Что-то забыл, Поттер?

Я сижу в такси и смотрю в окно на проплывающие мимо дома. Кажется, будто машина движется в пропасть, что пролегла между исчезающим прошлым и будущим, которое еще не наступило. Так странно и страшно, когда у тебя нет никакого будущего. Я словно завис где-то между, в несуществующем еще пространстве. Только мысли о Борисе возвращают меня в реальность. Они как спасательный круг, который не дает утонуть в водовороте событий. Все происходящее может казаться глупым сном, но этот странный чокнутый парнишка - он точно настоящий. Я раз за разом прокручиваю момент с поцелуем, и меня бросает в жар. В тот момент я ужасно затупил и никак не отреагировал, но зато сейчас вся волна чувств нахлынула разом. Пиздец. По-другому и не скажешь. Что-то подсказывает – если уеду, то пути назад не будет. Нет ничего ужасней, чем стоять на перепутье, мучительно пытаясь сделать выбор. Сейчас кажется, что я упускаю что-то важное, словно меня магнитом тянет назад.       - Остановите, пожалуйста, - говорю я таксисту. Он не слышит ни черта из-за музыки, приходится перекрикивать гребаное орущее радио. Чем сильней напрягаю связки, тем меньше уверен в том, что вообще делаю.       - Вы уверены? – на всякий случай уточняет водитель, делая музыку чуть тише. Еще бы, на заднем сидении скрючился изнуренного вида подросток, в спешке покидающий дом с мелкой визгливой собакой под мышкой. От такого что угодно можно ожидать.       - Да, - отвечаю я, и когда машина, наконец, останавливается, выскакиваю из нее, как из горящего дома. На мое счастье, мы еще недалеко отъехали, буквально пару кварталов. А по моим ощущением успели чуть ли не до Нью-Йорка добраться. Наверное, эта иллюзия возникла из-за того количества мыслей, что я успел прокрутить в голове. А потом я бегу, как в замедленной съемке. Не помню, когда бегал в последний раз, поэтому неудивительно, что мне сейчас так хреново, будто вот-вот умру. Кажется, что если опоздаю, то и дом, и Борис, и Ксандра - все исчезнет. Канет в небытие. И если эта нить ускользнет, мне ее никогда уже не отыскать. Придется остаться одному посреди холодной вечности. Такие дела. Я представляю, что Борис стоит там же, где мы расстались, но его нет. Меня накрывает ледяной волной страха, но тут я вижу, как он неспеша идет по дороге. Нас разделяют все каких-то пятьсот метров. По сравнению с тем, что было бы, отправься я в Нью-Йорк – это пустяки. У меня от бега легкие горят огнем, но я чудом нахожу в себе силы ускориться.       - Стой, - в отчаянии кричу вслед его тощей удаляющейся фигуре. Он оборачивается, послушно останавливается прямо посреди дороги и ждет.       - Что-то забыл, Поттер? – удивленно спрашивает Борис, когда я, наконец, догоняю его.       - Да, забыл, - хрипло говорю я, глядя в его насмешливые глаза и пытаясь восстановить дыхание. Мне сразу становится так спокойно, как в то кажущееся далеким время, когда мама была жива. И не было еще никакого Вегаса. Потом я делаю шаг, подходя ближе, почти вплотную. От Бориса пахнет сигаретами, алкоголем и каким-то приторным мерзким парфюмом. Наверное, это все духи Котку. Когда я вспоминаю о ней, то почему-то злюсь, и это придает мне решимости. Я не знаю, ожидал Борис чего-то такого или нет, но он отвечает на поцелуй почти сразу, в отличии от меня тогда. Лишь первые несколько секунд стоит в замешательстве, а потом обвивает меня руками за шею. Прижимается так близко, что я чувствую его сердцебиение. Интересно, если неистово вжиматься друг в друга, что есть силы, возможно ли стать одним целым? Я запускаю пальцы в его волосы, спутанные и будто никогда не знавшие расчески. Кажется, что мы так стоим посреди дороги целую вечность. У меня кружится голова, и я не могу заставить себя оторваться от губ Бориса, таких привычных и родных. Наверное, это был наш первый осознанный поцелуй – все, что мы творили на пьяную голову не в счет.       - Прощальный поцелуй? – усмехается Борис, отстраняясь первым. Но взгляд у него напряженный, выжидающий, скользит по моему лицу. Качаю головой.       - Я никуда не поеду. В его глазах мелькает облегчение, которое затем сменяется недоверием.       - Почему?       - Просто у меня нет никого настоящего. Кроме тебя. Понимаешь? Не знаю, смог ли Борис за всеми этими словами услышать то, что я на самом деле хотел сказать, но так и не решился - я люблю тебя, разумеется. Но, судя по тому, как он расслабленно улыбнулся, и по-особенному посмотрел на меня, как если бы я действительно произнес это вслух, Борис понял. Он же не дурак.       - Ну ты даешь вообще. Понял он, ага. А Попчик-то где?       - Рядом бежал… Про собаку совсем я забыл с этими своими внезапными чувствами. Хоть сумку с картиной в этом долбаном такси не оставил, как идиот распоследний. Конечно, маленький Попчик не смог бы угнать за мной, даже при всем желании.       - Ай, ладно, найдется, - успокаивающим тоном говорит Борис, закуривая. И я почему-то ему верю. Как и в то, что все у нас будет хорошо, пусть даже завтра нагрянет очередной пиздец. Сейчас это не важно. Главное, что я успел. Потому что если бы уехал, то жалел бы об этом - может быть больше, чем обо всем другом.