Sayonara girl

Часть вторая

Кохання бігало в садок Кохання бавилось в пісок Вона ходила в школу А далі був лиш холод Сосны (Океан Эльзы) И ты попала! К настоящему колдуну, Он загубил таких, как ты, не одну Кукла колдуна (КиШ) Продолжаем разговор. Лысый, как водится, о расческе, а Осака Нару – о смерти. Не оставляет меня эта тема. За кого (или вместе с кем) вы бы умерли? Классика подкидывает образец смерти вместе со своим возлюбленным. Ромео говорит: «Прощай, моя Джульетта, вечность ждет нас», - и кранты парню. Джульетта открывает глаза, видит своего почти неостывшего героя, плачет: «Жди меня наверху», - и устремляется следом. А потом все действующие лица высыпают на пятачок около склепа и плезирно голосят по-французски: «Виновны, виновны, весь мир будет нас судить. Капулетти – виновны. Монтекки – виновны. Герцог – виновен. Собачка герцога – виновна». Ладно, собачку потом можно и помиловать. Мы ж не звери. Я всматривалась в очередной лик смерти, ощущая за спиной ледяную бездну со всполохами адского пламени. Передо мной стояла венценосная ведьма, и было немного обидно, что на моей голове короны нет. Я бы смотрелась в ней куда лучше этой стервы! Я моложе, милее и добрее. И несчастней. Особенно в этот конкретный момент. Как трогательно обнять напоследок возлюбленного или загородить собой ребенка, давая ему шанс спастись от верной гибели. В общем, умирать проще, когда рядом находится кто-то важный и дорогой. У меня все получилось иначе. Шаг вперед – убьют, шаг назад – тот же результат. Шаг в сторону – наступишь на заправского прекрасного принца, чье наличие буквально в шаговой доступности ничуть не спасает ситуацию. Во-первых, он в отключке. Во-вторых, это чужой принц. Не задалась у меня смерть, однозначно. Я сидела дома на липовом больничном и страдала. Хотя, объективно оценивая ситуацию, все могло быть куда хуже. Например, липовый больничный разоблачили бы, или я вообще прогуливала бы школу без какого-либо оправдательного документа. Но мою липу приняли без сучка без задоринки, и я могла себе позволить пострадать. Да, страдание, точнее, возможность его выражения – это тоже роскошь, доступная в этом мире далеко не всем. Однако я связалась с темными, а они по части роскоши – эксперты. Страдать они мне тоже помогали. Вызывая стойкое желание убить главного помогальщика на фиг. После злосчастной выставки и потери Нефрита я приползла домой, практически повиснув на бледной от страха и перенапряжения Усаги, и впала в забытье где-то на сутки. Очнувшись, я обнаружила подле себя Зойсайта с недовольной миной королевы-матери, заставшей невестку в неглиже в то время, когда, согласно расписанию, она должна давно быть на ногах, при параде, давать малую аудиенцию или совершать благотворительные визиты. - Нельзя так долго дрыхнуть, - с осуждением протянул Зойсайт. - Промотаем про зубы, церемониал и продолжение династии, - буркнула я. – Давай сразу к делу. - А? – хлопнул ресницами Зойсайт. - Ты напомнил мне одну покойную эрцгерцогиню, - со вздохом объяснила я. – Если дела нет, то, пожалуйста, уйди и оставь меня в покое. Видишь, горе у человека. - Угу, угу, - с готовностью кивнул Зойсайт. – Как не видеть. Вот, позлорадствовать пришел, я же темный, мне положено. Горе у нее! Это у меня горе, - он плюхнулся рядом и всхлипнул. Я несмело обняла его за плечи, и, к моему удивлению, он не отскочил тут же как ошпаренный. - У нас горе, - предложила я компромисс. – Общее. - Ты издеваешься, - он снова всхлипнул. - О, разумеется, Зойсайт, это же предел моих женских мечтаний – выскочить замуж за незнакомого нелюдя, внешне напоминающего помесь терминатора с холодильником! А то и сдохнуть до свадьбы, потому что вообще-то положенная по статусу невеста за ним как бы числится, да и без нее повышенным вниманием он не обделен. Ах да, розочка на торте: его сердце, если таковое существует в природе, давно занято, вероятно, и постель не стынет по ночам. И если я все-таки доживу до торжественного момента, то, скорее всего, вышкарябав из моей памяти все ценное, после меня попросту замуруют в отдаленном замке, или куда так у вас принято