Личность/Двада

— Рад видеть Вас сегодня, мисс Рорри. Вам черный или зелёный? Едва девушка переступила порог, как её обвеяла атмосфера благосклонности и спокойствия. Таким уж был «Перекрёсток» — маленькая кафешка, которую Рорри посещала уже месяц. Расположенное рядом с Малым Перекрёстком (и, предположительно, получившее свое полное название из-за него же), это место на удивление пустовало. Посетителей, которых девушка увидела за всё время, можно было сосчитать по пальцам. Это было странно… но благодаря этому у «Перекрёстка» была своя, необъяснимая аура загадочности и покоя. Стоило войти, как улетучивались все беспокойные мысли и беды, сознание словно проходило принудительную очистку. Почти всё здесь веяло этой атмосферой, перед которой было невозможно устоять. — Черный, — тихо ответила Рорри и направилась к третьему столику. Ещё немного, и она могла поставить на него табличку с собственным именем. Шутка ли — с самого первого прихода она сидела именно там, и неизменно рядом с окном. Сев, она прислонялась к стеклу и позволяла мыслям окунуть себя с головой. Достаточно подумав (или же доведя себя до головокружения), она вставала и уходила домой. Этот странный ритуал «придти-подумать-уйти» происходил всякий раз, как она сюда приходила. Иногда она приходила каждый день, а иногда отуствовала целую неделю — периодичность посещений не была ясна ей самой и зависела, скорее всего, от настроения. Если вы спросите, о чём именно думала Рорри… Она думала о всяком. О том, как устроена социальная лестница, как меняется человеческая личность, что сейчас в моде, какие милые узоры… Перефразируя одного мудреца, «она могла весь день думать о бабочках и человечестве». Вот и сейчас Рорри села за третий столик у окна и со слабыми стуком коснулась лбом стекла. Проходящие мимо люди и проезжающие машины действовали на неё гипнотизирующе, и стоило ей начать проваливаться в глубины собственного разума… Звоньк! Ает опустил на стол белую маленькую чашку, от которой исходил пар. Казалось, не чай, но сама чашка испарялась и будто уменьшалась в размерах. Словно желая это проверить, Ает наклонился, но, заметив взгляд Рорри, мягко улыбнулся и удалился. Хозяина «Перекрёстка» не особо волновало отстутвие посетителей. Если судить по его джентльменской улыбке, это его даже радовало. Хотя пытаться узнать, что у этого человека на душе — гиблое дело, Рорри сразу это поняла. Этот мужчина, в свои двадцать пять всё ещё выглядящий как школьник, постоянно улыбался. Его спектр эмоций напоминал гардероб из одинаковых белых футболок с пришитыми маленькими бирками: «Спокойствие», «Веселье», «Поучение», «Подзадоривание» и ещё сотни слов, значение которых без словаря понять было затруднительно. И всё выглядело естественно, в голову даже не приходило то, что это мог быть обман. Ает не фальшивил. И это беспокоило. Ает встал у барной стойки и налил себе чай. Рорри решила перестать думать о нём, но вместо этого её глаз невольно обратился к ещё одному человеку в этой полупустой кафешке. Сейчас он сидел у дальнего угла с натянутым капюшоном и положив голову на руки, и лишь ритмичный стук его пальцев о поверхность стола говорил о том, что он ещё не спит. Бен Ховен, как он сам представился, за прошедший месяц показал себя как личность, не знающую, куда девать своё свободное время. Он приходил раньше Рорри и уходил позже неё, что, учитывая то, что он был старше девушки лишь на год, было странно. Разве не надо ему идти в школу, на подготовительные курсы? Если копать глубже, то не должна ли у него быть личная жизнь? Друзья, девушка, собака? Есть ли у него дела на самом деле, или нет, но Бен проводил время «Перекрёстке», время от времени подавая признаки активности. Непонятно, было ли это из-за непомерной усталости, депрессии или же просто лени. Хотя нужно отметить, что под конец месяца Бен начал всё чаще куда-то отлучаться или вовсе не приходить. Так они и проводили время втроём — в тишине. Лишь изредка кто-то из них удосуживался нарушать её, заводя пустяковый разговор. В