Sayonara girl

Я стояла у игрового автомата без гроша в кармане и меланхолично наблюдала, как Усаги цапается с высоким темноволосым студентом Мамору. Парень подрабатывал в техподдержке, а ночами цеплял маску, нахлобучивал цилиндр и, закутавшись в оперный плащ, прыгал по крышам в поисках не то волшебного кристалла, не то лунной принцессы. О его теневой деятельности Усаги не подозревала, хотя Сейлор Мун не раз пересекалась с Такседомаском в ходе боевых столкновений с темными. Интервенты не дремали и вели аналогичную поисковую работу. Такие вот пирожки с кошками. Говорящими и аж в количестве двух штук. Одна, черненькая зараза, жила у Усаги, при мне изображая обычную мурлыку. Вторая, вернее, второй (это был кот) обретался у одной из внешкольных подружек Усаги. - Сыграешь еще раз, Нару-тян? – вывел меня из задумчивости голос Мотоки, тоже студента, приятеля Мамору, работающего в зале. - Не сегодня, - я опустила голову, демонстрируя смущение. - За мой счет? – Мотоки заговорщицки подмигнул и достал из кармана монетку. - Благодарю, но мне действительно на сегодня хватит. Мама говорит, не стоит слишком увлекаться. Может, предложишь Банни? – я кивнула на наших воителей. - О, рисовый пирожок на марше, - весело фыркнул Мотоки. – Но для победы над Мамору ей еще расти и расти. - Победа бывает разной, сэмпай, - тихо заметила я. – Быть может, не так долго Банни осталось ее ждать. - Ты полагаешь? – рассмеялся Мотоки. Обычный человек, как и я. С ним было легко и безопасно. - Девушки как цветы, – я улыбнулась в ответ. – Расцветут в одно утро, и прохожий замрет от внезапно открывшейся красоты. - А ты романтичная натура, Нару. Наша Банни – и Мамору, это же уму непостижимо. Нет, к тому моменту, как Усаги поразит кого-то в самое сердце, уверен, у него будет иная избранница, более, хм, близкая ему по интересам. Мотоки подразумевал «по уровню развития», но из вежливости сказал вслух иное. - Пари? – не удержалась от верного выигрыша я. - О чем ты? - Они будут чудесной парой, - с показным апломбом заявила я. Мотоки откровенно заржал. – Сто баксов, сэмпай. - Грабить ребенка зазорно, - покачал головой парень, игнорируя мою протянутую руку. - Двести, - не отставала я. – Или… одно желание. В будущем. - Ха-ха, это, по крайней мере, может быть забавно, - повелся Мотоки, сжав мои пальцы. – Хэй, Мамору, друг, отвлекись и разбей. - А? – обалдело крутанулся тайный Такседо. - Пари, - кратко пояснила я. Мамору без слов разъединил наши руки. - Принято, - объявил Мотоки. – Не бойся, Нару-тян, я не заставлю тебя сделать что-либо недостойное, обещаю. «А вот я ничего не обещаю, - пронеслось вихрем в голове. – Кто знает, кем ты станешь при таком-то приятеле». Я кивнула, показывая, что услышала его слова. Усаги подошла к нам, раскрасневшись и пыхтя от возмущения. Наверняка острый на язык Мамору снова выиграл в их пикировке. Предложить ей на досуге зазубрить несколько подходящих афоризмов? - Банни, милая, ты расстроена? – проворковала я, сграбастав у зазевавшегося Мотоки монетку. – Ой, мальчишки всегда такие толстокожие. На вот, сыграй еще. Мотоки угощает. - Спасибо, Мотоки, - тут же просияла улыбкой Усаги, и поражение было забыто. – Ты лучший! Парень польщенно улыбнулся. Мамору только головой покачал. - Полагаю, с уроками на сегодня у тебя проблем не имеется, что ты так щедро тратишь свое время и чужие средства? – поддел Усаги Такседо. Банни демонстративно развернулась и потопала к самому дальнему от него автомату. - Je crois bien que c'est l'amour, - еле слышно напела я. К счастью, знатоков французского среди нас не имелось: все учили английский. Претензий к Такседо не могло быть: традиционно поучать младшего имел право любой старший по возрасту и/или положению. - А ты, Нару, - снизошел до того, чтобы меня заметить, Мамору, - также приобрела «похвальную» привычку к потере времени? Очень разумно. - Мы как раз шли заниматься, - уперев взгляд в кафельную плитку пола, прошептала я, жалея, что не умею краснеть по заказу. - Ну да, - насмешливо протянул Мамору. «Вот привязался, Эндимион недопеченный. Женушку свою в будущем поучи, принц-консорт», - подумала я. - Нару славная девчушка, дружище, - мягко вмешался Мотоки. – Но сладить с Усаги… Э, да о чем тут говорить, - он сгладил возникшую неловкость. – Я и сам порой пасую перед ее напором, – он добродушно ухмыльнулся. – Эти детишки такие смешные. - Ты слишком их балуешь, Мотоки, – выговорил другу Мамору. - Нелегко быть школьником, - пожал плечами парень. - О, разумеется, нам куда легче, - закатил глаза Мамору. – Почему бы не выбросить ползарплаты на их развлечения! «Позер и жмот», - мысленно фыркнула я. Хотя, вероятно, Мамору и впрямь жилось непросто на стипендию и подработку. А учитывая ночные прогулки и непременный в таком случае недосып, раздражительность была вполне объяснима. Но как обычная школьница, я не могла этого