Плачь, души, умоляй...

            Как и следовало ожидать, омега снова оказался в медблоке. Переохлаждение — это вам не шутка, хотя он отделался довольно легко, всего лишь простуда и температура под сорок. Проснувшись ночью от дикого холода, Эл понял, что пылает, как пожар, пришлось идти к медсестре.       Прянный снова оказался в той же комнате, где совсем недавно провёл течку. Бета дала ему горсть таблеток от всего на свете, включая температуру и проглотив их, он отключился. Ему снились разные сны сюрреалистичные, ничего не имеющие общего с реальностью. Бредовые до нелепости. Снилось море, в котором он никак не мог искупаться, только тонуть. Он погружался в пространства, в которых никогда не был, и общался с людьми, которых никогда не видел. Увиденные места смешивались в сознании, искажаясь и переставая быть таковыми. Нелепость. Бред. Горячка.       Проснулся Эл в середине следующего дня. Жар немного спал, на прикроватной тумбе лежал остывший завтрак. Горло ужасно болело. Нос не дышал. Майка на нём была сырая от пота, простыни тоже, менять их никто не спешил. Посмотрев соцсети, омега понял, что его никто не искал, никому не было до него дела. Викки тоже не поинтересовалась, куда он попал. Почувствовав укол обиды, омега отложил гаджет и отвернулся к окну. На сером пасмурном небе не было солнца. Лишь голые ветки растущих тополей покачивались на ветру. В помещении было очень холодно. Позалипав в пустоту, парень снова забылся беспокойным сном.        Обычно Прянному хватало трёх дней, чтобы вернуться в строй и почувствовать себя снова бодрым и здоровым, но не в этот раз. Он лежал в изоляторе уже третий день, и ему не становилось лучше. Температура снизилась, но на смену ей пришли сильные головные боли и слабость из-за отсутствия аппетита и голода. При попытке посидеть или походить по комнате, Эл чувствовал сильное головокружение и тошноту. Сонливость тоже никуда не уходила, и он много спал. В часы бодрствования омега скролил ленту новостей и местный чат, в котором засирали очередную жертву обстоятельств. На этот раз под раздачу попала Кира. Та самая Харли Квин с хэллоуина. Кто-то ее видел садящейся в тонированную тачку после учебы, и не забыл сделать фотодоказательства, которые теперь разлетелись по группе и чату. Кто-то лепил из этого мемы. «А у тебя точно есть деньги?» И картинку со спущенными трусами, приделанными в фотошопе. «Ты не ты, когда голоден» «Сколько стоит час, а, Кир?» «Чернилица» «Стас, твой выход!»       Комментаторы развлекались, как могли, ни в чём себе не отказывая. Только ленивый не высказал своё фи по этому поводу. Особо умные брали фото омеги и прифотошопливали всякие неприличные предметы. Сама обсуждаемая написала: «Завидуйте молча, вам только на автобусе светит кататься»       Говна на неё тут же полилось втрое больше и она закрыла доступ к себе на страницу. А в комментариях ее продолжили хаять и поносить.       Наблюдая за всем этим по ту сторону экрана, омега поймал себя на мысли, что был искренне рад, что в центре всеобщего внимания не он, и ему нисколько не было жаль получившую раздачу Киру.        Всё это ненадолго отвлекло его, но вскоре слабость снова накрыла его с головой и под скрипящую по полу швабру, которой мыла полы медсестра, Эл снова провалился в дремоту. Омега вроде бы спал, но при этом слышал, как девушка полоскает тряпку, двигается стул. Спустя какое-то время всё стихло, видимо, она ушла.       Неожиданно скрипнула входная дверь, и резко проснувшись, Эл сел на кровати, уставившись на вошедшего. Он думал, что вернулась медсестра, принесла лекарства, но на пороге стоял Стас. В руке он держал пакет из «Пятёрочки». — Привет. Я тут тебе передачку принёс. Он подошёл вплотную к кровати и поставил в ноги лежащего пакет с фруктами. Эл заметил апельсины. — У меня на цитрусовые аллергия. Омега не понимал, почему не поздоровался, не поблагодарил, а сразу зашёл с возражения и какого-то подсознательного отрицания. — Тебе необязательно их есть. — Пожал плечами альфа — Там ещё есть яблоки, бананы, милка наконец! Альфа пошуршал секунду пакетом и вынул со дна знакомое всем лакомство. Эл почувствовал, как рот наполнился слюной. — Здесь практически не дают фруктов, поэтому я подумал, что тебе не помешают витамины, ну и немного моего внимания. Стас уже привычно подмигнул. А Эл напрягся, ему не нравилась вся его эта непринужденность и беззаботность. Он видел, как альфа подмигивал так каждой встречной омеге и это было неприятно. И тем не менее он был прав. Фрукты тут действительно были редкостью. Больше кормили кашами, а на десерт давали сухое безвкусное печенье и то не каждый день. Омега не знал, что ему ответить. Он молча смотрел на первого за все дни посетителя. Эл был уверен, что это будет Викки, но она так и не объявилась и это был удар под дых. К нему пришёл человек, которого он хотел избегать. Потому что боялся, потому что не доверял. Стас был слишком общительным, слишком самоуверенным и легкомысленным. Эл боялся, что ничего хорошего от этого альфы точно ждать не стоит. Он отнёсся к нему настороженно с самого первого дня. Так почему же теперь именно он стоял у его постели, а не Викки, которая вроде бы как стала близкой подругой?       Осознание этого факта пришло внезапно, как гром среди ясного неба. Это больно ударило по нему. Эл почувствовал, как внутри нарастает и распирает жалость к себе. Омега лег обратно в постель и отвернулся от посетителя. Он не хотел, чтобы Стас видел его таким жалким и уязвимым. Хотя куда уж дальше. Альфа всяко видел его снимки после того инцидента. Слышал его кличку «обосрыш». И всё равно зачем-то продолжал уделять внимание. Может быть он поспорил на него с Савой? Это вполне было похоже на правду.       Прянный слышал, как закрылась входная дверь. Стас ушёл молча. Омега чувствовал тяжесть пакета на своих ногах. Передачку он не забрал. Эл искренне не понимал, что происходит. Почему Викки так отдалилась. Зачем он получает столько внимания от главного красавчика интерната. И почему Влад был таким бесчувственным куском дерьма, который зачем-то целовал его в тот день на хоккейном матче. Почему?       Пролежав полторы недели в изоляторе, Эл вернулся в обычную интернатовскую жизнь. Его отсутствие не сильно то и заметили. В школе он завалил срезы практически по всем предметам, и на удивление не сильно этому расстроился. Больше удивился тому, что Викки тоже половину предметов не сдала, в то время, как, кроме учебы, она больше ничем не занималась. С момента смерти Аманды прошёл уже месяц, но бета по прежнему находилась в трауре. Она носила черную одежду и много молчала, даже на уроках, заметно обеспокоив педагогов. С ней даже работал приезжий психолог, но это не дало пока никаких результатов. Эл тоже пытался достучаться до подруги, но в ответ получил лишь агрессию и обвинения в том, что он ее не понимает. Выйдя из изоляции, Прянный узнал о том, что Косой с Викки спелись. И пока он ждал ее посещения, бета нашла себе нового компаньона в компании которого чувствовала себя вполне неплохо. Даже иногда смеялась над его тупыми шутками, ненадолго забывая свою маску траура. Хотя раньше предупреждала о том, какой Костя плохой. Омега совсем перестал понимать что собственно говоря происходит.        