Плачь, души, умоляй...

      Влад боксировал в зале. Он тренировался на пневматической груше, отрабатывая силу удара. Отец ещё был в городе, у него был ещё почти месяц отпуска в запасе, но он не очень-то любезно дал понять сыну, что тому пора уже вернуться в свою обитель, имея в виду интернат. Наверное, это было связано как-то с той омегой, что отец привёл, чтобы отпраздновать совместно Новый год. Возможно, он хотел провести этот месяц отпуска вместе, и сын ему в этом очень мешал.        Дикарев внемлел воли родителя и вернулся обратно в серые стены. Он не ожидал так быстро встретить незадавшегося «бету». Прямо у самого входа. Его родительница, почти успела отвесить Элу довольно хлесткую пощёчину, но альфа не дал этому случиться. Он сам не понимал, зачем встрял в их конфликт, но тело само двинулось в защиту омеги. Посмотрев на рыжую голову, Влад на толику секунды замешкался, но это был Эл. Он удивлённо смотрел на альфу с лёгким испугом в глазах. Дик не сразу понял в чём дело, но втянув посильнее ноздрями воздух, он понял. Всё понял. Эл пах Стасом и очень сильно. Альфа отпустил руку родительницы, что-то обронив словестно, и ушёл. — Ты сегодня прям рвёшь и мечешь, что с тобой?       Рыжий как всегда появился из ниоткуда. Влад остановился, придерживая раскачавшуюся грушу. — На каникулах много отдыхал. Наверстываю упущенное. На омеге были надеты подаренные им на новый год боксёрские перчатки. — Может спарринг? Предложил парнишка, заглядывая в глаза собеседнику. — Не сегодня, — отрезал альфа. — Тогда после трени ко мне? — Нет. Поеду спать.       На секунду в глазах парня сверкнули гром и молния, но он подавил свою волю, и ничего больше не сказав, ушёл тренироваться в другой конец зала. Так было лучше. По крайней мере сейчас. Альфа не понимал, что он чувствует, но его явно что-то беспокоило. Ему неприятно было осознавать, что омега, который ещё совсем недавно признавался ему в любви, теперь спал с самым главным красавчиком интерната. А то, что он с ним спал не было секретом. От его собственного запаха практически не осталось и следа, он фактически пах, как Стас. Так бывало, только если альфа и омега регулярно занимались сексом. И они им занимались, сомнений быть не могло.       На следующий день, после первой встречи, альфа увидел Эла за ужином. Он сидел за столом Масловых, по середине между братьями. Счастье его лицо явно не излучало. Он уже был в своём обычном цвете, что это был за перформанс с покраской Влад так и не понял. Но каштановый цвет, ему шёл куда больше. От Китова Дик узнал, чем закончился конфликт Эла с матерью. Тот её послал далеко и надолго. Влад понимал чего омеге это стоило, ведь он был не раз свидетелем истерик омеги. Все, кому не лень, вокруг да около обсуждали новую пассию Стаса, и это вызывало в альфе злость. С этой эмоцией он был знаком. Её единственную, как и гнев, он узнавал как мать родную. Неприятная и клокочущая она поднималась откуда-то из глубины, как только он слышал эти два имя в одном предложении.       Лёжа перед сном в своей казённой кровати, Дик вспоминал тот вечер после хоккея. Полный похоти взгляд омеги. Он помнил, как ему самому трудно было дышать в тот момент, а голова плыла. Помнил и то, как стянул с себя кофту, кинув его в сторону течного. Как шумно выдохнул, едва сдерживая свой возбужденный рык. Спустя столько времени, альфа наконец нашёл в себе смелость, чтобы признать тот факт, что он возбудился. Почувствовал влечение к этому маленькому неопытному омежке. И теперь злость на себя. Альфа помнил его умоляющий взгляд, когда Эл признавался в любви, как крепко держал за руку, пытаясь удержать. И обиду в мокрых карих глазах, когда он отшил его. Но так было нужно. — Пойдешь с нами вечером на одну тусовку в следующую субботу? — Спросил Савелий Элариона.       Сейчас у них был урок физкультуры. Эл лежал в сером спортивном костюме на матах. Сверху, на его ногах, сидел омега. Маслов крепко удерживал его за колени, наблюдая за тем, как Эл из последних сил делает упражнение на пресс. Омега чувствовал, как его лицо покраснело от слишком непривычной нагрузки. Спорт в его жизни был чем-то далёким и незнакомым. Физкультуру он не любил. — С вами — это с кем? — Уточнил омега, делая последний подход и меняясь со своим напарником местами. — Я, Ты и Кира. В отличие от Прянного, Маслов младший делал упражнение без особых усилий. Одышки у него не возникало и лицо не краснело. — Кира?       Вот про кого он точно не ожидал услышать, так это про неё. Это дамочка была сама по себе и в интернате появлялась только на ночёвку. Эл видел как пару раз её вызывали на профилактические беседы в кабинет директора. Но для неё это был белый шум, и омега продолжала пропадать большую часть времени за пределами интерната. — Да, она позвала меня куда-то на тусовку, предложила взять ещё кого-нибудь. Подумал, лучшей кандидатуры вместо тебя не найти. — Нет. Не хочу, — отказался от предложения Эл.       Сава в три раза быстрее выполнил норму и сел на матах. Эл отпустил его ноги. — Ты должен пойти. — Убеждал его омега. — Это ещё почему? — Потому что мне Стас оторвёт голову, если узнает, если ты пойдешь со мной в случае, если спалимся, получим оба. Мне не так хоть обидно будет. На красивой и вредной роже Савы, вылезла ухмылочка. Эл вспомнил о слухах, которые ходили про Киру. — А если ее компания нам не сильно понравится? — Всегда можно уйти. В чём проблема?       