один из дней Рорри как-то обмолвилась: — Я недавно прочитала книгу. Не понравилось. — Ох, и почему же, мисс Рорри? — тут же спросил Ает. — Главный герой умер в конце. После всего, что сделал. — Может, он выполнил своё предназначение? Знаете, порой бывает, что не всем суждено встретить счастливый конец. Чаще всего те, кто потом и кровью добивается его, падают смертью храбрых, и их истории жизни теряются в небытие… Жизнь несправедлива, даже в вымышленном мире. — Почему автор убил персонажа? — Рорри словно не услышала слова Аета. — «И всё творцы держат в руке мясницкий нож»… Простите, напомнило. Что касается персонажа, разве его смерть не тронула определённые струны вашей души? Задачей автора, я полагаю, было вызвать у вас эмоции, заставить вас размышлять… — Я понимаю, зачем убивают персонажей. Я не понимаю, зачем делать это в конце. Смерть — плохое вознаграждение за то, что герой сделал. Он лишился не просто жизни. Его друзья, соратники, семья. Он остался без них, совсем один. — Мисс Рорри, этот разговор будет длиться до бесконечности, если мы его сейчас не прекратим. Просто постарайтесь в следующий раз не читать книги этого автора, или же заинтересоваться другим жанром, если Вам не нравятся смерти персонажей. Рорри помнила, что что-то сказала в ответ на это, но память об этом затерялась у нее в голове. Сегодня у нее закончились темы для размышлений, так что она просто смотрела на происходящее снаружи. Кафе «И встретимся мы на пересечении наших сердец» (этим названием не пользовался даже Ает, заменяя простым «Перекрёстком») было расположено рядом с Малым перекрёстком, украшавшим собой туристические брошюры района. Он был одним из первых мест, где были опробованы диагональные пешеходные переходы. И пусть до размахов Центрального перекрёстка он не доходил, но зрелище всё равно было достойное. Пока горел красный и проезжали машины, десятки людей успевали столпиться у пешеходного перехода. И стоило загореть зеленому, как они разом переходили дорогу, своим видом напоминая горный поток. Особенно это было заметно в самом центре, где люди сталкивались словно течения реки, и стоило больших усилий перейти туда, куда тебе нужно. Эта картина была воистину сюрреалистической, заставляющей задуматься о бытие и мелочности жизни, и ее фотографировали туристы, чаще всего с безопасного расстояния. Это также было одной из причин, почему на перекрёстках Двады было так много кафе и прочих заведений. Люди заходили туда, взбирались на второй этаж, где обычно были стеклянные стены, и, толпясь и толкаясь, с упоением ждали, когда загорится зелёный. Разумеется, это больше подхожит к описанию Центрального перекрёстка, но и Малый был небезызвестным местом для фотосессий. Смотря, как люди переходят дорогу, Рорри вдруг подумала об одной из странностей «Перекрёстка». А именно — второй этаж. Он был, но частью кафе не являлся. Когда она однажды спросила Аета об этом, он с улыбкой ответил: «Ах, там находится моя квартира. Если Вы подумали о чём-то загадочном, то мне придётся Вас разочаровать. Две комнаты, спальня и маленькая оранжерея.» «Он живёт над своим кафе,» — Эта мысль время от времени посещала Рорри. Довольно странно. Учитывая, что доход у него нулевой, то как он платит за это место? И чай… Где он его закупает? Резко на Рорри накатила сонливость, ей не свойственная, и ее мысли спутались. «Отдых не помешает», — только успела подумать Рорри, как её сознание отключилось. *** — Она заснула, — констатировал Ает, протирая кружку. — Ах, юность, так много возможностей и так мало времени… — Эта фраза была не к месту, Босс, — отозвался Бен с дальнего угла кафе. — Бен, наконец решил перестать изображать уставшего работника, попавшего под сокращение? — Можно и так сказать. Но меня волнует один вопрос… — Кто она, собственно, такая? Обыкновенная школьница, ставшая жертвой школьной тирании. Ничего сверхъестественного. — Я знаю, что ты любишь приуменьшать и недоговаривать. Если она оказалась в «Перекрёстке», то она в принципе не может быть