Мало стать отцом, надо стать - ПАПОЙ

      По трапу из самолёта, приземлившегося несколько минут назад в Мурманске, спускались двое людей, как и сотни других вокруг. Несколько рейсов были задержаны, из-за этого в зале ожидания оказалась солидная толпа. Нелетная погода — вещь непредсказуемая. Кто-то ждал больше, кто-то меньше, но в воздухе уже витала атмосфера усталости, стремящаяся перерасти в безнадегу. Она читалась в позах людей и их лицах.       А вот кабинет контр-адмирала никогда не видел своего хозяина в подобном виде, в каком он сейчас находился. На столе размещались пустые стеклянные тары от довольно дорого коньяка, который до вчерашнего вечера находилсь в тёмных просторах сейфа руководителя контрреростического центра, но помимо ёмкостей для алкоголя гладка деревянная поверхность имела редкую возможность лично познакомиться с неприятным запахом ног капитана второго ранга Тарасова, а сам хозяин кабинета в неудобном положении тела храпел на небольшом диванчике.       Всё началось с того, что Борис Андреевич вчера вечером по-дружески заглянул к своему начальнику в кабинет, застав того в компании элитного короля спиртных напитков. — По какому поводу праздник? — получив разрешающий кивок головой от жмурившегося и закусывающего лимоном Ивана, Бизон занял свободное кресло напротив того — Досрочно Новый год встречаешь? — Развод! — одно чёткое слово глухо прохрипел, закинув голову с закрытыми глазами, а в руке сжимая письменную пренадледность до треска.       Рыжеволосый мужчина не стал уточнять о причине скандала, послужившего таким серьёзным заявлением. Осушив рюмку, предоставленную секундой раннее, он в чисто мужской беседе без всяких синтиментов, прямо в лоб озвучил всё что думает по этому поводу, как будто перед ним сидел не старший по званию офицер, а какой-то зелёный пацан. Разговор был не прост, откуда не возьмись в кабинете появились упаковка шпротов, полбуханки хлеба и бутылка водки.       Громкая мелодия разрезала тишину помещения. Стараясь не обращать внимание на назойливый звук прямо под ухом, контр-адмирал надвинул на голову китель, который этой ночью выполнял функцию одеяла, в надежде, что вещь из тёмной и плотной ткани оградит его от неожиданного и раздражающего звонка. — Булатов слушает — не совсем внятно пробормотал он, не утрудившись посмотреть на номер звонившего абонента, начиная, в полной мере ощущять в своём теле всё счастье ночёвки.       Услышанная информация заставила Батю подняться на ноги, а затуманенный разум вмиг протрезветь. — Ждите Бизона — отдал приказ Иван, отводя мутный взгляд от циферблата и стрелок наручных часов, чувствуя резкую головную боль.       Второй приказ на новый начавшийся день, а именно 30 декабря, прилетел Тарасову, который схватив с тарелочки что-то на подобии бутерброда, выскочил из кабинета начальства.       Во время обратной дороги из аэропорта Тарасов, в процессе вождения обсуждал нейтральные новости с Абышевым, мысленно поражаясь сдержаной и безэмоциональной со стороны Лены, встрече. Если полгода назад, увидев своего крёстного, она с разрывающей изнутри радостью повисла на его шее, то сегодня всё произошло совершенно иначе: на расстоянии пробормотала равнодушным голосом, вроде как-бы: «Здравствуй, Бизон».       Чтобы растопить эмоциональный холод в девушке, Борис пошутил, на тему того, что ей придётся жить в бесплатном общежитии для военнослужащих — казарме, сопровождая озученную информацию «ГАВ-ГАВ и МЯУ-МЯУ», Лена, которая была в курсе семейного положения отца, без лишних слов догадалась, что Тарасов таким оригинальным способом намекает на ссору в семье Булатовых, а вот Лекарь, не понявший суть странного диалога командира с девушкой, задумчиво покосился на капитана второго ранга.