Под напористым давлением младшего из братьев, Прянный прогнулся, согласившись на авантюру. Ему не до конца нравилась эта идея, но Викки с ним практически не общалась. Маму он везде заблокировал. А Стас? Стас был его альфой, никак не подружкой. И ему очень не хватало общения. Омеги не сразу заметили устремлённый на них взгляд тренера, и потом они ещё до конца урока бегали по кругу, наказанные за болтовню.       Эл чувствовал глубокие напористые толчки внутри себя. Омега сильно прогнулся в пояснице, уткнувшись лицом в простыни. Дыхание его было тяжёлым и прерывистым. Стас больно впивался пальцами в его бедра, втрахивая хрупкое тело в свою постель. Заниматься сексом в детском доме, было слегка волнительно и смущающе. Расслабиться получалось только на половину, трезвая голова тоже не способствовала сложившейся обстановке. Омега старался глушить свои стоны в подушке. От мысли, что Сава буквально чувствует эту атмосферу секса после них, Эла мутило. Это было нечестно по отношению к нему. Подростковые гормоны не щадили никого. Одним ловкими движением альфа провернул омегу, и вот Эл уже сидел сверху Стаса. Поза наездника, лицом к лицу, ещё больше смутила его. Ровно до того момента, как Эл почувствовал на своём горле сдавливающую руку. Он жадно вдохнул воздух, вырвался пошлый стон. Омега закрыл глаза и к своему ужасу представил лицо Влада. Тот тоже не раз уже тянул свои руки к его горлу. Прянный без труда вообразил вождение на желанном лице и кончил, забрызгав живот и грудь своего партнёра. Кончил слишком быстро. Всего лишь представив одно выражение лица. — Быстро ты сегодня. Я тогда тоже затягивать не буду. — Чего ты хочешь, Эл?       Они уже просто лежали в постели. Эл немного нервничал из-за того, что он собирался ночевать не в своей кровати. Сава ещё не вернулся, скорее всего сидел сейчас в общем зале, и позволял себе вести себя так, как хотелось, пользуясь отсутствием брата. — Любви.       Ответ со стороны омеги был максимально честный. Вот только чьей любви, Эл решил не уточнять. — Тогда я сейчас тебе её дам.       Альфа сгреб его в охапку прямо в одеяле. Зацеловывая лишь оставшееся на поверхности лицо. Это было приятное чувство, знать, что ты кому-то нужен. Лежать так вместе было куда приятнее, чем одному в своей комнате.       Наконец они выбрали фильм и устроившись поудобнее, принялись смотреть.       Но Эл смотрел на рядом лежащего альфу украдкой, чтобы тот не заметил. Он был бы слепой, если бы отрицал его природное обаяние и чертовски привлекательные черты лица этого юноши. Если бы его попросили представить Россию матушку в виде человека, то это определенно был бы Стас. Его короткие, пшеничного цвета мягкие волосы, были слегка зачесаны назад. Синие, как и у брата глаза внимательно смотрели в экран с проигрывающимся фильмом. Крупный прямой нос нисколько его не портил. Лицо его было слегка широким, с выделяющейся линией нижней челюсти. Он имел те самые скулы, которые так привлекали противоположный пол и сводили с ума. Самое ужасное было в этом всем то, что он знал о своей привлекательности. Он был тем самым читером, который выиграл не только генетическую лотерею, но и сорвал джекпот в виде классного характера, ведь его харизма лилась через край притягивая к нему всех вокруг.        На самом деле оба Масловых были похожи, оно и не удивительно. Савелий был миниатюрной копией старшего брата, тоже рослый, но с более мягкими чертами лица выдающими, что он омега. Оба плечистые и высокие. Модельный мир был бы им по зубам, если бы они того хотели. Обычно родители всегда зачастую симпатичнее своих детей. Элу было даже любопытно теперь посмотреть на альфу и омегу, подаривших этому миру таких симпатичных детей.       Но всю эту красоту, харизму и уверенность теперь перечеркивал всего один жирный минус. Альфа был абьюзером. Эл всё-таки перекрасил обратно в свой цвет волосы. Ходить лысым ему не хотелось. Стас увидев обратные перемены, лишь потрепал его по голове, взлохматив прическу и заставляя себя чувствовать какой-то псиной.       Спать вдвоем на полутороспальной кровати, с таким крупным телом, как у Стаса, было весьма неудобно. Эл лежал, подмятый под альфу и смотрел на сопевшего у противоположной стены Саву. Тот вернулся вовремя, перед самым отбоем и проворчав на феромоны, быстро вырубился. Стас тоже спал. Не спалось только Прянному. Он чувствовал слабо доносившийся до носа феромон Влада. Тот где-то спал в одной из спален этого крыла. В голове как на репите воспроизводилась сцена с удушением и то, как альфа его обозвал, а следом недавний оргазм, стоило только представить на месте альфы другого. Эл чувствовал, как влага вытекала из глаз, впитываясь в край подушки. Он метался между двух огней, боясь пламени обоих.       