Sayonara girl

Открыв глаза, я обнаружила себя в собственной кровати. В окно било солнце, намекая, что школьный день сегодня не задался. На прикроватном столике я нашла свой контракт. Лист истончился, строчки договора были перечеркнуты, а поверх каллиграфическим почерком выведено: «Ты свободна, Осака Нару». Я снова была обычным человеком. Девочкой-подростком с намечающимися проблемами с родителями и школой, которую буквально выбросил первый бойфренд. Из глаз помимо моей воли хлынул поток слез. Он просто меня выбросил. Я вспомнила про отданный кристалл, и на душе стало еще горше. Или это теперь иллюзия, нет у меня больше души и посмертных перспектив? Слезы полились сильнее. А ведь все мировые религии хором предупреждали: не иди на сделки со злом. Тогда почему мне так больно? Если души нет, мне должно быть все безразлично. Если она по-прежнему при мне, что же забрал Нефрит? Не переставая рыдать, я себя ощупала, нашла пульс, прислушалась к сердцебиению и дыханию. Вроде, и все прочее на месте. Что же изменилось? Что? Меня трясло, рожица покраснела и опухла, но слезы все не кончались. - Детка, я не вовремя? – тактично покашлял Зойсайт, зависнув снаружи на уровне подоконника. Икая, я кинула в него подушку, которую он ловко перехватил в полете. - Так-так, - он непринужденно залез через окно и прикрыл его, чтобы не дуло. – Интересненько, - он вернул на место подушку и покрутил в руках контракт. Хрупкий лист осыпался пылью. Я взвыла и попыталась достать пришельца кулаком. Жалкий номер. - Мышка моя, ты не двинулась? – удивился Зойсайт, цепко схватив меня за руки. - Он бросил меня, - завыла я белугой. – Бросил, бросил, бросил! - Это совсем не плохо, поверь, - оптимистично провозгласил парень. - А я… я… влюбилась, дура! - Как есть дура, - кивнул Зойсайт. Я уперлась лбом ему в плечо и решительно укусила. – Паршивка! – охнул темный и оттолкнул меня. Затем прижал к кровати и зафиксировал, навалившись сверху. – Хватит, психованная. Ты избавилась от контракта и обязанности терпеть заскоки этого тупого индюка. Ума не приложу, как и чем ты его умаслила, чтобы он вернул тебе свободу. Придешь в себя, расскажешь. Ты мне должна. Нападение на лорда Темного королевства. Да я тебя в порошок могу стереть. - Стирай на здоровье, - прохлюпала я. – Теперь все равно. - Да что случилось-то, скажи толком, - Зойсайт начинал терять терпение. Поэтому приподнял узкую ладонь и приложил меня жалящим заклинанием. – Это только начало, - пообещал он. – Начнешь снова брыкаться и кусаться, подниму тебя к потолку и отпущу. Хватит выть! Что у тебя с лицом, смотреть противно! Фу! Он рывком поставил меня на ноги и жалящими погнал в ванную. Открыл кран в душевой кабинке и сунул меня под ледяную воду. Пустой дом огласил мой дикий крик. Я выскочила из ванной, стуча зубами, и завернулась в одеяло. - П-прости меня, - пробормотала я, исподлобья глядя на расположившегося рядом Зойсайта. - Радуйся, что я сегодня добрый, - буркнул парень. – Колись давай, чего это тебя так развезло. Ты казалась разумной девкой. Я призадумалась. В самом деле, чего это я? Бабе настолько тридцать, что давно сорок, а туда же, девочковые истерики. - Проверь меня на заклинания, а? – попросила я. – Вдруг отходняк накрыл. - Чисто, - с толикой удивления признал Зойсайт. – Легкое внушение доверия от меня лично не в счет, - он подмигнул. - Тогда плохи мои дела. Точно влюбилась, – констатировала я. - Мадам знает толк в извращениях, - фыркнул Зойсайт. – А теперь доложи по пунктам. - Да чего там, - я обреченно махнула рукой. – Он забрал мой кристалл, удивился, что жива осталась, и выбросил вместе с контрактом. Заодно сделал мрачное пророчество о собственной грядущей кончине и провальной политике руководства. Короче, вы все проиграете. - Допился, - презрительно скривился Зойсайт. Я промолчала. Даже если и так, недолго Темному королевству осталось, как и его представителям. Я воззрилась на Зойсайта. - Ты меня пугаешь, - вздрогнул парень. – Чего так жалостно смотришь? Я-то не пью, глупостей не болтаю, помирать не собираюсь. - Если бы мы были героями американской истории, - медленно проговорила я, - с этих твоих слов начался бы обратный отсчет до выпиливания. Зой, я хочу, чтобы ты разделил со мной одну мысль. Разумеется, в порядке бреда, и вообще все бабы – дуры, а человеческие женщины так вообще недалеко от животных ушли. Но мы абстрагируемся от данной парадигмы и представим вот что. Как я понимаю, у вас вассалитет цветет и живее всех живых. Ты достаточно юный, моложе Нефрита точно, - Зойсайт прищурился и неохотно кивнул. – Так я и думала. Скажи-ка, приятель, а