В начале декабря директриса собрала всех в общем зале. Она объявила о том, что их интернат участвует в городском конкурсе, на тему: «Лучший новогодний постер»       И для этого требовалось нарисовать самый оригинальный, яркий и максимально по теме праздника плакат, который сначала посоревнуется с другими в стенах интерната. И только потом, самый лучший поедет на городское соревнование. Победителю на местном уровне, полагались билеты на новогоднюю ёлку к мэру. Победителю по городу — денежный приз. Это было весьма интересное предложение. Заскучавшему Элу, это событие было по душе и он решил рискнуть и принять участие. Набрав у руководства ватманов, омега принялся творить. Но всё, что ни приходило на ум, казалось слишком банальным и избитым. Просто всё: Снежные мотивы, ёлки, дед мороз и снегурочка, детвора, подарки, улыбки... Он не хотел ничего из этого рисовать. Это было скучно. Неинтересно. И вообще как у всех. Два дня Пряный слонялся по коридорам интерната в поисках вдохновения и ничего в голову не шло, а потом наступил его день рождения.       Третье декабря. Погода порадовала потеплением, и за окном кружил снегопад. Во время обеда в столовую вошёл Мишаня с директрисой. Они важно прошествовали к столу с раздачей. В руках последней была коробка конфет. Взрослые что-то активно обсуждали, потом деректриса попросила минуточку внимания. — Сегодня у одного нашего воспитанника день рождения. Эларион, поздравляем тебя, ты стал ещё на год старше, мудрее и ярче. Желаем тебе от всей нашей большой семьи здоровья и счастья. Подойди-ка к нам. «Семьи, ага конечно» мелькнуло в голове, прежде, чем омега жестом подозвала Эла. Тот нехотя встал из-за стола, за которым он до сих пор обедал в спокойствии и одиночестве, и подошёл к взрослым. — Прими наш скромный подарок — Директор протянула ту самую коробку конфет Прянному, вместе с ней небольшой бумажный конверт с денежкой. — Спасибо.       Вся это ситуация с поздравлениями застала его в расплох и вогнала в краску, ведь он снова был в центре внимания. Директриса отдав подарок, пожала руку парню и направилась к выходу, ее деловая часть была закончена. Мишаня же искренне заключил омегу в объятия, рассыпаясь в тёплых словах. — Сегодня можешь делать всё, что хочешь, кроме шалостей. Разрешаю даже съездить в город с друзьями погулять. Сходить в кино. Воспитатель сегодня был на их группе и имел на это полное право.       Эл смотрел на него и улыбался, но улыбка эта была не искренняя. У него не было друзей, ему некого было пригласить на свой праздник. Да и праздника честно говоря не хотелось.       Омега поблагодарил воспитателя за поздравление и вернулся к себе за стол. Он посмотрел в зал. Все уже вернулись к своим тарелкам, быстро сместив курс своего внимания с него на свои интересы. Викки сидела с Косым, вальяжно закинув свои ноги в заношеных тапочках на его бедра. Костя гладил ее ноги, кончиками пальцев, внимательно глядя в лицо беты. Они премило о чем-то перешептывались, не обращая ни на кого внимания. Увидев этих двух голубков, Эл совсем скис. Настроение было ниже плинтуса. Прянный демонстративно вскрыл коробку Каркунов и принялся вместо пюрехи на воде есть сладкое. И как бы не было ему вкусно, настроение не улучшалось. — С днем рождения! Тем, кто первый его поздравил был Сава. Снова не Викки, хоть она как и все узнала о том, что он сегодня именинник. Омега чувствовал обиду и злость в сторону своей соседки по комнате и уже кажется бывшей подруги. — Спасибо. Будешь? Эл протянул одну конфету омеге, стоящему напротив. Всего лишь ради приличия. Он не знал, что тому от него надо и во всём видел подвох. — Нет уж, ешь сам. — Скривился Маслов и пошёл в сторону выхода. После Савелия ещё несколько человек проходя мимо его стола, бросали ему дежурные поздравления.        Когда столовая порядком подопустела, Эл встал из-за стола. Настроение было просто на дне. Дежурные вытирали с освободившихся столов крошки. Взяв остатки конфет, омега направился к выходу. За одним из последних столов сидел Влад, он что-то писал в телефоне и был не на учебе, несмотря на учебные часы. Стаса вот в обед чаще всего не бывало, потому что он учился где-то на первом курсе и был в это время на учебе. Влад тоже был студентом и сейчас здесь находиться был не должен. Проходя мимо, Эл почему-то остановился напротив альфы и встал, как вкопанный. Влад отвлекся на него, слегка нахмурив брови. Омега протянул оставшиеся конфеты и положил на стол, прямо перед альфой. — Это тебе за то, что выручил тогда По-хорошему, Элу давно надо было поблагодарить своего спасителя, но он до сих пор этого не сделал и как ему показалось, наконец-то настал идеальный для этого момент.       Влад ничего не ответив, вернулся к своему телефону, а Эл немного потоптавшись рядом вышел из столовой.       Лучшим «подарком» для Прянного стало появление Свята. Альфа уже выглядел вполне себе здоровым. Они пересеклись в холле, когда Эл шёл на прогулку, а Свят приехал обратно в интернат из больницы. Увидев своего насильника, омега застыл, не в силах пошевелиться. Он исподлобья смотрел на вошедшего. Внутри него закипала лавина ненависти, презрения и страха. Омега не мог пошевелиться, наблюдая как его мучитель проходил мимо него нисколько не смущаясь. С абсолютно спокойным выражением лица, как будто ничего не случилось. Идти куда-либо гулять тут же перехотелось. Находиться одному в спальне тоже, и Эл пошёл в сторону черного выхода. Потоптавшись на улице и не находя себе места, он забился в кладовку с инвентарем. Он сполз по стенке на залитый бетонный пол и зажмурил глаза, пытаясь успокоить своё безумно колотящееся сердце. Именно здесь в хэллоуин находился Влад. Эл оглянулся в поисках признаков присутствия альфы и заметил у края стеклянную банку полную окурков. Дик определенно часто бывал в этом месте. От банки неприятно несло окурками дешевых сигарет. Спортсмен и при этом курящий. Эл спрятал руки в карманах, он жалел о том, что у него с собой не было скетчбука. На холоде его тело быстро остывало, несмотря на наличие куртки. Но омега не хотел возвращаться назад. Вибрация телефона отвлекла Прянного от неприятных мыслей. Эл достал его, в надежде прочитать сухое поздравление от матери, ведь она не могла же забыть про его день рождения? Или могла?       На дисплее высветилось поздравление с днём рождения, но не от матери, а от банка. Омега почувствовал, как на него накатывает истерика, та самая, как в прошлый раз. Это было просто невыносимо. Присутствие Свята, отстранённость Викки, игнор Влада и отсутствие сраного сообщения от матери. От нее требовалось одно гребанное предложение! Неужели это было для неё так сложно? — Да пошло оно всё! — Проорал Прянный в пустоту и швырнул телефон в стену, чтобы уж наверняка добить его, всё равно ему никто не писал. — Кажется, я словил дежавю.       