Эл проснулся резко от сильного желания сходить в туалет. В комнате Масловых царил мрак. С виду она была такая же как у всех, только новороченный комп на старом письменном столе, да икеевские полки с разными книгами и фигурками, делали ее более домашней и уютной. Оба брата крепкого спали. Странно было конечно то, что разнополые жили в одном помещении, но везде были уступки и Стас знал, как их себе выбить.       Омега аккуратно вылез из под альфы. Идти сейчас одному в туалет в крыле альф, было сомнительной затеей, но обоссаться в постель своего парня было бы не лучшей идеей. В коридоре было темно и прохладно. Омега надеялся на то, что в четвертом часу он никого не повстречает. Но чем ближе он подходил к триггерному для него месту, тем сильнее становился уже знакомый до боли аромат. Влад. Эл не сомневался и сразу вошёл в крохотное помещение. Внутри пахло дёшевым табаком. Альфа стоял на подоконнике, в полусогнутом состоянии, и курил в открытую узкую форточку. До этого помещения стеклопакеты пока не добрались. В туалете оказалось зябко, но из одежды на Дикареве были только серые треники. Эл сразу же прошёл к унитазу и расстегнув ширинку, принялся опустошать мочевой. Очень хотелось задержаться здесь на подольше, найти тему, чтобы хоть о чем-то поговорить: о погоде, сигаретах, ночи — не важно, лишь бы был повод остаться. Но Влад даже не повернулся к нему лицом. Закончив, омега подошёл к трем раковинам, висевшим вдоль стены и взяв мелкий обмылок в руки, стал старательно их намыливать. Голова сама повернулась в сторону альфы, когда Эл услышал, как он оттуда слезает. Закрыв форточку, Влад сел на затерытый и исписанный подоконник, свесив ноги. — Ты даже ночью куришь? Вопрос вырвался сам собой. — Как видишь.       Влад спрятал в карман треников пачку сигарет и откинул голову назад, облакотившись на закрашенное серой краской стекло. Выглядел он расслабленно и непринуждённо. Эл уже смыл пену с рук, но ноги словно приросли. Он не хотел отсюда уходить, пока Дик был здесь. Это было похоже на пытку. Сгорать от желания прикоснуться к нему, но не иметь на это права. Тело альфы было жилистым и тренированным, чистое, без прыщей и татуировок. Эл на секунду представил как он нагло подходит к нему, и раздвинув его ноги, встаёт между ним. Как тянет его равнодушное лицо к себе и впивается в эти губы. От этой сладкой фантазии потянуло низ живота, и он покинул помещение, оставив альфу опять одного.       Прошла ещё одна неделя и Эл немного расслабился, он больше не ночевал в спальне Стаса, хоть тот и звал с собой, но не настаивал, и Эл этим пользовался. С Савой они всё чаще общались ближе, чем хотелось, вот такой он был человек, не смотря на порой совсем скотское поведение, Савелий всё равно притягивал к себе других людей, в том числе и Прянного. Рядом с ним омега не чувствовал себя одиноко. Сава был интересный и разносторонний, мог поддержать любые темы начиная от модных шмоток и заканчивая карбюраторной коробкой в ладе. Дальше флирта с альфами никогда не заходил. Со стороны могло показаться, что он максимально раскован и распущен, но Эл знал, что это было не так. Это был скорее его образ, защитная скорлупа, под которой скрывался обычный паренёк жаждущий первой и самой искренней любви. Как в фильмах. — Тот отель, это и есть бизнес ваших родителей отжатый дядей? — Спросил омега.       После уроков они направились прямиком в спальню Масловых. Делать у себя было совсем нечего, там его одолевала тоска. Здесь же было куда спокойнее, особенно когда Стас был на учёбе. — До тебя только дошло... Савелий усмехнулся и отложил в сторону очередную книгу по биологии. — Ну вы же прямо ничего не сказали тогда. — Заметил Прянный. — А зачем нам что-то надо было говорить? Хвастаться? Мы не такие. Да и хвастаться на самом деле нечем, всего лишь маленький семейный отель в каком-то Пскове. На нормальную жизнь хватит, если правильно вести дела. Но на роскошную — нет!       Савва наконец разобрался в разбросанных по постели книгах, разложив их в стопочке по понятному ему принципу. В комнате было темновато, и Эл встав с кровати, подошёл к окну и расшторил шторы. Особо ничего не изменилось, и он сел обратно на постель альфы. — То что ты сейчас считаешь обыденностью, для многих здесь несбыточная мечта. Это было правдой. — Я не многие. У меня был хороший старт в этой жизни. Я не собираюсь соглашаться на меньшее, чем сейчас есть у меня. Мой отец-альфа с самого рождения после смерти моей матери окружил меня теплом, любовью и заботой. Он научил Стаса заботиться обо мне, как будто заранее предвидел, что его так рано не станет. И я безмерно благодарен ему за это. — Вот как. Соболезную... Эл не знал, что ещё должен был сказать. Савелий переложил книги на стол и обратился к омеге. — Ты думаешь, что Стас учится на юриста, просто по фану? Он это делает, чтобы не дать дяде отжать наш бизнес. Этот чёрт рассчитывал на то, что мы здесь попадём под плохое влияние, возможно сопьёмся или снаркоманимся. Свяжемся с плохими компаниями и переступим какую-нибудь черту, нарушая закон. Но наш отец позаботился о нашем воспитании, и ничего такого, чего так сильно ждал дядя, с нами не случилось.       