Плачь, души, умоляй...

      Эл сам не понял как оказался на борту самолёта. Он сидел посередине между Савой и Стасом. Это был его первый в жизни полёт. Такой спонтанный и пугающий.        С утра он проснулся от сладкого минета. Омега стыдливо уткнулся в свои тут же вспотевшие ладошки. Что до утреннего события, то Стас знал, как доставить удовольствие. Прянный не до конца понимал, как он вообще здесь оказался. Почему до сих пор его не отправили в интернат. Почему его никто не искал.       За завтраком Савелий ехидно поглядывал на омегу, но, к счастью, никак не комментировал ситуацию.       Через проход от них сидел дядя Стаса и Савелия вместе со своей женой. Довольно высокой и полной женщиной. Как понял Эл, Стас уговорил своего дядю подписать разрешение и на Эла, на зимние каникулы. Поскольку эта семейка заранее планировала провести свои зимние каникулы в Сочи, то по удачному стечению обстоятельств, омегу прихватили с собой. Сначала Прянный усиленно отнекивался, ведь у него совсем не было денег на такое мероприятие. Но Стас сказал, что обо всём позаботится. И ведь действительно позаботился. Эл думал, что Савелий будет против его присутствия. Всё оказалось с точностью да наоборот, омега был очень даже согласен на эту авантюру.       Эл размышлял о том, как так получилось, что он оказался в постели альфы, который до недавнего времени был совсем ему не интересен. Вывод напрашивался лишь один: во всём был виноват Влад. Это он его самолично столкнул с края обрыва в бездну отчаяния. Если бы не он, если бы не та стычка в коридоре. Если бы не его грубость, то всё могло сложиться совсем по-другому. Омега не понимал своих внутренних ощущений. Ему казалось, что где-то в глубине души поселилась и пригрелась маленькая крыса, сожаления о всём содеянном. Сначала ему показалось, что всё это может быть одноразовой акцией, но проснувшись утром в постели блондина, омега понял, что тот его точно теперь никуда не отпустит. Воображаемый ошейник крепко защёлкнулся на шее Эла.       Лететь надо было почти три часа. Половина пути уже была пройдена. Стас сладко спал на плече омеги. Савелий смотрел какой-то популярный американский сериал. Приятный стюарт разносил еду.        Прянный с трудом признался сам себе в том, что вчера он практически не думал о Владе, особенно оказавшись под Стасом. Но сейчас, когда эмоции от случившегося подутихли, русоволосая бестия снова заполонила все его мысли. Эл понимал, что по возвращению с каникул, каждая собака в несколько миль от периметра приюта будет знать о том, что он принадлежит Маслову. Омега пытался представить как эту информацию воспримет Влад. Ведь совсем недавно Прянный клялся в большой любви именно голубоглазому альфе. Его подозрение в том, что он мерзкая течная тварь подтвердится для него? Иначе как ещё можно объяснить то, что он так быстро оказался в постели другого, несмотря на свои чувства к Владу?       Эл тяжело вздохнул. Наверное все его переживания отразились на его лице, потому что Савелий протянул ему свой новый iPhone с открытыми заметками. «Жалеешь»?       Сава стрельнул глазами на спящего брата, и показал на экран. «Не знаю» Честно ответил омега и отдал телефон хозяину. «Я точно ни о чем не жалею, может быть теперь Стас даст мне хоть капельку свободы, переключившись на тебя».       Сава снова уткнулся в сериал, дав очередную пищу для размышлений омеге.       По прилёте им не понадобились их пуховики, в Сочи было гораздо теплее. Савелий заботливо предоставил часть своих старых вещей, из которых он вырос Элу, которые ему отказались в пору, но не совсем в его вкусе.        Пятизвёздочный отель, находящийся на первой береговой линии был шикарен. Окна их номера были с выходом на море. Счастливый Савелий заселился в отдельный от брата номер. Он буквально сиял от счастья, получив желанную толику свободы. Эта гиперопека его совсем достала. Зато Эл оказался в одном номере с альфой, с одной кроватью на двоих. Дядя такому сложившемуся обстоятельству никак не препятствовал и не возражал, несмотря на возраст своих подопечных. Эл вышел на небольшой балкон, вдыхая свежий морской воздух. Омега впервые видел море. Бескрайняя синяя гладь завораживала. Море манило. Далекие волны шептали свои тайны. Лёгкий ветер играл с его каштановыми волосами. Израненная душа замирала от восторга. Сердце билось в такт прибою.       Стас вышел следом и обнял Эла со спины. Этот парень стал для него первый во всём: Первым человеком, который искренне интересовался им. Он стал его первым альфой. Первый поцелуй был с ним. Именно Стас подарил ему первый дорогой подарок. Первый показал свой мир. Море. Полёт. Страсть.       Эл нежно потерся щекой об бицепс альфы всматриваясь в даль, где бескрайняя гладь воды сливалась с небом. Он был ему благодарен. Но омега четко отдавал себе отчёт в том, что это была не любовь. Пока не любовь. Ведь его чувства к Владу никуда не делись.       Семейство Масловых было представителем активного отдыха. Первым пунктом в их списке развлечений стал горнолыжный курорт на Роза хуторе.       