Ветер в волосах

— Ты уверена, что нам именно сюда? — Уверена, езжай давай.       В принципе, спорить с заспанной Розалин было не то, что бесполезно — себе дороже.       Нил устало вздохнул, в который раз свернув с трассы на грунтовую дорогу, и сразу же пожалел об этом. Машина резко скользнула вниз, протаранив капотом вязкую рыхлую грязь, разлетевшуюся по сторонам, и заляпав лобовое стекло машины. Двигатель протяжно зафырчал, отплёвываясь, и заглох, оставив двух слегка ошарашенных докторов в темноте, на непонятной дороге, под проливным дождём. — Что-ж, приехали.       Нил потянулся за своим пальто, зевая и жмурясь от темноты. Ева замерла на месте, пытаясь собраться с мыслями, но вскоре мотнула головой, достала телефон и снова начала разглядывать карту шоссе, в который раз прослеживая путь до дома пациента. — Нам точно сюда, я уверена. — Ты была уверена и десять минут назад, когда мы свернули на ту раздолбанную дорогу, Ева, — мужчина лёгким движением достал из бардачка пластиковую папку с документами, и сверкнул стёклами очков в сторону напарницы. — Везение не вечно, знаешь ли. Я рассчитывал застрять ещё там. Но судьба распорядилась иначе… Хрен теперь сдвинешь эту колымагу с места… — Ох, хватит тебе ныть, — Ева хмуро окинула взглядом бледного напарника. — Я же не виновата, что связь тут ловит через раз. Да и дом должен быть уже близко, а взбодриться нам не помешает. — Да ты издеваешься…       Продолжая бурчать себе под нос, Нил открыл дверь и вышел из машины, хлопнув дверцей так, что женщина невольно вздрогнула. Её напарник был явно в плохом расположении духа, и она прекрасно его понимала. Нестись куда-то, к чёрту на кулички, после только недавно оконченного дела было отвратительно. Ей очень хотелось перекусить хоть самым простым сэндвичем, выпить немного кофе, растянуться на диване, хоть немного отдохнуть, перевести дух… Вместо этого, они застряли на какой-то богом забытой дороге, под проливным дождём, без малейшего понятия о том, сколько им ещё придётся идти до дома пациента. И если Ева хоть немного смогла вздремнуть по пути, Нил не сомкнул глаз, ведя машину к их очередному делу. Поэтому женщина прекрасно понимала причину его дурного настроения, но могла поклясться, что вскоре коллега немного поостынет и смягчится. Если они каким-то чудом найдут кофе. Ох, как кстати это бы было…       Натянув пальто и захватив с собой телефон, предварительно включив фонарик, Ева глубоко вздохнула, готовясь оказаться во власти ледяного потока, и вышла из машины. Сапоги тут же провалились в вязкую чёрную грязь по самую щиколотку. В голове вспыхнуло тысяча и одно ругательство, но она сдержалась и лишь накинула на голову капюшон, хоть волосы и без того уже успели намокнуть.       Нил стоял в метре от неё, угрюмый и насквозь сырой, явно оценивающий масштабы бедствия. По лицу видно — дела плохи. — Бесполезно, — мужчина покачал головой, поправляя съехавшие с носа очки, даже не пытаясь очистить их от дождевой воды. — Берём оборудование и топаем по дороге, пока не упрёмся в логово какого—нибудь маньяка. — Нил...       С этими словами, он кинул папку Еве так, что та еле успела её подхватить, и направился к багажнику за оборудованием. — Я уверена, что это та самая дорога, Нил. Нужный дом впереди, он один, не перепутаем. — Ну да… — щёлкнула сигнализация, после чего мужчина подошёл к Еве, едва удерживая в руках ящик с оборудованием. — Лучше бы это было правдой. И лучше бы там оказался кофе. Если конечно местные сумасшедшие, поселившиеся в этом богом забытом месте, знают в принципе что такое кофе... — Прекращай драматизировать, — отмахнулась от него женщина, — возможно днём тут довольно мило. Природа, незапятнанная руками человека, тишина и свежий воздух. — И хорошенький такой амбар, в котором подвешивают на крюки таких вот людей как мы, чтобы не пятнали природу... Ева дернулась, едва не подскользнувшись на очередной луже. — Идиот!       