Белые мысли

      Утром меня разбудил раскат грома. Я с усилием открыл глаза и посмотрел на прикроватные часы. 6 утра. За окном было пасмурно. Тяжёлые капли дождя отбивали свой странный такт по алюминиевому подоконнику.       Вряд ли я смогу ещё поспать этим утром. Встав с кровати, я стал неспешно приводить себя в порядок перед школой.       На письменном столе стояла недопитая чашка чая. Я взял её в руки, рассматривая. Вчерашний разговор с Эдвардом Калленом был не сном.       Я прислушался к своим ощущениям, поворачивая чашку в руках. Два коричневых зайца, изображённых в деревенском стиле, уставились на меня.       Внутри ничего не шевельнулось. Странно… мой одноклассник признал то, что он — бессмертное опасное существо, а меня это ни капли не трогает. Возможно, я просто ещё не осознал эту информацию как факт и отказывался верить в эту сверхъестественную чушь, несмотря на все объективные доказательства. Конечно… жизнь не готовила меня к тому, что я встречусь лицом к лицу с вампирами, оборотнями, феями и прочими тварями.       Я поставил чашку на стол.       По-хорошему, её стоит отнести на кухню.       Я ещё раз посмотрел на стол и придвинул чашку ближе к экрану. Пускай пока побудет здесь. Мне нужно напоминание обдумать ситуацию ещё раз.       Забрав свою чашку с тумбочки, я направился в кухню. Тосты с маслом и джемом — идеальный и быстрый завтрак. Доза глюкозы — вот что мне нужно, чтобы проснуться.       Я сидел на кухне, бездумно водя ложкой по краю чашки с чаем, когда услышал, как скрипнула половица лестницы. Грегори спускался на кухню. Я поднял взгляд и увидел, как он заходит с блаженной улыбкой на лице. Сразу стало понятно, что вечер удался.       — Доброе утро! — я улыбнулся, поднимая чашку с чаем. — Как дела?       Не дожидаясь его ответа, я с усмешкой продолжил:        — Как свидание, старик?       Грегори рассмеялся, присаживаясь напротив меня.        — Ах, Белиал, это было просто замечательно, — ответил он, поправляя очки. Его улыбка будто освещала всю комнату. — Рейчел — удивительная женщина.        — Да? И что же такого удивительного в этой Рейчел? — спросил я, делая вид, что мне не особенно интересно.        — Мы сидели у неё дома. Она выбрала потрясающее вино, а еда была просто великолепна. Мы разговаривали о самых разных вещах: о жизни, о работе, о путешествиях. Она такая умная, у неё столько интересных историй!        — Путешествия, говоришь? — я поднял бровь. — И куда же она успела съездить?        — О, по всему миру! — глаза Грегори засияли. — Она рассказывала о поездках в Индию, Южную Америку, даже в Австралию. У неё есть фотографии со всех этих мест, и она обещала показать их мне как-нибудь.        — Прямо-таки настоящая искательница приключений, — скептически заметил я.        — Не будь таким циничным, Белиал, — усмехнулся Грегори. — Она действительно потрясающая женщина. Ты просто не представляешь, насколько у неё доброе сердце.       Я вздохнул, глядя на своего приёмного отца. Он всегда был немного наивным, но именно это в нём мне и нравилось. Он умел видеть в людях только хорошее, что нечасто встречается.        — Ладно, ладно, — примирительно сказал я. — И что же дальше? Какие у вас планы?        — Мы договорились встретиться в следующие выходные, — с энтузиазмом ответил Грегори. — Она хочет показать мне один старый парк, который очень любит. Говорит, что там красиво в любое время года. А после — ужин у неё дома. — Немного смущенно добавил Грегори.       — Не рановато ли для свиданий у неё дома? — поддразнил я его, в последний момент прикусив язык. В голове быстро возникла ассоциация с тем, как я провёл свой прошлый вечер.        — Ну, кто знает, — задумчиво произнёс Грегори. — Но я действительно чувствую, что между нами есть что-то особенное.       — Я был бы рад с ней познакомиться, кстати. — Я улыбнулся, делая глоток чая. — Хотелось бы воочию посмотреть на что-то особенное.       — Конечно, — Грегори улыбнулся. — Я думаю, она будет рада.        — Только не спеши, — посоветовал я. — Ты же знаешь, что иногда внешность бывает обманчива.        — Я знаю, знаю, — он улыбнулся. — Но я верю в лучшее.        — И что ты собираешься делать, если окажется, что у неё есть какие-то скелеты в шкафу? — спросил я, чуть наклонившись вперёд.        — Мы все не идеальны, Белиал, — тихо сказал Грегори. — Но я готов принять её со всеми её недостатками, если она готова принять меня с моими.       