Равный

      «Ты поможешь нам» — эта фраза определила все мои действия. И не только мои. Алейро, подготовив и проводив меня, начал собирать силы для нападения на отщепенцев. А вот мне предстояло их найти. И действительно, кому ещё было это делать как не мне — расстроенный сын ищет ом’дара, пропавшего в горных джунглях Раджалпура. Конечно, отщепенцы знали, что я стал спутником прайма, но его со мной не было. И это должно было привлечь их.       — Не стоит недооценивать наших противников, Пол, — инструктировал меня Алейро, — они и раньше всегда хорошо знали, кто и где находится. Чтобы успеть вовремя скрыться, на разведку они сил и средств не жалеют. Тысячелетия тайной жизни научили их осторожности.       — Как же вы будете собирать отряд, если они сразу об этом узнают?       — Мы тоже вообще-то умеем маскироваться, — усмехнулся дед. — Было время, когда эти мрази целую охоту на праймов устроили. Выстрелы с расстояния, взрывы зданий и машин. Убийства спутников.       — Что?! Как? Когда это было? — страх за Регулуса от таких сведений сковал мне сердце, заставив вскочить.       — Сядь и успокойся немедленно! — рявкнул Алейро. — Это было десять поколений назад, и с тех пор всё поменялось! Тогда против них встал сам народ и мы даже надеялись, что тогда всех отщепенцев уничтожили. На них настоящую охоту тогда устроили. Но они похоже будут всегда. Правда, урок они получили тогда хороший, да и мы тоже, осознали, проанализировали, приняли меры. Охрана у каждого прайма очень серьёзная, плюс магические амулеты, способные защитить и от выстрела, только одного, правда, и даже от взрыва. У тебя на руке такой же кстати, от твоей магии запитанный.       Я, успокаиваясь, сел в кресло, налив себе воды и выпив залпом. А потом с интересом рассмотрел свой браслет, я знал, что Регулус был рад, что я носил его, но вот о его функциях рассказать забыл. С другой стороны, за все время, что я был с праймом мне в голову не приходило, что кто-то может попытаться убить меня. Или прайма. Охрану в особняке я воспринимал скорее как свиту, которая нужна больше омми, чем прайму.       — Вот зачем такая охрана в домах, — я с интересом рассматривал свой браслет, анализируя все, что услышал только что. — Это, наверно, единственное место, где прайм уязвим?       — Да. Да и вообще, должно же быть у прайма место, где он может расслабиться, — Алейро чуть улыбнулся. — Так вот, отщепенцы наверняка знают о тебе, знают где Регулус, но не знают, что мы о них знаем, — последовал тяжелый вздох. — И это ровным счетом ничего для тебя не значит. Проверять тебя будут очень основательно, едва ты ступишь на платформу вокзала.       — А если им нужен именно я? — озвучил я довольно очевидную мысль.       — Я учитываю такую вероятность. Так что мы будем готовы достаточно быстро добраться до тебя при необходимости. Но считаю подобную возможность маловероятной. Я помню реакцию Салариана на новость о беременности Илания от него. Он не верил очень долго и потребовал полноценных доказательств. Я тогда разозлился на такое недоверие и лично дополнил его брачный контракт пунктом о печати на его ауре. И был изрядно ошарашен тем, насколько спокойно твой ом’дар принял мои условия вместе с моей магической печатью на своей ауре. Сейчас я подозреваю, что именно моя печать обеспечивала его безопасность. Я не могу знать о планах отщепенцев, но твое появление в их расчеты явно не входило. Но, разумеется, это вовсе не значит, что для тебя нет никакой опасности.

