***
Солнце просто не имело возможности пробраться в настежь распахнутые окна дома Узумаки. Нынче дождливый день, а значит, более чем удачный. Это, как ни странно, личная примета голубоглазого блондина. Он любил дождь, а еще сильнее ливень. Когда огромные капли хлещут в лицо, и ты не в силах совладать с водной стихией – да, Наруто любил ощущать себя ничтожным, хоть в какой-то степени, а еще он любил полностью отдаваться в лапы судьбы и Курамы – эти двое плохого не посоветуют. Смачный зевок, прервавшийся на половине, стал первым, что услышал этот дом сегодня. Наруто, с вытянутыми вперед руками, и раскрытым до максимума ртом, опасливо оглянулся, вспомнив, что больше не один в комнате и должен сохранять максимально возможную тишину, дабы дать выспаться второму человеку после тревожной ночи. К счастью, девушка все так же спокойно посапывала в теплое одеяло, как и пару минут назад. Да, эту ночь они провели вместе. Более того – в одной комнате. Она, лежа в теплой кровати, он, сидя на твердом полу и сторожа сон теперь уже своей подопечной. Наконец не самые радостные мысли добрались до головы блондина. Он пытался разложить по полочкам воспоминания последнего разговора, но, как бы он не старался, у него это не выходило. Картинки смазывались и едва не стирались, пока парень задумчиво хмурил брови и доставал из шкафчика новые пачки рамена. Кто-то очень сильно хотел, чтобы он совсем забыл то, что было этой ночью. А догадываться кто – не приходилось. - Карин, еще раз залезешь в мою голову – и я за себя не отвечаю, - достаточно убедительно, чтобы не возникло сомнений в сказанном, прошипел блондин. Красная макушка пристыжено выглянула из-за угла, и картинки в голове потихоньку начали проясняться. - О ком ты говорила? – сходу спросил Наруто, выставляя на стол коробочки. – Отнекиваться бесполезно. Девушка бесшумно прошла к столу, но, задержавшись всего на секунду, миновала его и, потупив взгляд, села на подоконник. - Давай уговор: один мой ответ – на один твой? Я бы тоже хотела узнать, в чьи руки попала. Парень только утвердительно кивнул и, нахмурившись, облокотился на стол, лицом к собеседнице. - Кто ты такая и что тебя связывает с селением, скрытым в траве? – первый вопрос слетел с его уст. Карин поежилась, но, обхватив себя руками, поспешила исполнить уговор. - Я Узумаки Карин, сирота от рождения. О родителях и понятия не имею – их не было, как, пожалуй, и меня. Одиночка с первой минуты своей жизни, ненавистная всеми, монстр в теле человека… - хриплый, прерывистый шепот окончательно оборвался, словно остатки фразы застряли в горле, не желая появляться на свет. – Я сенсор, но не простой. Меня воспитывали, как оружие массового поражения, и относились, как к животному. Но это не самое страшное. Все было более или менее нормально, как я позже поняла, пока… - девушка вновь замолчала и зажмурилась, явно не желая снова вспоминать прошлую жизнь. На глазах заблестели слезы, а губу до боли закусили белоснежные зубы. – Они схватили меня. Я провела в темнице несколько лет. Сколько? Понятия не имею. Там не существует времени. Нет ничего более мифического, чем время в катакомбах Травы. Ко мне приставили надзирателя. Каждый день он приходил и избивал меня, порой, едва ли не до последнего вдоха. Но я быстро восстанавливалась. Слишком. И это никогда не прекращалось. Сломанные кости восстанавливались за пару дней, но вот достоинство и гордость – их уже, пожалуй, не удастся воскресить никогда, - девушка притихла, уведя взгляд в сторону. Обреченный, сломленный, но с неугасающим огоньком злобы и ненасытной жажды мести. – Я ненавижу селение Травы всем своим сердцем – и если они меня заполучат, поймут, что я еще жива, то снова посадят на цепь, как блохастую псину. Я для них просто монстр, умеющий только убивать и знающий все их секреты. Так меня воспитали и так я росла, пока не оступилась, и не стала козлом отпущения, причиной всех бед. - Ты помнишь своего надсмотрщика? – Наруто холодным взглядом сверлил Карин, желая выжать в такой момент откровения как можно больше информации. - До мельчайших деталей. Я буду помнить его всегда, ведь единственным развлечением на протяжении долгих лет у меня было разглядывание этой отвратительной физиономии. Порой мне казалось, что нет ужаснее на свете человека, чем он. Только вот, у него была одна странность, - девушка сконфуженно ухмыльнулась и перевела недоумевающий взгляд на парня. – Волосы. Если он был в особенно хорошем расположении духа, то мог часами сидеть и гладить мои волосы – при этом неважно в каком состоянии я сама. Я могла харкать кровью, что чаще всего и было, а он в это время сидел рядом и перебирал мои волосы. Знаешь, он их и обрезать не разрешал ни под каким предлогом. Всю жизнь мои волосы были короткими, очень короткими, а сейчас, - Карин дрожащей рукой провела по длинной пряди, доходящей, пожалуй, до поясницы. – Словно я такая и должна быть…***
- Кьюби… - Мы наконец встретились, спустя многие… многие годы. - Кьюби я… я не знаю, что сказать. - Старый пес, а ты все такая же неженка, каким был раньше. Ничего не меняется… - А ты все такая же самовлюбленная зараза. Да, и впрямь, время стоит на месте. - Как я вижу, ты даже все так же бесишься, когда тебя моим именем называют. Этот мальчик ведь первым выведал твою тайну? -Он просто спросил. Казалось бы – это такая крошечная вещица, но за многие тысячелетия он первый, кто это сделал. - Старая ты псина, дождался таки. -Ггде же твоя аристократичность? Выражаешься, как сапожник. Не этому нас учили. - Но и меня жизнь к такому не готовила… Черт возьми, время… - До скорой встречи, Кьюби… - До скорой, но Йоко…