Савелий покрутил в руках какую-то энциклопедию по анатомии и тыкнул в неё пальцем. — Пока мой брат собирается сохранить для нас наше наследие, я собираюсь исполнить его мечту, и стать хирургом. Это меньшее, что я могу для него сделать. Стас старше меня всего на один год, но ему стольким приходится жертвовать ради меня, только потому что он альфа и немного старше. Думаю, это нечестно, но приходится принимать правила игры. Я не хочу остаться без нашего законного наследства.       Это открыло альфу с ещё одной положительной стороны. Теперь Элу стала понятна здоровая самооценка этих детей. Их единственный родитель позаботился о своих детях и заложил прочный фундамент в них. — Судя по всему услышанному, могу сделать вывод, что ваш отец был хорошим человеком и отличным родителем. У меня вот только мать есть, нет, точнее была, и то, которая меня ненавидела всю мою сознательную жизнь. — Даже не знаю, что хуже, когда мать умирает в родах, или когда она тебя рожает, но ненавидит за это.       Савелий наконец отложил свои книжки и запрыгнул рядом, на кровать своего брата. Омеги смотрели на друг друга, была затронута довольно личная тема. — Твоя мать умерла, рожая тебя? — Уточнил Эл. Савелий тряхнул головой, убирая с глаз чёлку. — Да. Обычно альфы ненавидят потом своих детей, обвиняя их в смерти родителя, но мне повезло. Мой отец оказался адекватным человеком. Он не только не обвинил меня в смерти мамы, но он заменил мне её. Он закончил их совместно начатое дело. Отель так хорошо функционирует, только благодаря моему отцу, это он наладил производство, систему и руководство. Короче, если говорить об альфах, то мой будущий спутник должен быть ничуть не хуже моего отца. — Всем бы такого отца, может тогда этот мир был бы намного чище, добрее и адекватнее. — Грустно заметил Прянный. — Про мать ты уже упомянул. А что насчёт твоего отца? Где он? В синих глазах плескалось любопытство. — Тут нечего рассказывать. У меня нет такой красивой истории, как у тебя. Всё, что я знаю, точнее даже не знаю, а понял из редких упоминаний моей матери, когда она обвиняла меня во всех смертных грехах. Так это то, что мой папаша трахнул её на какой-то вечеринке, может быть в баре, пообещав ей большую любовь, а она и повелась на это, потому что сама ничего не знала об этом мире, ведь была сирота и меня сделала ею. Она отдалась ему, наплевав на все правила приличия, и осталось с брюхом одна. Вот и вся история.       Говорить об этом было трудно. Но омега хотел, чтобы хоть кто-то услышал его историю. — Знаешь, ты не особо похож на омегу, которую недолюбили. Обычно такие особи отчаянные, они бросаются на всех альф без разбора, лишь бы хоть немного урвать от кого-нибудь чуток ласки и любви.       Эл поудобнее уселся на кровати, подтянув к подбородку коленки. Ему было грустно. Он понимал, какая огромная разница в воспитании и мировосприятии лежит между ними. — Наверное, от такого меня уберегло то, что глядя на образ жизни своей матери, я возненавидел альф. Мне до сих пор большинство из них омерзительны. Твой брат, — Эл немного задумался, прежде чем дать какой-то конкретный ответ. — Он немного другой. Но я не думаю, что у нас что-то получится в дальнейшем. — Ты странный. На твоём месте, я бы вцепился в Стаса руками и ногами, потому что такие альфы на дороге не валяются. Да, он ужасно любит всё контролировать и собственник до мозга костей, но лучше так, чем быть с таким, как твой отец-альфа, согласен? — Согласен.       Это действительно было так. Стас был лучшим вариантом из всех, что он встречал на своём небольшом жизненном пути. Его внимание можно было даже назвать счастливым билетом в беззаботную жизнь. Ведь этот альфа видел как нужно правильно относиться к омеге. Да что там видел, во всю практиковал. Уже три года он оберегал своего младшего брата, и это был довольно серьёзный поступок для, грубо говоря, ещё подростка. — Я не хочу никого использовать. — Омега потерся носом об обтёртые коленки джинс. — Мне нравится Стас, как человек, но это не любовь. — Сказав это, Эл почувствовал невероятное облегчение. Словно гора с плеч. Он уставился на младшего Маслова, хотелось видеть его реакцию на это признание. — Я конечно рад, что ты честен, но не думаю, что тебе стоит сейчас говорить об этом со Стасом. Думаю у него к тебе сейчас сильные чувства, и такую информацию он воспримет в штыки. Советую перенести это признание на тот момент, когда его страсть к тебе поутихнет. Может всё обойдётся малой кровью, и он отпустит тебя, как Киру. — А если не утихнет?       Быть с нелюбимым человеком всю жизнь? Эта мысль пугала. Он и так рос, не зная, что такое любовь. Во взрослой жизни ему хотелось найти себе спутника, который не только будет любить его, но которого и Эл будет любить. Это было важно для него, чтобы любовь была взаимной. — Поживем — увидим.       Невозмутимость и спокойствие Савелия, по этому поводу, к сожалению, никак не распространялась на Эла. Омега совсем забыл о том, что обещал пойти на какое-то субботнее мероприятие, да ещё и в компании Киры, которую он практически не знал и на интуитивном уровне эта омега ему совсем не нравилась. Девушка всегда вызывающе красилась и так же себя вела. Ее высокомерие не знало границ и только с тем, с кем она более менее считалась, она была более адекватной.       