Ей отчаянно захотелось ударить его, да посильнее. Но, увидев на его лице лёгкую дурашливую улыбку, желание как-то поубавилось и она лишь неодобрительно покачала головой. Они шагали по грязной дороге вперёд, а Ева освещала им путь слабым светом фонарика. По крайней мере, думалось ей, пока Уоттс шутит свои дурацкие шуточки - не всё потеряно. — Ты машину закрыл? — Закрыл, закрыл. — Просто… может, было не лучшей идеей оставлять её на дороге… — Ну, можешь вернуться и попробовать завести её, ты же у нас спец во всём, — язвительно отозвался Нил, чей голос время от времени прерывался из-за натужного шипения. — Но, слушай, Ева, здесь явно уже давно не ступала нога человека, так что успокойся, всё с ней будет хорошо.       Вокруг и правда ни души, лишь нескончаемый шум дождя, через который не пробивалось не единого звука. Дорога, которую они с трудом преодолевали, была и вовсе в плачевном состоянии и вряд ли пользовалась симпатией у автомобилистов. Сейчас Ева могла уповать лишь на удачу, что какой-нибудь авантюрист-автолюбитель не съедет на эту богом забытую улицу и что по окончанию дела они сумеют отсюда выбраться. Последнее, что ей сейчас хотелось, это разбираться утром со страховой компанией или эвакуатором, вместо отдыха в родной постели. — Когда вернёмся, устрою себе двухдневный отдых, а то пашем как лошади уже третье дело подряд, — Нил снова и снова начинал эту тираду уже который раз подряд за эту ночь. И уже который раз за все их дела. Ясное дело, что план этот эфемерный, и он как миленький притащится на своё рабочее место по первому зову, дабы не потерять работу. Только вот слушать одну и ту же пластинку надоедало. Хотелось заткнуть нерадивого напарника и хоть немного побыть в тишине.       Тем временем пальто намокло и неприятно липло к телу, отчего Розалин начала быстро замерзать. Она пыталась идти быстрее, маневрируя среди комьев грязи, но каждый раз, слыша за спиной натужное дыхание напарника, который ко всему прочему ещё и тащил оборудование, останавливалась.       Вскоре, когда даже Нил наконец заткнулся, тяжело ступая позади неё, впереди, за пеленой ливня, показался небольшой домик. Времени рассматривать его совершенно не было, и доктора быстрее забежали под спасительную террасу, переводя дух.       Одежда промокла насквозь. Пальто обоих врачей можно было отжимать, как и волосы Евы, слипшиеся и спутанные от сильного ветра. На Нила и вовсе было страшно смотреть: бледный, понурый, сгорбившийся над этой чёртовой коробкой с оборудованием. Он пытался хоть что-то сделать с мокрыми волосы, но все его попытки были тщетны, и те вновь и вновь настойчиво липли ко лбу и очкам. Уоттс выглядел так забавно. Она усмехнулась, не сдержавшись, и он это тут же заметил. — Ха-ха, — не злобно оскалился Нил, закатывая глаза. — Ты же в курсе, что выглядишь не лучше, красотка? — Скорее всего, — женщина улыбнулась, покачав головой. — Но зеркала у меня нет, поэтому буду наслаждаться тобой, красавчик. — Значит, в следующий раз этот ящик несёшь ты. — Как скажешь, — едва пригладив волосы, она положив папку с документами на ящик с оборудованием, и нажала на дверной звонок.       По ощущениям в доме было тихо и пусто, но из-за сильного ветра и ливня, даже если бы в доме был включён телевизор, она бы точно этого не услышала. В паре метров от террасы в окне горел свет, тускло и еле видно, но он пробивался через наглухо занавешенные окна.       