Эл не сразу согласился принять в этом всём участие. Ему было стыдно от того, что он никогда в своей жизни таким не занимался. Его максимум при жизни с матерью — это было сходить в кинотеатр, а после заглянуть в мак. Острые ощущения он получал из компьютерных игр, но никак не из реальных хобби или экстремальных увлечений. Волнение и страх смешивались с азартом, когда он впервые встал на сноуборд. Первые шаги давались омеге не просто, но каждая победа над собой дарила настоящую радость. Омега впервые был не наблюдателем, а самым прямым участником происходящих с ним событий. Вся чета Масловых были неплохи в этом деле. Стас курировал Эла, помогая тому освоиться в новом виде спорта. Сава же держался особняком, и специально врезался в понравившихся ему альф, беспардонно флиртуя направо и налево. Как же они с братом были похожи не только внешне, но и внутренне. Эл украдкой улыбнулся, наблюдая за тем, как очередная жертва омеги, поднявшись на ноги, помогала встать на ноги и Савелию. Они провели так весь первый день. К вечеру омега уже не чувствовал своих ног и уснул мертвым сном, как только его голова коснулась подушки.        Отель их расположился в Олимпийской деревне и недалеко от неё находился парк аттракционов. Идти до него было совсем недалеко и следующий день они провели в нём. Дядя со своей женой с ними не пошли. Больше всего адреналина Эларион получил от американских горок вниз головой. Сава же целенаправленно ходил в абсолютно другие аттракционы, чтобы быть подальше от брата с его опекой. Прянному нравилась компания альфы. Стас много рассказывал о многих жизненных фактах и весёлых историях из собственного опыта. Объяснял омеге непонятные для него вещи. Эл видел, как на Маслова смотрели другие омеги. Заинтересовано, заискивающе. Ведь он и правда был красив. Омега боялся, что Стас будет как и прежде флиртовать и подмигивать другим, но альфа этого не делал. Наоборот давал им понять, что это его омега, всяко ухаживая за Прянным, оберегая и демонстративно обнимая у всех на виду.       Вечером Эл попросился на море, не смотря на разыгравшийся шторм. На ресепшне омега попросил простой карандаш и бумагу. Из номера взял доску для нарезки фруктов. Омега быстрыми ловкими движениями руки набрасывал первые штрихи открывшегося ему пейзажа. Стас стоял позади него и внимательно наблюдал за процессом. Ни непрофессиональный карандаш, ни дешёвая тонкая бумага не мешали таланту парня. Он с точной четкостью запечатлел этот момент на бумаге, а потом предложил Стасу ему попозировать. Омега написал карикатурно вглядывающегося в даль альфу, спрятавшего свой нос в вороте тонкой куртки, и отдал портрет Маслову. — Не как Влада, конечно, — заметил он, — Но спасибо. — Влада я рисовал три часа, в стиле реализм. Это совсем другое, — пояснил омега.       В голове снова всплыли холодные голубые глаза. Влад — это совсем другое. Эхом отразило сознание.       Элу нравилось отдаваться по ночам Стасу. Он был умелым любовником и знал, как доставить удовольствие своему партнёру. Он обучал его искусству любви, и омега казался успешным учеником, хоть стеснение его всё ещё не покидало.        В один из дней, семья Масловых решила отправиться на рыбалку в открытое море. Все чуть не перессорились выбирая как лучше поступить: поехать большой компанией от турагентства с другими семьями. Или же найти частников и насладиться процессом только своей семьей. Все хотели второй вариант, но Савелий бился в истерике и топил за первый. Эл решил поддержать омегу и согласился, что в большей компании будет веселее.       Позже Эл понял, что Сава не спроста так хотел поехать с другими. Когда они оказались на яхте, омега тут же познакомился с приглянувшимся ему альфой из их отеля.       Море было красивым, а рыбалка скучной. Но Стасу понравилось, он поймал аж две крупных рыбы, названий которых, Эл не запомнил.       Вернувшись в отель, Сава со своим новым приятелем пошли в местный бар, кажется они сильно понравились друг другу. Омега сиял, словно вымазал на себя весь хайлайтер, что у него был. Буквально светился изнутри. Стас же хотел уже было пойти и вмешаться, но Эл испытывая радость за отрывающегося Маслова младшего, остановил альфу. Крепко обняв и прижавшись к нему. Омега отрицательно покачал головой. — Стас, дай ему немного свободы. Ничего не случится от того, что он выпьет парочку безалкогольных коктейлей в компании нового знакомого. — Конечно не случится. Знаем, проходили. Стас не сводил яростного взгляда с удаляющихся спин. Но Эла от себя не отталкивал и стоял на месте. — Тебе нравится то чувство влюблённости, что ты сейчас испытываешь? — Да, — согласился альфа. — Тогда почему брату не даёшь насладиться мимолётным влечением? Ему шестнадцать, это нормально в его возрасте хотеть влюбляться и получать внимание от противоположного пола.       На лице Стаса отразилось сомнение, немного подумав, он согласился. — Хорошо, пусть повеселиться.       Эл мысленно ликовал, что удалось найти рычаг давления на своего альфу и ослабить удавку на шее Савы.

***

— Мы уже встречаемся?       Спросил как-то вечером, после совместно принятого душа омега. Стас подхватив парня под бедра, опрокинул его на кровать и навис над ним. — Я тебе сразу сказал, что теперь ты мой, как только ты самолично переступил порог моей спальни. Тебя это делать никто не заставлял. По взгляду альфы сразу было заметно, что он говорил это без тени иронии. — Увижу с кем-то другим, убью! В голосе Стаса сквозила неприкрытая угроза. Омега почувствовал, как по спине прошел табун неприятных мурашек. — Стас, ты чего? — Испуганно спросил Эл, прижимаясь к альфе. На секунду ему действительно стало страшно.

В наушниках играла все та же песня...