***

      Слова об опасности я запомнил. Раджалпур и сам по себе был своеобразным местом, сохранившем свою оригинальность, несмотря на все события нашей истории. Раджалпур да Тянлонг* были единственными регионами, чьи традиции существенно отличались от традиций остального нашего мира. И чем дальше от городов я оказывался, тем яснее ощущал эту разницу. Со мной даже разговаривать не все соглашались, не то что отвечать на мои вопросы. Возможно в такой неприветливости была виновата моя одежда, я попытался стать похожим на местных.       Нет, разумеется, я понимал, что не стану похожим на местных, но подобное хорошо вписывалось в мою легенду, в которой «безутешный молодой альфа ищет своего ом’дара». В своих действиях я исходил из того, что отщепенцы знают меня недостаточно хорошо и не поймут, что я играю роль и мало того, мне еще и помогают. После одного-двух дней расспросов в одном месте появляется какой-нибудь неприметный альфа или бета, и я получаю наводку на следующее нужное мне место.       Не могу сказать, что мне было просто попросить о помощи Нокс и Джуно, не посвящая их во все подробности, но выбора не было. Да и омеги, едва взглянув на меня, даже вопросы задавать не стали о причинах моих странных просьб. Только спросили: «Что нужно сделать?». И сделали. Собрав мне одежду и мелкие аксессуары, которые должны были дать нужный образ. Рассказали, как нужно себя вести, чтобы со мной согласились разговаривать на улице и как узнать нужного мне прохожего в толпе, который даст подсказку. Этими прохожими должны были стать те самые дальние родственники омег, которые все это время помогали мне следить за Саларианом.       Вот так всего за неделю я добрался до той самой деревеньки, возле которой и пропал Салариан. И где желающий «проводить» меня к тем, кто якобы захватил моего ом’дара, появился после первого же вопроса. И это было уже неожиданно. Сказать, что этот самый проводник был странным — ничего не сказать. Потому что он был похож на меня, не внешне к счастью, а своей аурой. Играя роль, я изображал сильного, но обычного альфу, с хорошим контролем, но без аномалий, вроде моего сверх закрытого щита, при котором я почти неуязвим для обычной магии. Скрывать свою истинную суть мне помогали очень интересные амулеты, оказавшиеся в коллекции праймов.       — Эта, так сказать, «война» длится с самого возрождения праймов. Даже оказавшись на пороге гибели всей нашей расы, оставались фанатики, считавшие, что только альфа имеет право решать, а место омеги едва ли выше места домашнего животного, — Алейро зло усмехнулся, — хроники сохранили сведения, что эти безумцы! потребовали! от первого, едва осознавшего себя прайма, заставить омег рожать и подчиняться.       — И что сделал Первый? — таких подробностей я не знал, история в учебниках была куда более осторожной в формулировках.       — Спалил мозги всем пришедшим к нему альфам, — снова усмехнулся Алейро. — Андрий сам был рожден от не очень добровольного союза, пока он рос, его оми не единожды натурально насиловали, так что злиться право имел. Ну да ладно история, я не об этом хочу сказать. Отщепенцы перепробовали довольно много вариантов, пока думали, что могут вернуть старые порядки. В том числе и диверсии. Маскироваться они умеют очень хорошо — хоть в лесу, хоть на городской площади. Они создали большую часть техник маскировки, которые мы успешно переняли и используем. В том числе даже изменение ауры.       — Что?! — я не мог поверить своим ушам. Полное изменение ауры считалось неподвластным даже праймам, можно было разве что скрыть часть своих возможностей.       — Возможно-возможно. С определённой помощью естественно, — Алейро встал из-за стола и, выйдя из кабинета, вернулся через несколько минут, неся что-то в маленькой коробочке.       — Они конечно знатные выдумщики, но у нас ресурсов намного больше. Там, где им приходится целый пояс с кристаллами носить, мы обходимся простым кольцом. Вот возьми и вставь вместо боковых камней в свой перстень, — Алейро протянул мне маленькие камушки, идеально подходящие в боковые гнезда моего фамильного перстня принадлежности дому Адельфус. Камни были почти точно такими же, как уже вставленные, и по размеру и по цвету, но вот ощущались они совсем по другому. А уж когда я вставил их, ощущения сильно и непонятно поменялись.       — Мы стараемся продумать максимум возможного и маскируем подобные хитрости под то, что видят все. Никто не подозревает, что всем знакомый фамильный перстень может быть очень навороченным и опасным магическим амулетом с очень широкими функциями. Конечно в случае плена их могут снять, но обычно такие вот фамильные вещи не трогают, как правило они слишком сильно связаны с аурой владельца. Так что вот тебе «обычные» амулеты, — теперь мне в руки перешли браслет, кулон и кольцо, сделанные в относительно одинаковым стиле, как будто делал один мастер, но в разное время и по разным заказам.       — Это хорошие амулеты, за владение такими без лицензии полагается пожизненный срок, так что они отлично отвлекут внимание от настоящих амулетов.       — Но они же могут попасть в руки отщепенцев!       — Могут. И тем лучше, быстрее выследим тех, кто сумеет сбежать. Как я сказал, ресурсов у нас намного больше. Если кто-то воспользуется этими амулетами, его очень быстро выследят, — успокоил меня Алейро. — А теперь слушай внимательно. Я знаю, что Регулус обучал тебя особым приемам магии. Так вот, закрой себя максимально плотным щитом… Ага вот так, просто идеально, а теперь пропусти через свой перстень немного силы и представь, ощути, какую ауру ты хочешь «надеть» на себя… О! просто идеально.       — Я вспомнил ауру своего друга. Это ничего?       — Делай, как тебе удобнее…