Из-за находящихся под носом окурков, Эл не сразу почувствовал присутствие альфы.       Влад вошёл в узкое пространство, отодвигая ногой небрежно брошенные лопаты для уборки снега. Он чиркнул зажигалкой, и подкурил воткнутую в зубы сигарету. Эл смотрел на альфу молча. Тот тоже больше ничего не говорил, смакуя сигарету и заполняя пространство дымом. А на улице шёл снег, буквально валил уменьшая видимость. Да и эта видимость ему была не нужна. Эл смотрел на Влада, не в силах оторвать от того взгляд. Пожалуй их случайное уединение было лучшим подарком судьбы на его день рождения. — Попозируешь мне для конкурса? — Спросил омега. Идея эта пришла спонтанно, так же как и появился сам Влад. — Новогоднего что-ли? Уточнил Дикий. — Да. — А я тебе для этого каким боком? —Приподняв одну бровь, пытался осмыслить предложение собеседник — Тема же новый год. — Будешь Сантой!       Эл встал на ноги, так как сидеть на корточках было весьма неудобно. Дик докуривал сигарету. Они оказались лицом друг к другу. Эл закашляся из-за густого дыма. Стоя вот так вот рядом, омега понял, что всего на пол головы ниже альфы. В то время, как Стасу, он едва дотягивал до ключиц. — Я подумаю — Наконец дал ответ Влад, наклонившись, затушил окурок об снег, и бросил его в банку. — И как же я узнаю ответ? — Спросил Эл в спину удаляющемуся альфе. — Я к тебе сам подойду.       Телефон в этот раз и в правду разбился. Эл сидел на кровати в спальне, смотря на разбитый дисплей. Он знал, что по времени где-то было около восьми. Этот замечательный во всех смыслах день наконец-то подходил к концу. Прянный решил лечь спать пораньше. Он уже расправил кровать и надел пижаму, когда в комнату постучались. Судя по стуку, это точно была не Викки, она бы просто вошла в комнату. — Кто там? Эл был неприятно удивлён, что кому-то вообще понадобился в такое время. Двери в интернате не запирались, так что гость без труда вошёл. — Ну и гадюшник — Поделился своим ценным мнением вошедший. — Что надо? Эл смотрел на Маслова младшего. Его он точно не ожидал здесь увидеть. — Собирайся, прокатимся кое-куда. Омега сидел на кровати, пытаясь понять, что всё-таки происходит.       Сам Сава пришел к нему в спальню и на ночь глядя куда-то звал, так беззаботно и непринужденно, словно делал это каждый день. — Аа.. Задать вопрос ему не дали, перебив. — Мишаня в курсе твоего будущего отсутствия на отбое, так что не морочь мне голову, просто одевайся и пошли.       Его укладка была взъерошенна, щеки слегка красные, и только сейчас Прянный заметил, что Сава был в уличной одежде. —Я буду ждать тебя в Холле, не приедешь в течение десяти минут, я уеду без тебя. Сказав это, он скрылся за дверью отставляя Эла снова одного.       Сначала Прянный не хотел никуда идти. Он минуты две размышлял с самим собой, что Сава его не долюбливает и хочет устроить ему какую-нибудь подлянку. Но тут же вспомнил, что он сегодня был первый и один из немногих, кто вообще поздравил его. И с того момента, как стало известно, что Эл омега, Маслов младший перестал называть его ущербным и цепляться. Травлю тоже прекратил, хотя он ее и начал. Остальное оставшееся время Прянный хаотично перебирал свои вещи не зная, что надеть. Остановив свой выбор на кислотного цвета толстовке, красных скини джинсах и черных кедах, омега пошёл в обговореное место встречи.       В такси между омегами повисло неловкое молчание. Эл смотрел на мелькавший за окном машины незнакомый ему город, украшенный новогодними гирляндами. На него накатила грусть. Он вспомнил родной Питер, утопающий в ярких новогодних огнях и ему стало очень тоскливо. Но придаться ностальгии и грусти он не успел. Они скоро подъехали к большому четырёхэтажному гостиничному комплексу. Над главным входом красовалась яркая вывеска: «Отель Family». Это была четырехзвездночная гостиница, где-то в центре Перми. Не самое роскошное здание на улице, но вполне приличное своей архитектурой. — Зачем мы здесь? — Поинтересовался Эл, когда они вышли за машины. — Сейчас узнаешь — Недовольно закатил глаза Сава. — Пойдем.       Они вошли в здание без каких-либо проблем. Ни у одного секьюрити не было к ним вопросов. Савелий в своём элегантном бежевом брючном костюме выглядел в этой обстановке абсолютно уместно, чего нельзя было сказать про Эла. Он был похож на разноцветную кляксу случайно поставленную на роскошную картину. Омеги преодолели роскошный залитый светом холл и Сава вызвал лифт. Поднявшись на последний этаж, омеги прошли до конца длинного коридора и вошли в дверь с надписью раздевалка. Это было небольшое помещение с множеством шкафчиков. Из-за смежной двери доносился шум воды и душевых. — Чего встал? Раздевайся! — Командным тоном сказал Савелий, открывая один из шкафчиков откуда-то появившимся у него ключом. — Это бассейн? Эл до конца не понимал, зачем он здесь. — А ты догадливый. — Усмехнулся омега, доставая из шкафа вещь и бросая ее в Эла. Это оказались плавки. — Возможно они тебе будут велики, ну что есть, то есть. Вобще всё так спонтанно произошло, так что не вздумай выпендриваться и переодевайся. Отпираться было бессмысленно, да и омегу распирало от любопытства, что же будет дальше. Это было всяко лучше, чем спать сейчас в скрипучей постели в интернате. К тому же он сто лет не плавал.        Плавки действительно на нем держались неуверенно, но ситуацию спас вшитый в резинку шнурок. Как раз пригодился. Черные простые, Эл не смог удержаться от колкости: — А где же блёстки, стразы? Это так на тебя не похоже. — Очень смешно. Тебе бы в стендап.       Савелий тоже переоделся оставшись в одних плавках. Прянный уставился на его спортивную фигуру, слегка широковатые для омеги плечи. Хорошо развитую спину. Впервые заметил, какая всё-таки роскошная была у него осанка. — Пойдем, нас ждут. Маслов скрылся за пластиковой белой дверью душевой. Ждут? Но кто? И главное зачем?       Бассейн оказался не пустой, в нём плавала компания молодых Альф. Их запахи смешались, но один ему показался смутно знакомый. Само небольшое помещение было обшито мелкой мозайкой изображавшей волны. Вместо потолка тут был сводчатый стеклянный купол. Сквозь стекла было видно темное небо и крупные хлопья снега, падавшие на теплое окно и таявшие, каплями стекавшие вниз. В помещении было влажно и пахло хлоркой. Сам бассейн был метров пятнадцать в длину и где-то восемь в ширину. Раздельные дорожки были сняты и лежали в одном из углов помещения. Эл встал у кромки воды не зная, что ему дальше делать. — Просто плыви, дурачина!       Психанул напоследок омега и с разбега нырнул в воду, идеально погружаясь в толщу воды.       