До места так называемой тусовки, они шли пешком. Учеба закончилась уже пару часов назад. Добродушный Мишаня дал добро на то, чтобы погулять за пределами интерната. Кира и Савелий были слишком уж модно и стильно одеты. Словно чьи-то картинки в пинтерест ожили и пошли гулять по улицам Пскова. Такие омеги сразу притягивали к себе много внимания. Даже сейчас некоторые прохожие сворачивали вслед головы. С таким подходом к внешнему виду, обе омеги повзрослели лет на пять с виду. Эл шёл рядом, как случайно прибившийся бродячий пёс. Он надел свои заношеные джинсы, толстовку и любимые кеды. От любезно предложенных вещей Савы он отказался. Ему не хотелось ни на кого производить впечатление. Прянный сам до конца не понимал, зачем шёл с ними. — Даже не знаю, как Стасик смог заметить кого-то, вроде тебя. Кира ехидно хихикала, оглядывая омегу с ног до головы. — Ты же серая мышь, нет, даже хуже. В детстве у меня была домашняя крыса, она и то была в тысячу раз интереснее и симпатичнее тебя! — Не знаю почему, но может причина в том, что как-то Стас упомянул, что ты в постели бревно!       Лучшая защита — это нападение. Эл постарался сказать это как можно спокойнее, но он чувствовал волнение внутри себя. Сава заржал во весь голос, и с ожиданием уставился на Киру, ждя ответной реакции. — Я не бревно! — Вспыхнула девушка. Ее глубоко посаженные глаза гневно сверкнули. — Стасик сам не знает чего хочет, связался вот с тобой, теперь наверное, жалеет. — Кто-кто, а вот он то точно не жалеет. — Встрял Маслов, — ты бы знала, как после них в спальне сексом несёт.       Теперь пришла очередь Эла краснеть. Он недовольно посмотрел на Савелия, тот лишь подмигнул. И снова это ужасное сходство с братом бросилось в глаза. — Плевать! — Не нашлась, что ответить Кира. — У меня теперь такие альфы в ухажёрах, что никакой Стасик и рядом не стоял. Омеги переглянулись. Савелий улыбнулся во весь рот, оголяя красивые ровные зубы. — У нас с братом есть отель, оставшийся в наследство от родителей. Кира не смогла скрыть своего удивления — Я знаю, что ты не знала, он не плохо так приносит прибыль, так что мы не какие-то отбросы. У нас всё схвачено. А ты Кирочка, проебала очень даже достойную партию, и виновата в этом только ты сама.       Кира резко остановилась, и так же неожиданно бросилась на Савелия, повалив того прямо на грязный, посыпанный солью и песком тротуар. Их куртки были светлые, но сухая погода уберегла их от конкретной грязи. Эл не спешил вмешиваться. Савелий быстро скрутил руки омеги за спиной, вжав девушку лицом в грязный лёд. — Тебя никто не просил вестись на бабки!       Зло проговорил омега и оттолкнувшись резко встал отпустив своего оппонента. Кира тоже молча поднялась и отряхнулась. Все трое продолжили путь, куда шли.       Помызганная вывеска Чайхана. Ташкент. Халяль. Вызвала у омеги массу вопросов и зародило неприятное беспокойство, где-то в районе грудной клетки. Эл немного притормозил у входа. Это сомнительное заведение расположилось в небольшом двухэтажном доме, прямо у дороги. Рядом были припаркованы относительно дорогие тачки. Омега сейчас искренне жалел, что не курил, заходить внутрь категорически не хотелось. — Ты чего? Савелий уже почти зашёл внутрь, но вернулся за омегой. — Не знаю. Мне не нравится это заведение. — Честно признался Эл. — Всегда можно встать и уйти. Это же не где-то за городом или в подворотнях. Мы не так далеко от центра. Вышел на улицу и ты уже в безопасности. Не ссы. Паникер! Сава хлопнул омегу по плечу, подталкивая к входу.       В здании оказался цокольный этаж, куда они благополучно спустились по железной, неудобной лестнице. Сава тоже был немного напряжён, зато Кира чувствовала себя как рыба в воде. Здесь оказалось что-то типа бара-кафе, куча пустых столиков, расставлены вдоль стен. Середина зала была задуманна как танцпол. За барной стойкой никого не было. Кира помахала дальнему столику, за которым сидела небольшая компания из трёх альф и одной омеги. Все они были молодые, симпатичные и весёлые, но в глаза Элу бросилось то, что все они были восточной внешности за исключением омеги, тот был явно русский.        Прянный сел рядом с Савелием с краю. Чувство тревоги и дискомфорта никуда не девалось. Сава весело защебетал, здороваясь со всеми. Всё внимание альф была направлено на него, а тому это только нравилось. Когда разливали алкоголь, Эл закрыл свой стакан рукой. — Я не пью! – Вышло как-то резко и грубо.       Парень, который хотел его угостить, внимательно посмотрел на омегу, будто только что заметил его. Черные глаза его, красиво обрамлённые густыми, чёрными ресницами внимательно смотрели на него. — Я угощаю! — Настаивал собеседник. — У меня аллергия на алкоголь, я могу умереть. — Соврал Эл, чувствуя, что тот не останет.       Парень разлил мартини по свободным бокалам омег, остальные не возражали. Кира спрашивала у знакомых как дела, потом взяла на себя обязанность всех перезнакомить. Того, кто разливал алкоголь, звали Ашот. Второй был Мага и третий Давид. Первые двое совсем не замечали Эла, полностью плененные Масловым. Ашот же переодчески бросал косые взгляды на Эла. Омега, которого звали Витей уже был явно пьян и вис на одном из альф. Желание встать и выйти отсюда как можно быстрее нарастало. Кира щебетала как птичка, забалтывая парней. — Потанцуем?       