***

      И вот теперь я следовал за своим провожатым, незаметно наблюдая за ним. Именно наблюдая, глазами, не применяя силу. В отличии от моего проводника, который довольно грубо пытался прощупать меня и продолжал свои попытки. Но я не отвечал, здраво рассудив, что о силе моей защиты отщепенцы вполне могут знать. Я умел отлично закрываться и контролировал себя еще в Доно Аква, после присоединения к прайму мои силы должны были вырасти, как и защита. Будь я на месте отщепенцев, я бы очень встревожился, узнав, что обладатель великолепной защиты ищет встречи и при этом не использует свои возможности, маскируясь под неизвестно кого. Как говорил Салариан — любой лжи должно быть в меру. Поэтому я делал вид, что просто не замечаю ничего странного своей аурой.       — Сколько нам идти? — спросил я через несколько часов пути, когда мы достигли отрогов гор.       — Еще два дня, господин, — льстиво ответил мой провожатый, удивив меня. Его поведение совсем не сочеталось с уважительным обращением. Да и время в пути заставило меня задуматься о возможной ловушке. Места здесь были дикие и вполне могли найтись идиоты, просто не знавшие меня как спутника прайма. Я об этом не упоминал в разговорах. Пришлось тщательно следить за подозрительным провожатым и укладываться на отдых полусидя, не позволяя сну полностью овладевать собой. Ведь если со мной что-либо случится из-за собственной неосторожности и невнимательности, то помощь придет конечно быстро, но вот как я смотреть в глаза праймам буду, если провалюсь так бездарно.       — Запомни одну вещь. Помочь тебе во время твоего поиска мы не сможем, — вздохнув произнёс Алейро.       — И не нужно. В поисках мне помогут Джуно и Нокс. Они ведь из тех земель и именно их дальние родственники помогали мне присматривать за ом’даром, — улыбнувшись, ответил я.       — Это хорошо. Значит меньше времени потратишь в «поисках», — Алейро серьезно посмотрел на меня. — Но я не об этом говорил. Там ты будешь один.       Я с недоумением посмотрел на деда, ожидая пояснений.       — Праймы не смогут там появиться до момента начала штурма. И дело не в слежке, которую за тобой наверняка организуют. Просто группу праймов легко обнаружить, магически используя простейшие природные магические кристаллы. Бесполезные в быту они, к сожалению, идеальны для обнаружения крупных источников магии, причем вне зависимости от средств маскировки.       — Как же вы тогда будете отслеживать меня?       — Используем современные технологии, — усмехнулся Алейро, — эти компьютерные штуки конечно не очень надежны, да и сигнал у них не везде проходит. Учти это, если окажешься глубоко в пещере. Но так как отщепенцы не могут их отслеживать, у них просто нет нужного оборудования, и мы сделаем все, чтобы оно у них никогда не появилось, мы используем именно их.       — Почему ты не хочешь использовать мою связь с Регулусом? Её же нельзя перекрыть.       — Потому что твой Регулус не имеет второго спутника и пока он не появится — ему лучше не знать о том, что мы задумали. Ты и сам понимаешь, что он пока не стабилен в своих эмоциях. Действовать нужно быстро, времени на подготовку нет, если ты хочешь найти своего ом’дара живым. Ты просто идеальный вариант в данном случае, хоть и совершенно не подготовлен. Недовольство твоего прайма я возьму на себя.       — Что же мне тогда делать, если я найду лагерь отщепенцев и нужно будет штурмовать сразу? — спросил я.       — Сообщить нам, конечно. Сразу же. Мы хоть и будем на определённом расстоянии, но добраться до тебя сможем быстро. Максимум полчаса. Ты главное при этом сам особо не высовывайся. При штурме не только магию применяют, но и вполне обычное оружие. С близкого расстояния от выстрела «карэму»* никакие магические щиты с обычной бронёй не спасают.