Омега почувствовал на себе заинтересованые взгляды присутствующих парней. Не зная с чего начать он неловко проковылял босыми ногами по мокрому полу к ступенькам и развернувшись спиной к бассейну, медленно опустился в воду. Она оказалась достаточно прохладной. Получилось не так грандиозно как у Савы. Тот уже подплыл к альфам и здоровался с ними. Эл поплыл к противоположной стороне бассейна, подальше от шумной компании. Схватившись за бортик он по подтянулся и облакатился на край. Он не видел, что происходило у него за спиной. От присутствия незнакомых ребят было неловко, да и он до сих пор не понимал зачем он здесь. В воде тело расслабилось, было легко и непринужденно.        Послышался плеск, и по выливающейся в сток воде, Эл понял, что в его сторону кто-то плывет. Прянный обернулся, не отрывая от бортика рук, под водой плыл силуэт, через секунду у его лица всплыл Стас. Альфа тоже схватился за борт и свободной рукой убрал волосы назад. Между ними было слишком маленькое расстояние. — Привет, — Он широко искренне улыбнулся. Оголяя свои ровные белые зубы. — Привет, — Поздоровался омега. Он хотел немного отплыть, но оставался на месте, считая этот жест неприличным. — Дай свою руку — Попросил Стас. — Зачем?       Эл посмотрел на компанию позади них, которые бесились в воде. Сава вставал одному из присутствующих на плечи, при помощи других альф. Спустя секунду он сделал идеально сальто, брызги от которого долетели и до него. — Просто дай и всё.       Эл неуверенно протянул альфе свою руку. Стас разжал свой большой кулак и положил на ладонь омеги небольшое колечко. Глаза омеги полезли из орбит. — Это не предложение, — Усмехнулся Стас, проясняя. — Это твой подарок. Поздравляю с днём рождения! Ошарашеный Эл притянул к себе украшение и заметил на внутренней стороне гравировку: «Пряник». — Спасибо, — Поблагодарил он альфу. Стас улыбался. Его улыбка казалась искренней. — Примерь. Надеюсь я угадал с размером. Прянный послушно надел кольцо на палец. Оно было похоже на серебряное, в три ряда по периметру усыпанное мелкими камушками. Омега постеснялся спросить из чего оно. Боясь показаться меркантильным. — Голубки, — Усмехнулся Сава, проплывая рядом. Эл почувствовал, как кровь хлынула к лицу. Он не понимал, правильно ли он делает, принимая такой подарок. — Все это так неожиданно. — Замялся омега, глядя на Стаса. — Брось, просто расслабься, кайфани, поплавай. Не скучай в общем.       Стас уже привычно подмигнул своими неотразимыми глазками, и оттолкнувшись от бортика, поплыл в другую сторону. Эл смотрел на то, с какой лёгкостью и точностью он это делает. Как профессионал. — Стася, а кто из вас быстрее? — Спросил один из альф. — Раньше был Сава, сейчас даже не знаю. — Я и сейчас тебя сделаю! — Довольно возразил Савелий, крутящийся, как кот возле сметаны в компании альф. — Ну тогда давай на старт.       Все лишние, включая Эла вылезли из воды. Оба Масловых приготовились к стартовому прыжку в воду. Этот бассейн был мал для соревнований, но они рискнули попробовать. — Они это серьезно? — Поинтересовался Эл у одного из ближайших к нему парней. — Так они же профи. Оба раньше занимались в школе олимпийского резерва. Ты не знал? — Искренне удивился парень. Эл отрицательно покачал головой. Он много чего о них не знал.       Кто-то громко свистнул и оба брата нырнули в воду. Сава нырнул дальше, но к борту они приплыли вместе. Оба оттолкнулись от бортика и поплыли в обратном направлении. На обратном пути сначала вперёд не намного вырвался Стас, но на середине его догнал Савелий и финишировали они одновременно. — Теряешь хватку — Подколол старший младшего. — Ты тоже — Оскалился Сава и метнул взгляд в Эла.       Прянному показалось, что эта реплика как-то напрямую касалась его. Маслов младший изящно нырнул в воду и дельфином поплыл в глубь. Он около минуты удерживался на дне, а после всплыл.       Эл тоже вернулся в воду. Он медленно плавал туда обратно не обращая внимания на компанию. По бокам бассейна в воде светили прожекторы. Заинтересовавшись, омега подплыл к одному из них. Он поднес поближе к источнику света кольцо красовавшееся на пальце. Маленькие камушки красиво переливались, отражая своими гранями свет. Колечко было простенькое на вид, но невероятно красиво в своей простоте. Спустя какое-то время к нему снова подплыл Стас. — Скучаешь? — Спросил он, снова нарушая дистанцию. — Нет. Эл смотрел на альфу, лицо которого погруженное в воду было всё ближе. — Поплыли. Для тебя есть ещё кое что.       Сава снова был недоволен. Он стоял у входа в ресторане отеля и ждал Эла и Стаса, который его сюда привёл, подождав из раздевалки. Когда омега вошёл в помещение с приглушённым светом за крайним столом стоял торт на котором горело семнадцать свечей. Простой покупной в магазине, но такой желанный за все эти годы. Сколько он себя помнил, его день рождения никогда не праздновали. Эл почувствовал, как к глазам подступают слёзы. Он медленно подошёл к торту. Свечки горели ярко, а в глазах всё плыло от стоявших в них слёз. — Загадывай желание.       Эл ничего не загадал. Просто задул с первого раза свечки, сильно зажмурив глаза. Омега почувствовал, как слезинки сорвались и потекли по щекам. Он украдкой стёр их со своего лица. Было плевать, что оба Масловых сейчас видят его в таком уязвимом положении.       Торт был вкусный, чай горячий. А официанты любезны. Это было похоже на какой-то реалистичный, но неправдоподобный сон. Оба брата с ним за одним столом, поздравляющие его с днём рождения. Сюр да и только.       К такси Сава и Эл шли одни, без Стаса. Прянный сел на заднее сиденье, но Савелий остался на улице. Он говорил таксисту адрес и как лучше подъехать к детскому дому. — Ты не поедешь? — Нет. — Тогда передай ещё раз спасибо Стасу за подарок. Колечко и в правду миленькое.       Савелий демонстративно закатил глаза, а после посмотрев серьезно на Эла ответил: — Это не просто колечко. И даже не думай, что это серебро и фианиты. Это белое золото с брюликами. Стас щедр с тем, кто ему дорог. И нет, я не знаю с какого это перепуга он дарит тебе такие подарки, но если следовать логике, то вполне ясная мысль на этот счёт проскальзывает. Будь осторожнее принимая такие подарки.       Омега хлопнул дверью и пошёл обратно в отель. Такси уносило Эла обратно в привычную обстановку и лишь сверкающее на пальце украшение напоминало о том, что всё сейчас произошедшее было реальностью.             