есть ли у тебя сюзерен, при этом одновременно не являющийся суперсюзереном, то есть королевой, - еще один настороженный кивок. – И твой, хм, личный сюзерен-некоролева тебе важен, нужен, и ты готов на подвиги ради него. - Нефрит – трепло, - ледяным тоном бросил Зойсайт, поднимаясь с кровати. - Стой! – я схватила его обеими руками. – Дослушай. Я ни на что конкретное не намекаю, но что этот гипотетический, я подчеркиваю, сюзерен, чей собственный сюзерен, несомненно, и есть королева, будет делать, если получит четкий и недвусмысленный приказ разделаться с тобой? И что в таком случае сможешь сделать ты? Подумай. - Ты чокнулась, - Зойсайт вырвался, но не исчез. – Или Нефрит чокнулся, если наболтал тебе эту чушь. Милорд никогда, - он оборвал фразу. - Я верю, что твой милорд, кем бы он ни был, никогда. Как насчет королевы? Я так поняла, ваша темная компания понесла потерю. - Джедайт сам виноват. Разумеется, опальный слуга всегда сам виновен, кто бы спорил. Кажется, его закатали в айсберг. То есть, можно разморозить? Ладно, оставим пока это. - Каждый может ошибиться, - расплывчато ответила я. – Наверняка и сейлоры порой промахиваются. Они избавляются от мазил? – Зойсайт красноречиво промолчал. – Вы шастаете поодиночке или с юмами, сейлоры всегда нападают гуртом. И не выбивают сами друг друга из игры. Да, они глупенькие девчонки, но именно вы работаете им на руку. - Бред, - уже не столь уверенно проговорил Зойсайт. - Предсказание, - я пожала плечами. – Только в отличие от Нефрита я верю, что предсказание – еще не предопределенность, а обычная вероятность, которую можно и нужно менять. - Нефрит – идиот, - зло процедил Зойсайт. – Он помешался на предсказаниях. - Но ты-то нормальный, – коварно сказала я. – У тебя голова пока что на месте, и с логикой порядок. - Пока что… Ха! – невесело усмехнулся Зойсайт. – Называется, зашел к хорошенькой девчонке, развеялся. - Чем богаты, не обессудь. Зато – вся палитра эмоций сегодня и только для тебя. - Ага, отрицательных, - поддел меня Зойсайт. - Темные чувства для темного лорда, - томно простонала я. – Спасибо тебе, - уже нормально сказала я. – Без тебя я бы совсем размокла и расползлась. - Цени, - задрал нос Зойсайт и исчез в вихре бледно-розовых лепестков, дождем осыпавшихся на пол и растаявших без следа. Я взглянула на часы и обреченно застонала. Успело перевалить далеко за полдень, и надо брать себя в руки и навести хотя бы видимость порядка. И, наконец, согласиться с мамой, что у меня переутомление, и пора к врачу. - Нару, бедняжка, ты заболела? – щебетала пришедшая навестить меня Усаги. Я опустила жалюзи, и в комнате царил приятный полумрак. Днем раньше мы с мамой плодотворно съездили к врачу, и недельный отдых теперь у меня в кармане. Вместе с кучей биодобавок и витаминов, но это мелочи. Даже отец явился вне графика, чтобы поучаствовать в важном семейном мероприятии «Визит к доктору». После совещания родители выбрали врача американской школы, а потом долго обсуждали, какие проницательные вопросы задавал доктор-сан, и не походить ли, в самом деле, мне и им к психологу. Высчитывали бюджет, примерную длительность курса и очередность ходок. Договорились на следующий день встретиться в кафе и продолжить обсуждение. Я едва удерживалась, чтобы не начать улыбаться. Глупо, но вдруг у этих людей все еще наладится. - Мне просто необходим небольшой отдых, - жалобно протянула я. – Ах, Усаги, я так боюсь отстать по программе. - Не переживай, хочешь, я стану твоим куратором на это время? – предложила Банни. – Мы можем продолжать делать вместе домашнее задание. Но, значит, на выставку мы с тобой теперь не пойдем? – запечалилась подружка. - Почему нет? Пойдем, - я симулировала вялость. – Мне говорили гулять и двигаться, просто… это нелегко. Знаешь, Масато, он… Я всхлипнула и промокнула сухие глаза «Клинексом». - Он тебя бросил? – в священном ужасе выпалила Банни. - Я отказалась с ним целоваться, - совсем убито проговорила я. – Он… уехал. То есть, сказал, что уезжает… Я так и не поцеловала его на прощанье. - А если он на самом деле не уехал? – прошептала Банни, едва ли не затаив дыхание. Я испустила душераздирающий вздох. - Я не знаю, что мне делать, Усаги. - Пойдем прогуляемся? Раз тебе нужно гулять, идем, - решительно протараторила Банни. – Все волнуются о тебе, Нару, даже противный Мамору. - Да не противный он, - вяло защитила я ее будущего принца. – Просто устает работать и учиться, сама подумай. - А, ну да, - закивала Усаги. – Но Мотоки все равно лучше! Он добрый. И он снова передает тебе привет. И Юмино о тебе сегодня