разбуди. Мы проигрывали с куколками особенно понравившиеся Рите эпизоды и придумывали новые. Без курса молодого сейлор воина от Ритули я бы точно лоханулась, поспешив сразу отделаться от Усаги. А так лишь приглядывалась, дивясь, как в одном человеке могут сочетаться ленивая раздолбайка и борец со злом местного разлива. Зло вызывало куда больше вопросов, чем добро. В силу возраста, Ритуля акцентировала внимание на девочках в матросках, их волшебном переодевании, кульбитах с жезлами и тому подобной мишуре. А, собственно, кому противостояли героини я постигла вполглаза-вполуха, о чем не раз успела пожалеть. Хорошо, пусть Сейлор Мун со товарищи борется с врагами из Темного королевства. Сразу вопрос. Это именование придумали сами воины в матросках вместе с говорящими кошечками? Какой болван назвал бы свое владение темным, злым и далее по списку? Даже признанная Империя Зла имела куда более прозаическое название, а тут система стояла много веков под столь сомнительным брендом. Пойдем дальше. Я так поняла, интервенты зачастили на матушку-Землю аккурат тогда, когда пришла пора активизироваться воинам в матросках. Что им мешало обстряпать свои злобные делишки, пока воины отходили на Изнанке после прежнего разгрома? Наконец, что, собственно, они искали и, главное, отчего проиграли школьницам? Ах, у девочек оказалось супер оружие. По сравнению с ножом и топором, тот же автомат – самая настоящая вундервафля. Однако в случае с отрядом детишек, раздобывших откуда-то калаш, и противостоящими им обученными воевать взрослыми с ножом и топором, я бы поставила на взрослых просто в силу большего опыта. Да, пока автомат стреляет, часть взрослых точно перебьют. Но вот потом… Хотя и в процессе возможны комбинации. Кого-то уговорят, запугают, посулят вкусняшку и отпустить к маме, любимого хомячка в заложники возьмут и повесить пригрозят, - мало ли, что придумает здоровый, полностью развившийся мозг. Нет, как ни крути, не складывалось у меня слово «вечность» из четырех букв. Посему я сидела тихо, знаний никак не обнаруживала, только старательно дружила с Усаги. И по сторонам в оба смотрела. Потому как сейлор воина с мирским именем Осака Нару в моей памяти не значилось, следовательно, я была обычным человеком, для которого условные силы добра могли оказаться не менее опасными, чем темные интервенты. Невелика разница, сдыхать ли в муках от рикошета светлого или темного заклинания. А уж если угодить под перекрестный огонь… О героических санитарках со светлой стороны я также не слыхала. Спасение утопающих, сдается мне, в любом из миров – забота исключительно самих утопающих, а умер Максим – так и хрен с ним. Кто их считает в запале боя, эти несуразные гражданские потери.