Вечером в общем зале сегодня было как-то слишком много народу. Со дня рождения Эла прошло уже три дня, а Влад так и не дал ответ на его предложение. Омега сидел на диване с краю и выжидал пока здесь появится альфа. Он уже заказал на марткетплейсе особенный костюм Санты и потирал свои потеющие от предвкушения ладошки. Руки так и чесались, нетерпелось скорее приступить к делу. Прянный пытался представить кого-нибудь другого для задуманной цели, но никто так не подходил, как Влад. Он хотел рисовать именно его, это был отличный способ провести часа три в уединении. Один на один. Омега уже даже договорилися с Мишаней о том, что он займет на некоторое время закрытый кабинет, в котором в бесконечном хаосе были сваленны многочисленные декарации, ненужные стулья и столы, где всё уже покрылось толстым слоем пыли и грязи. Недалеко от него, с другого края дивана сидели Викки и Косой. Если быть точнее, то Викки сидела на Косом. С того момента, как они спелись с девушки слетела ее крепкая маска добродетели и она вела себя весьма вызывающе. Ребята выглядели влюбленно, переплетая свои пальцы и глупо хихикая над своими совсем не смешными шутками. — Чего заскучал, Эл? — спросила бета, посмотрев в его сторону. Она уже общалась с ним и совсем так, будто ничего не произошло и не было этого игнора. Косой тоже обратил внимание на соседа по дивану. — Да так... Заняться нечем. — Давайте соберём достаточно ребят, и поиграем в мафию? — Предложила девушка. — Настроения нет, — Уклончиво ответил Эл. В помещение входили и выходили, но Влада всё не было. — У тебя никогда его нет! — Заметила Викки. — А у тебя? — Задал встречный вопрос Эл. Вышло слишком раздражённо. — Я в порядке. Теперь в порядке. Викки демонстративно приблизила своё лицо к Косому и поцеловала его. С языком. Очень вульгарно. Вызывающе. Эл потерял дар речи наблюдая за этим показательным выступлением. — Кажется ты слишком вжилась в роль женщины кошки! Вырвалось прежде, чем Эл подумал о том, стоит ли такое говорить. Сначала Викки вспыхнула. К её щекам прилила кровь, а после ее лицо перекосило от злости. Всё ее тело напряглось и вытянулось, как стрела. Элу показался ее взгляд каким-то странным и не таким как обычно, но он не успел всмотреться, ведь в зал наконец-то вошла причина его нахождения здесь. Омега подскочил слишком резко. Он слишком долго его ждал. Влад зашёл неспеша, на нём была обтягивающая белая футболка без надписей и всё те же серые треники. Он освежил свою прическу недавно у парикмахера и выглядел как всегда потрясно. Или Элу так казалось. Эл пошёл напролом, он больше не мог ждать его ответа. Влад заметив Эла махнул тому рукой в знак приветствия и двинулся в его сторону. Когда они поровнялись, оказавшись в середине помещения на виду у всех, омега заметил следы засов на шее альфы. На его теперь открытых руках виднелись следы от ногтей, будто кто-то усиленно сопротивлялся и пытался вырваться из его лап всего пару часов назад. Влад перехватил его взгляд и на его лице отразилась то ли насмешка, то ли издёвка. От него слегка пахло ванилью. Ферамонами того рыжего омеги. Эл сам не заметил, как поджал недовольно губы. Ноздри его расширились от неудовольствия. — Ты подумал над моим предложением? Задал вопрос омега, вглядываясь в распухшие отметины. В голове разыгралась фантазия на тему того, как они появились. Это у них такой странный секс? Или же альфа просто груб со своим партнёром? В отдельном кресле сидел дежуривший сегодня воспитатель. Он не особо внимательно следил за происходящим, но на Влада с Элом смотрел сейчас в упор, как и многие другие здесь присутствующие. Неожиданно, Влад резко выдвинул правую руку вперёд, и схватил омегу за горло. Эл даже не успел испугаться, как он уже разжал свою ладонь и со скучающим как обычно видом ответил: — Ладно. Я согласен. Он сунул обе руки в карманы и уже хотел направиться на выход, как Эл схватил того за предплечье. — Это что только что сейчас было? Омега смотрел на альфу в упор, но лицо того даже не дрогнуло, когда он выдал ответ: — Мне просто скучно. — И вышел из зала. «Просто скучно». «Он же эмоциональный калека». Эти две реплеки крутились у Эла в голове, пока классный руководитель объяснял очередную тему по алгебре. Омеге ну вот совсем было не до учебы. Вчера он забрал свою посылку, жилетка с белым по краям мехом, ему не понравилась, а вот красный колпак с помпоном и такие же красные штанишки Санты с кожаным ремнем были самое то.       В тот вечер, Эл, под пристальные взгляды постояльцев выскочил следом за Владом в коридор, и договорил что хотел, а именно обсудил дату и время, когда он будет рисовать с натуры, а Влад любезно позировать. Договорились через два дня, после ужина, тобишь сегодня. Новые сплетни в чате не заставили себя ждать. Кто-то даже успел поймать момент и сфотографировать, когда Влад схватил омегу за горло. Конечно же фото быстро оказалось в группе в закрепе. На нём Эл удивлённо смотрел прямо на Влада, а тот в свою очередь невозмутимо на омегу. В комментариях открылся портал в ад. Всё обсуждали что же это всё-таки было? Есть ли что-то между засерей и боксером? Почему Влад вообще подошёл к обосрышу? Да, его неуловимая аура засранца никуда не исчезала. Большинство гадали встречаются ли эти двое. Кто-то обвинил Эла в том, что он вертихвост и уводит альфу у Димы. Так Эл и узнал имя того рыжика. Но то был чат, в реальности агрессии было куда меньше, но не исключалась полностью. Эл крутил маленькое колечко на своем пальце. Он загуглил примерную цену такого кольца и знатно так удивился. Ему было очень интересно, откуда у Стаса были такие деньги? Почему они так беззаботно вели себя в том отеле? Зачем он вообще подарил такой дорогой подарок? Ну и сказанное напоследок Савой тоже его беспокоило. Он даже подумывал о том, чтобы вернуть кольцо, но это была памятная вещица о том дне рождении, какого у него никогда в этой жизни не было, и расстаться с ней было совсем тяжело. Омега подумывал растянуть своё занятие с Владом на несколько сеансов, но побоялся, что тот сольётся с такого затянутого мероприятия и остановился на одном дне. Масловы в жизнь омеги пока не вторгались, за исключением одной стычки в столовой, когда Стас заткнул рот одному из воспитанников, который бросил в сторону Прянного уже привычное обзывательство: «Обосрыш».       Эл мягко горовя удивился неожиданной защите. Его ступор помешал ему адекватно воспринять ситуацию, и он просто вышел тогда из столовой, даже не поблагодарив альфу.       Влад не был самой пунктуальностью, и омега ждал того в пустом кабинете уже минут двадцать. Он успел вытащить из дальней коробки небольшую ёлку и воткнуть ее в угол на заднем фоне. Гирлянды он решил не включать, чтобы не отвлекаться, мольберт с готовым холстом уже ждали своего часа. Рисовать Эл решил цветными карандашами, которые покоились рядом. Наконец то его модель соизволила появится. Как всегда в растянутых трениках и толстовке. — Что надо делать? — Спросил он у Эла, входя в пыльный кабинет. — Для начала переодеться. Вот возьми! Эл волновался. Слегка трясущимися руками он передал пакет с костюмом Санты. Они совсем не обсуждали детали и омега боялся, что Влад даст заднюю. — Что это? Влад уже достал колпак, а следом штаны с ремнем. — Элемент одежды, который тебе нужно надеть. Альфа немного покрутил в руках вещи, и шумно вздохнув, согласился. — Ладно. Эл смотрел, как Влад рывком стянул с себя штаны, оставшись в одних трусах. Омега отметил внушительный бугорок в паху. Альфа натянул на себя яркие красные брюки Санты, застегнул ремень. — Я так понимаю верх надо снять? Эл кивнул в знак согласия. Оставшись с голым торсом Влад посмотрел на художника. — Дальше что? — Сейчас. Омега подошёл к парню. От него просто восхитительно пахло. Омега слишком шумно затянул ноздрями воздух. Влад смотрел на него внимательно, лицо его было как всегда невозмутимо. Ни грамма стеснения или волнения. — Можно? — Спросил