«Пойди-ка сюда, не надо бояться

Давай притворяться — теперь это модно

Пойди, полетай — тебе это можно

Мой вызов был ложным, и нечего ждать-дать-дать-дать-дать»

       В последний день, перед вылетом, Сава забрал Эла к себе. Ему стало немного жаль затраханного до полусмерти омегу, ведь его почти не выпускали из цепких лап всё это время. — Выглядишь уставшим и полностью пропах моим братом. Он что, тебя своей спермой кормит? — Можно и так сказать, — усмехнулся Эл, вспоминая пролетевшие как одна ночи. — Знаешь, мне так сильно повезло, что ты омега.       Сава доставал из вороха сваленной на пол кучи одежды заныканные бутылки пива. — Почему? — Задал резонный вопросы Эл, принимая из рук товарища уже открытую бутылку.       Пиво оказалось со вкусом грейпфрута. Так пах Маслов старший. Эл чуть не поперхнулся. Стасом он был сыт по горло во всех хороших смыслах. — Не будь ты омегой, Стас на тебя не обратил бы внимания. Я продолжил бы гнобить. Так что я даже рад, что правда о тебе вскрылась. Это ты меня должен благодарить. Эл не понимающе уставился на своего собеседника. — В смысле тебя благодарить? — В прямом. Между омегами ненадолго повисло напряжённое молчание. — Короче, это я подмешал в твою воду слабительное на хоккее.       Эл уставился на Маслова младшего. Он хотел найти на его наглой роже хоть каплю сожаления за содеянное. Но Савелий не считал, что сделал что-то ужасно. Уже вон героем себя выставлял.       Элу хотелось встать и уйти прямо сейчас, но идти к Маслову старшему, не хотелось, поэтому он остался. — Зачем? —Только и смог спросить он. — Ты мне не нравился. К тому же был бетой. И... Сава немного помялся, отглотнув немного пива, и повертев бутылку в руках. Эл молча ждал, буравя того тяжелым взглядом. — Ну и я Влада приревновал. Не смотри на меня так. Да к такому как ты! — Фыркнул омега. — Я думал, что давно уже отпустил ту ситуацию между нами, но видеть его с другими порой невыносимо! — О какой ситуации идёт речь? — Уже не важно — Махнул рукой омега. — Я вон с каким альфой познакомился. Он из Москвы и у него у родителей сеть фитнес клубов по всей стране. А что есть у Влада? Ничего, кроме его крышесносного запаха. Самое ужасное в этом всём знаешь что? Я до сих пор думаю и жалею о том, что не получилось переспать с ним. Я так хотел, чтобы он был моим первым...       Савелий мечтательно закатил глаза допивая банку и открывая вторую. — Ща погодь, я поссать....       Влад отшил даже такого как Сава? Тогда для Эла были очень неприятные новости, ему никогда не светило быть с этим альфой изначально. У него просто не было на это шансов. — Почему твой брат сказал, что убьет меня, если узнает о другом? Спросил интересовавший его вопрос Эл, когда омега вернулся из туалета. — Мне немного жаль тебя, — начал отвечать Сава, снова усаживаясь на пол, — но уйти из этих отношений можно будет теперь, только когда Стас наиграется и потеряет свой к тебе интерес. Либо умереть. Третьего не дано. Киру он отпустил, только потому что не был в ней так сильно заинтересован как в тебе. Я тебя предупреждал, — напомнил омега. — Ты же не планируешь ему изменять?! — Нет. — Я говорил, что он страшный собственник. Так что держись мой дорогой.       Савелий сжав кулак, подёргал им в воздухе, имея в виду быть крепким.       Три ноль в пользу Маслова. Он дважды унизил его. Он сделал так, как ему было выгодно и позволил Элу сойтись со своим братом.       Каникулы подошли к концу. Железная птица унесла их обратно в Псков: серый, тусклый и холодный. Эл всё-таки заночевал последнюю ночь с Савой, но держался теперь особняком. Всё-таки этот омега изрядно так потрепал его нервы и даже не каялся в этом. К тому же теперь Эл чувствовал конкуренцию, зная о чувствах последнего. Одиннадцать дней пролетели как миг. Сладкий и незабываемый момент, который теперь захочешь, да не забудешь.        Умом Эларион Прянный понимал всё, но сердцу не прикажешь. Дядя Масловых, которого звали Александр, отвёз их в интернат прямо из аэропорта. Не было времени, чтобы как-то морально и физически подготовиться к тому, что все узнают или уже знают, где был Эл и чем занимался. Он весь пропах Стасом, свой запах едва пробивался наружу, сквозь тяжёлый запах альфы. Влад всё узнает, увидит и почувствует. Почему то от этой мысли маленькая крыса сожаления внутри металась от безысходности не зная где найти выход. Машина притормозила у центральных ворот и Эл поежился. Омега не хотел, чтобы Стас публично проявлял свои чувства, но совсем забыл обсудить это с ним, к счастью Савелий накупил кучу вещей себе и обе руки альфы оказались заняты чемоданами. Александр холодно распрощался со своими племянниками, на Эла даже не обратил внимание, и сев в машину, дал по газам.       В неприветливом большом холле интерната было всё так же тускло и грустно. Только Хоттабыч сидел бодрый за своим потертым столом со свежей газетой в руках. Заметив вошедших, он радостно привстал, и поздоровался с Масловыми. Предложил любезно свою помощь Стасу, который от неё отказался. Спросил: Хорошо ли отдохнул Савелий? Завёл ли курортный роман? При этом неуместно подмигнув омеге. Стас посмотрел на охранника так, что у того сразу же отпало всё желание приставать к его брату с тупыми расспросами. Красивую нарядную ёлочку пока ещё не убрали. — Ты сейчас к себе пойдешь? — обратился Альфа к Элу. — Да. Хочу спать, устал с дороги.       