Предложила девушка остальным и все омеги, кроме Эла, двинулись в середину помещения. Кто-то добавил громкости. За барной стойкой Эл заметил ещё одного альфу, с модной аккуратной бородой из барбершопа.        Оставшись с альфами за столом он наконец-то стал заметен для остальных персонажей. — А тебя как зовут? — С акцентом спросил Давид. Он был самый симпатичный из своих товарищей. — Меня не зовут, я сам прихожу! Огрызнулся Эл.       Парень посмотрел ему прямо в глаза, зло ухмыльнувшись и обратился к остальным за столом уже на своём языке не понятном для Эла. Тот, кого звали Ашот, рассмеялся. Видимо шутили на счёт омеги. Хотелось сбежать. — А ты интереснее, чем кажешься. — Наконец сказал Ашот. — От тебя пахнет альфой. Что же омежка в отношениях делает здесь? — Приссматривает за братом своего альфы! — Ммм. Сок будешь? — Снова предпринял попытку угостить омегу Ашот. — Не пью соки, в них много сахара и консервантов.       Взгляд собеседника стал серьёзнее. Но он не стал настаивать.       Эл покрутил головой. Савва извивался как змея возле Киры, со стороны казалось, что им весело и уже ничего не напоминало о недавней ссоре по пути сюда. Помещение было невнятного оформления и с плохим освещением. Эл выругался про себя на Стаса, за то, что тот загнал Савелия в такие рамки, что тот теперь отрываясь тут не чувствовал никакого подвоха. — Может тогда воды? Снова напомнил о себе Ашот. Тон его был настойчив. Во взгляде мелькнула плохо скрытая злость. — Я не хочу пить! — Отрезал Эл. Это желание чем-нибудь его напоить пугало. — Чего не идёшь танцевать? — Поинтересовался Давид. Третий парнишка встал и пошёл к омегам. За столом осталось трое, включая Эла. — Не умею. Мага подошёл к пьяному Вите, и приобнял его, не отрывая взгляда от Киры с Савой. Которые сияли, ударившись в пляс. — Могу научить. — Ударился в попытку флирта Давид. — В туалет хочу!       Сменил тему Эл. Давид посмотрел на него исподлобья и бросил взгляд на часы на своей волосатой руке. — Прямо и направо.       Альфа указал в самый темный угол помещения, уходящий за стойку. Эл незамедлительно встал и пошёл.       В туалете было накурено и грязно. Омега достал из кармана джинс телефон. Связь на цокольном этаже ловила плохо. Парень забрался с ногами на унитаз и открыл диалог со Стасом. Загружалось мучительно долго.

«Забери нас, Сава пьян, мы попали в не очень хорошую компанию».

      Эл не знал адреса, но благо в телеге можно было скинуть геолокацию. Омега привстал на цыпочки, протягивая телефон с рукой к маленькому окошку размером с маленькую коробку. Оставалась надежда, что хоть так сообщение будет доставленно. В дверь настойчиво постучали. Эл спрятал быстренько телефон в задний карман, натянул толстовку и нажал на смыв. Потом пошёл мыть руки. Сердце бешено колотилось, а стук в дверь повторился.       Омега с психу широко раскрыл дверь туалета, стоящий за ней Ашот едва успел отскочить. — Обосрался что-ли? — Зло спросил Эл долбившегося. — По тебе соскучился.       Правды в этих словах не было ни грамма. В сопровождении Ашота он добрался обратно до своего места. Савва сидел уже за столом. Давид что-то тому активно рассказывал, скаля белые зубы. Омега заметил, что в его стакан всё-таки налили воды. Парень сел на своё место. Дискомфорт достиг своего пика. Запах в помещении сгустился. Пот, алкоголь и феромоны альф. Незнакомые. Альфы, что сидели здесь и сейчас с ними пахли по другому. Эл снова осмотрелся, но всем, кроме него, было до пизды. — А ничего, что вы спаиваете малолеток? — вмешался Прянный в разговор, когда речь зашла о поводе всех здесь собравшихся. — А сколько тебе лет? — Нагло поинтересовался Давид. — Нам здесь всем нет восемнадцати!       Эл напоминал зажатого в угол мышонка, который не видя выхода храбрился, и готов был отразить удар в случае нападения. Зубами, кулаками, ногами не важно, главное не дать себя в обиду. — Ну так вы же сами сюда пришли. — Напомнил Ашот, подмигивая Кире. Шестерёнки в мозгу зашевелились. «Чернилица». Всплыл в памяти один из комментариев в группе интерната. Кто-то знал, что она обещалась с не русскими. Кира лукаво посмотрела на Эла. — А ты чего не пьешь?       Эл закатил глаза и ничего не ответил. Он мысленно молился, чтобы Стас получил сообщение. — Витек, а тебе уже хватит. Кира отобрала стакан с напитком из рук омеги.       Заиграли восточные мотивы, резанув слух омеги. Лицо Эла буквально перекосило, но он быстро взял себя в руки. Аккуратно достав телефон под столом. «Я хочу уйти!» Эл пихнул локтем Савелия, тот не сразу обратил внимание. Лишь с третьего сильного толчка. Он хотел уже было возмутиться, но горящий экран привлёк его внимание. — Выход там! — Бросил Савелий, продолжая общаться с Давидом. Эл наклонился к уху омеги: — Я без тебя не уйду!       А потом Савва снова бросился опять в пляс. Теперь он сиял один. Алкоголь в крови раскрепостил его полностью. Движения стали уж слишком сексуализированные. Эл видел, как зло смотрела в его сторону Кира, словно увидела в нём конкурента. Естественно было и то, что все, включая бармена, уставились на этот бесплатный почти стрип, пока без раздеваний.       