***

      Булатова-младшая сидела напротив, через стол от Бати, но все равно вздрогнула от неожиданности, когда отцовская широкая ладонь хлопнула по столу. — Нет, и точка! — напористо, не повышая голоса, прочеканил Иван Михайлович тоном, не терпящим возражений.       У Лены в памяти не хранилось хотя-бы одного случая, что отец когда-либо вообще кричал. Этот человек обладал исключительно редкой способностью, сдерживая эмоции, наполнять произносимое, энергетическим посылом такой мощности, что собеседник, вызвавший эти эмоции, порой предпочел бы, чтобы на него лучше просто наорали. — Мало человека любить — оголённая обида читалась в её взгляде, а голос звучал сухо — Надо его понять, жить его жизнью, вместе с ним дышать. Слышать порою то, что нельзя сказать. Мало его найти, Главное — не потерять…        Взросление — это не угасание, равнодушие, а это скорее понимание самого себя как личность и ответственность за то, что говоришь. Те же самые черты лица, те же самые родные голубые глаза, но… но не по-детски осознанные слова. Булатов молчал, до него только сейчас в полной мере стало доходить, что перед ним не та маленькая улыбчивая девочка, мечтающая о встрече с Артуром Грэй из «Алых Парусов», а уже взрослый человек. Контр-адмирал даже задумался сколько ещё ему бы потребовалось времени, чтобы понять простую истину: дети не остаются вечными Питерами Пэнами, если бы его повзрослевшая дочь, вот так несколько минут назад бесцеремонно не ворвалась к нему в кабинет с требованим, чтобы он помирился с Багирой.

***

      Дверь в спальню, где спит бывшая Кошкина, приоткрывается с лёгким скрипом, мужчина взял себе на заметку, что обязательно ликвидирует причину этого раздражающего звука, о чём месяц назад попросила жена. Оказавшись в уютном помещении, Булатов посмотрел на спящую Риту, которая ему сейчас казалась такой беззащитной и милой.       Она проснулась от того, что почувствовала на своей щеке до боли знакомую щетину и такое родное тепло от трепетно ласкового прикосновения. Это мог быть только один человек, человек, с которым она вчера поссорилась, из-за которого всю ночь плакала. Резко распахнув глаза, женщина оттолкнула от себя мужа. Приподнявшись на локти, Маргарита видела своего Ваню. Он стоял перед ней с большим букетом из тюльпанов и глупой улыбкой на лице. Целый букет её любимых тюльпанов! У женщины моментально возник в голове вопрос: «Как и где он смог найти тюльпаны?», если они сейчас находятся на Севере. Ведь до этого района практически никогда не доходят эти прекрасные цветы, и особенно зимой, и ещё за один день до Нового года. Если и можно найти, то какой-нибудь один единственный заморыш за огромные деньги, а этот букет вмещал в себя не менее сотни великолепных тюльпанов всей цветовой гаммы, что существуют в природе.       Вручив букет из нежных цветов, контр-адмирал уселся за музыкальный инструмент, который в последнее время выполнял функцию декора в дизайне их спальне. Пальцы Ивана с легкостью и плавно закружили по чёрно-белым клавишам пианино, а помещение наполнила необыкновенно знакомая с юности мелодия песни "Ноктюрн", исполняемая Муслимом Магомаевым.

Между мною и тобою — гул небытия, Звездные моря, тайные моря. Как тебе сейчас живется, вешняя моя, Нежная моя, странная моя?

      Благодаря музыке можно найти в любимом человеке новые неведомые прежде тайны. Увидеть жизнь в новых тонах и красках. Ваня идеально создал лирическое настроение, и сейчас молил Бога, чтобы его вокальный диапазон не подвёл его, а наоборот позволил ему осилить намеченную вершину.

Если хочешь, если можешь — вспомни обо мне, Вспомни обо мне, вспомни обо мне. Хоть случайно, хоть однажды вспомни обо мне, Долгая любовь моя.

      Восхищению Риты не было предела! Мягкий, субтоном спетый запев, подобно гимнастике выпрямляющей тело, выпрямил по направлению к себе душу любимой женщины, у которой пошли искренние слёзы счастья.