Эл, демонстрируя в руках бутылочку с детским маслом для массажа. —Ты типо меня сейчас мазать будешь? Влад слегка ухмыльнулся и разрешил. Оба понимали, что в принципе намазать себя альфа мог и сам, но Элу нетерпелось притронуться к объекту своего вожделения. От первого касания омега почувствовал, как по телу прошёл электрический разряд, словно он дотронулся до оголённых проводов. Эл начал с груди, медленно отпускаясь вниз. Он трогал его прекрасное молодое спортивное тело. Не как с обложки журнала конечно, но было видно, что Влад был на спорте. Эл слишком поздно понял, как шумно дышал. Он сам себя испугался и замерев поднял глаза на альфу. Влад был невозмутим, его нисколько не стесняла ситуация, будто они делали это каждый день. Очистив салфетками руки, Эл надел на альфу колпак так как ему нужно, и предложил сесть на парту, которую заранее подготовил. Влад послушно сел. — Ты можешь одну руку отставить назад, слегка облокотившись на нее, а вторую положить между ног или на бедро? Да вот так. Прянный был доволен, это было именно то, что он держал в уме всю последнюю неделю. Омега сглотнул слюну, глядя на свою ожившую фантазию. — Теперь сиди так, я установлю себе свет. Омега быстро разобрался с одолженным у начальства прожектором, направив свет с боку на альфу. — Долго мне так сидеть? — Поинтересовался Влад. — Я постараюсь как можно быстрее, но около трёх часов думаю хватит. — Включи хотя-бы музыку. Альфа протянул омеге свой телефон. На заставке были красные боксерские перчатки. Эл открыл папку с музыкой и заиграл глэм-рок. Он отложил гаджет в сторону и встал за мольберт. Эму нравилось всё, что он видел сейчас. Влад в костюме Санты с голым торсом. Его блестящее от масла тело. Его скучающе-отстраненное лицо, подсвеченное мягким светом. — Ты бы не мог сделать выражение лица посексуальнее, что-ли? Попросил Омега и сам внутри замер от своей смелости. — Тебе не понравится моё сексуальное выражение, лучше так. Ответил Влад. И Эл продолжил творить. В какой-то момент Влад немного встряхнул затёкшую руку и сказал: — Чувствую себя Розой из Титаника. — Для полного образа Розы придется снять трусики. Попытался пошутить Эл, но не заметив ответной реакциии сдался.       Вначале он наслаждался присутствием альфы, но в середине процесса увлекся именно самим художественным процессом и перестал отвлекаться на всякие пустые мысли в голове. Лицо омеги приняло серьезное выражение лица. Он обрисовывал каждую деталь, мышцу, блеск. Ему нравилось то, что получалось. Закончив с основным объемом работ Эларион в последний раз полюбовался своим натурщиком и сообщил, что он закончил. — Можно посмотреть? — Спросил Влад, натягивая на себя обратно футболку. По его телу от холода пошли мурашки. — Нет, я не закончил. Увидишь, когда работы в коридоре вывесят. Альфа не стал настаивать. Он поднял свой телефон. Выключил до сих пор, фоном игравшую музыку и попрощавшись, вышел из помещения. Эл конечно предполагал, что в основном конкурсные работы будут слишком банальные, но не настолько. В холле и самом первом от него коридоре наконец-то вывесили работы участников. Всего их было десять, пять из которых были с дедом морозом. Таким милым старикашкой, с доброй улыбкой и большой белой бородой. Везде были подарки, снег, снежинки. Банальнее некуда. Девятая работа была весьма неплоха и оригинальна, на ней изображалась толпа парней, проходящая через турникет, после которого все они превращались в штампованных дедов морозов. Очень даже оригинально и иронично. Рисовка конечно была на любителя, но сама идея Элу пришлась по душе. Последняя работа принадлежала ему. Когда Мишаня ее увидел, то ужаснулся и покраснел увидев его старания. Запричитал, что это слишком, но всё-таки повесил её рядом со всеми.       На холсте был запечатлен молодой альфа, в образе горячего Санты, его тело блестело от лоска. Он сидел на столе в расслабленной позе облакотившись на одну руку, вторая покоилась на бедре. Он смотрел прямо, и складывалось впечатление, что прямо на наблюдателя. Прянный с удовольствием отметил, что ему это очень хорошо удалось передать. Подбородок его был слегка вздёрнут, глаза голубые, слегка ярче, чем были у оригинала, смотрели с лёгким интересом и вызовом, Словно альфа одним взглядом говорил: «Подойди, я хочу тебя». Колпак придавал ему тот самый новогодний вайб. Позади омега изобразил ёлку, что специально устанавливал. Она реалистично переливалась огнями на заднем фоне, напоминая тему конкурса. Получилось очень горячо. Сексуальный взгляд Эл уже додумал и доработал сам. Он хотел оставить отпечаток пошлости в этой работе и ему это удалось. Глядя на картинку сразу было видно, что это Влад. «Вот разговоров то будет» подумал Омега, уходя спать. Они только с Мишаней закончили развешивать все постеры. Большинство воспитанников разбрелись уже по спальням.       У Эла теперь не было телефона. Проспав в очередной раз первый урок вместе с Викки, сейчас они собирались на оставшиеся занятия. Омега предполагал, что уже его работу могли видеть большинство и даже обсудить где-нибудь в чате, но он не мог этого проверить. Пока не мог.       Уроки сегодня длились бесконечно долго. Хотелось поскорее вернуться в основной корпус, хотелось застать Влада в моменте, когда он ознакомиться с картиной. Еле дожив до вечера Эл вышел из спальни и пошёл по направлению работ. Он знал, что их будут смотреть, но не думал, что столпиться такая куча народа у его крайнего постера. В середине, прямо напротив стояла деректриса. По ее возмущённому лицу было понятно, что она этой работе не рада. По ее мнению он должен был наштамповать очередного деда мороза, или весёлый хоровод вокруг ёлки, приправив это своими хорошими навыками. — Вы же понимаете, что я не могу это отправить на городской конкурс? Возмущённо спрашивала та у Мишани. Вид у того был усталый и провинившийся. — Но ребенок старался. — Попытался возразить Михаил Михайлович. — Снять. Немедленно! Стыдоба какая. Она развернулась на своих небольших каблуках, царапая и без того затерытый паркет. — Я не претендую на городской конкурс, пусть хотя-бы тут повесит, я же старался! Эл сам не знал, откуда вдруг взялась эта смелость, но он сильно испугался, что ее прямо сейчас снимут и постер не увидит Влад. Деректриса обернулась и сщурив свои ярко накрашенные глаза посмотрела на воспитанника. — Как тебе такое вообще в голову взбрело рисовать? Возмущалась омега. — Я художник, я так вижу. — Неуверенно ответил Эл и заметил подходящих Масловых. Сава присвистнул и подошёл ближе. — Это... Очень горячо! — Прокомментировал он и достав телефон, сделал селфи, положив свою руку куда-то на торс нарисованному Санте. — Я бы хотел, чтобы меня поздравил ТАКОЙ Санта. Потом Савелий бросил беглый взгляд на брата, пытаясь считать его эмоции и после переключился на Эла. — У тебя талант. — Он хищно оголил ряд белых зубов и нырнул к директрисе, хватая ту под руку. —Оставьте, пожалуйста, вы разве не видите, что это реально лучшее из всего того, что тут висит? К тому же тематика конкурса сохранена. Омега повёл женщину по коридору под руку, заливаясь Соловьем. Эл не понимал, почему за него вступился даже Сава. Стас смотрел очень внимательно на его работу где-то с минуту. Прянный не мог понять его эмоций. — Почему не я? Спросил альфа подходя к нему через минуту. Эл видел как все присутствующие навострили уши. Не бойся они Стаса, уже бы камеры подключали для новых сплетен. — Потому что... Эл почувствовал волну раздражения. Почему это он вообще должен был рисовать Маслова старшего? — Мне кажется, я больше подхожу для этой роли, смотри какие банки! Стас задрал рукав джемпера и напряг трицепс. — Можешь потрогать. — Предложил он. — Когда кажется, креститься надо. — Рыкнул Эл отходя в сторону. Зато другие омежки облепили альфу быстро и не стесняясь пощупали предложенные мышцы.       