Эл тяжело выдохнул, хотел глянуть доставилось ли сообщение, но приложение не открывалось. Омега словил приступ паники, чувствуя дрожь в пальцах, и едва не выронил телефон из вспотевших ладоней.        Понаблюдав за всеми, он понял, что альфы были все трезвые. Абсолютно! Один из них делал вид подвыпившего, но когда отошёл к барной стойке, то забыл пошатыватся. Да и голос был бодрый. А потом он вовсе вышел. Ашот с Давидом переглянулись, один другому показал на стрелки часов на своей руке. Давид достал телефон, словно хотел в чем-то убедиться. Омега почувствовал, как запахло жаренным.       Эл тоже ненароком глянул на дисплей телефона. Время было уже около восьми. По хорошему пора было закругляться и идти обратно. Не теряя больше ни секунды, Прянный вскочил, как ужаленный и под пристальными взглядами прошел к Савве. Омега слегка вспотел. Взгляд был поплывший. — Иди сюда! — Маслов потянул Эла на себя, сгребая в охапку и обнюхивая. — Хочу секса! — Прорычал он почти в ухо.       Эл снова посмотрел на омегу и понял, что одним алкоголем дело явно не обошлось. Пах Сава сильнее, чем обычно и уже не выглядел вменяемым. — Нам надо валить! — сказал Эл прямо в ухо омеги.       Пришлось немного привстать на цыпочки, чтобы как можно тише сказать это. Савелий не отреагировал, продолжая извиваться.       Эл снова посмотрел в зал, но альф уже не было, только Кира, которая пыталась привести в чувство напившегося Виктора. Отвратительная музыка била по ушам, в глазах рябило от мигающих прожекторов. Основной свет выключили и обстановка стала совсем непонятная. Что-то вроде клуба, но с не клубными завываниями джигитов.       Сава вообще выпал из реальности. Будто не соображая что происходит. Эл пользуясь случаем оставил ненадолго омегу и пошёл к Кире.       Та недовольно посмотрела на него. Не смотря на весь выпитый алкоголь, девушка выглядела бодро. А пила ли вообще она? Вот в чём вопрос. Витя снова попытался уйти в пляс, вскакивая со стула, но Кира резко его осадила обратно на стул. Что-то здесь творилось и это что-то Элу явно не нравилось. — Куда ты нас притащила? Кира поправила выбившуюся из прически прядь волос. Ее лоб вспотел, выглядела она нервозно, но не так, как Сава. — Мы просто тусим, что такого? Омега криво улыбнулась и бросила взгляд куда-то в сторону выхода. — Мне кажется пора валить. Иначе у нас будут неприятности.       Эл чувствовал, что ещё немного и он бросится на Киру с кулаками. Сейчас она до жути бесила и была неприятна, как никогда до этого. Ее темно-зеленое платье в чешуйку вызвало раздражение и неприязнь. Она была похожа на скользкую крокодилицу. — Я забираю Саву и сваливаю!       Это было единственным правильным решением в сложившейся ситуации. Эл оглянулся на Маслова, тот уже распластался на барной стойке, флиртуя с бородатым джигитом. — Подожди! — Кира схватила Прянного за рукав толстовки, удерживая на месте. — На выпей и успокойся, сейчас соберёмся и пойдем обратно в . Ты прав, надо идти. Девушка протянула стакан с водой, и Эл автоматически поднес его ко рту, сделав пару крупных глотков. Не сразу, но дошло то, что вода была какой-то странной на вкус.       Кира натянуто улыбалась и не спешила брать свою сумочку. Словно она собиралась остаться здесь. Ее бодрый вид, и хладнокровные глаза не оставили никакого раздолья для мыслей. Девушка что-то знала. Или даже была в чем-то замешана. Догадка осенила сразу, как гром среди ясного неба. Как свалившийся на голову булыжник посреди улицы, где не было кровлей. Стакан выскользнул из ослабевших рук и больно приземлился сначала на большой палец ноги, и с шумом покатился по кафельному полу. Ноги в миг стали мокрые. Эл шикнул от боли, сначала согнулся, а после выпрямился, зло глядя на собеседницу. — Ты что творишь? Напрямую спросил омега, не сводя с нее глаз. — Ничего. Вы просто мне не нравитесь, и Стасик ваш бесит! — Почти ядом выплюнула Кира. Смотрела она уже с прямой такой ненавистью.       Эл про себя выдохнул. Он сделал всего два глотка, что бы там не было добавлено, урон нанести не сможет. Прянный круто развернулся и пошёл к Савелию. Маслов младший поплыл, он буквально стекал со стойки, как растаявшее мороженое. Подойдя вплотную к омеге, Эл схватил того за руку и потянул на себя. Туша отказалась слишком тяжёлой. — Сав, нам надо идти. Бармен покосился на них. Он очень внимательно смотрел на действия Эла. — Хочу чего-нибудь этакого!       На секунду в глазах Маслова появился разум. Он встал на ноги и с хитрой ухмылочкой притянул к себе омегу, как тогда, на Новый Год. Язык его оказался проворный, а руки грубые, как у брата и властные. Он смотрел с похотью прямо в глаза, вцепившись в волосы на затылке. Эл даже не смог вырваться. — Сав Рот накрыли губы. —...идти, Сав.       Снова эта подавляющая аура семейства Масловых.       А Савелий буквально вылизывал его, словно он был его течной омежкой. Эл попытался вырваться, но хватка Савы была сильная. Пришлось действовать оперативно и замахнувшись как можно сильнее, Эл прописал мощного леща Маслову. Тот находясь в непонятках, разжал руки, позволив Прянному вырваться. — Сав, надо валить! Нас в интернате потеряют! Стас пизды даст! И тебе, и мне!       