справлялся. Я не стала у него брать для тебя шоколад, как ты и просила. Я сама тебе купила, ой, и забыла, - Банни запустила руку в карман и достала оплывший полумесяц в золотистой фольге. – Вот, - она смущенно протянула мне липкую сладость. - Ты лучшая, - прошептала я, сглатывая комок в горле. Полумесяц мы торжественно разъели напополам. А потом я встала, оделась, причесалась, умылась, и мы пошли в люди. Мотоки, душа-парень, обрадовался мне, как родной. Дуэтом с Усаги они охали над моим бледным видом и синяками под глазами, уверяли, что отдых и витамины помогут мне быстро восстановиться. Пользуясь отсутствием иных посетителей, он запустил меня в зал для взрослых, и я даже выиграла какую-то мелочь на тамошнем автомате. Весь выигрыш я тут же отдала искренне радующейся моей удаче Банни, и та азартно просадила его. Потом я выгребла из кармана несколько купюр и попросила Усаги сбегать нам всем за кофе-чаем. Мотоки пытался отнекиваться, но я сделал несчастную мордочку, и он сдался. Мы уютно посидели втроем за неработающим автоматом, не дождавшимся сегодня техподдержки от Такседомаска. Я таинственным шепотом поведала, что мама и папа сегодня встречаются в городе, и если мое недомогание их сблизит, то я согласна болеть и куда тяжелее. Мотоки и Усаги пообещали зайти в храм попросить удачи для моих родаков, но одновременно потребовали беречь себя и лечиться. Банни сказала, что у нее есть подруга-майко, и она непременно сводит меня в храм, которым заведует дедушка подруги. Я скумекала, что речь идет о черноволосой бестии Рей, кстати, одно время соперничавшей с Усаги за внимание Мамору. Этот период еще впереди? Я деликатно отнекивалась, мол, неудобно, но Банни была непреклонна. Мне надо гулять; предкам надо помочь. Мотоки всячески поддерживал стремление подружки позаботиться обо мне, похвалив идею Усаги, так что та чуть не раздулась от радости. К концу посиделок я изобразила оживление, искренне поблагодарила друзей за понимание и помощь и предложила проводить Банни домой, засчитав это за полноценную прогулку. У ее дома мы еще полчаса поболтали, предвкушая поход на выставку и в храм к Рей. А потом госпожа Цукино загнала дочь домой, и я отправилась к себе. На центральных улицах фонари отлично разгоняли тьму, а вот чуть отойди – так добро пожаловать в царство мрака. Если бы меня внезапно схватили в темноте, я бы не удивилась. Но он стоял под фонарем и вертел в руках фальшивую жемчужину. - Добрый вечер, позвольте представиться, Нефрит, лорд Темного королевства. Я притворяюсь человеком по имени Санджоин Масато, а еще, по вашим меркам, я демон и могу утащить вас в пекло. Познакомимся поближе, мисс. Я устало вздохнула. - Зачем? Я почти убедила себя, что мне не больно, - случайно вырвалась правда. - Я тоже, Нару, я тоже. Давай начнем сначала, - предложил Нефрит. - Никогда нельзя начать сначала, - я покачала головой. – Это выдумка, Нефрит. Предыдущий опыт все равно окажет влияние. - Понятия не имею, для чего, но ты мне нужна, - проинформировал Нефрит. - И если я откажусь, ты превратишь мою жизнь в ад, хотя сам в него и не веришь, - понятливо продолжила я. – Мне стоит проявить благоразумие и вспомнить, кто ты, а кто я. - Именно, - он кивнул. – И не смей впредь разбрасывать мои подарки, - Нефрит поднес слабо мерцающий шарик к моим волосам. - Ты хотел меня убить, - сухо напомнила я. - Дура, я хотел, чтобы ты осталась жива. И ты жива. Ты все время тыкала меня лицом в свою человечность и уязвимость. Вот, ты свободна от контракта, и постепенно станешь такой, как мы. - Что?! - Человек не живет без кристалла души. В нем его жизненная энергия, - скучно, будто лекцию читал, ответил Нефрит. – Ты живешь. Как и мы, Нару, без кристалла. Чего тебе еще надо? – он все-таки сорвался. Любви. Какая глупость, мой дорогой, что же ты натворил. - Но кто же будет тебя любить, когда я стану полностью такой, как ты? – горько прошептала я. - Прекрати это, Нару, - яростно зашипел Нефрит, встряхивая меня за плечи. Я закрыла глаза. Все они хотят, чтобы я прекратила быть собой: родители, школа, общество, любовник и даже совершенно левый в моей жизни Зойсайт. Но меня и так почти не осталось. Разве это ты, Светланка? Разве это старательная школьница Нару, подруга Банни и объект воздыханий Юмино? Кто это теперь – я? Может быть, только память о себе самой. А память из чего она состоит как она выглядит и какой обретает вид эта память Возможно когда-то для воспоминаний об отдыхе она была вся зеленая а теперь кровавого цвета корзина плетеная с махонькой внутри убиенной вселенной* - Обними меня, мне страшно, - сказала я.