***

      К моему удивлению ночь прошла спокойно. Меня не пытались ни обокрасть, ни связать, ни убить. Мой проводник, видимо, действительно спал всю ночь. В отличии от меня, хотя и мне удалось подремать несколько часов и восстановить часть сил. Которые мне ой как понадобились, мы углубились в горы, передвигаясь по таким узким уступам и незаметным проходам, что без проводника заблудиться здесь было проще простого. Наверняка были вокруг какие-то знаки, помогавшие ориентироваться местным, но я их не замечал, мой проводник с чего-то вдруг начал регулярно притрагиваться ко мне, причем коснуться старался голой кожи. Его прикосновения были хитрыми, вроде случайными и не специальными, но все равно доставляли мне массу забот. Нет, мою защиту такие прикосновения не пробивали, но ведь я носил маскировку, которая должна была реагировать как положено. Я чувствовал, как он добавлял силу к своим касаниям. И пусть благодаря именно своей маскировке я знал, в чем именно причина проблем, правильная реакция отнимала массу сил. Но хотя бы я убедился, что не ошибся и меня ведут именно к отщепенцам. Иначе устраивать такую сложную проверку просто смысла не было.        — А если я ошибся? Если Салариан пропал из-за каких-нибудь банальных грабителей? Ведь может же быть такая вероятность, — спросил я, в глубине души понимая, что ограбить моего ом’дара было почти невозможно. Он прекрасно умел драться, да и магия у него была сильной. Недаром же он был таким хорошим юристом.       — Ты и сам понимаешь, что твоего ом’дара ограбить мог бы разве что прайм. А насчет ошибки… — тут Алейро с прищуром посмотрел на меня, как бы решая говорить мне или нет. — Группа в горах Раджалпура существует уже давно. Мы обнаружили их еще двадцать лет назад, но точное местоположение их базы нам неизвестно. В этот раз они как-то уж очень осторожны. Все наши попытки найти их, выманить или спровоцировать — провалились. Так что нет, ты не ошибся и мы не ошиблись. И я очень надеюсь, что у тебя получится выйти на след этой группы.       — Хорошо, — кивнул я. — Сделаю все от меня зависящее.       — Насчет Регулуса не беспокойся. Я попрошу Веррона занять твоего прайма, но и ты постарайся без повода не нервничать.       И я старался. К счастью, причин к особым переживаниям пока не было. Даже во вторую ночь все было спокойно. Мой проводник спал как ни в чем не бывало, не делая никаких попыток ни к чему-либо. Но я все равно не расслаблялся. И без отщепенцев в этих местах хватало и крупных хищников и мелких ядовитых тварей. В обычное время живность не приближалась к сильным магам, ощущая их ауру, но я то был под маскировкой! Вот и приходилось быть особо осторожным — желания проверять реакцию какой-нибудь гадюки на собственное неосторожное движение у меня не было никакого.