обыкновенной. — Думаешь, она Проводник? Не рано ли строить такие предположения? Или поздно, раз уж она не реагировала на наши разговоры. — Я такого не говорил. Меня беспокоит, с кем она пришла в первый день. — Случайность, Бен, случайность. Неудачное стечение обстоятельств, только и всего. — Случайность? В «Перекрёстке»? Не смеши меня, Босс. — Разве не случайность то, что ты оказался здесь? — В последнее время я начинаю в этом сомневаться. Их разговор прервал внезапный крик. И исходил он от Рорри. *** «Б-больно… Невыносимо…» Девушка схватилась за голову и впилась ногтями в кожу. Боль была нестерпимой, казалось, словно кто-то проткнул её череп раскалёнными ножами. Каждая клетка мозга кричала от агонии. Все органы чувств Рорри разом сошли с ума, но она не могла обратить на это внимание из-за боли, делавшей даже простые мысли невозможными. От подобного болевого шока, сравнимого с казнью на электрическом стуле, человек мог умереть, но Рорри даже не теряла сознание. «Мисс Рорри, что с Вами?» — По ощущениям голос донёсся будто из другого мира. Боль стремительно начала затухать, пока от неё не остались лишь воспоминания. Чтобы прийти в себя, однако, потребовалось больше времени. — В-всё в порядке, — выдавила она из себя. — Всё прошло. — Ну нет, так ты не отделаешься, — вмешался Бен, который, видимо, подбежал к столику, пока Рорри мучилась от боли. — После таких криков ты одним «всё в порядке» не отделаешься. Босс, где у тебя аптечка? Или мне сразу в больницу звонить? Я могу это устроить, мой дядя… — Я в порядке, — повторила Рорри уже привычным тихим голосом. — Нет нужды. — Да, Бен, не нужно бежать впереди паровоза, — вставил свои пять копеек Ает. — Босс, ты же сам это видел! — Разумеется, я обеспокоен произошедшим. Однако… Правая рука Аета дёрнулась, и он вдруг замолчал. Через мгновение то же произошло и с Беном. Выглядело так, словно их одновременно укусили комары. Казалось бы, простое совпадение, но они заметно напряглись. Ает выдал это лишь слегка опустившимися уголками губ, однако Бен был более щедр на эмоции. Его глаза расширились, на лбу проступили морщины, рот раскрылся — словом, он напоминал школьника, осознавшего, что опаздывает на урок. Вместе с этим атмосфера в кафе изменилась. Если раньше это место определялось словом «спокойствие», то сейчас скорее подходило слово «напряжение». — Что, сейчас? — В глазах Бена читалось явное неудовлетворение. — Зов Зетсайда, — Видимо, Ает констатировал известный им обоим факт. — Немедленно отправляемся. — Месяц ничего не было, и стоило мне расслабиться… — Ты всегда расслабленный, Бен. Я регулярно вижу, как ты преспокойно спишь. — Если я лежу с закрытыми глазами, это не значит, что я обязательно сплю. — Полно, полно. Эхо никого не будут ждать. Я сейчас открою портал. Кажется, они забыли о существовании Рорри. А она, между тем, переваривала получаемую информацию, что, учитывая прошедшую головную боль, давалось с трудом. Зетсайд? Зов? Эхо? О чём они вообще? И самое главное, почему Рорри примерно представляла, о чём они говорят? Она определенно слышала эти термины в первый раз в жизни, и всё же… всё же… Ает щёлкнул пальцами, из которых будто бы посыпались искры. Рорри собиралась посчитать это игрой воображения, когда впереди нее, со стороны двери, раздался хлопок. Рорри повернула голову, а в следующее мгновение подумала, что из-за приступа боли ее зрение начало давать сбои. Потому что двери не было. Дверной проем заполнила… Рорри не могла подобрать другого слова, как энергия. Белое пространство, по которому проносились черные кружки. Эти кружки двигались с замысловатой траекторией: одни носились прямо и вскоре исчезали за проёмом; другие, достигнув его, отскакивали сродни экранам ожидания старых DVD-проигрывателей; третьи вообще не двигались. Среди них были те, которые меняли свои размеры, а некоторые — даже формы. Чем дольше Рорри смотрела на это, тем больше ей казалось, что в ее разуме происходят необратимые изменения, способные плохо отозваться в будущем. Но она не могла