В глубине дома послышались лёгкие шаги, дверь скрипнула, приоткрылась, и к ним выглянула молоденькая, сонная девушка. Лишь увидев двоих докторов она встрепенулась и очнулась, распахнув входную дверь, побыстрее приглашая их войти в прихожую. — Вы из «Зигмунда», да? — девушка быстро щёлкнула выключателем и отошла подальше, с интересом рассматривая их с ног до головы, что слегка смутило Еву. Сама она была невысокая, среднего телосложения, с бронзовой кожей и очень большими и выразительными серыми глазами, одетая по-домашнему — в пижамные штаны в клетку и тёплую, но уж больно больше положенного размера вязанную синюю кофту. Нил замялся сзади, видимо выискивая место, где он может наконец опустить ящик с оборудованием. Выбрав для этого небольшую тумбочку, он застыл на месте и явно не был настроен на поддержание разговора, поэтому Ева как всегда взяла инициативу в свои руки. — Я Ева Розалин, это мой напарник — Нил Уоттс, мы приехали как раз по вызову от «Зигмунда», — сбиваясь, произнесла она, с радостью стягивая с себя столь ненавистное пальто. — Тереза Вейланд, это ваша мать? — Нет, — девушка махнула короткими тёмными волосами, подходя ближе и протягивая в сторону докторов руку, — давайте пальто, я повешу их сушиться и принесу вам сухие полотенца.       Ева с благодарностью отдала своё пальто, Нил молча сделал то же, продолжая копаться в ящике с оборудованием, и через пару секунд протянул Еве её халат. Только надев его и сменив сапоги на удобную рабочую обувь, женщина смогла наконец хоть немного расслабиться. В доме было тепло, сухо и пахло корицей, отчего желудок протяжно заныл. — Хорошая девушка, однако, — протянула доктор Розалин, рассматривая себя в зеркале. Это был далеко не лучший её день, но приведя в порядок волосы, вполне можно было жить дальше. Конечно, если не обращать внимание на бледность и синяки под глазами. — Она будет ещё лучше, если сделает кофе, — Уоттс уже успел надеть свой халат и переобуться в чистую обувь и сейчас яростно пытался оттереть до блеска свои очки. — А если даст ещё и что пожевать, то я вообще буду готов на ней жениться. — Как мало тебе надо для счастья. — Ева устало покачала головой. Какой же идиот, честное слово. Желудок тут же отозвался долгим протяжным звуком, вторив словам Нила, и тот победоносно ухмыльнулся.       Пока девушка, принявшая их, поднялась на второй этаж за полотенцами, Ева воспользовалась моментом, чтобы хоть немного осмотреть дом, в котором они оказались. Коридор прихожей был вытянутый и не сильно широкий, в нём помещался комод у входной двери, вешалка, шкаф для обуви и кофейный столик чуть поодаль, расположившийся между двумя деревянными дверьми по правую сторону. Одна из них была приоткрыта, и был виден кусочек уютной кухни. По левой стороне находилась ещё одна небольшая дверь, а в самом конце виднелась лестница, ведущая на второй этаж. Скромно, но уютно. Хоть снаружи дом и выглядел более чем невзрачно, но внутри было миленько. Чем-то напоминал дом её сестры, Трейси. Тот хоть и был чуть больше квартиры самой Евы, но там всегда было уютно и тепло, пахло корицей и яблочным пирогом, который так обожал Джейми, её племянник. — Вот, возьмите, — спустившись, темноволосая девушка передала им с Нилом полотенца, не сводя с них пристального взгляда. Лицо её почти не выражало эмоций, но глаза явно выдавали огромную заинтересованность. — Доктор пока не приехал, но… — она слегка замялась, — вы, наверное, устали с дороги? Я могу налить вам горячего чая или кофе… — Кофе, пожалуйста, — воодушевлённо подал голос Нил из-под своего полотенца.       Ева хотела было уже отдернуть его, но девушка только улыбнулась и жестом пригласила на кухню, указав на небольшой круглый обеденный стол с кремовой скатертью. Промокнув как следует волосы, Розалин аккуратно повесила полотенце на спинку своего стула, в то время как Нил так и оставил его на голове, даже не думая с ним расставаться.       