Его слова заставили меня замолчать. Я знал, что он прав. Никто из нас не идеален, и каждый имеет право на счастье.       Мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Грегори улыбался, а я чувствовал лёгкую тревогу.       — Кстати, о чём-то особенном, — сказал я, доедая тост. — Эдвард Каллен пригласил меня провести выходные в Сиэтле. Мы хотели бы посмотреть город, посетить некоторые интересные места.       Лицо Грегори стало серьёзным, он всегда внимательно слушал, когда я хотел обсудить что-то важное.        — Эдвард Каллен? Это один из тех Калленов, что живут за городом?        — Да, — подтвердил я. — Он из той семьи. Мы стали ближе в последнее время, и он предложил это как возможность лучше узнать друг друга.       Грегори кивнул, размышляя над моими словами.       — Я думаю, мы справимся за субботу. Я всё равно хотел поехать, чтобы купить кое-какие вещи. —Сказал я, вставая. — Мне пора в школу. Думаю, мы сможем поговорить об этом вечером, если…       Чашка выскользнула из моих рук, через секунды превращаясь в кучу осколков от удара о белую плитку.       — Всё в порядке, — сказал Грегори, поднимаясь. — Беги. Хорошего дня!       — Спасибо! — сказал я, осторожно перешагивая останки чашки. — Хорошего дня!       На выходе я прихватил дождевик и поспешно натягивал его на себя по пути к машине, перепрыгивая лужи на лужайке. Гром снова прогремел будто над самой моей макушкой.       Всё-таки весенний ливень, туман и облачная погода — это то, что мне нравилось больше всего. На уроках я отвлекался, устремляя взгляд на потоки воды за окном. Погода разбушевалась не на шутку, но хорошо, что урагана не было. Всего лишь дождь.       — Сегодня Каллены снова в школе, — недовольно сетовала Джессика, пока мы шли к кафетерию на обед. — Ты сегодня снова будешь сидеть с Эдвардом? — повернулась она ко мне с вопросом.       Я немного опешил от её неприкрытого раздражения. Мои брови сами поползли на лоб.       Майк приобнял девушку за плечи и ободряюще подмигнул мне.       — Джесс, думаю, Бел взрослый мальчик и сам волен решать с кем сидеть в кафетерии. — Ответил Майк за меня.       — Просто меня раздражает, что Бел променял нас на него. — Пробурчала Джессика, дергая плечом, убирая руку Майка. Она снова повернулась ко мне. — Ты постоянно проводишь время с Эдвардом, и когда его нет в школе, то вдруг решаешь вспомнить о нас. Это ненормально, Бел.       — Джесс, это не так. — Спокойно ответил я. — Да, я общаюсь с Калленом. Это не значит, что вы для меня менее важны. Просто… Мы как раз зашли в кафетерий. Я сбросил с себя капюшон. Передо мной стоял Эдвард. Он почти что ухмылялся.       — Всем привет, — поздоровался он своим бархатистым голосом. Переводя взгляд с меня на Джессику, он улыбнулся ещё шире, обнажая зубы. Его глаза насмешливо сузились. — Бел, нужно поговорить. Джессика, ты не против? Джессика не нашла что ответить. Я увидел, как беззвучно приоткрылся её рот. Майк быстро увёл её к столику.       — Об этом я и говорила! — услышал я её возмущённый голос. Я обернулся посмотреть на удаляющиеся спины друзей и вздохнул.       — Привет, Эдвард. — Поздоровался я. Он жестом указал на пустующий столик.       — Не совсем приятный разговор? — спросил Эдвард. Я пожал плечами.       — Джессику можно понять, — ответил я, присаживаясь на металлический стул.       Эдвард сел напротив, сомкнув свои длинные пальцы пианиста в замок и устраивая на них подбородок. Парень внимательно смотрел в мои глаза.       — Наше общение привлекает внимание. — Я отвёл взгляд от Эдварда и посмотрел за его спину. За столиком сидело четверо из семейства Калленов. Розали смотрела на меня с неприкрытым недовольством. Я улыбнулся девушке. Она быстро отвела взгляд и начала что-то говорить на ухо громоздкому брюнету Эммету. Что-то слишком много недовольных девушек сегодня.       — О чём ты хотел поговорить? — спросил я Эдварда, уставившись на младшего Каллена.       А является ли он вообще младшим? Я нахмурился. Как вообще измеряется возраст у вампиров?       По крайней мере, выглядит он точно младшим.       — После ланча мы с Алисой уедем из школы. — Сказал Эдвард, убирая голову с ладоней и выпрямляясь на стуле. — Поэтому я решил поговорить насчёт поездки сейчас. Если всё в силе.       — Я-то в любом случае поеду. Не на бал же мне идти.       