Это не совсем было правдой. Скорее он просто хотел остаться один, а ещё больше просто не хотел попадаться на глазах постояльцев-интерната.       Стас посмотрел сначала на Эла, потом перевёл взгляд на своего брата, который ковырял свою кутикулу и ждал, пока Стас наконец-то соизволит отнести его вещи к ним в спальню. В его синих глазах мелькнул вопрос, но он его не озвучил и подхватив вещи, оба Масловых пошли в сторону крыла, где жили альфы.        Скорее всего Стас заметил небольшую перемену в отношениях омег. Эл не мог игнорировать тот факт, что: то унизительное событие в туалете с почти изнасилованием, случилось по воле Маслова младшего. И плевать ему было на ту историю с чувствами к Владу. Он не имел права так поступать с другим человеком. Его практически обесчестили, унизили, пошатнули и так неустойчивую психику. Эл не мог простить Савелия. Не хотел.       В комнате оказалось как-то пустовато. Туалетный столик был освобождён от уходовых предметов и декоративной косметики Викки. Её кровать была аккуратно заправлена, а поставленная треугольником подушка была без наволочки. Сначала Эл подумал что бета тоже уехала к родственникам на каникулы, но потом вспомнил, что никаких родственников у девушки не было. Заглянув в общий шкаф, её вещей он там тоже не обнаружил. Это было странно. Вернулся Эл с каникул обратно налегке, ведь вещей с собой он совсем не брал, так что раскладывать было нечего. Достав из кармана брелок с фотографией, Эл невольно улыбнулся. Она была сделана на аттракционе «американские горки». Они со Стасом сидели в первом ряду. На фото Эл испугано зажмурил глаза, а Стас широко и открыто улыбался. Омега ещё не придумал, куда его повесить. Ключей у него не было, разве что от гардероба.       Эл лёг на свою старую скрипучую кровать. Он не стал заходить в группу интерната, желая уберечь себя как можно на дольше от всех этих сплетен. Лишь открыл диалог с Вики и отправил сообщение: «Ты где?» сообщение прочитали сразу, но ответ никто не удосужился отправить. Теперь до омеги стало доходить, что здесь что-то явно было не так. «На ужин пойдешь?»       Это было сообщение от Стаса.       Омега лежал пластом. Силы совсем покинули его. После такого теплого и солнечного Сочи, унылые пейзажи Пскова совсем не впечатляли. За окном снова валил снег. Кормёжка поди как в большинстве случаев сегодня тоже была отвратна. Омега закрыл глаза и вспомнил отдых. Вкусный шведский стол в отеле. Разнообразные коктейли в барах и кафе, куда они заходили после прогулок, это была совсем другая жизнь, которая ему не принадлежала. «Да».       Как бы сильно омеге не хотелось сбежать от реальности, он всё равно согласился пойти в столовую. Скрыть свои отношения с альфой всё равно было невозможно. Его запах буквально въелся под кожу. Да и собственно говоря почему он что то должен был скрывать? Почти сошедший с шеи след от укуса, всё ещё был виден. Эл планировал воспользоваться тоналкой Викки, но теперь пришлось искать альтернативу. Он достал со дна сумки толстовку с глубоким капюшоном и переоделся.       Ужин был горячим и даже вкусно пах. Зайдя в столовую, Эл хотел было идти к раздаче, но Савелий приветливо помахал рукой, подзывая омегу к своему столу. Это означало, что для него уже прихватили порцию. Осмотрев присутствующих, Эл заметил, что Косой покинул ряды прихвостней Стаса. Омега сел на освободившееся место, рядом со Стасом. Всем присутствующим здесь было дискомфортно. Это было заметно по повисшему за столом молчанию. Омега чувствовал косые взгляды всех здесь присутствующих альф. Первым отважился задать витающий в воздухе вопрос, лучший друг Стаса, тот что носил причёску похожую на ананас. — Вы теперь встречаетесь? Его квадратное лицо уставилось в недоумении на Стаса. — Да. Эл теперь мой омега. — Подтвердил Стас.       Савелий с аппетитом ел поджаренную куриную ножку, внимательно следя за эмоциями собравшихся, но переодчески отвлекаясь на свой новенький айфон. — Значит Стас у нас теперь больше не холост — Ухмыльнулась квадратная рожа. — Кира будет в бешенстве. — Заметил он. — Мне то какое теперь дело до ее бешенства? — Недоумевал альфа. — Злопамятная она, может поднасрать твоей новой пассии. Альфу с квадратным лицом звали Вадим. И он действительно был довольно близок со Стасом. Тот внимательно посмотрел на говорившего, потом на Эла, который ещё не притронулся к обеду. — Ешь! — Обратился он к последнему. И тут же ответил другу — Пусть попробует. Эл принялся есть, но под пристальными взглядами кусок в горло не лез. — А это мы на аттракционе свободного падения, было весело! — Савелий показывал фотки одному из присутствующих, сидевшему слева от него. — Ты если думаешь, что я на счет Киры утрирую, то нет. Сам лично видел ее то ли с хачами каким-то, то ли с цыганями. Мало ли дружков своих «крутых» приплетет. — Бля, Вадик, успокойся. Не пугай Эла, он вон смотри вообще ничего не ест. Обычно аппетит у него хороший.       