отвести единственный глаз, и всему виной чувство, которое она не могла описать. Новое и вместе с тем древнее, зарытое глубоко в подсозании. Она лицезрела Вечность или нечто схожее с ней. Наполовину находясь в состоянии транса, Рорри заметила, как Ает и Бен направляются к дверному проёму, ставшему непонятно чем. Что они там говорили? Портал? — Куда вы? — окликнула она их. — А, в Зетсайд, — небрежно ответил Бен, словно не думал, что она это услышит. — Через портал, задержимся чуть, и обратно. — Что такое Зетсайд? — Да-да, скоро вернём… Бен замолчал. Затем медленно повернулся к Рорри. Совсем недавно ей довелось увидеть шок на лице Бена, но то, что он выдела сейчас… Чистейшее удивление, не сдерживаемое глупостями вроде рамок приличий. С таким лицом Цзерарь смотрел на Брута в последние мгновения. Хоть в глазах Бена и не было чувства предательства, неверие и непонимание происходящего с лихвой всё восполняли. — Повтори, что ты сказала? — Он даже не попытался скрыть удивление в своем голосе. — Зетсайд. Что это такое? Ноги Бена затряслись, но он усилием воли взял себя в руки. — Так ты слышала то, о чём мы говорили? — Да. — Всё это время? Его вопрос прозвучал странно, и Рорри решила уточнить: — Всё, о чём вы говорили несколько минут назад. По некой причине Бен ещё больше выпучил глаза. — И только? В ответ Рорри опустила голову на сантиметр и вернула голову в исходное положение. Её кивок был почти незаметен. Из Бена вырвался нервный смешок, и он ухнулся на ближайший к себе диванчик. — Босс, можешь объяснить, что это значит? Рорри посмотрела в сторону Аета. Его уголки губ опустились ещё ниже, и на лице осталась лишь слабая улыбка. Глаза, его, однако, не изменились ни капли. Казалось, что он изо всех сил пытался изобразить удивление. — Интересное развитие событий, — только и сказал он. Бена, однако, этот ответ не устроил. — Хоро́ш ходить вокруг да около, Босс! Выкладывай свои соображения и не пытайся отмазаться! — Откуда в тебе такая энергичность? — Ает менторски улыбнулся, но, встретившись с разъяренным взглядом Бена, лишь вздохнул и пожал плечами: — Шучу-шучу. Он повернулся к Рорри и обыденным тоном спросил: — Мисс Рорри, не посчитайте оскорблением, но я из чистого любопытства хочу удостовериться. Вы не лжёте? Вы вправду слышали наш с Беном разговор только сегодня? Кивок. — Вы не знаете, что такое Зетсайд или Проводник? Кивок. — И Вы видите этот портал? — Он указал на пространство в дверном проёме. Кивок. Ает на мгновение замолчал, после чего сказал: — Ясно. Я верю Вам, мисс Рорри, так как у Вас нет причин нам лгать. Но в таком случае ситуация и вправду интересная. Не согласишься, Бен? — Нет, не соглашусь, — буркнул Бен. Ему было стыдно за то, что он смотрел на Рорри таким образом, и поэтому теперь он скрывал свои эмоции ворчанием. — Ладно, отставим это. Мисс Рорри, Вы действительно хотите узнать, что значат эти слова? Рорри задумалась. В этих словах было больше смысла, чем казалось на первый взгляд. Ает давал ей выбор. Остаться в священном неведении или узнать нечто таинственное, возможно опасное. Возможно, он спрашивал, хочет ли Рорри поменятся, изменить свою жизнь, изменить себя невозвратно. Точка невозврата. Вот чем был его вопрос. — Да. Рорри чувствовала, что это правильное решение. Будучи флегматиком с рождения, она всё же чувствовала, что обычная жизнь, пусть даже в Дваде, слишком мала для нее. Нет того простора, которого ожидаешь от «безграничных возможностей». Раньше Рорри поглощала всё, что можно было узнать, делала всё, что было ей под силу, но в итоге погрузилась в свои мысли и отстранилась от всего. Чтобы сбежать от этих незримых ограничений. И сейчас жизнь предлагала ей расширить горизонты, предлагала разрушить границы. То, о чём она и не думала все эти годы. И даже если эти слова окажутся шуткой, а «портал» — оптической иллюзией, пока есть шанс, что она почувствует нечто новое, Рорри будет за него хвататься. В глазах Аета сверкнул огонёк. — Что ж, оспаривать решение леди мне не под силу. Идите за