Кухня, как она и предполагала, была достаточно маленькой, но такой же уютной как и коридор.       Но главное — запахи. Они были просто божественные. Ева вновь почувствовала, как чертовски проголодалась, отчего очутившийся перед ней через несколько минут морковный пирог приняла за восьмое чудо света. — Вот, я подумала, что вы могли проголодаться, — девушка улыбнулась и через пару секунд поставила перед ними кружки с кофе. Лицо Нила надо было видеть. На нём читалась такая искренняя растерянность, наряду с удивлением, что казалось, он сейчас расплывётся по столу от счастья. — Ох, и, извините, я же так и не представилась. Меня зовут Клэр, я ухаживаю за миссис Вейланд последний месяц. — Чёрт возьми, это невероятно вкусно! — Нил уже успел запихать в рот кусок пирога и сейчас, с каким-то особенным трепетом, отпивал свой кофе, с каждым новым глотком становясь всё веселее. — Ева, тебе стоит взять рецептик, точно тебе говорю, а то твой последний морковный пирог даже рядом не стоял с этим! — Ну вот, этот придурок возвращается к жизни, что вы наделали… — устало вздохнула женщина, искоса наблюдая за поглощённым едой напарником.       Клэр не сдержалась и весело фыркнула, а в уголках её глаз заплясали огоньки задора. В один момент вся пелена хладнокровия, сдержанности и учтивости, которой она так старательно придерживалась с самого их прихода, просто слетела с неё. — Я рада, что вам нравится, — девушка кивнула и взяла в руки свою кружку с чаем. — Но, можно задать вопрос? — Конечно, — улыбнулась Ева отпивая свой кофе. Да уж, Нила и правда можно было понять, кофе и впрямь был более чем чудесный. — Как вы добрались до дома? От города путь не близкий, а автобусы сюда не ходят, тем более ночью… Я не заметила вашей машины. — Застряли, как только повернули к вам, — невнятно промычал Нил, доедая свой кусок пирога. — Дороги и местность у вас тут, конечно, просто блеск. — Сейчас такой сезон, — кивнула Клэр, — но, вы просто попали не в лучшее время. Днём, когда сухо, здесь очень даже красиво и гулять одно удовольствие. — Любите прогулки на свежем воздухе? — заинтересованно спросила Розалин. — Конечно, но в основном прогулки любит миссис Вейланд. Она просто ненавидит долго засиживаться в четырёх стенах, — Клэр расслабленно подперла лицо рукой, помешивая ложечкой свой чай. — Иной раз только и приходится ловить её на пороге, чтобы сама не убежала…       Девушка запнулась, глаза её в краткий миг помрачнели, но она быстро взяла себя в руки, тряхнув головой. — Она на втором этаже, в своей комнате. Ей стало хуже совсем недавно, я сразу же позвонила в «Зигмунд» и её лечащему врачу. До этого он почти неделю каждый день проведывал её. Но так вышло, что сегодня утром ему срочно понадобилось отъехать. Он уже наверняка недалеко от дома, обещал приехать раньше вас, но, видно, что-то его задержало… — Надеюсь, не столкновение с нашей машиной, — хмуро подытожил Нил, сверля взглядом кружку, которую он уже полностью осушил. — Вы не против, если я поднимусь и начну устанавливать оборудование? Ева, а ты пока заполнишь необходимые бумаги и осмотришь дом пациента… — Иди уже, — кивнула Ева, после чего обратилась к Клэр. — Вы можете рассказать побольше о миссис Вейланд? — Я… — девушка замялась, нерешительно переводя взгляд со стола на доктора Розалин, — миссис Вейланд просила меня ничего вам не рассказывать, извините… — Просила не рассказывать? Почему? — озадаченно подняла брови Ева, отставив пустую чашку в сторону. — Что это значит? — То и значит. Она сказала, что хочет лично встретиться с вами, передать информацию из первых рук, — было заметно, что Клэр слегка нервничает, комкая пальцами краешек своей безразмерной кофты. От этого разговора ей было явно не по себе.       