знать, и издала тихий всхлип. - Прости меня, Мотоки-сэмпай, - покаянно пробормотала я. – Я больше не буду. Я постараюсь поговорить с Банни, чтобы нам меньше отрывать тебя от работы. - Вот, Мамору, друг, что ты наделал? – Мотоки огорченно цокнул языком. – Зачем ты так, старина? Нару, солнышко, он просто сегодня не в духе, вот и бурчит. Ты хорошая девочка, не надо расстраиваться. Просто ты еще такой ребенок, как и твоя подруга… В общем, не забивай себе голову, - он потрепал меня по плечу. - Мотоки, ты лучший! – повторила я высказывание Усаги. - О, да, Мотоки – лучший друг токийских школьниц, спешите видеть, только у нас, - съязвил Мамору. - Да это настоящее оскорбление, - Мотоки шутливо пихнул друга локтем. – Я не могу проигнорировать столь вопиющее к отмщению действие. И вызываю вас на дуэль, сэр Злодеус-школьниц обижеус. - Дуэль? Отлично, - включился в игру Мамору, в общем-то, незлой парень. – Выбор орудия за вами, сэр Защитник школьниц. - Линейка, - провозгласил Мотоки. – Нару, поможешь другу с дуэльным оружием? - Пожалуйста, – пискнула я, протягивая Мотоки линейку. - Защищайтесь, сэр Злодеус, - воинственно взмахнул линейкой Мотоки. - Вы нападете на безоружного? – парировал Мамору. - А надо быть более запасливым. Или более дружелюбным, - Мотоки принялся его теснить. Я захлопала в ладоши и остановилась, почувствовав чужой взгляд. На улице за прозрачным стеклом, небрежно облокотившись на вызывающе алый спорткар, стоял шикарный мужчина с волнистой каштановой шевелюрой и смотрел на наш детский сад с презрительной гримасой, исказившей его красивое лицо. Ха, глянула бы я на тебя, когда в далеком-предалеком будущем выяснится, что один из дурачков-нищебродов, которых ты рассматриваешь, как обезьян в зоопарке, твой повелитель и супруг королевы Серенити. А второй, вполне возможно, его доверенное лицо, граф или герцог. Почему бы принцу Эндимиону не даровать другу Мотоки титул, в самом деле! Иногда я позволяю себе быть нелюбезной, но только с незнакомцами, от которых ничего не зависит в моей текущей жизни. Я отошла от дурачащихся парней и в упор посмотрела на красавца-мужчину. Потом скопировала его презрительную мину и покачала головой. Подумаешь, цаца какая, кудри длинные отрастил да тачку приобрел. Не факт, что сам капиталец сколотил. Откройте рты, сорвите уборы, на папиных волгах мальчики-мажоры. Упс. Последнее я, увлекшись, проговорила вслух. Красавец за стеклом выгнул идеально очерченную бровь. «Что-что?» - проартикулировал он в ответ. «Мне, мне легче гораздо думать, что автомобиль был получен ею/ Тем чудодейственным способом, которым я, к сожалению, не владею», - нагло выдала я на русском, догадываясь, что счастливый обладатель понтовой машины едва ли также и гениальный полиглот. А потом, отвернувшись, сосредоточилась на завершающемся поединке. Мамору изобразил, что просит пощады и шутливо пообещал больше не третировать хороших, достойных школьниц со столь грозным защитником. Я снова захлопала в ладоши и изобразила робкую улыбку, как и рекомендовали в подобных случаях книжки для девочек. Когда я обернулась на улицу, красавца, как и его красного авто, и след простыл. Порой Усаги проговаривалась, и отголоски проблем воинов в матроске долетали до моих ушей. Так, несколько дней подружка только и твердила, что о готовящейся выставке драгоценностей, токуя, что тетерев, об особо ценных камнях. Как они великолепны, как блестят, как бы на них взглянуть. До показа было больше полугода, но многие билеты уже ушли. Я точно знала: мама работала на ювелирную корпорацию и принимала участие в данном проекте. Эту информацию я решила до поры придержать. Устрою потом Усаги сюрприз, проведу по контрамарке, вот она обрадуется. Запала будущей принцессы хватило ненадолго, и вскоре подружка трындела уже о великосветском бале дебютанток на борту белоснежного лайнера. В белом платье на белом пароходе, как-то так. Реклама у мероприятия была соответствующая, а дурех, готовых выложить все свои и родительские накопления за призрачный шанс понравиться миллионеру оказалось больше, чем корабль мог вместить. Пригласительные буквально смели, и теперь особо предприимчивые активно перепродавали билеты в красивую жизнь по заоблачным ценам, а также устраивали аукционы. Попасть туда казалось нереальным даже для Усаги. Но не для Сейлор Мун, ха-ха. Отводя сияющий взгляд и умоляя прикрыть перед предками («Я сказала, что ночую у тебя»), Банни раскололась, что подружки подарили ей билет на бал. Сидящая рядом с нами кошка Луна подозрительно долго и старательно вылизывала лапу. Я поохала, почти честно призналась, как хотела бы хоть глазочком глянуть на красивую жизнь, повосхищалась, как повезло Усаги, и согласилась обеспечить ей алиби. Ничего-ничего, вот дорастет моя Банни до королевы, тогда и я, авось, попаду на настоящий бал. Если доживу, конечно, и Усаги меня не забудет.