Омега почувствовала как кровь хлынула к его лицу. Есть совсем перехотелось. — Ты его теперь к себе заберёшь? — задал очередной вопрос Вадим, сменив тему. Понятно было что речь шла про Эла, только вот непонятен был этот тон, словно он был какой-то вещью, которая теперь принадлежала Маслову старшему. — Если сам захочет. — Ответил Стас. Оставляя всё-таки выбор за омегой.       «Ананас» поморщился слегка. Видно было, что такой подход в отношениях он не одобрял. Какой выбор за омегой, это что ещё за слабоволие? Эл мысленно обрадовался, что Стас адекватнее большинства всех Альф, что он знал. — А ты для чего интересуешься, свободное местечко занять хочешь? — Подколол альфу Савелий. От его зоркого глаза не укрылось то, что Элу этот разговор был неприятен. — Да поближе к тебе!       Вадим поиграл бровями, как бы флиртуя с омегой, но перехватив взгляд Стаса стушевался.       Из этого разговора за обедом Эл выяснил для себя две вещи: первое, заключалась в том, то Савва и Стас живут в одной комнате. Кто бы сомневался. Второе, Кира всё ещё имела какие-то виды на этого Альфу. Если конечно отталкиваться от слов Вадима. Сам Эл ничего такого не замечал со стороны бывшей подружки Стаса. Она не пыталась держаться как-то к нему ближе. Не флиртовала сталкиваясь с ним в коридорах. Не пыталась как-то обратить на себя его внимание. Она просто была. Жила в одном и том же интернате, ела в той же столовой, ходила на те же мероприятия что и большинство постояльцев.       Идя по коридору к омежьему крылу, Эл заметил сладкую парочку твикс. Викки одетая во всё чёрное, словно всё ещё носила траур, висла на шее Косого. Тот что-то показывал ей на телефоне и они ехидно хихикали не обращая никакого внимания на проходивших мимо. За время его отсутствия бета слегка похудела И её совсем недавно рыхлая фигура, стала принимать приятные женственные формы. Волосы её были взлохмаченные и распущенный, как и нынешнее поведение. Подойдя к соседке по комнате Эл поздоровался: — Привет. Викки оторвалась от своего парня и посмотрела на омегу. Девушка недовольно поджала губы и вместо приветствия задала вопрос: — Чего тебе?       В ее взгляде читалось осуждение. Они совсем не далеко ушли от столовой, так что переодчески кто-то да шёл мимо них. Выяснять здесь отношения совсем не хотелось. — Ты съехала с комнаты? — озвучил свои догадки омега. — Да. — Согласилась бэта. — Понятно       Получив ответ, омега пошёл дальше в нужную сторону. В догонку девушка крикнула: — Ты первый бросил меня Эл, свалив на новогодние каникулы ничего толком не объяснив!       Омега ничего не стал говорить. Не было смысла оправдываться теперь. Выводы были сделаны. Фигурки расставлены по своим местам. Эл снова почувствовал себя одиноко. Он считал Викки близкой подругой, а теперь что? Она отдалилась, нашла себе новую компанию и ей совсем не было до него дела. Останься она в новогоднюю ночь с ним, оказался бы он в постели Стаса?             Вопрос был интересный.       В Старый новый год началась новая учебная четверть. Все, кто куда-то уезжал уже вернулись в привычные стены интерната и были в курсе новых сплетен. В группе «Горечь» поднималась тема его отношений со Стасом, но засирать выбор альфы никто не спешил. Так Эл впервые почувствовал, что такое настоящая защита. Не просто физически, а даже на эмоциональном уровне он был в безопасности с этим парнем. Первый учебный день пролетел незаметно. Омеги обсуждали свои новогодние подарки и последние новости. На переменах Эл продолжал наблюдать за тем, как Савелий без конца флиртует с противоположным полом, иногда буквально ходя по лезвию ножа. То наклонится слишком низко, вульгарно отклячивая круглую задницу, за упавшим карандашом. То приблизит своё лицо к какому-нибудь товарищу так близко, что носы их почти касаются. А потом ржёт как не в себя, наблюдая реакцию поплывших Альф. — Ты только брату моему не сдавай меня. Попросил омега, между третьим и четвертым уроком подойдя к Элу. — Я просто развлекаюсь, ничего больше. Что поделать, если только так, я могу получить свою дозу дофамина. Это ж всяко лучше чем наркотики.       Эл не понял к чему Савелий поднял тему про наркотики, но согласился. — Делай что хочешь. Мне это без разницы. — Хочешь после школы вместе сходим в мою парикмахерскую? Обещаю там тебе точно не напортачат с волосами. — Предложил омега.       Элу показалось, что. Что Савелий как-то слишком заискивает перед ним. Но согласился. Его волосы и вправду отрасли.       Парикмахерская была маленькой, но уютной. Совсем не похожа на те, куда водила его мать. Всякие семейные, да эконом. На входе их любезно поприветствовала администратор и предложила подождать, пока освободится мастер. Молодая симпатичная Омега, предложила им кофе и Эл не смог отказаться, ведь это был его любимый напиток. Савелий тоже за компанию согласился на чашечку кофе. — Почему ты порой так боишься брата? Что он тебе сделает, если узнает о твоём поведении? — Мне то ничего, может мозги покомпасирует. А вот альфам, что ведутся на мой флирт, может достаться. Ну и он ограничит меня в передвижении, в общении, в свободе. А я ведь уже говорил про короткий поводок. Подожди, скоро сам на своей шкуре почувствуешь, что это такое, когда захочешь куда-нибудь пойти в компании друзей где будут альфы, но тебе нельзя, потому что там будут альфы. Или захочешь выставить какую-нибудь пикантную фотографию в соцсеть, но тебе нельзя, потому что это слишком вызывающе. — Омега натянуто улыбнулся — на новый год я хотел пойти куда-нибудь в бар. Хотел чтобы была большая компания у Стаса она есть, он очень общительный и все к нему тянутся. Но всё что я получил, это наша квартира, и твое общество. Эл отпил горячий напиток. Этот монолог Савелия заставлял задуматься о многом. — Я ничего не скажу, можешь спать спокойно.       