ссылать ненужных жен. Хотя можно воспользоваться обычным человеческим опытом и отравить после рождения наследника. Мотай на ус, Хюррем-султан, блин! - Ты еще и обзываешься, - прозвучало совсем по-детски. - Я тебя еще и к ЛОРу свожу, - покачала головой я. – Чтобы промыть уши, и ты услышал все целиком, что я тебе говорю. Зойсайт, нам обоим не нравится такой расклад. Если бы ты мог узнать, отчего это, столько веков прожив холостяком, твой милорд внезапно озаботился матримониальным вопросом, я бы попыталась прикинуть, как нам этой напасти избежать. - Ты не хочешь замуж? – Зойсайт аж вздыхать и всхлипывать перестал. - За Кунсайта – не хочу. Зой, моему телу и шестнадцати нет, включи уже голову. Есть такая пословица: замуж выйти – не напасть, да как бы замужем не пропасть. Сдается мне, это как раз про меня. Если ваша королева тебя прихлопнет, что таракана, со мной точно церемониться не станет. - Она теперь и твоя королева, - процедил Зойсайт. - На хрен такую королеву! – я аж подскочила, чуть не навернувшись с кровати. - Нефрит тебя переменил. - Но не заставил никому присягать, - наставительно подняла палец я. – От контракта с ним самим, через который я потенциально могла попасть в зависимость от королевы, он меня избавил. Новый мы не заключили. Милорд лишь проинформировал меня о грядущих возможностях. Вывод? До поры я вне правового поля. Тьфу, зараза, весь настрой сбил. - Какой еще настрой? – нахмурился Зойсайт. - Отплакать, отстрадать. У меня любовь рухнула, между прочим, не без помощи твоего милорда, я правильно поняла? – зло бросила я. - Не прекратишь идиотничать, так и жизнь рухнет. И я тебе в этом с удовольствием помогу, - предупредил Зойсайт. – Собирайся давай, рисуй нормальное лицо и пошли. - Куда ты меня тащишь, горе мое? – запечалилась я, поняв, что из кровати все-таки придется вылезти. - Ты теперь должна мне помогать. - М-м? – я ждала продолжения, но его не последовало. – Что это тебе в голову взбрело, и в чем конкретно предполагается моя помощь? – уточнила я. - Тебе надо учиться, - изрек Зойсайт. – Чтобы стать достойной темной леди. Я промолчала. Подколка «Вероятно, мне стоит начать брать пример с тебя», - впоследствии никогда не была бы мне забыта или прощена. Поэтому я лишь удивленно приподняла бровь. - Будет проще, если ты впитаешь опыт на простых задачах. Так-так, сдается мне, «простой задачей» окажется поимка Такседомаска или поиск и разоблачение воинов в матросках, не иначе. - Учитывая твое нестабильное психическое состояние, мы начнем с выборочной проверки. Сейлоры, кстати, действуют схожим образом. Вот карта, - он извлек мини-ноутбук и вывел на экран изображение, - с отмеченными местами ярко выраженной активности. - Активности светлых? Добрых эмоций? – предположила я. - Концентрации и исчезновения силы, - снисходительно фыркнул Зойсайт. – Либо это проявляют себя радужные кристаллы, и тогда нам придется выявить носителя. Либо это топчут поле конкуренты, и нам надо их шугануть. - А конкуренты – это сейлоры? – спросила я. - Сейлоры – помеха, а не конкуренты, - отмахнулся Зойсайт. – Думаешь, пока мы искали проходы на Землю, никто не обращал внимание на источник дармовой энергии? Как же, мечтай. Ни о чем подобном я, разумеется, не мечтала, но сказанное порождало больше вопросов, чем мне казалось вначале. Выходило, что темные не только по умолчанию считали Землю и ее население своей личной делянкой, но и на значительное время оказались отрезанными от подкормки. Что с ними случилось? Как они дотянули? Кто еще отжимает ресурс, и борются ли с этими мародерами сейлор-воины или только представителей Темного королевства колошматят? Зойсайт спрыгнул с кровати и принялся швырять в меня мою же одежду и косметику. Ясно, что немедленное продолжение ликбеза мне не светит. Придется по ходу разбираться. Но, выходит, я вдобавок и личного куратора обрела, как Усаги. Если бы я не пребывала в печали, обхохоталась бы. Признаю, Кунсайт не только очень могущественный, но и весьма загадочный лорд. Для чего-то же он принудил Зойсайта к эдакой «внеклассной деятельности». До вечера я успела: сменить депрессивную