Американская мечта

      Поезд со скрипом остановился, а сидящий человечек в зашторенном купе полетел лицом вперёд, в соседнюю койку. Плавно приземлившись на сумку, слетевшую с колен, ребёнок оглянулся. Был ясный день, на перроне были возгласы и шум, загрохотали дверцы других купе в вагоне и Кикрик поспешила выйти раньше всех, пока не объявились контролёры, у которых могли бы возникнуть вопросы, почему она тут одна. Выскочив вперёд планеты всей, она поправила кофту, заправив под ремень, который и так держал огромные брюки на ней еле-еле. Запинаясь об штанины, так и хотелось первым делом побежать в магазин, но это было полностью невозможным: огромную сумку попросили бы на осмотр сдать, а там... То, что другим видеть не позволено. Будут ещё более крупные вопросы, а там и до тюрьмы не далеко, откуда её никто не вызволит.       Прелестное солнце приятно жгло кожу, особенно оголённые царапины и шрамы на руках. Бодро шагая по улице, Кик зашла в первую попавшуюся семейную кафешку, которых в её родной стране нет. Заказав шоколад и чай, курицу на шампуре и салат, ребёнок сел в самый угол, к стеклу, чтобы наблюдать за мимо проходящими людьми. Они так отличаются от когда-то привычного ей народца! От них лучится безмятежность и счастье, радость, что сам невольно проникаешься этой атмосферой, забываясь, что не принадлежишь к этой касте. Ты вообще люмпен. — Tha-ank ya!– неловко выдавив, Кик придвинула поднос с вкуснейшей едой, приправленная изрядно голодом– лучшей приправой в мире. Официантка слегка странно глянула на ободрыша, но потом вернулась за стойку и продолжила решать что-то в ежедневной утренней газете дальше. Кусочек был уже во рту, буквально тая на языке, тут же заменяемый мясным салатиком. "– Что же дальше? Идти в город? И что? Мне ничего не продадут, могут ограбить или вновь похитить. Спасибо, хватит." Кик гневно ткнула шпажкой в противные куски спаржи из салата, оставляя ее в вертикальном положении, чтобы те не попали в остатки съедобного. "– Я могу придумать, куда вложить деньги, чтобы не уркали... Но куда. Тем более, что я мало знаю в языке, меня вскроют!" Застучав по столу пальцем с нервов, ребёнок утёр слезу. Это так, её хоть и учили какое-то время базовому языку всего два года, но сложнее уровень ей не ведом, а на адаптацию времени почти нет. Плачевная ситуация.       Оставив щедрые чаевые, Кик вышла с кафе. Поправив штанины, чтобы те не цепляли грязь с земли, заправив рубашку получше и сняв кофту, та пешком направившись в город, что возвышался урбанизироваными зданиями на горизонте, светясь неоновыми вывесками и раздавая вокруг запах этой особенной жизни. Она видела очень мало подростков с подобным мешковатым стилем, но ни одного, кто носил бы одежду обратного пола– опасная ситуация. Уповая на чудо и равнодушность окружающих, та направилась напрямую в центр для разведки газет. Мотель, трудоустройство – хоть что-нибудь, чтобы можно было осесть в этой незнакомой стране.       Решив срезать по переулкам, чтобы не цеплять лишних глаз, Кик завернула за жилым домом, идя мимо урн, в итоге выйдя на какую-то крупную улочку. В конце виднелась площадь, засиявшая фонарями, на фоне которых мелькали силуэты парочек и счастливых семей. Воодушевившись этой картиной, она засемениила быстрее, желая хотя бы к ночи разрешить эти мелкие задачи.

***

      Элеонора безразлично смотрела на небо. Она уже давно не видела звезд, только бесконечное полотно темноты, в котором изредка колыхались такие же черные ватные облака. Она стояла, оперевшись об стену жилой многоэтажки, и раздраженно рылась в боковом кармане. Переулки уже давно не казались ей запутанными и опасными. Тихо щелкнула зажигалка. Девушка чувствовала, что у неё начинается бронхит, но это не мешало ей выкуривать по 4 сигары в день. А может и больше. Как бы в подтверждение, её горло тут же сдавило волной кашля. Плевать.       Сейчас она ютилась в каком-то старом театре. Место далеко не самое плохое, бывало и хуже. Вряд ли она задержится там на долго. Так много мест, так много людей она встретила на своем веку. Даже слишком. Но не жаль ни чуть. Мечта, что она когда-нибудь сорвет джекпот, попадет туда, где ей самое место, грела сердце и душу. Вот почему она всегда убегает. Из города, из страны, из жизни. Элеонора придавила каблуком выброшенный окурок и быстро зашагала к шумной улице.       Вдруг на стене напротив появился силуэт. Девушка напряглась и аккуратно отошла за поворот, из-за которого только что вышла. Где-то через пару секунд на улочку выбежал...ребенок. Лет 13-14. Девочка в мешковатой одежде и с большой дорожной сумкой. Сумка. Элеонора воровато повертела головой, её зеленые глаза загорелись каким-то нездоровым огоньком. Девушка подождала, пока мелочь засеменит вглубь переулка, и тихо поползла следом. Догнать ребенка было не сложно. - What are you doing here? - акцент уже не выдавал бывшую гражданку СССР. Девчушка вздрогнула и обернулась.