Ждать долго не пришлось. Не успели ребята допить кофе, как Эла пригласили занять кресло. Милый Альфа лет сорока спросил его: — Что желаете? Безумная идея, поселившаяся в его голове не так давно, вылезла наружу как только Омега открыл рот. — Покрасьте меня в рыжий. И состригите сантиметров пять. Больше ничего. — Эл показал референс парикмахеру.       Модель изображённая на картинке, слегка напоминала пару Влада. — Ты что наделал? — Ошарашена спросил Сава, выпучив глаза по пять рублей. Прянный уже освободился и вышел к ждавшему его омеге. — Немного поэкспериментировал. — Нашёлся что ответить омега. — Стасу это не понравится. — Это мои волосы, что хочу то и делаю. — Возмутился омега, но внутри зародилось неприятное волнение. — Спросил бы хоть меня для начала. Я бы тебе сразу сказал, что это дурная затея. Кажись кого-то ждёт первая ссора.       Эл ничего не ответил. Но мысленно теперь он представлял себе реакцию альфы. И подыскивал идеальный вариант ответа на любой случай в свою защиту. Мелкая крыса сожаление заскребалась где-то в печёнках. Омега снова подумал о Владе, было бессмысленно обманывать себя, но он очень хотел, чтобы Дик увидел его новый имидж.       В интернат они вернулись сразу после стрижки. И хотя Савелий предлагал посетить какое-нибудь заведение, Эл мягко отказался. Всё чего он хотел сейчас, это спрятаться в своей комнате. Он снова хотел сбежать. Чувство неуверенности в груди разрасталось, как ядовитый плющ, случайно попавший в цветущий сад. Ему не хотелось ни с кем ругаться, И уж тем более выяснять отношения по поводу своих волос. Омега чётко придерживался правил: моё тело — моё дело, и он не собирался позволять альфе вмешиваться в этот процесс, каким бы контролёром себя не считал Стас.       Глядя на своё Отражение в зеркало туалетного столика, Омега чувствовал неуверенность. Не то чтобы ему не шёл новый цвет, просто некие выводы глядя на себя напрашивались сами собой. Ему нравился Влад. Да что там нравился, он любил его даже сейчас, его чувства никуда не делись. Он публично нарисовал довольно вызывающую картину, в которой грубо говоря обозначил, показал для всех свою заинтересованность в альфе. А теперь покрасился в цвет его бойфренда. Было ли это нормально? Нет. И Эл - это осознавал. Но ничего не мог с собой поделать. Для себя он решил что все догадки подводящие к Владу он будет стойко отрицать. — Вот ты где, я тебя обыскался! В спальню вошёл воспитатель Виктор Павлович. Тот самый, что вёл лекцию в день его приезда. Мужчина был слегка раздражён. — Что-то случилось? — испуганно спросил Эл, переводя свой взгляд с отражения на вошедшего. — Иди в холл. К тебе родственники приехали.       Омега почувствовал, как его сердце забилось быстрее. У него было не так много родственников, чтобы гадать кто же это мог быть. Мама. Она наконец-то соизволила появиться здесь. — Хорошо. Я сейчас буду. Альфа вышел из комнаты, оставляя Эла снова одного.       Надев свой зелёный флисовый костюм и такого же цвета кеды, омега покинул спальню. В холле было довольно прохладно, поэтому он решил немного утеплиться, Ну и хотелось спрятать отметки своего Альфы. Запах альфы уже замаскировать никак не удалось бы. Эл не знал что стоило ожидать от этой встречи. Он не был рад ей. Уже не был. Идя по коридорам интерната, он ловил на себе замешканные взгляды, Омега совсем забыл о том что пару часов назад сменил имидж. Чем ближе он подходил к холлу, тем тяжелее становились шаги. Хотелось развернуться и уйти, чтобы в очередной раз не разочаровываться в ней.       Она сидела на скамейке, у правой стены от входа. Одета мать была в большой чёрный дутый пуховик, на голове отсутствовала шапка. Блондинистые волосы её были сожжённые, Это был уже далеко не тот блонд, что запомнил Эл. Корни отрасли на сантиметров пять, оголяя настоящий каштановый цвет, как у сына. Вид она имела побитой собаки. Под левым глазом виднелся уже сходивший фингал. Взгляд у матери-омеги был затравленный. Рядом на скамейке покоился пакет. Заметив сына, женщина слегка оживилась, и привстала. Она раскинула руки, как бы желая заключить того в объятия, но Эл остался стоять на месте. Он вроде бы знал эту женщину, но в то же время совершенно не понимал кто перед ним сейчас стоит. Видимо последние отношения её совсем выбили из колеи и втоптали в грязь. — Привет, ты что мать родную не узнал? — Задала она вопрос.       