фазу на маниакальную, познать изнанку мира, несколько раз проклясть неизвестных конкурентов и нерасторопных сейлоров, детально изучить чудесный, поэтичный мир свалок и новостроек. Я натерла и вылечила магией ноги, выпила два литра кофе и начала с сочувствием коситься на патрульных полицейских. Периодически я решительно вопила: «Ни шагу вперед!» Тогда Зойсайт подбадривал меня жалящими заклинаниями, мини-файерболами и мудрыми афоризмами, наподобие: «Наш путь к совершенству будет долог; но что такое тысяча лет в сравнении с вечностью», «Запрещается отклоняться от Пути, а также сидеть на путях и падать туда же», «В хорошей компании всю Землю обойдешь, а пешком и детально посмотришь». - Я разгадала твой коварный план, - пропыхтела я, добравшись до недостроенного верхнего этажа высотки и устало плюхаясь на балку. – Ты решил меня уморить. - Нельзя быть такой изнеженной, Нару, - наставительно заметил Зойсайт, извлекая зеркальце и салфетки, удаляющие жирный блеск. Вытаращив глаза я наблюдала, как он деловито принялся промокать лоб, нос, подбородок и щеки. - Наверняка для этого есть нужное заклинание, - пробормотала я. - Конечно, - не отрываясь, согласился Зойсайт. – И сопутствующее использованию силы лишнее внимание. Ты решила сразу ввязаться в драку, мышка? Смело, но глупо. Мы просто осматриваемся, примечаем необычное. - О, да, штабеля велосипедов и пирамиды из мониторов навсегда отпечатались в моей памяти. А отсюда вообще потрясающий вид на закат. Романтика. - Именно, - снова согласился Зойсайт и внезапно схватил меня за руку. Я вздрогнула. - Ты чего? - Сделай тупое лицо, - прошипел он и положил голову мне на плечо. – И скажи несколько девчачьих глупостей, только быстро. - Здесь так здорово! Кажется, апокалипсис уже грянул, и мы одни в целом мире, - напевно проговорила я, пытаясь незаметно скосить глаза, чтобы понять, какая муха укусила Зойсайта, но ничего подозрительного не заметила. – Мне иногда снится подобное. Заходящее солнце, дающее последние крохи тепла остывающей земле. Обозначившиеся резче тени и шорох сухих веток на ветру. Я иду по растрескавшемуся асфальту, убитое время сворачивается к началу, и мир иллюзорной реальности вновь возвращается в легендарную эпоху. - Это было дико трогательно, - процедил Зойсайт после затянувшегося молчания. - Я старалась, - я дернула свободным плечом. - Кажется, я знаю, чем тебя порадовать, - он поднял голову и с прищуром глянул на меня. – С ювелиркой у тебя тема не задалась, поэтому двинем в сторону художественного искусства. На выходных возьму тебя на выставку. - Ха-ха, что, кто-то сподобился привезти «Мону Лизу»? – поморщилась я при упоминании выставки. - Зацени, - Зой достал билет. - «Воспоминания о будущем», Кайо Мичиру, - невыразительно прочла я. – И в чем прикол? - Увидишь. - Нет, я ценю, что ты приглашаешь меня выйти в люди, но подвох ведь обязателен? – продолжила допытываться я. - Несомненно, иначе неинтересно, - кивнул Зойсайт. - Ненавижу выставки, - простонала я. - Ничем тебе не угодишь, - притворно огорчился Зойсайт. – Современные девушки такие капризные! От прогулки ты устала, агрессивные урбанистические инсталляции не оценила. Я решил побаловать тебя привычной формой прекрасного, а тебе и это не годится. Нару, нельзя все лучшие годы проторчать в кафе и торговых центрах. Ты попросту отупеешь. - Вообще-то, еще существуют кинотеатры и залы игровых автоматов, – мстительно просветила его я. - То есть, деградация пойдет усиленным путем, - хмыкнул Зойсайт. - Да ну тебя! – возмутилась я. - Вот она, благодарность женщины за попытку спасти если не ее мелочную душу, то хотя бы невеликий мозг. - Я тебе покажу «невеликий мозг», - зашипела я, досадуя, что ничем не могу его приложить. - Что, действительно вскроешь себе череп на моих глазах? Тогда я за пилой, - бодро возвестил Зойсайт. – Незабываемо оттянемся, Нару. - Уговорил, выставка так выставка, - кисло сказала я. Рассмеявшись, он исчез, как всегда, не забыв про лепестки. Я чихнула и тихо, но с душой выругалась. Спускаться в сумерках без подстраховки, пусть и столь сомнительной, было откровенно стремно.