мной. С этими словами он подошёл к дверному проёму, прошел через него… и исчез. Но Рорри не особо волновалась: Ает выглядел уверенным, так что всё и должно быть так. Она только убедилась, когда с другой стороны портала (ей было сложно привыкнуть к этому слову) донёсся голос: — Ах да, Бен, и ты тоже заходи. Бен встал, не отводя глаз от Рорри. — Надеюсь, что он объяснит тебе всё. И мне заодно. Он тоже нырнул в портал. Осталась только Рорри. Не колеблясь ни на мгновение, она медленными шагами подошла к порталу. Не из-за страха или сомнений, но из-за ощущения того, что прямо сейчас происходит один из важнейших моментов в её жизни. — Поторопитесь, мисс Рорри. «Я иду». Рорри сделала шаг в неизвестность. *** Сделав его, она оказалась на улице, у Малого перекрёстка. Ощущения были… почти никакие. Единственное, на что это было похоже — проход через дверь. Без ярких спецэффектов, без напутственных речей. Рорри обернулась — позади нее были те же дверь, изукрашенная водяными лилиями стена и пустая черная доска. — Здравствуйте, мисс Рорри, — окликнул её знакомый голос. Перед ней оказался Ает, тот же самый, что и мгновения назад. Его лицо не изменилось, так что Рорри посмотрела на Бена, стоящего рядом с Аетом. Его лицо… способен ли человек физически выпучивать глаза так сильно? Бен пожирал девушку взглядом, как индейцы, впервые в жизни увидевшие лошадей, как неверующий, к которому спустился ангел. Честно говоря, от этого девушке стало чуть неуютно. Заметивший это Ает усмехнулся: — Мисс Рорри, ничего не чувствуете? Рорри покачала головой. — Интересно, — пробормотал про себя Ает. Следующие слова он сказал чётче: — Тогда почему бы вам не посмотреть на витрину? Он указал на витрину магазина одежды, находившегося рядом с «Перекрёстком». Не понимая, зачем это надо, Рорри сделала несколько шагов, и до нее начало доходить. Что-то было не так. Ощущения чуть-чуть отличались от тех, что были совсем недавно. И точка обзора словно стала меньше… Девушка встала рядом с витриной. Коллекция «Весна-лето 20ХХ». Немного не в её вкусе, слишком много цветов. Она предпочитала монохромную одежду, как у «Wild Ad», к примеру… — Простите, забыл уточнить, — спохватился Ает и поклонился в знак извинения. — Присмотритесь к своему отражению. «Оно такое же, как и…» Мысли Рорри оборвались. Отражение и вправду было тем, на что стоило обратить внимание. Потому что Рорри точно помнила, что не надевала эту одежду. И за её спиной… крылья бабочки? Рорри тут же начала осматривать свое тело. Да, ошибки быть не могло — это действительно были крылья. И стоило ей заметить, как они слабо затрепетали. «От ветра?» — предположила Рорри. Но сейчас был полный штиль. Тогда к ней в голову закралась одна мысль. «Двигайтесь,» — мысленно приказала она, и крылья послушно задвигались, как у настоящих бабочек. «Вверх,» — подумала Рорри, и тут же взмыла в воздух. Она стремительно вознеслась ввысь, и когда остановилась, перед ней предстала Двада с высоты птичьего полёта. Десятки улиц и переулков, напоминавших артерии, и все они вели к Центральному перекрёстку — так Рорри поняла, что он был достоин своего титула «Сердце Двады». Отсюда было видно всё — и парк Благодарности, и реку Нейран, и Молл, и небоскребы, и многочисленные маленькие здания… Восхитительная картина! Рорри подумала, что она была одной из немногих людей, увидевших это чудо собственными глазами с такой высоты. Вдруг она услышала смех. Ушло некоторое время, прежде чем Рорри поняла, что хохотала сама она. Первый раз в жизни она выражала свои эмоции таким образом. В небе раздался её переливчатый смех, детский и наивный, исполненный очарования. И даже холодный ветер не мог заглушить его. Откуда у нее крылья? Что за странная одежда на ней? Что вообще произошло? А не всё ли равно? Сейчас девушке хотелось только любоваться этой картиной района и смеяться. Рорри была уверена — этот момент накрепко впечатается в её память и она ни за что его не забудет. Через некоторое время Рорри удалось успокоиться. Её лёгкие болели, но