Эл огляделся по сторонам. Он не хотел чтобы его видели с ней. Но как назло в Холле хватало детей. Двоих интернатовских тоже навестили. И они сидели на свободных скамейках со своей родней. Ещё один Альфа, расписывался в журнале у охранника на столе. — Узнал. — наконец решил ответить омега. Женщина сама подошла к сыну, и всматриваясь в его лицо, скинула с его головы капюшон. — Тебе не идёт! — заключила она — Очень ценное мнение от женщины у которой отросли корни на пять сантиметров! — Раздраженно заметил Эл, всматриваясь в синяк на лице своей матери. — Вот значит чему тебя здесь научили. И за это я плачу? Возмутилась мать. И возмутилась она достаточно громко, привлекая к ним лишнее внимание. — Ты пьяна?       Эл посмотрел на стеклянные глаза этой практически незнакомой женщины. Ему было неприятно находиться рядом с ней. От неё пахло перегаром. Вблизи удалось разглядеть морщины, которые стали глубже и совсем её не красили. — Ублюдок! — заорала мать, и замахнулась на сына. Эл зажмурил глаза, но удара не последовало.       Знакомый феромон снова коснулся ноздрей. Позади матери стоял Влад, который, видимо, только что зашёл с улицы, так как послышался хлопок входной двери, он крепко держал её за руку, которой она замахнулась на сына. Эл как в замедленной съёмке увидел, как потянул своими ноздрями воздух Альфа. По выражению его лица нельзя было понять что он думает, что он чувствует, но одно было понятно точно, он почувствовал на нём запах Стаса. — Женщина, вам не стоит так обращаться с Элом, даже если он ваш сын.       Влад выпустил руку матери Эла и пошёл дальше в глубь интерната. На плече его как всегда покоилась спортивная сумка.       Эл почувствовал, как его сердце заболело, словно в него раскаленную до красна иголку вогнали.       Успокоившись, оба сели на скамейку. Мать молча смотрела на сына, внимательно вглядываясь в его лицо. — Ты повзрослел. Стал ещё больше похож на своего папашу. — Раздраженно заметила она, обиженно шмыгая широким носом. Она всегда так делала, когда обижалась. — Вот держи.       Женщина порылась в пакете и достала оттуда стопку блистеров со знакомыми таблетками, надёжно смотранную денежной резинкой. — Хотя что-то мне подсказывает, что они тебе уже не нужны. — Едко заметила она, намекая на связь с альфой. Эл не знал, что ответить матери. Обида, которая накопилась в нём, буквально заполонила его до краёв и вот вот готова была вылиться из него. — Да, меня теперь в течку трахает альфа, а что тебе можно, а мне нельзя? — С вызовом в взгляде спросил Эл, глядя прямо в глаза этой незнакомой женщины. Следом прилетела пощёчина. Эл глубоко вздохнул, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Он посмотрел по сторонам. Охранник очень внимательно наблюдал за ними, но видя насилие в сторону ребенка, не предпринял никаких попыток вмешаться. Даже жопу от кресла не оторвал. Другие присутствующие тоже кидали в их сторону заинтригованые взгляды. Эл выхватил таблетки у матери и спрятал их у себя в кармане. — Дура — Прошипел он. — Совсем оборзел! Мать впилась в сына ненавидящим взглядом, словно он был воплощением всего самого плохого, что было в ее жизни. — Почему ты так смотришь на меня? — Задал он вопрос.        Чаша была переполнена до краёв. Этот взгляд стал последней каплей и Эл не выдержал. Не дождавшись ответа и подавив себе наступающие слёзы, парень продолжил: — Что ты хочешь от меня? Любви? Понимания? Ты серьезно думала, что я брошусь обниматься при встрече? Тогда ты полная дура или прикидываешся ею. Мать хотела возразить, но Эл ей не дал. — Ты знала, о побочках в этих таблетках? — Спросил омега, доставая уголок пачки из кармана. Мать ничего не ответила, но по глазам Прянный всё понял, конечно она знала. Всё знала! — Хорошо, тогда ответь мне на вопрос: Почему ты не звонила? Почему не поздравила ни с днём рождения, ни с новым годом? Блять, почему ты не выразила хоть капельку беспокойства, когда узнала, что меня чуть не изнасиловали в туалете? Почему, мам? Почему?       Последние вопросы Эл истерично проорал прямо в лицо этой наглой женщины. Все присутствующие здесь, уже не скрывали, то как им была интересна развернувшаяся перед глазами сцена. — Знаешь, я отвечу за тебя. — слегка выдохнув, и пытаясь взять себя в руки, ответил омега дрожащим от боли голосом — Потому что тебе плевать. Вот и весь ответ. Знаешь, я тебя обрадую. Тебе больше не нужно приезжать сюда, ты мне больше не нужна. Я тебе больше не помешаю устраивать свою личную жизнь. Не помешаю, пусть говорят, что ты шлюха. Пусть твои ёбари бьют тебе лицо всякий раз при пьянке. Мне похуй. Уже похуй!       Эл встал со скамейки и в последний раз посмотрел на свою мать. Наверное, он хотел найти в её глазах хоть капельку сожаления, сочувствие, но всё что он увидел, это глупое выражение лица, выпивающей женщины. Выпивающей часто.       И он ушёл, больше не оборачиваясь. От этой встречи он получил только новую порцию боли и разочарования в себе, в ней, в их жизни. В туалете омега выдавил все таблетки до одной в унитаз и смыл не оставляя и следа. Он не хотел плакать, но слезы сами непроизвольно текли по его лицу. Хотелось вырвать сердце из груди, чтобы не чувствовать этой боли. Это отчаяние. Эту безысходность. Эл в тысячный раз проклинал своего отца, заделавщего его в пьяном угаре, и свалившего в закат. Ненависть к альфам вспыхнула в его сердце с новой силой. Захотелось расстаться со Стасом, послать куда подальше чувства к Владу. Стереть себе память обо всём, что его с ними связывало. Отдышавшись и взяв себя в руки Эл наконец покинул стены убогой уборной.       