Стас ехидно улыбался и смотрел на омегу в надежде увидеть какую-нибудь ревность, но Эл лиш сел на пол у противоположной от стены работ и уставился на нарисованного Влада, в надежде запечатлеть реакцию настоящего.       Спустя какое-то время всё разошлись. Эл снова пропустил ужин и уже подумывал о том, чтобы всё-таки прикупить себе телефон на те деньги, что мать скинула. Оставаться без связи было невыносимо. Влад всё-таки дошел до выставки после ужина. На плече его была спортивная сумка из которой торчали боксерские перчатки. Видимо он пошел в столовую сразу после тренировки. Альфа мельком глянул на другие работы и остановился возле последней. Он не оборачивался на Эла, прекрасно чувствовал его присутствие и взгляд. Омега с досадой понял, что не может считать его эмоциий, потому что взгляд его был как всегда холодный и снисходительный. Прянный рывком поднялся на затёкшие ноги и подойдя встал рядом. Практически касаясь его плеча. — Нравится? — Первый начал диалог Эл, разворачиваясь лицом к альфе. Немного помолчав тот ответил: — Не знал, что у меня такое выражение лица тогда было. Хмыкнул он и посмотрел в глаза Прянному. Эл почувствовал, как сердце забилось быстрее. Вспомнил, как растирал по этому тренированному телу масло. И снова шумно вдохнул его ферамон. Омега почувствовал, как подкашивались ноги от слабости и сладкого вожделения. — Я его придумал. Так то ты смотрел, как всегда. — наконец ответил он. Эта близость смущала и сводила с ума. Они стояли слишком близко и дистанцию нарушил сам Эл. Опять. — Как всегда, это как? Уточнил альфа, вглядываясь в карие глаза, в которых ну никак не получалось скрыть вожделение. Он уже видел его. Это бездумное желание. Многие омеги почему-то висли на нем, хотя ни ростом, ни лицом, он особо не блистал. Альфа смотрел на своё нарисованное изображение и понимал, что видел себя глазами омеги. Омеги который его хочет. И ему нравилось то, что он видел. Это было приятно. Это немного льстило. — Как всегда, это значит равнодушно. Эл снова посмотрел на альфу. Он не хотел верить, что Влад такой. Как назвала его Викки — эмоциональный калека. Хотелось верить, что где-то внутри него живёт страстная натура, осталось лишь только вытащить ее наружу. — Возможно. Наконец прозвучало в ответ. — Ты так и не ответил на мой вопрос. Напомнил Эл. Ему ужасно хотелось снова дотронулся до Влада, взять за руку. Снова почувствовать на себе его губы. — Нравится. Честно ответил альфа. Он поправил на своём плече сумку и уже собрался уходить, но Эл схватил того за руку, удерживая. — Я люблю тебя. Омега чувствовал как вспотела рука, которой он вцепился в альфу. Но продолжил: — Я знаю, что у тебя есть парень, и ты весь такой холодный снежный принц. Но я до дрожи в коленях хочу быть с тобой. Не было ни дня, чтобы я не думал о тебе. Я так скоро с ума сойду. Эл чувствовал как его трясет то ли от страха, то ли от волнения. Возможно из-за хлынувшего в кровь адреналина. — Я знаю. — Что? — Всё.       Влад высвободил свою руку и снова, как тогда, схватил омегу за горло. В этот раз рука на шее чувствовалась заметнее. Она сдавливала его горло. Омега чувствовал крепкие пальцы сильной удавкой стянувшиеся вокруг его шеи. — Никакой я не принц. — Холодно проговорил альфа, сильнее сдавливая горло — И омег я терпеть не могу. Мерзкие течные существа, думающие, что могут вертеть альфами сколько влезет. Думаешь ты особенный? Точно такой же надоедливый и мерзкий, как все остальные здесь.        Альфа грубо отпихнул от себя закашлявшегося Эла, глаза омеги увлажнились то ли от удушья, то ли от поднимающихся из глубины слёз. — Так что держись от меня подальше, — Рыкнул Влад, уходя.       Эл наблюдал, как удалялась в темноту коридора его спина.       Эл так и остался бы рыдать сидя на холодном полу интерната прямо в коридоре. Но волею случая именно тогда мимо проходил Мишаня в нелепом старомодном пуховике. Он семенил на выход из интерната. Смена его закончилась ещё утром, но когда его сменщик не вышел, пришлось задержаться до ужина. Заметив рыдающий комок посреди пустого коридора, воспитатель остановился. Он не ожидал увидеть здесь Элариона, тем более в таком состоянии. — Эларион, — Обратился воспитатель к воспитаннику — Если ты это из-за конкурса, то брось! Неужели это того стоит? Ну не попадешь ты на эту ёлку. Ну не выиграешь денежный приз. Разве оно того стоит?       Эл не сразу понял, где находится. Мысленно он уже страдал у себя в кровати, накрывшись старым ватным одеялом, а по факту всё ещё сидел в коридоре на виду у всех. — Эл, мальчик мой!       Мишаня опустился рядом на пол, и обнял зареванного ребёнка. Он понимал, что в семнадцать любое неприятное событие казалось трагедией. Воспитатель мягко гладил омегу по волосам, прижимая к своей груди. В куртке ему было жарковато, но сейчас важнее было вывести омегу из такого состояния. Неужели конкурс и вправду мог так его расстроить? — Пойдем в мой кабинет.       В воспитательской было пусто. Большинство сейчас было занято какими-то вечерними ритуалами типо планерки. Эл сидел на старом диване, осматривая помещение. Некрасивые пожелтевшие обои местами отклеившиеся от стены, довели свои унынием и безысходностью. Эл молча смотрел как Мишаня наливает ему чай в свою кружку с бегемотиком. В открытую форточку задувал холодный ветер и воспитатель предварительно закрыв её сел рядом подростком. — Эл, — Начал он. — Если ты хочешь выговориться, то я тебя внимательно слушаю.       Эл смотрел на воспитателя немигающим взглядом. Его серый в катышках джемпер раздражал. — Вы ужасно одеваетесь. — наконец сказал он.       Мишаня посмотрел на себя сверху вниз и махнул рукой. — Я коплю деньги, так что мне некогда менять свой гардероб.       Воспитателю почему-то хотелось быть максимально искренним и честным с этим ребёнком. Он чувствовал, что Элу не хватало тепла, как и в принципе всем здесь брошенным детям. Но Элариону особенно. — И на что же такое вы копите?       