то была приятная боль, напоминавшая о минутах радости. И тогда рядом с ней раздался голос: — Прелестно, мисс Рорри. Разве не чудесный вид? У Вас определено хороший вкус. Ает был чуть поодаль от Рорри. Он стоял на парящей колонке, сродни таковым в ночных клубах. Девушка приняла это как данное, даже не задавшись вопросом, как этот предмет вообще может летать. Она лишь ответила: — Спасибо. — Не стоит благодарностей, — Ает поклонился, что, учитывая обстановку, выглядело малость абсурдно. — Сделать леди счастливой — цель любого джентельмена… — Так, Босс, ближе к делу, или я сбрасываю тебя. Парашют с собой прихватил? Бен также стоял на парящей колонке. Судя по словам, именно благодаря ему они могли висеть в воздухе. Он их каким-то образом контролировал? — Ладно, ладно, только не горячись, — Ает пожал плечами. — Мисс Рорри, будет легче, если мы спустимся обратно на землю. У меня есть к Вам разговор, а здешний холод и разреженный воздух не особо к нему располагают. Рорри поколебалась мгновение, но всё же пошла на снижение. В любом случае, она сможет подняться вверх чуть позже. Спустилась она точно туда, откуда «стартовала». Девушка кое-что вспомнила, и начала оглядываться вновь. Странностью были не только крылья бабочки, но и новая одежда. Она выглядела так, словно ее обычная одежда исказилась. Черные и белые цвета сохранились, но теперь платье выглядело как наряд какой-нибудь лесной феи из фэнтези, только чуть более целомудреннее. Обувь также изменилась, и это объясняло, почему глаза Рорри теперь находились ниже, чем обычно. В повседневной жизни она носила кроссовки на высокой подошве. Не то, чтобы это был комплекс… Но ее изменившаяся обувь, увы, обладала довольно низкой подошвой. Девушка, и так бывшая низкой, на мгновение почувствовала себя карликом. — Мисс Рорри, у Вас есть ко мне вопросы? Ах, простите, это прозвучало глупо с моей стороны. Парочка вопросов появилась ещё во время полета, так что Рорри сразу начала их задавать. — Что это за место? Исключая странную одежду и крылья, Рорри заметила ещё одну странность. Во время полета она увидела всю «Дваду»… но не заметила и намека на людей. Абсолютно пустой район. Этому должно быть объяснение. — Ах, сразу берете быка за рога. Это место — Двада. Точнее, его копия, находящаяся на другом слое мироздания. Можно сказать, что это параллельный мир. Но это очень грубое допущение, вызывающее кучу несостыковок… — Называй это место Зетсайд, — подал голос Бен. — А то место, откуда мы прибыли — Зиссайд. Ну, или реальным миром, реалом или что тебе в голову придёт. — Да, Зетсайд и Зиссайд — принятые обозначения, — согласился Ает. — Но я вынужден тебя поправить, Бен. Это место настолько же реально, как и то, откуда мы прибыли. — Да-да-да. — Второй вопрос… — продолжила Рорри, заставив обоих замолчать. Однако свой вопрос она не договорила. Перед ней возник лист бумаги. Присмотревшись, она поняла, что это какой-то контракт. Ает, заметив это, снисходительно произнёс: — Думаю, будет легче, если вы прочитаете это. «Потерянный и найденный. Мост между Тем и Этим, переплетение, связь. Появившийся по зову, он храбро и неотступно сражается, искореняя всё зло и коварство этих земель. Приняв себя, он обретает силу, таившуюся в себя, и сила эта бесконечна. Становится мечом, а враги его — жалкими муравьями. Остановить его может лишь тот, кто похож на него. Потерянный, ты оказался в месте, где желаемое становится истинным. Где эмоции видимы и осязаемы. В твоих силах принести гармонию как этим землям, так и себе. Отметься здесь, и сможешь возвращаться сюда по своему желанию, станешь. Откажешься — забудешь об этих землях и никогда не сможешь оказаться здесь вновь. Если останешься, то мысли твои станут лезвием, а слова — пулями. Но помни, что едва станешь ты найденным, пути назад не будет. Не сможешь ты сказать потерянным об этих землях, а коли скажешь — не поймут они тебя. Одна стрела может пронзить небеса. Один камень может снести стену. Одно дуновение ветра может вырвать дерево. Один человек