А между мною и тобой — века, Мгновенья и года, сны и облака. Я им к тебе сейчас лететь велю. Ведь я тебя еще сильней люблю

      Неожиданно для себя Иван вспомнил высказывание Боно, что музыка может изменить мир, поскольку она способна изменить людей, и даже на мгновение всерьёз задумался над тем, чтобы при допросах пытать террористов классической музыкой.

Как тебе сейчас живется, вешняя моя, Нежная моя, странная моя? Я тебе желаю счастья, добрая моя, Долгая любовь моя!.

      У Маргариты по спине пошли мурашки. Приятные мурашки. Вчера они ещё были на стадии молчания, а там, где кончаются слова, начинается музыка, пускай даже песня. Но ведь эти слова идут из глубины души. Ведь он для неё как кислород, без которого она не представляет себя.

Я к тебе приду на помощь, — только позови, Просто позови, тихо позови. Пусть с тобой все время будет свет моей любви, Зов моей любви, боль моей любви!.

      Сейчас себя контр-адмирал не считал нормальным человеком. Да и как можно считать себя нормальным человеком, если ты больной? Болен любовью к ней! Она наркотик. Она зависимость, ради которой мужчина поддался на уговоры дочери, согласившейся один день переночевать в казарме под строгим наблюдением Бизона и Нерп. Исполняя свой вокальный позор, Иван мысленно успокаивал себя, что музыка — это язык чувств.

Пусть с тобой все время будет свет моей любви, Зов моей любви, боль моей любви! Что бы ни случилось, ты, пожалуйста, живи. Счастливо живи всегда.

      Планируя весь этот спектакль, Батя делал расчёты на то, что песня послужит неким лекарством, которое заживит микро ранку на их любви с женой. И сейчас наблюдая за всем этим сумасшедшим действием, с точки зрения здравомыслящего человека, Иван озознаёт, что Рита испытывает наслаждение, даже не так как от песни, а как от самого присутствия любимого мужчины, то есть его самого.

А между мною и тобой — века, Мгновенья и года, сны и облака. Я им к тебе сейчас лететь велю. Ведь я тебя еще сильней люблю.

— Любимый дьявол! — она смотрела в глубину его глаз, когда шумно выдыхала эту фразу Ивану, который уже успел перенести вес на руки, стоящие сбоку от нее, и навидвиснуть над ее лицом.       Почувствовав губы Булатова на своих, Рита ощутила внутри себя бешеное сердцебиение от счастья, но на поцелуй не ответила. Мужчина, собственно, понял, что прощение он ещё не полностью заслужил, поэтому прикусил нижнюю губу супруги, и, когда она приоткрыла рот, проник языком внутрь. На этот раз Маргарита противиться не стала и позволила себе расслабиться, окунаясь с головой во власть своего контр-адмирала.       Булатов, осознавая, что он ещё способен хоть как-то себя контролировать, оторвался от столь желанных губ и невероятно нежным и воздушным движением прикоснулся пальцами к её подбородку, заглядывая в серо-зеленые глаза, негромко произнёс: «Я не хочу тебя терять!» — И ты мне очень дорог! — Рита коснулась подушечками пальцев его шеи, проводя невесомую линию к ключице, одновременно притягивая ладонью другой руки мужа за затылок, чтобы оставить легкий поцелуй на его губах.       Рука офицера скользнула вниз по её спине, добираясь до открытого участка кожи, после чего опять переместилась вверх, но уже под шёлковой сорочкой. Легкими движениями мужчина медленно очертил позвоночник женщины, в то время как она расстегивала пуговки на его уставной рубашке, чтобы насладиться таким необходимым и родным теплом тела.       Подобно изголодавшимся диким зверям, они полностью отдались бурлящей в жилках страсти: бархатные и жаркие поцелуи сыпались градом, каждое прикосновение казалось глотком свежего воздуха, перерастающим в страстные ласки, в которых они тонули.