Я пожал плечами. Эдвард улыбнулся.       — Куда собираетесь? — Спросил я как можно равнодушнее. Улыбка Эдварда сразу погасла.       — На охоту, — жёстко ответил Эдвард. Его лицо помрачнело. — Если я планирую остаться завтра с тобой наедине, то должен принять все возможные меры предосторожности.       Я осмотрел его синяки под глазами и перевёл взгляд выше, к его глазам. Радужка была с оттенком каштанового дерева, будто нагретого солнцем. Я кивнул, пытаясь не дёрнуть ни единой мышцей лица.       — Я думаю, тебе стоит завтра заглянуть на завтрак. — Сказал я, не отрывая взгляд от его глаз. — Я познакомлю тебя с Грегори. Ты же не против?       Эдвард удивлённо моргнул и будто дернулся на стуле.       — О… — Эдвард явно к этому не был готов. — Да. Я бы хотел.       — Нам ещё нужно будет время вернуться из Сиэтла, поэтому стоит выехать пораньше, — я улыбнулся Эдварду как можно приветливей, откидываясь на спинку стула. — Приезжай к восьми.       Эдвард кивнул, задумавшись.       — Я предлагаю поехать на моей машине, — сказал он через пару секунд. — Если ты не против.       Я пожал плечами.       — Если ты так считаешь нужным, я не против.       — Договорились. — Эдвард улыбнулся, снова расслабляясь на стуле. Я улыбнулся в ответ.       — На кого охотитесь сегодня? — спросил я заговорщическим шёпотом, подвигаясь поближе к столику. Эдвард ошеломлённо посмотрел на меня.       — На всё, что попадётся в местном лесу. — Смущённо и тихо ответил он.       — А почему именно с Алисой? — ещё тише спросил я, почти что переваливаясь на свой край стола грудью. Эдвард опешил, но тоже приблизился ко мне в ответ. Он нахмурился и ответил мне в тон:       — На Алису… можно положиться.       — Ты же охотился с Эмметом.       Брови Эдварда сошлись на переносице.       — Семья настроена скептически.       Я немного отвёл взгляд за спину Эдварда на столик Калленов. Все они сидели, сосредоточенно отводя взгляды, точь-в-точь как тогда, когда я впервые их увидел.       — Им тоже не нравится, что ты проводишь со мной много времени? — поставил я вопрос ребром, рассматривая семейство.       — Они не понимают, почему я не могу отказаться от тебя. — Услышал я ответ Эдварда. Я серьёзно посмотрел на Каллена.       — А ты объяснял им на примере стейка?       Губы Эдварда сжались, в глазах заблестели отблески сдерживаемого смеха. Я моргнул, не изменяя серьёзного сосредоточенного вида, и снова перевёл взгляд на Калленов.       Розали, эта удивительно красивая блондинка, вновь повернулась, чтобы бросить на меня взгляд. Нет, не бросить взгляд — уставиться на меня тёмными холодными глазами. Я завороженно смотрел на красотку, пока Эдвард чуть слышно не издал сердитый звук, что-то вроде шипения.       Розалия отвернулась, освободив меня от плена своего взгляда. Я посмотрел на Эдварда. Уверен, он заметил, как девушка гипнотически подействовала на меня.       Его лицо было напряжённым, когда он объяснял:       — Извини за это. Она просто волнуется. Видишь… для всех нас будет опасно, если, проведя столько времени с тобой на людях, я… — опустил он глаза.       — Ты…? — переспросил я.       — Если это закончится… плохо, — он закрыл лицо руками.       До меня медленно начинало доходить, что его слова должны вызывать ужас. Я ждал что он скажет дальше. Но Эдвард так и сидел, закрыв лицо руками.       Я нахмурился, на несколько сантиметров отодвигаясь от столика. Меня поразило настолько уязвимое положение Эдварда. Я блуждал взглядом по его плечам и рукам, пытаясь подобрать одобряющие слова. От его вида было буквально физически больно.       — Эдвард… — тихо сказал я, но осекся, увидев движение за столом Калленов. Алиса плавно поднялась с места. Я увидел, как шевелятся её губы, она говорила что-то своему семейству.       Эдвард убрал руки от лица. Какое-то мгновение оно сохраняло сосредоточено-серьёзное выражение, затем настроение изменилось, и Эдвард улыбнулся.       — Нам пора, — сказал он. — Думаю, это к лучшему. Мистер Баннер собирается включить фильм на биологии. Терпеть это выше моих сил.       Я улыбнулся.       Алиса неслышно подошла за спину Эдварда. Короткие угольно-чёрные волосы ореолом из своевольных шипов окружали необычайно утончённое эльфийское лицо. Миниатюрная, гибкая и тоненькая фигурка Алисы, даже когда она просто стояла на месте, выглядела грациозно.       Эдвард приветствовал ее, не отрывая глаз от меня.       — Привет, Алиса!       — Привет, Эдвард! — ответила девушка высоким сопрано, что могло бы поспорить в обаянии с его голосом.       — Алиса — Бел, Бел — Алиса, — представил он нас с кривой улыбкой на устах.       — Привет, Бел, — прочитать выражение сияющих обсидиановых глаз было невозможно, но на губах играла приветливая улыбка, — приятно наконец с тобой познакомиться.       Эдвард бросил на неё недобрый взгляд.       — Привет, Алиса, — я улыбнулся девушке в ответ.       — Ты готов? — спросила она брата.       — Почти. Встретимся в машине, — холодно ответил он.       Она оставила нас, не сказав ни слова. Пластичность и элегантность её походки заставили меня повернуть голову ей вслед.       — Можно пожелать тебе весело провести время или обойтись без лишних сантиментов? — спросил я, возвращаясь к Эдварду.       — Нет, «весело провести время» подойдёт отлично, — ухмыльнулся он.       — Тогда хорошо вам повеселиться, — я улыбнулся в ответ.       — Приложу титанические усилия, — не прекращал скалиться он.       Эдвард поднялся на ноги. Я тоже встал.       — До завтра, — попрощался я.       — Приеду утром, — пообещал он и пошёл за сестрой, ни разу не оглянувшись. Я посмотрел ему вслед.       Когда он скрылся из виду, я осмотрел кафетерий. Майк и Джессика уже пошли на уроки. Я поспешил на биологию. Мистер Баннер действительно поставил фильм, который я почти не смотрел. Перед глазами снова и снова возникал образ Эдварда. Его лицо закрыто руками, плечи напряжены. Эта картина не отпускала меня, словно застряв в моей голове.       Эдвард всегда выглядел уверенным в себе. Этот сильный и независимый Эдвард, как будто смотрящий на всех свысока. Но сегодня во время обеда я увидел его совсем другим. Он выглядел уязвимым, сломленным, и это потрясло меня до глубины души. Я не ожидал увидеть его с такой стороны. Будто он не бессмертный вампир, а всего лишь подросток, со своими проблемами и переживаниями.       Урок закончился быстро, и я рассеянно пошёл на парковку. Меня догнал Майк.       — Эй, Бел!       Я повернулся на голос, отмахиваясь от мыслей про Эдварда.       — Планы на Сиэтл в силе? — спросил Майк, останавливаясь возле меня.       — Да, всё так. — Я посмотрел в сторону выхода из корпуса, а потом снова посмотрел на Майка. — Как Джессика? Не слишком сердится?       — Ну, — Майк неопределённо пожал плечами. — Мне кажется, она обиделась.       Я вздохнул. С одной стороны, Джессику можно было понять. С другой стороны, я не понимал эти собственнические нотки её претензии ко мне.        — Я поговорю с ней, — сказал я, кивая. — Не ревновать же ей к Каллену. Повеселитесь на танцах! — махнул я Майку на прощанье.       — Хорошей поездки! — пожелал мне Майк.       Ливень над Форксом закончился. Я поехал домой, обдумывая сложившуюся ситуацию.       Странно было осознавать всё происходящее. На меня давит моя компания в лице Джессики, которая недовольна моим общением с Эдвардом. На Эдварда давит его семья, недовольная его общением со мной.       Конечно, ведь он вампир, а я всего лишь человек, он которого Эдвард не может отказаться.       Я припарковался у дома. Образ Эдварда снова встал перед глазами.       Мне претензии моей подруги было переживать явно намного легче, чем ему — давление его семьи.       Предупредив Грегори, что завтра утром Эдвард заглянет к нам на завтрак, я поднялся к себе. Нужно было сделать домашку на неделю вперед, ведь неизвестно, в каком состоянии я вернусь после этой поездки.       Я усмехнулся, когда в голове пронеслась мысль «если вернусь».       Домашка и приготовления к поездке заняли весь остаток пятницы. Грегори помог мне собраться, напомнив о самых важных вещах, которые стоит взять с собой. Он всегда был практичным и заботливым, и я ценил его советы.       — Возьми с собой что-то тёплое. Сиэтл может быть прохладным вечером. — Сказал он, когда я укладывал вещи в рюкзак.       В 8 утра в дверь позвонили. Я поспешил из кухни в прихожую, вытирая руки полотенцем. Мы с Грегори с самого утра готовили завтрак и лёгкий перекус в дорогу. Было вдвойне забавно делать сэндвичи, понимая, что Эдвард не прикоснётся ни к одному из них.       Я распахнул дверь. Эдвард стоял прямо, одетый в бежевое пальто, бежевый джемпер и чёрные джинсы.       — Привет, — поприветствовал его я, отходя от двери. Эдвард вошёл в дом.       — Здравствуйте, мистер Найт, — Эдвард обратился к Грегори, который подошёл вслед за мной, и кивнул мне. — Привет, Бел.       — Это Эдвард. — Я улыбнулся, переводя взгляд то на Эдварда, то на Грегори. — Это сын доктора Каллена. — Уточнил я. — Тот самый парень, который спас меня во время аварии.       Эдвард очаровательно улыбнулся и пожал руку Грегори.       — Очень рад познакомиться, — в его голосе снова слышался бархат.       Грегори кивнул, пожимая его руку.       Мы разместились на кухне, я заправлялся сэндвичами и кофе, слушая неспешную беседу Грегори и Эдварда. Они разговаривали о городе, семье Эдварда и планах того на будущее. Я бросил взгляд на часы.       — Грегори, нам уже пора, — сказал я, поднимаясь и забирая со стола подготовленный ланч. Эдвард тоже поднялся, оставляя на тарелке надкушенный бутерброд. Видимо, для вежливости он заставил себя съесть почти половину.       — Что ж… — негромко сказал Грегори, поднимаясь. — Был рад с тобой познакомиться, Эдвард.       — Взаимно, мистер Найт.       Грегори проводил нас взглядом, пока мы не скрылись за входной дверью. Серебристая Volvo ожидала нас на обочине. Сев в машину, я почувствовал аромат кожаных сидений, смешанный с лёгким, свежим запахом хвои.       — Готов? — спросил Эдвард, взглянув на меня своими проницательными глазами.       — Да, — ответил я, чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее. — Готов.       Мы тронулись с места. Дорога, ведущая из Форкса в Сиэтл, пролегала через густые леса и живописные холмы. Эдвард вёл машину уверенно и спокойно, словно чувствовал каждую неровность на пути ещё до того, как мы до неё доехали. Он был молчалив, но я чувствовал его взгляд на себе. Я знал, что он наблюдает за мной.       — Ты часто бываешь в Сиэтле? — спросил я, нарушая тишину.       Эдвард снова улыбнулся, и я заметил, как его рука на руле слегка напряглась.       — Иногда. Там есть несколько интересных мест, которые я хотел бы тебе показать.       Я кивнул, продолжая изучать его профиль. Его глаза блестели приятным янтарным цветом.       — Что тебе больше всего нравится в Сиэтле?       — Атмосфера, — ответил Эдвард после небольшой паузы, тихо, почти шёпотом. — Он полон жизни и тайн.       Я задумался над его словами. Жизнь и тайны — это то, что сейчас окружало меня.        — А ты? — спросил Эдвард, не отрывая взгляда от дороги. — Что тебе нравится в больших городах?       Я задумался на мгновение.        — Наверное, разнообразие, — ответил я. — Каждый человек, каждое здание — это новая история.       Эдвард улыбнулся, и я заметил, как его глаза смягчились.        — Ты прав. Именно это и привлекает меня.       Дорога становилась всё более извилистой, и мы пересекали узкие мосты, под которыми текли быстрые ручьи. Иногда я замечал на обочине дорожные знаки, предупреждающие о возможных встречах с дикими животными, маленькие посёлки, где жизнь текла размеренно и спокойно. Люди занимались своими делами, не подозревая, что рядом с ними проезжает вампир и человек, отправившиеся в необычное путешествие.       Вскоре мы въехали на широкую трассу, ведущую прямо в Сиэтл. Машины стали попадаться чаще, и город начал проявляться на горизонте. Я посмотрел на часы, и мои брови удивлённо поползли наверх. Эдвард пересёк расстояние в 120 миль быстрее, чем за полтора часа.        — Мы почти на месте, — сказал Эдвард, когда мы въехали в город.       Сиэтл окружил нас своим ритмом, и я почувствовал, как его энергия проникает в меня. Мы ехали по широким улицам мимо современных небоскрёбов и исторических зданий. Эдвард ловко маневрировал в потоке машин, и вскоре мы подъехали к небольшому отелю в центре города.        — Добро пожаловать в Сиэтл, — сказал он, когда мы вышли из машины.       Я огляделся, вдыхая запах города — смесь свежего воздуха, выхлопных газов и аромата уличной еды.       Мы зарегистрировались в отеле и поднялись в наши номера. Эдвард оставил мне время освежиться после дороги, а сам ушел, чтобы подготовиться к нашему дню в Сиэтле.       Когда я спустился в холл, он уже ждал меня, готовый показать всё, что этот город может предложить. Мы направились к выходу, и я почувствовал себя так, будто Сиэтл распахнул перед нами свои двери.       Наш первый пункт назначения был небольшой, уютный книжный магазин в центре города. Эдвард припарковался на узкой улочке, и мы направились к двери, украшенной винтажными афишами. Внутри запахи старой бумаги и кофе смешивались в необыкновенно приятный аромат.       — Здесь я часто бываю, — сказал Эдвард, когда мы вошли. — Место скрыто от глаз, можно спокойно провести здесь время.       Он провёл меня мимо полок, заполненных книгами всех жанров и направлений. Мы остановились у отдела фантастики. Он уверенным жестом потянулся к полке. Я узнал обложку сразу же.       — Ты серьёзно? — протянул я, смеясь. Эдвард усмехнулся. — Разве у тебя нету своей копии?       — Я хочу автограф. — Безапелляционным тоном произнёс он. — Тебе ничего не нужно из книг?       Я прошёлся по магазину, бегло изучая новинки. Не увидев ничего интересного, я покачал головой.       После книжного магазина мы пошли в небольшое кафе через дорогу. Эдвард выбрал столик у окна, и мы заказали кофе. Я заметил, что он ничего себе не взял, и это было ещё одно напоминание о его пищевых привычках.       — Не хочешь кофе? — спросил я, улыбаясь.       — Я предпочитаю наблюдать за тобой, — ответил он, и в его голосе прозвучала лёгкая нотка загадочности. — Это гораздо интереснее.       Я почувствовал лёгкое смущение, но быстро справился с ним. Эдвард протянул мне книгу и ручку. Я усмехнулся, открывая обложку.       — Что тебе написать? Что-то личное? Или могу что-то пространное, ты потом сможешь продать её на eBay.       Эдвард рассмеялся, качая головой.       — Ни за что.       Я усмехнулся, прищурившись. Как это мило с его стороны.       Удобно взяв ручку, я задумался. Что же ему написать? Рука сама заскользила по бумаге, заполняя пустое пространство под названием книги. Закрыв обложку, я положил ручку сверху и подвинул книгу к Эдварду.       Он хотел открыть её сразу, но я деликатно положил свою ладонь на обложку.       — Потом прочтёшь.       Эдвард удивлённо приподнял брови, но не стал возражать. Я взял чашку кофе в руки. Мы разговаривали обо всем: о книгах, музыке, кино. Я узнал, что Эдвард играл на пианино и любил классическую музыку, а он был удивлён, узнав, что я когда-то писал стихи.       После кафе мы направились в торговый центр. Эдвард со всей ответственностью помогал мне подобрать одежду, что казалось мне очень забавным. Для меня это было в новинку, ведь я никогда раньше не ходил на шопинг с друзьями. Комментарии Эдварда были точны и не лишены юмора. Примерка в итоге стала небольшим представлением.       Забросив вещи в багажник машины Эдварда, мы направились в магазин электроники за моим новым телефоном. Эдвард галантно взял на себя ответственность за разговор с менеджером, помогая мне с выбором. Я полностью положился на его вкус, ведь, в принципе, сотовый мне нужен был только чтобы звонить. Для всего остального в моём кармане лежал iPod.       После приобретения телефона я связался с Грегори, рассказав ему о прошедшем дне, и уверил его, что со мной всё в порядке.       Вечером мы отправились в один из любимых ресторанов Эдварда. Это было маленькое итальянское заведение с тусклым освещением и живой музыкой. Мы сели за столик у окна, откуда открывался вид на узкую улочку, освещённую мягким светом уличных фонарей.       Официант принёс нам меню, и я начал его изучать, чувствуя, как разыгрывается аппетит от самих названий позиций в меню.       — Здесь готовят лучшие пасты в городе, — сказал Эдвард, когда я посмотрел на него. — Я уверен, тебе понравится.       Я заказал себе пасту с морепродуктами, а Эдвард выбрал рийет из утки.       Пока мы сидели в ожидании заказа, Эдвард смотрел на меня почти что непрерывно. От его взгляда мне становилось неловко, и я стал рассматривать других посетителей ресторана. Вокруг нас были пары, семьи, группы друзей — каждый со своими заботами и радостями.       — Смотри на ту пару в углу, — сказал я, указывая на сидящих рядом молодых людей. — Они, кажется, только что закончили спор — о чём-то серьёзном, судя по их выражениям лиц.       Эдвард прищурился, даже не смотря в их сторону.       — Да, они только что примирились. Они долго решали, кто из них должен был извиниться первым, — с улыбкой произнес он.       — Интересно, кто же из них сдался? — усмехнулся я, размышляя о сложности человеческих взаимоотношений.       Эдвард наклонил голову.       — Давай поиграем в игру.       Я посмотрел на Эдварда, нахмурившись.       — Ты угадываешь, кто из них пошёл на уступки. Угадываешь — я буду должен тебе желание. Не угадываешь — ты мне.       Я перевёл взгляд на пару и обратно на Эдварда.       — Интересно. Но откуда мне знать, что ты ответишь честно?       — Разве я когда-то обманывал тебя? — улыбнулся он с самым невинным видом.       — Действительно, — протянул я, делая глоток воды. — Только уходил от ответа.       Я снова посмотрел на молодую пару. Парень нежно гладил руку девушки.       — Ну давай поиграем. — Девушка украдкой вытерла слёзы краем тканевой салфетки. Парень что-то эмоционально объяснял. — Это был парень.       Брови Эдварда сошлись на переносице.       — Почему он?       — У нас не было договорённости объяснять ответ. — Я посмотрел на Эдварда. — Так я прав?       Эдвард улыбнулся, поднимая руки вверх.       — Не буду врать. Ты прав.       Мы обратили внимание на женщину, сидящую за соседним столиком, которая, казалось, была погружена в глубокие раздумья, склонив голову. Её лицо выражало смесь удивления и недоумения.       — Эта женщина сильно переживает, — заметил я, стараясь понять, что её так настораживает.       Эдвард дёрнул головой, посмотрев на неё, но после снова посмотрел на меня.       — Она волнуется из-за ситуации на работе. Ей сегодня сказали нечто неожиданное, и она пытается решить, как с этим справиться, — сказал он, его голос звучал уверенно.       — Её собираются уволить? — спросил я Эдварда. Тот помотал головой.       — Логичное допущение, но тут ты не прав, — Эдвард снова посмотрел на женщину.       — Она стоит перед выбором — или пойдёт на повышение, подставив свою коллегу, или подведёт доверие начальства.       Я удивлённо посмотрел на Эдварда.       — Ты всегда так точно угадываешь?       Он усмехнулся.       — Я просто читаю их мысли, как ты читаешь книги. Каждый человек — это отдельная история, и иногда их мысли яснее, чем слова, — объяснил он.       — Значит, я проспорил тебе желание, — я улыбнулся.       — Да, и, если ты не против, я собираюсь им воспользоваться прямо сейчас. — Эдвард подозвал официанта, заказывая вино.       — Ты спаиваешь несовершеннолетнего, — шепнул я, когда официант, проверив документы Эдварда, ушёл. — И — подожди — это поддельное удостоверение?       Эдвард очаровательно улыбнулся, пряча документ в бумажник. В его глазах сверкнула насмешливая искра.       — Только никому не говори, — шёпотом ответил он. — Я просто хочу, чтобы этот вечер был особенным.       Официант вернулся с бокалами. Я отпил глоток и усмехнулся. Пить алкоголь было для меня не в новинку, учитывая моё прошлое в Калифорнии — на некоторых вечеринках приходилось пробовать текилу.       Мы продолжили свой наблюдательный эксперимент, обсуждая каждого нового посетителя, который входил в ресторан. Моя внимательность к деталям сочеталась со способностью Эдварда проникать в мысли других людей. Это создавало у нас какой-то особый симбиоз понимания и анализа окружающего мира.       — Интересно, откуда ты узнаёшь такие детали? — спросил я, восхищаясь его способностью.       — Это как читать книгу, но только на языке мыслей, — сказал Эдвард, поворачивая бокал вина в руках. — Каждая мысль, каждое чувство — они отражаются в моём восприятии как отдельные капли дождя на стекле окна. Иногда достаточно просто посмотреть, чтобы понять, что происходит в глубине человеческой души.       Ужин в ресторане постепенно превращался в глубокое погружение в психологию окружающих нас людей. Мы с Эдвардом обсуждали, спорили и удивлялись всему многообразию человеческих судеб, пытаясь раскрыть тайны, которые скрывались за мимикой и жестами каждого из посетителей.       Допивая очередной бокал, я понял, что уже достаточно охмелел.       — Мне нужно позвонить Грегори, — сказал я, поднимаясь. — Скажу ему, чтобы сегодня меня не ждал.       Эдвард посмотрел на меня с небольшим беспокойством и кивнул.       Я направился в уборную. Оперевшись руками о раковину, я посмотрел на своё отражение. Голова немного кружилась.       Я на секунду закрыл глаза, но это стало ошибкой — голова закружилась ещё сильнее. Вздохнув, я немного потряс головой и умылся. Холодная вода немного привела меня в чувство. Я улыбнулся отражению.       Всё в порядке. По крайней мере, у меня есть запас желаний для Эдварда, чтобы тот вернул меня домой в целости и сохранности.       Я набрал Грегори, быстро объясняя ему ситуацию. Про алкоголь я решил умолчать.       — Мы решили задержаться тут до завтра… Да… сходим в планетарий и, возможно, в музей современного искусства, — пытаясь держать тон голоса как можно спокойнее, я держал левую руку под слабым потоком холодной воды. — Если что — я всегда на связи. Номер Эдварда ты сохранил?.. Отлично. Завтра к вечеру я буду дома. Да, спокойной ночи. Пока.       После того, как я положил трубку, я понял, что в последнюю секунду услышал женский голос на том проводе. Это была доля секунды, но я не ошибся. Я улыбнулся. Хорошо, что Грегори тоже не скучает этим вечером.       Я вышел из уборной, вытирая лицо бумажным полотенцем. Эдвард уже расплатился и ждал меня у выхода.       — Прогуляемся? — предложил он. Я кивнул.       Мы шли улочкой до нашего отеля, наслаждаясь прохладным вечерним воздухом Сиэтла. Уличные фонари создавали уютное освещение, и мы медленно шли, обсуждая прошедший день. Меня немного покачивало от порывов ветра, и Эдвард участливо подхватывал меня на поворотах. Моя неловкость вызывала у меня приступы смеха, которые я почти безуспешно пытался скрыть.       — Этот ресторан был отличным выбором, — сказал я, улыбаясь Эдварду.       — Я впервые видел, как кто-то с таким удовольствием анализирует окружающих. Ты очень точно замечаешь детали. — Сказал Эдвард, смотря на меня с улыбкой.       Я улыбнулся в ответ.       — Я всегда любил наблюдать за людьми. Это как головоломка, попытка разгадать их истории по малейшим признакам.       Эдвард кивнул.       — Ты делаешь это так естественно. Мне кажется, ты видишь больше, чем обычные люди.       — Может быть, это часть моей природы, — усмехнулся я. — Я всегда стараюсь понять не только слова, но и то, что скрывается между строк.       Я покачал головой, чувствуя приятное головокружение.       — Каждый человек — это как отдельная палитра, где каждый цвет — это отдельное чувство или мысль. Иногда достаточно просто остановиться и внимательно посмотреть.       Мы остановились у машины Эдварда, и я тупо уставился на неё.       — Она блестит. — Внезапно сказал я.       — Что? — переспросил Эдвард. Я потянул его за рукав, ставя его на своё место, и пальцем указал на крыло машины.       — Она блестит. — Тупо повторил я.       Машина покрылась инеем и сверкала тысячами блёсток под светом уличного фонаря. Эдвард улыбнулся.       — Да, она блестит.       Эдвард проводил меня до двери моего номера и уже собирался уйти, но я втянул его в свой номер.       — Нет, Каллен, ты так просто от меня не отделаешься.       Глаза Эдварда удивлённо расширились. Я подтолкнул его внутрь номера, закрывая за ним дверь.       — Не включай свет. — Попросил я, направляясь к мини-бару. Эдвард наблюдал за мной, его выражение лица было еле видимым в свете уличных фонарей.       Мини-бар на секунды осветил комнату, когда я доставал оттуда бутылку вина. Кое-как повозившись с горлышком, мне удалось сорвать фольгу.       — Дай мне, — резко и требовательно сказал Эдвард, забирая у меня бутылку. Его пальцы укололи меня холодом, и я посмотрел на него. Он разозлился?       Я напрягся, наблюдая, что Эдвард сделает дальше. Он поставил бутылку и быстрым жестом взял что-то со стола. В темноте я не понимал, что он делает.       Раздался тихий хлопок выталкиваемой из горлышка пробки.       Эдвард коснулся холодной ладонью моей руки, подавая бутылку.       — Я боялся, что ты её разобьёшь, — донёсся до моих ушей его шёпот.       Я автоматически поднёс бутылку ко рту и сделал пару глотков. Холодное, почти как руки Эдварда, вино потекло по горлу, наполняя грудь неожиданным теплом. Голова затянулась хмельной дымкой.       Я улыбнулся. Он не злится.       — Таки ты решил меня споить, — тихо сказал я, предлагая Эдварду бутылку. Он взял её и сделал глоток.       — Да ты и сам не против напиться, — ответил Эдвард. Я услышал в его словах улыбку.       Я забрал бутылку из его рук, сделав ещё глоток вина, и поставил её на стол. Ступив пару шагов ближе, я увидел лицо Эдварда, внезапно освещённое светом фар мимо проезжающей машины.       — Поцелуй меня, — настойчиво сказал я и добавил: — Это желание.       Эдвард широко распахнул глаза. Я усмехнулся.       — Возможно, даже твоё желание, Эдвард.       Последнее, что я запомнил в тот вечер, — касание холодных губ Эдварда к моим губам. Сначала оно было деликатным, неуверенным. Но с каждой секундой становилось всё более настойчивым и требовательным.       Я закрыл глаза, обхватив Эдварда за шею. Мир вокруг всколыхнулся, закружился и внезапно погас.