Тяжесть свободы и сладость уз

Саид молчал. После того, как порвав с Лукасом, Жади снова вернулась сюда, он говорил с ней ровно пять минут и объяснив, что позволил ей это только ради Хадижи, больше ни разу не посмотрел в её сторону. За все три месяца, которые она жила здесь. Он играл с детьми, занимался делами, громко ссорился и бурно мирился с жёнами, но её как будто не существовало для него. И это задевало Жади. Очень задевало. Все её попытки заговорить с Рашидом разбивались о стену отчуждения и холод его взглядов. Она была свободна идти в любой момент куда хочет. Никто не препятствовал ей и Жади бродила по городу сколько хотела. Никто не мешал ей сидеть на пляже и размышлять о жизни, ходить в гости к Латифе, делать всё, что вздумается. Но потеряв статус запретного плода, эта свобода потеряла для некогда строптивой марокканки, всю прелесть. И она всё чаще оставалась дома, даже когда Хадижа звала её в парк или торговый центр. И дело было не в недостатке средств. Деньгами Саид снабжал её регулярно. Не сам - передавал через служанок. Жади так хотелось увидеть восторг и страсть в глазах этого мужчины. Но их больше не было. Между ними не было вообще никаких отношений. Даже Рания с Зулейкой, поначалу возмущавшиеся её возвращением, уже перестали обращать на неё внимание. Если бы не Хадижа, женщина ощущала бы себя словно в безлюдной пустыне. По сути. в доме бывшего мужа Жади была никем. Хозяйничали Рания и Зулейка. Последняя была беременна и по этому чаще всего первой жене приходилось сдерживать норов в присутствии мужа, иначе Саид наказывал её . Рания хотела забеременеть и родить мужу ещё одного сына, когда Жади вернулась в этот дом, та была беременна, но второй ребёнок Рании замер и после этого случая Рашид больше не посещал первую жену по ночам. Словно погибший в её утробе ребёнок навсегда стал преградой между ними.Но Рания сохраняла статус первой жены и пользовалась всеми преимуществами своего положения в семье. Её осанка стала гордой и важной, походка медлительной и царственной, голос приобрёл стальные оттенки, менторский тон её высказываний демонстрировал всем, что после мужа главная здесь она, а все остальные - никто и ничто. А когда Саид отлучался по делам на несколько дней, все ходили перед властной хозяйкой по струнке. Даже Хадижа теперь боялась гнева мачехи и старалась не попадаться в такие дни ей на глаза. Пару раз Жади пыталась урезонить дочь Асефа, но ничего не добилась. - Кто ты такая, одалиска? - лишь один раз Рания заговорила с ней. - Может ты жена моего мужа? Родственница? Служанка хотя бы? Нет! Ты никто! Ты - пустое место! Бразильская шлюха. Приживалка. которую терпят в этом доме из милости! Знай своё место! После этого случая первая жена Саида больше не опускалась до разговоров с Жади. Только шипела на неё и кидала злобные взгляды. В который раз сидя в своей комнате, Жади вспоминала прошлое. Те годы, которые она не позволяла себе расслабиться и стать счастливой с Саидом, и тот год с небольшим, с человеком, ради которого не раз пускала свою жизнь под откос. Саид любил её искренне, до безумия. Ревновал и страдал любя. Любой другой исламский мужчина отправил бы её на казнь после первой брачной ночи.Любой мусульманин не пощадил бы её, узнав о измене. Саид пощадил. Спас ей жизнь, наступив на горло собственной гордости. А что Лукас?Что мужчина её мечты? Несколько месяцев она жила в его доме, окрылённая сбывшейся мечтой, не замечая ничего вокруг, пока однажды, решив зайти за ним на работу, чтобы после вместе пойти в любимое кафе, ни застукала любимого в его кабинете, грубо и бесцеремонно трахающего какую то молоденькую стажёрку. В слезах она выскочила из помещения и побежала не разбирая дороги. В висках больно стучало, глаза застилали слёзы, а перед мысленным взором всё время Лукас имел ту девку во все места. В тот раз он вымолил у неё прощение и сказал, что им словно овладел дьявол, он сам не понимал, что делал. Стоял перед ней на коленях, рыдал, целовал ей руки и истово клялся что больше такое не повторится никогда в жизни. Повторилось... Именно тогда Жади впервые подумала о Саиде. Ведь Саид был единственным мужчиной в мире, который любил её по настоящему. Любил, как преданный пёс. Когда выносить походы Лукаса налево не было больше сил, Жади решилась. Собрала вещи и ушла в ночь. Сначала наняла небольшую комнатушку в задрипанном мотеле. Лукас не позвонил, не поинтересовался где она, что с ней, с той самой ночи ни разу. Когда деньги кончились и метрдотель выставил женщину из номера, решение вернуться к Саиду созрело в её душе окончательно. -Прими меня обратно, Саид... мне не куда идти, негде жить. Лукас предал меня. Клянусь пророком, что никогда больше не произнесу при тебе его имени! - Входи. Саид словно и не смотрел в её сторону. Холодный, отстранённый, поглощённый своими мыслями и заботами. Он вовсе не был рад её возвращению. По крайней мере, так ей показалось. Его жёны тем более были , мягко говоря, не в восторге. Только Хадижа - её принцесса, её радость, ликовала всей душой, бросилась обнимать, целовать, шептать на ухо всякие ласковые словечки, а заодно и все сплетни накопившиеся со времени их последней встречи. Её Хадижа, доченька. Ради неё одной уже стоит жить в этом доме. Остальное не имеет особого значения.