может всё.» — Так же сумбурно, как и в первый раз, — разочарованно протянул Бен, едва Рорри закончила читать. — Босс, у тебя был точно такой же контракт? — Если говорить проще, то Зетсайд спрашивает Вас, мисс Рорри, — Ает пропустил вопрос Бена мимо ушей, — хотите ли Вы стать Проводником. Видите ли, Проводник — сущность, способная появляться в Зетсайде по собственному желанию. Разумеется, мы с Беном также являемся Проводниками. Если поставите подпись, у Вас также появится подобная привилегия. Если нет… Что же, Вы забудете то, что здесь оказались, очнётесь в «Перекрестке», и всё произошедшее покажется Вам лишь сном. — Если можно отказаться, значит есть причины, по которым это можно сделать. — Мисс Рорри, вы проницательны. Да, причины есть. Честно говоря, мы первоначально собирались в Зетсайд по другой причине. И она должна появиться с секунды на секун… А вот и она. Рорри посмотрела туда, куда смотрел Ает. Обычный перекрёсток. У каждого перекрёстка в Дваде было собственное имя, связанное с его историей. Этот вроде звался перекрестком Надежды. Ходят слухи, что здесь можно столкнуться с любовью всей твоей жизни. Данное место не было в фаворе водителей, так как постоянно блокировалось: множество людей любили делать предложения своим половинкам в середине перекрёстка. Но это просто факты. Почему Ает все время разговора пристально смотрел туда? Ответ нашелся довольно быстро. Хотя тут больше подошло бы «ворвался, круша всё вблизи себя». Если бы Рорри спросили, на что похоже существо, которое она видела, определиться с ответом ей было бы сложно. Эта зверюга выглядела как прямоходящий медведь, но её очертания были слишком резкими. Если попытаться описать, больше всего это походило на граффити, перешедшее в третье измерение. О естественности этого создания не было и речи. Напоминавшее тень, оно было почти полностью чёрное. Лишь два горящих красным глаза были полны жажды разрушений. Вдруг в голове Рорри прозвучал голос: «Ты хочешь бороться?» Данная зверюга выглядела устрашающе, но Рорри, чьи эмоции с самого детства были затуплены, не была напугана. Но в ней неожиданно проснулся инстинкт, о существовании которого она до последнего времени и не подозревала. Инстинкт истребить эту тварь и всех ей подобным. — Да, — сказала Рорри вслух. Затем взяла парившую рядом с контрактом ручку и расписалась. Едва кончик оторвался от бумаги, тот же голос произнёс: «Так борись же, воин». Рорри ощутила тяжесть и холод в правой руке — она что-то держала. Этим «что-то " оказался белоснежный клинок, вылитый целиком из неизвестного Рорри металла. Узкий и длинный, он казался верхом изящества. Рорри вспомнила, что говорил ей историк в школе. В её руках оказалась рапира. Рорри вновь посмотрела в сторону того создания. Оно медленно сокращало расстояние. — Это Эхо, — счёл нужным отметить Ает. — Существо, созданное из отрицательных эмоций людей Зиссайда. Наша задача как Проводников — истреблять их. Мисс Рорри, почему бы Вам… Рорри не дослушала его и рванула вперёд. В следующее мгновение рапира проткнула Эхо в нескольких местах. За долю секунды Рорри преодолела расстояние в сотню метров и сделала несколько молниеносных выпадов — всё произошло так быстро, что было невозможно уследить глазом. Эхо издало рёв, похожий на шум барахлящего телевизора, и рассыпалось в пыль. Рорри стояла молча и не двигалась среди клубящейся черной пыли, походившей на дым. Ает стоял вдали и также не произнёс ни слова. И лишь Бен позволил себе высказать свои мысли: — Это всё? Это — вся твоя реакция? Просто покер-фейс? Мир сходит с ума или это я — просто истеричка? Это не риторический вопрос, Босс, отвечай! *** Коротко о том, что произошло позже. Ает, Бен и Рорри вернулись в «Перекрёсток». Рорри огляделась, и едва слышно вздохнула с облегчением — её одежда и особенно кроссовки вернулись к норме. А вот крылья было жаль. Впрочем, как уверил Ает, стоит ей вернуться в Зетсайд, как вернутся и крылья. Рорри села у третьего столика и сделала глоток чая, заваренного Аетом. Это