Мишаня понимал, что все эти отвлечённые темы Эларион поднимал для того, чтобы не думать о своей личной боли. Он уже понимал, что здесь было что-то большее, чем просто расстройство от дисквалификации с конкурса. — На квартиру не в ипотеку. — Какая приземлённая мечта. Я бы на вашем месте на накопленные деньги рванул бы в путешествие. — А что потом? — Не знаю, — Пожал плечами омега. Он практически успокоился. Чай у Мишани был вкусный, хоть и пакетированный. Не та бурда из столовой. — Я живу в общежитии. Там такие кадры обитают, что тебе лучше не знать. Так что единственная моя мечта, это свалить куда-нибудь подальше из этого гиблого места.       Эл удивлённо посмотрел на Михаила Михайловича, он впервые слышал от него такое слово — свалить. Обычно Мишаня очень точно подбирал каждое слово и был образцом пунктуальности и красноречия. Ну просто святой человек. — Общежитие — это дно, — Согласился Эл. Ему довелось бывать парочку раз в питерский коммуналках с общей кухней. Ощущение они после себя оставили не из приятных. — Так что у тебя случилось? — снова попытался вернуться к теме воспитатель.       Мишаня понимал, как это важно проговорить всю накопившуюся боль высказаться дать волю своим чувствам и не очень с кем-то, кто это примет не осудит и поддержит. — Я влюбился.       Эл думал, что не сможет вот так вот просто сказать об этом взрослому. Но Мишаня был другим, он был таким своим, что информация сама потоком полилась из него.       Он рассказал о том, как с первых дней запал на Влада и про обиду за то, что его отвергли в течку и про боль полученную совсем недавно снова от этого альфы. Мишаня не сразу заметил следы от удушья на шее омеги. Мягко говоря, это его слегка напугало. — Он сказал, что ненавидит омег. Что презирает нас. Но почему тогда он встречается с тем рыжим, как его... Кажется Дима зовут. Он ведь тоже омега!       Мишаня искренне обнял омегу, он пребывал в лёгком шоке и не знал, что сказать на всё услышанное. Первая любовь и такой ответ со стороны возлюбленного. Это могло сильно подкосить омегу и толкнуть на необдуманные действия и поступки. — Иногда нам не суждено быть с теми, кого мы любим.       Эл удивлённо посмотрел на воспитателя. Он думал, что тот сейчас будет его отговаривать от отношений с Владом. Будет говорить приятные и лестные вещи о том, какой Эларион прекрасный омега, и что он должен ценить себя и красочно закончит всё на том, что Влад его не достоин. Наверное это был самый стандартный и верный ответ от взрослого в такой ситуации. Но Мишаня в очередной раз его приятно удивил. — Вы так говорите, как будто были в похожей ситуации. Эл снова посмотрел на этого невзрачного маленького худенького и слишком серенького омегу. Какие тайны он скрывал? — Я не был в похожей ситуации, — честно ответил Мишаня. — Но я на собственном опыте знаю, что такое быть с человеком которого до ужаса любишь, но с которым ты не должен быть вместе. Хотя-бы из уважения к себе. — Даже так? — Даже так...       Из рассказа воспитателя Эл узнал о том, что Мишаня был далеко не нецелованным цветочком, каким его считало большинство. А в своё время омега успел набедокурить. Лишиться невинности в тачке с альфой лучшего друга. А после влюбился в женатого профессора с курса психологии. Да так сильно, что потерял голову и соблазнил этого стареющего альфу. А тому седина в голову бес в ребро. Повёлся, словно вторую молодость испытал. Страстный секс на кафедре и за ее пределами лился рекой. Их отношения продлились два года. Омега преподавателя знал об Мишане, но делал всё, чтобы сохранить свой брак и сохранил. Михаил Михайлович остался ни с чем. Его попёрли с последнего курса универа. Омега не получил диплом. Над ним смеялись все знакомые, подкалывая, что он по дедам. А он сходил с ума от своей безумной любви. Напивался вечерами сильно, и стоял под окнами жилой многоэтажки. — ...в один из таких дней, он всё-таки вышел ко мне. Я видел, как в окно за нами наблюдал его муж омега. Я тогда даже на колени встал, цеплялся за штаны своего возлюбленного, унижался размазывая сопли по щекам. Всё, чего я хотел это просто, чтобы он остался со мной. Это было похоже больше на одержимость, чем любовь. У него не было много денег. Он не был красавчиком. Не было каких-то крутых связей или вообще чего-то такого, с чего бы я мог поиметь выгоду. Но он был нужен мне. Я боялся, что я задохнусь без него. Но он ушёл, грубо пихнул меня прямо в лужу, истерично попросив оставить его в покое. Это немного отрезвило меня, я больше не появлялся в его жизни. Спустя 3 года, я всё ещё не могу забыть его. Наверное, поэтому я одинок.       Эл заметил, как приуныл Мишаня. Воспоминания всколыхнули его утихшую боль.        В помещение вошли двое воспитателя. Они что-то громко обсуждали, но заметив, что не одни резко замолчали. — Почему здесь в такое время находится воспитанник? — возмущённо спросила толстая похожая на жабу омега. Этот воспитатель в основном тоже был, как и Мишаня на группе с малышнёй. Так что Эл с ним пересекался не часто. — У нас нет психолога, поэтому я взял на себя эту роль. Но мы уже уходим.       Этим разговором Михаил Михайлович дал понять омеге, что иногда свои чувства лучше действительно отпустить. Что не всегда тот человек, что нам нужен должен быть рядом. Иногда это просто не наши люди.       Но оставшись снова в своей спальне Элла накрыла истерика. Викки в очередной раз пропадала и не трудно было догадаться где. Несмотря на то что Косой был бетой, жил он в крыле альф. Скорее всего, Викки была там. По идее воспитатели должны были проверять перед отбоем своих воспитанников, но не каждый это делал. Не каждому это было нужно. И случались такие инциденты, когда омеги ночевали в спальнях альф или наоборот. Очень редко это заканчивалось залётом. Омега лежал на спине, глядя пустыми глазами в потрескавшийся потолок. Он чувствовал большую давящую тяжесть где-то в районе груди, славно его придавило булыжником. Подушка уже промокла от слёз. Веки опухли. Он догадывался о том, что выглядел сейчас как минимум некрасиво       Но на всё это было плевать. Теперь было плевать. Элу отчаянно захотелось совершить какую-нибудь глупость. Например переспать с кем-нибудь типа Стаса. Он даже уже загоревшийся идеей подорвался с кровати, зная, что тот ему точно не откажет.       Как же легко оказалось выбраться из омежьего крыла. Камер видеонаблюдения в интернате не было, коридоры никто не курировал. Ленивые толстые охранники чаще всего сидели на своём рабочем месте никуда не вставая. Эл застыл у туалета, где его чуть не изнасиловали. Сначала он словил ступор, а потом злость. Он чувствовал присутствие альфы где-то здесь. Он хотел демонстративно что-нибудь натворить. Омега шагнул в сторону спален, но резкий голос Викки оборвал его, и заставил остановиться. — Ты что здесь делаешь? —спросила она, выходя из одной из спален. — Тебя ищу. Соврал омега. — Пошли спать.       Вики выглядела очень возбуждённо. Она быстро побежала к омеге, и подхватив того под руку, поволокла в обратную сторону. Глаза её лихорадочно блестели. Губы были зацелованы. Если бы Косой был альфой, она бы вся пропахла им, но они оба были всего лишь бетами. — Выглядишь ужасно, — заметила подруга. — Я знаю...