***

- Привет, - еле слышно сказала Усаги, выступив из тени. Я открыла дверь и почти зашла в дом, как вдруг она нарисовалась. Специально поджидала. - А, это ты, - так же тихо откликнулась я. После долгого дня в компании Зойсайта и спуска с недостроенного дома практически на четвереньках я вновь обрела убитый вид и решила не выходить из образа. - Ты одна? – удивилась Банни, прошмыгнув следом за мной в прихожую. – А где твоя мама? Маме некто устроил блиц-версию дамского счастья, и они с отцом внезапно и нелогично укатили в новый медовый месяц, любоваться не то видами Фудзи, не то кварталами старого Киото. Зойсайт не уточнил, а я не вникала. - В командировке, - соврала я. - Ты, - замялась Усаги, отводя глаза, - лечишься? Что рекомендует доктор? - Говори уж, как есть. Я хреново выгляжу, - я пригладила растрепавшиеся волосы. – И мне не стало лучше. Знаешь, мне кажется, я сошла с ума, - брякнула я и стала ждать реакцию. - Ой, Нару! Что-то случилось? – вид у тайной Сейлор Мун стал совсем виноватым. - Психоз? Дебют шизофрении? – беспомощно проговорила я. – Я боюсь рассказать врачу. Не хочу, чтобы меня в дурку заперли! Мама с папой не переживут такого позора, - я всхлипнула. – Я ужасная дочь, Усаги. Я так их подвела. - Не надо, ну, что ты? - Банни крепко меня обняла. – Пойдем, я сделаю тебе чай, ты мне расскажи. Вдруг хоть немного станет полегче. - Мне страшно, мне так страшно, - меня на самом деле трясло. С утра на ногах, без обеда, на одном кофе… Я жалобно посмотрела на Усаги. У той уже губы дрожали. Сдается мне, далее градус трагизма повышать не стоит, а то мне же придется успокаивать «неуловимого мстителя» во имя Луны. Я позволила увлечь себя на кухню и не без внутренней дрожи разрешила Усаги похозяйничать. То есть, сделать мне сандвичи и заварить чай. Косорукость Банни не зря была притчей во языцех. На собственную кухню в родном доме мать Банни категорически отказывалась пускать доченьку, и не без причины. Отмывать и ремонтировать кухню после попыток Усаги научиться готовить госпоже Цукино приходилось не раз и не два. В итоге женщина сдалась, заявив, что в новом тысячелетии для сохранения будущего брака ее дочери вполне сгодится готовая еда из комбини, в крайнем случае, доставка суши и лапши. Но я верила, что людям свойственно меняться, и поэтому напряженно следила, как Банни орудует ножом. После всего, что со мной произошло, бутер с кровью я переживу, а для подруги специально на кухне припрятана аптечка. Усаги меня не подвела: всего-то разок порезалась и несильно обожглась кипятком, умничка. Я искренне похвалила ее успехи на почве домашнего хозяйства и предложила вместе поужинать. Когда мы сжевали все, что было выставлено на стол, я заварила нам еще чая (не стоило полагаться на удачу весь вечер) и начала свой рассказ. - Представь, Банни, я сама не знаю, что думать. Когда я потеряла тебя на выставке, то долго бродила в толпе, пока, наконец, не заметила мистера Санджоина. Вот только, - я замялась, как бы в нерешительности глядя на судорожно сжимавшую чашку Усаги, - он был как бы не самим собой. Абсурдно звучит, - я развела руками, показывая, что сама себе до конца не верю. – Вроде, он меня узнал и разозлился, решив, вероятно, что я нарочно преследую его. С другой стороны, он… Нет, ты мне не поверишь! – горестно воскликнула я. - Нару, обещаю, я поверю тебе, - дрогнувшим голосом пообещала Усаги. - Он парил над землей. Над полом, то есть, - скороговоркой выпалила я. – И меня поднял. Как в кино про волшебников. А еще там были невидимки, которые хотели нас убить, - Банни ахнула. – Да, это было ужасно! Я сначала не могла понять, кто на нас напал, в меня просто летели странные заряды из ниоткуда. Мистер