напомнило ей кое-что, и она спросила: — Почему одежда поменялась только у меня? Вы выглядели как обычно. Обычная одежда, нет крыльев. — Ах это, — усмехнулся Ает, но в его голосе было заметно недоумение, — честно говоря, у меня нет и малейшего представления об этом. Я являюсь Проводником десять лет, и это первый подобный случай. Рорри едва заметно нахмурились. Что бы то ни было, это отзовётся в будущем. Эта её «особенность» врядли останется просто случайностью. Таковы правила жизни, и они должны были распространятся даже на параллельные миры. — Мисс Рорри, не только это является аномалией. То, как вы попали в Зетсайд, также достойно внимания. Рорри наклонила голову чуть вбок. — Обычные люди могут попасть в Зетсайд, это не редкость. Но обычно они оказываются там из-за разломов. Видите ли, Зиссайд и Зетсайд как бы наложены друг на друга, и находятся в одних и тех же координатах, просто на других уровнях. Зиссайд — то есть место, где мы находимся сейчас — является материальным уровнем, когда как Зетсайд — информационным. В Зетсайде эмоции воспринимаются как ещё один тип информации, а значит, могут оказывать действительное влияние, в том числе на Зиссайд. Из-за вспышек эмоций информационный уровень повреждается, и появляются разломы, в которые втягивает людей, как испытавших эти эмоции, так и совершенно не причастных к этому. Бен, к примеру, относится ко второму типу людей. С дальней части кафе донеслось хмыкание — Бен дал понять, что он всё ещё жив. — Однако сегодня вы попали другим образом. Вы увидели портал, искусственно созданный Проводником. Пусть разломы и порталы и работают одинаково, структура вторых такова, что их не могут увидеть не-Проводники. Помните слова из контракта? «Не сможешь ты сказать потерянным об этих землях, а коли скажешь — не поймут они тебя…» Здесь имеется в виду, что Ваши слова будут проходить автоматическую цензуру в пределах района Двада. Окружающие не будут слышать ничего, или же услышат совершенно другие слова, чаще всего пустые разговоры. Вам не доводилось в течение месяца слышать от нас к Беном нечто странное? Рорри напрягла память и вспомнила один такой момент. — Вы спорили о том, что появилось раньше: моток ниток или швея. — Ох, правда? — Ает изобразил смущение, что, учитывая его неизменившееся лицо, выглядело натянуто до одури. — Премного извиняюсь. Возвращаясь к теме разговора… Узнав, что вы видите портал, я подумал, что Вы уже являетесь Проводником. Мои подозрения усилились, когда Вы с такой лёгкостью взмыли в небо. Обычно начинающим Проводникам требуется время, чтобы свыкнуться со способностями. Бен потратил на это целый месяц. С дальнего угла донеслось возмущенное «эй». — Но мои сомнения развеялись, как только перед вами появился контракт Проводника. Он появляется только в самом первом посещении Зетсайда. Простите, что я сомневался в Вас. Мисс Рорри, должно быть, вы просто уникум, с чем я Вас поздравляю. Рорри решила не отвечать на это. — Последний вопрос. Мне надо домой. — Простите, что задержал Вас. Спрашивайте что хотите. — Как много Проводников? На этот раз решил ответить Бен: — Около ста-полутора. Довольно мало, учитывая плотность населения в сто двадцать тысяч человек. Но я уверен, что по крайней мере треть района побывала в Зетсайде. Люди просто отказались становиться Проводниками и забыли это место. Все же не очень много людей готово сходу согласиться начать драться с непонятным зверьём. *** Рорри узнала всё, что ей нужно. По крайней мере, на время. Она всегда можно вернуться в «Перекрёсток» и спросить что-то ещё. А сейчас пора идти домой. Едва она коснулась двери, Ает неожиданно спросил. — Мисс Рорри, у меня к вам также вопрос. Мы раньше не встречались? — Что? — Шучу-шучу. Мой настоящий вопрос… Каково Вам было сегодня? В ответ… Рорри слабо улыбнулась. Здесь, в Зиссайде, пока что она могла сделать только это. Но Ает вспомнил, как она беззаботно смеялась в небесах. — Ответ принят. Всего хорошего, мисс Рорри. Звон колокольчиков — дверь закрылась. — Всего Вам хорошего…