***

      Как же смешно мне было осознать, проснувшись, что все мои попытки быть бдительным  были совершенно бесполезны. И стоило отдать должное отщепенцам — их система приёма нежданных гостей оказалось идеальной. Простой и очень надежной. Идя в след за проводником я просто провалился в замаскированный листьями провал и скатившись по короткому узкому желобу оказался в «приёмной» камере отщепенцев. Где меня мгновенно скрутили, оглушив, обыскав, забрав рюкзак и содрав все дары Алейро. Все кроме фамильного перстня. В этом праймы оказались правы, отщепенцы не трогали вещи, сильно связанные с аурой.       Сопротивляться я особо не пытался, сделав вид, что сильно оглушен. Не мешал обыскивать себя и лишь слабо трепыхался, когда с меня сдирали амулеты. Это подействовало, меня даже не стали избивать, чего я ожидал, и просто оставили на куче соломы приходить в себя. И такой исход меня вполне устраивал. Видимо обычный вход был недалеко от «входа для гостей». Я слышал как отчитывался мой проводник, рассказывая все, что выяснил обо мне. И то ли я оказался настолько хорошим актером, то ли это был какой-то хитрый план отщепенцев, но судя по услышанному я справился с задачей изобразить сильного, умного, но не знающего истины происходящего и обеспокоенного пропажей ом’дара, альфы. Самое же главное было в том, что я нашел укрытия этих очень осторожных отщепенцев. Об этом нужно было сообщить и я не колеблясь вытянул тонкую проволоку антенны моей микро-рации, спрятанной в ботинке. К моему удивлению связь была, сигнал был очень слабым, но он был и быстрым стуком условных сигналов я передал сообщение об успехе первой стадии. И о начале второй, в которой я хотел как минимум найти Салариана и выяснить его роль во всем происходящем. Как максимум — узнать все планы отщепенцев.       И в этом был смысл. Ещё в пути меня посетила мысль о том, что слишком уж хорошо сумели укрыться отщепенцы. О них явно многие знают, но не выдают. С чего бы простым жителям так поступать? А ведь ответ довольно прост — им приказали. Приказали те, кто имеет на это право. А такое право в Раджалпуре есть только у Брахамани. Брахмани, в семье которого вырос мой ом’дар. Мой ом’дар, породивший меня, — идеального, по утверждениям многих, спутника для прайма. Если добавить к уже сказанному то, что все альфы Брахмани отличные селекционеры, следящими за своими родословными намного строже, чем омеги всего остального мира, и то что среди Брахмани по сути был альфархат, главой семьи был альфа, имевший ОДНОГО супруга омегу, имевшего абсолютно равные с альфой права, вырисовывалась крайне интересная картина. Кто-то из Брахмани помогал отщепенцам. И я очень хотел выяснить кто!       Отправив сообщение и получив краткий ответ «понял», я быстро убрал все следы, что могут свидетельствовать о моей истинной задаче и стал ждать.       — Если все получится и ты сумеешь оказаться внутри, — продолжил наставления Алейро, — будет два варианта события: первый, к тебе придут почти сразу и будут допрашивать; второй — к тебе придут не сразу, сначала как следует подержат в темнице, наблюдая за твоим поведением.       — Зачем им ждать и наблюдать? — не понял я.       — Чтобы надавить на твою волю. Альфы в отличии от омег плохо переносят одиночество с неопределённостью.       — И что мне делать, если такое случится? — задал я естественно вытекающий из предыдущего ответа вопрос. Алейро же вздохнул, думая, что отвечать.       — Тебе придётся решать это на месте, исходя из общей картины происходящего. Можешь попробовать изобразить, сходящего с ума альфу или наоборот сохранять безмятежность, опираясь для поддержки на связь с праймом.       Учитывая, что отщепенцы явно знали, кто я такой, пытаться изобразить «обычного» альфу было просто смешно. Так что я приготовился ждать, сохраняя самообладание, разбавив последнее негодующими криками, требованиями выпустить меня немедленно и попытками грубой магией открыть дверь. Использовать что-либо из особого арсенала я не собирался, отыгрывая роль «альфы-спутника не знающего истины происходящего». Сам же во время ожидания продумывал варианты будущих действий. Я не был настолько наивен, чтобы не предполагать возможного входа и Салариана, который все это время преданно служил отщепенцам и мое появление — это часть жуткого плана… На этот случай у меня был «магический выброс», который мгновенно даст понять праймам, что пора штурмовать базу врага.       Но все-таки это был крайний вариант, в качестве основного я рассматривал вариант вербовки через угрозы моему ом’дару. Убивать меня особого смысла не было, во-первых это было трудно сделать, во-вторых — это точно привлекло бы внимание. Хотя и такое было возможно, и «магический выброс» был мне последней надеждой, что меня успеют спасти праймы. Оставалось надеяться, что до подобного не дойдёт и мне удастся собрать информацию, используя такое естественное для всех альф, а здесь были только альфы, в этом я был уверен, чувство гордости, желание доказать свою силу и ум, свою успешность. И кому, как не спутнику прайма, демонстрировать свои «успехи».       Рассматривал я и вариант экстренного спасения ом’дара из плена бандитов, в случае если произошло немыслимое совпадение и мы ошиблись. Такое тоже было возможно, пока что я не получил никаких реальных доказательств, что имею дело именно с отщепенцами. Но такая вероятность была слишком мала.       По прошествии нескольких часов наконец раздались шаги, хитрый магический замок, который я уже успел изучить и понять, что я смогу открыть его при необходимости быстро, щелкнул и дверь открылась. Я с изумлением уставился на вошедшего, смотревшего на меня с не меньшим удивлением.       — А ты что здесь делаешь? — буквально одновременно произнесли мы.