Что происходит?       Еве оставалось лишь озадаченно хлопать глазами, в попытке выдавить из себя хоть слово.       Ничего не рассказывать им? Почему?       Такое странное поведение Ева встречала не впервые, были в её практике разные пациенты. Но видя, как некомфортно её собеседнице, настаивать на разъяснении она не стала. — Ладно, всё в порядке… У нас есть личное дело пациента, просто задавать такие вопросы… эм… профессиональная привычка, наверное, — Ева потянулась к папке на краю стола и быстрым движением достала парочку документов. Среди них самым важным был контракт с «Зигмундом», где была прописана основная информация о клиенте, но самое главное — желание, которое им предстояло исполнить.       Но и здесь её ждал неприятный сюрприз:

«Последняя просьба была задокументирована в протоколах агентства, но, по желанию клиента, будет озвучена непосредственно с началом операции самим клиентом.»

      Что это за шутка? Когда это «Зигмунд» разрешил подобную формулировку в официальных документах?!       Еве казалось это слишком чудаковатым. Такой скрытности она не встречала во время своей практики почти ни разу. Клэр смотрела на неё с явным сожалением, не решаясь произнести ни слова, и только продолжала комкать краешек своей кофты. — Хорошо, — собравшись с мыслями, Розалин встала из-за стола, сложив все документы обратно в пластиковую папку. — Я хотя бы могу осмотреть дом?       Клэр, казалось, ещё больше сжалась, если такое вообще было возможно. — Всё что есть — кухня, ванная комната с туалетом и спальня… всё остальное закрыто на ключ.       Да что за чёрт?       Ева, не сказав ни слова, вышла из кухни, оставив поникшую Клэр в одиночестве, и быстрым шагом направилась к лестнице. Прихожая всё так же навевала уют и тепло, корица приятно покалывала нос, а в цветастых, с виду совершенно несуразных коврах ноги почти что утопали. Но теперь, видя всё это, Ева испытывала странную тревогу. Необъяснимую, осевшую где-то на уровне восприятия. Но пока она не поднялась на второй этаж, так и не смогла уловить, что же всё-таки не так.       А вот сейчас всё стало предельно ясно.       Фасад.       Всё то, что они увидели, только переступив порог. Уютный коридор, приятная кухня, вкусный пирог и милая Клэр, которая на самом деле с первой секунды попыталась всеми силами отстраниться от докторов, чтобы не показывать свою потерянность.       Всё это было лишь красивым фасадом. А остальные комнаты были крепко заперты на ключ и наверняка представляли из себя то же, что и второй этаж — безжизненные стены, потрескавшийся, хоть и чистый деревянный пол, и угрюмая пустота.       Спальня пациентки была открыта настежь, и уже отсюда Ева могла видеть весь масштаб бедствий.       Всю спальню из себя представляла лишь узенькая односпальная кровать, на которой под толстым одеялом расположилась их будущая пациентка, небольшая тумбочка рядом, с установленными аппаратами контроля жизнеобеспечения, и узенький стол с парой стульев. На этом всё. Невзрачные стены, голый пол, тусклый свет и растерянный Нил, нерешительно застывший около стола, даже не открыв толком ящик с оборудованием.       Едва заметив свою напарницу, он повернул голову. В его глазах читалась растерянность вкупе с непониманием. — У них достаточно… неравномерный дизайн дома…- медленно проговорил он. — Похоже на чью-то неудачную шутку — Это ты ещё документы не читал…       Ева устало облокотилась о стену, пытаясь совладать с нахлынувшей усталостью.       Это дело ещё толком не началось, а уже обещало им массу проблем.