На ужин Эл не пошел. Не хотелось никого видеть и ни с кем разговаривать. Телефон тоже выключил, чтобы была причина не отвечать на звонки Стаса, если они будут.       Он думал о том, что же будет делать, когда через год выйдет из интерната. Вернётся в Питер? Но к кому? Его там не ждали. На квартиру он не претендовал. Остаться здесь со Стасом? Пока этот вариант был вполне реален, но Эл не был уверен в том, что через год они всё ещё будут вместе. Да, Стас был собственником до мозга костей, но в то же время он был слишком ветреный и Эл был уверен, что альфа легко переключится с него на другой более интересный объект, стоит тому только замаячить на горизонте. Ему ужасно хотелось с кем-нибудь поговорить. Глянув на пустую кровать Викки, Эл собрался с мыслями и пошёл в крыло к малышам, в надежде застать на смене Михаила Михайловича. К сожалению, воспитатель был в запланированом отпуске и ещё из него не вышел. Это Эл узнал от другого омеги воспитателя, тот хотел уже было запрячь его няньчить детей, но Эл буквально вырвался из рук воспитателя и выскочил обратно в коридор. Наглость последнего не имела границ.       По пути к себе, Эл встретил Стаса. Тот остановил его прямо посередине корида, не дав пройти. Омега не хотел сейчас выяснять отношения, но был готов со всем имевшимся в арсенале остервенением отстаивать свои личные границы. — Почему телефон выключен? Стас смотрел на него выпытывающе. — Сел. Без раздумий ответил омега. — Почему не зарядил? Допрос продолжился. — Забыл.       Стас шагнул по направлению к омеге, Эл застыл на месте, чувствуя подавляющую ауру, царившую вокруг альфы. Омега с вызовом посмотрел на него снизу вверх. Альфа дотронулся кончиками пальцев до свежеокрашенных волос и поморщил нос. — Тебе не идёт! Завтра вернёшь свой цвет. У омеги чуть челюсть не отвисла. — Я испорчу волосы — Возразил Эл. — Я испорчу тебе настроение, если ты не сделаешь так, как я сказал.       Стас был серьезен. Эл чувствовал, как в нем закипает возмущение. Он не будет как его мать, он не будет подчиняться каким-то тупым альфам! Уже насмотрелся на это безропотное подчинение. С него хватит! — Пошел ты! — Вспыхнул Эл. — я с тобой расстаюсь! Омега попытался уйти, но его запястье схватили мертвой хваткой. — Ты теперь мой омега. Забыл? Стас больно сжимал руку. — Имею право уйти когда захочу, я не твой раб или наложник. Ты что вообще из себя возомнил? — Взволнованно проговорил Эл, глядя в синие глаза. — В теории да, на практике нет. Эл успокойся, ты сейчас себе руку сломаешь.       Альфа перехватил омегу и закинул себе на плечо. Собравшиеся зеваки с удовольствием наблюдали за происходящим. — Отпусти! Эл стучал кулаками по спине альфы, но тому хоть бы хны.       Так он оказался в покоях Масловых. Стас сбросил на постель свою ношу, и Эл тут же вскочил на ноги. — Я же говорил. Подал голос Маслов младший. Савелий сидел по-турецки на своей постели. Вокруг него были раскиданы книги, учебники и конспекты. Эл впервые видел, чтобы Сава учился.       Эл попытался успокоиться и выровнять своё дыхание. — Если ты собираешься ставить мне условия как выглядеть, то я не хочу быть с тобой! Эл смотрел в глаза своего парня с обидой и вызовом. — Если ты не покрасишься обратно, я просто побрею тебя на лысо, хочешь ты этого или нет. Вот и всё. Мне не нравится рыжий. Стас был невозмутим, а Эл чувствовал нарастающее в груди отчаяние и свою беспомощность.       Савелий молчал, словно его тут не было, в такие моменты он побаивался своего брата.       Омега на секунду представил себя лысым и истерично прыснул со смеху. Он двинулся в сторону выхода, но его загородили. Стас обхватил его лицо ладонями — Я не хочу тебя обижать, пряник, но ты нарываешься. Сав, свали прогуляйся, — Бросил он брату.       Омега спокойно оставил свои дела и скрылся за дверью. — Насиловать меня будешь? — Зло спросил омега. На наступающего альфу. Спереди он, позади кровать. — Почему же насиловать? Ты же мой омега. Эл попытался успокоиться, и сам сел на кровать альфы. — Я не в настроении. Я не хочу сейчас близости. Я вообще ничего сейчас не хочу! — Надрывно высказал омега, едва сдерживая позорные слезы. Слишком много стресса было в нём за последние сутки. — Я просто прошу тебя вернуть все как было!       Настойчивость в его голосе говорила о том, что это единственный сейчас верный вариант — согласится. — Хорошо, могу идти? Стас отступил в сторону и махнул головой на дверь. — Выход там.       Абьюзеры, кто они такие. Виды абьюза...       Эл гуглил этот такой знакомый термин. Он уже догадывался на чей крючок попался. Первая поисковая ссылка выдала: «Это человек, который систематически использует насилие и манипуляции для контроля над другим. Он унижает, изолирует и подавляет жертву». Виды абьюза: Физический, психологический, экономический и сексуализированный...» «Бляяя» Это была его единственная мысль на весь оставшийся вечер.