Санджоин попытался меня спасти, и мы как бы телепортировались в парк… Но такого ведь не может быть! – прервала я саму себя. - Нару, ты провалилась в другую реальность? – пискнула Банни. - Может, - не стала спорить я. – Но за что меня хотели убить? Если я попала в мир, где живут волшебники, неужели они только тем и занимаются, что охотой на людей? Вот жуть! Ой, я же не дорассказала. В общем, мистер Санджоин уговаривал меня оставить его и уйти, чтобы меня не задели, а я от страха и пошевелиться не могла. И тут они появились! - Кто? – еле выговорила Банни. - Демонессы, - шумно сглотнула я. - Кто?! – вытаращилась на меня подруга. - Самые настоящие демонессы. Полуголые, злобные, в женском обличье, настоящие машины-убийцы! Бр-р! До сих пор мороз по коже, - доверительно пожаловалась я побелевшей Усаги. – И они хотели добить мистера Санджоина. Мне стало его так жаль, - всхлипнула. – Не помню, что я им прокричала. Но тут появились демоны-мужчины, и демонессы убежали, а один из них… Он… Я опустила голову и зарыдала, вспомнив ледяную глыбу. - Мистер Санджоин погиб, Усаги, - не поднимая головы, провыла я. – Я ничего не смогла сделать. Не помню, что дальше было, и как я вообще добралась до дома. Все плохо! - А сам мистер Санджоин, кем он был, как ты думаешь? – осторожно спросила Усаги, поглаживая меня по волосам. - Теперь уже все равно, - горько прошептала я. – Даже если он тоже был таким, как и прочие волшебные твари, он хотел мне помочь. Хорошо бы это было просто бредом, Усаги. Хорошо бы настоящий мистер Санджоин, пусть и дурно пошутил со мной, действительно находился бы в отъезде, а не умер в другой реальности. - Но вдруг так и есть? Вдруг это был просто сон? Ты перенервничала, тебе стало плохо, и ты не помнишь, как ушла домой, - быстро заговорила Банни. – Тебе приснился кошмарный сон, Нару. Посмотри на меня. Не надо бояться. Это же только сон, - Усаги открыла и закрыла свою Лунную призму, и я уловила отблеск ее сияния. Вот хитрованка! Решила подкрепить внушение. Для моего же блага, разумеется. - Да? Ой, Банни, в самом деле, вдруг так и есть? – протянула я. – Знаешь, я так испугалась, что как-то об этом не подумала, - я изобразила растерянность. – А может, это какое-то побочное действие таблеток. Да? - Тебе надо хорошо отдыхать, - чувствовалось, что Усаги неудобно передо мной. – И выбросить из головы этого мистера Санджоина. - Ты права, Банни. Мне повезло, что у меня есть такая замечательная подруга, как ты, - Усаги покраснела и опрокинула чашку. - Прости меня, - сконфуженно пролепетала Банни. - Это пустяки, подумаешь, скатерть разок протереть. - Нет, я… Нару, - смешавшись, она меня обняла. – Все будет хорошо, правда. Ты выздоровеешь, и все наладится. «Ты уверена?» - скептично хмыкнула я про себя. - Мы пойдем вместе гулять, и к Мотоки сходим, и в кино, и в кафе, куда захочешь, - продолжила Усаги. – А Юмино опять тебе привет передает. Пожалуйста, выздоравливай, Нару! – у нее на глазах блестели слезы. Попервоначалу нелегко это, должно быть, сознательно облучать друзей всякой магической хренью. - Конечно, все образуется, - вздохнула я. Сколько у будущей принцессы друзей не из сейлоров и им подобных, вдруг подумалось мне. Да никого, кроме Нару и, отчасти, Мотоки, хотя тот тянет на приятеля максимум. Значит, одна Нару. Одна я. Запросто могу ошибаться, но, сдается мне, чем дальше, тем больше сейлоры попытаются прикрутить все «лишние» контакты Сейлор Мун. Просто на всякий случай. По крайней мере, на их месте я бы так и поступила. Вот только я на своем месте. И если где проколюсь, то не смогу эдак небрежно натянуть темные очки и жизнеутверждающе заявить: «Это был взрыв газа. Абсолютно не стоит беспокойства».