Услышав знакомое имя, Савелий проморгался и почесал ущибленую щеку. — Пошли, что-то меня вообще развезло. И секса хочу, пизда! — Заметил парень. — Я тебе потом всё объясню, сейчас некогда. Ты ничего не оставил?       Эл оглядел, вроде всё было при нем. Куртка! Омега пошёл к диванчикам, на которых они ещё недавно сидели. Куртка Маслова покоилась на одной из седушек. Схватив забытую вещь, он снова пошёл к Савелию, но дойти не успел, застыв на месте.       Со стороны металлической лестницы послышались громкие шаги, спускалась не одна пара ног. Сначала омега подумал, что вернулись те альфы, что сидели с ними, но до ноздрей донеслись абсолютно другие феромоны. Сначала показался один мужик, за ним второй, третий... Всего их оказалось четыре. Кавказцы. Не эти щуплые малолетние джигиты, а реальные грозные мужики. С огромными бородами и суровыми темными глазами. Эл почувствовал, как затряслись поджилки. Омега сильнее вцепился в куртку, которую держал в руках.       Савелий оказался уже рядом с ним, и взял за руку. — Мы уже уходим! Кира, ты с нами?       Выглядел Сава бодро, только нездоровый румянец на щеках выдавал его состояние. Эл почувствовал, как вцепился в Савву, до боли в побелевших пальцах.       Кира хмыгнула. Один из этих дядек подошёл к девушке, и та, со страстью поцеловала его. — Хороший товар. — Сказал один из альф, с уродливым шрамом через всю щеку. — Я старалась. — Кира довольно нежилась в объятиях этого мужика. — Мы малолетки, вы же в курсе, что за это больше сроки дают? — Голос Савелия звучал, уверенно, но Эл был слишком близко к нему и видел, как он тяжело сглотнул. — Чур мой вот этот, симпатичный. — Рука шрамированного чурки ткнула прямо в сторону Савы. — Спокойно, спокойно, — с акцентом обратился мужик Киры ко всем присутствующим. — Все же мы понимаем, зачем вы здесь, так зачем сейчас комедию ломать? Вы сами сюда пришли, добровольно. Давайте хорошо проведём время и все будет хорошо для всех.       Два других альфы двинулись в сторону накрытого стола. — Вам лучше вернуться за стол и составить нам компанию. Мы же не насильники какие-то, так сразу набрасываться на вас. Посидим, познакомимся.       Кто-то пытался сгладить обстановку, если это так можно было назвать. Эл застыл на месте, не в силах пошевелиться. Всё нутро орало — не хочу! — Хорошая работа, моя девочка. Прянный заметил застывшего в ужасе Витька, к которому подсел бородач. Омега даже протрезвел сразу. Ужас отразился на его помятом лице. — Сав! — Жалобно обратился он к Маслову, который тоже не спешил присоединиться к компании. — Сейчас что-нибудь придумаем. — Голос его уже не звучал так бодро. Дверь скорее всего закрыли. Силы были не равны, чтобы драться с этими мужиками. Окон для побега не было, этаж цокольный. Связь не ловила. — Я сейчас вам помогу! Пригрозил кто-то из альф из-за стола. Кира сидела на коленях мужчины и довольно почесывала его бороду. — Чертова блядь! Повезло Стасу, что такая гниль, сама отвалилась от него! Ты грязная потаскушка. Быушная блядина. — Эл совсем не мог себя контролировать, чувствуя бесполезный гнев на эту наглухо отбитую омегу. — Успокойся! — зашипел Савелий, пытаясь привести Прянного в чувства.       Эл чувствовал свое бессилие и отчаяние. Хотелось разрыдаться, упасть на пол и сучить по нему руками и ногами. Если бы это помогло, конечно, но это было не так. — А что второй такой беспонтовый? — Спросил заросший, как медведь Мага. — Какой пришёл. — Фыркнула Кира, — У нас знаешь ли, не модельное агентство в интернате. — Мой альфа вам жопы порвёт! Самих вас на кукан натянет!       Эл не мог успокоиться. Внутри он метался как дикий зверь пойманый в клетку. Савелий сильнее сжал его руку, пытаясь привести омегу в себя. Из-за стола послышался лишь громкий мужской хохот. Конечно им нечего было бояться. Что могли сделать им семнадцатилетние сиротки? — Эээ, не, я всё-таки усажу вас за стол.       Послышался скрип отъезжающего по полу кресла. Он словно нож по металлу противно резанул слух. Сердце пропустило глухой удар. Отчаяние. Паника. Это всё, что чувствовал Эл. Безнадёжность мелькнувшая в синих глазах омеги напротив. Савва тоже боялся. Его тоже охватила паника.       Неожиданно для всех присутствующих послышался громкий стук со стороны двери, словно ее кто-то пытался открыть с ноги. Нескольких ударов хватило, чтобы железная пустышка наполненная внутри пенопластом слетела с петель.       Эл сразу почувствовал этот феромон. Словно глоток свежего воздуха для утопающего стал он. Влад. Влад был здесь! А ещё Стас. Горчинка грейпфрута попала омеге на язык, всё-таки сообщение было доставлено до адресата. Расслабляться было рано, но Эл с облегчением вздохнул, размазывая по щекам сопли и слёзы радости и облегчения. Желание строителей сэкономить на дешевой двери сейчас сыграло им на руку.       Первым спустился Стас, следом Влад. Шаги их были торопливы. Альфы за столом повскакивали со своих мест, а Эл с Савелием бросились к своим спасителям. Стас схватил брата за руку и затолкнул себе за спину. Он зло зыркнул на Эла, и тот тоже прошмыгнул за его спину. Подниматься наверх без альф было тупо страшно. — Ублюдки, вы что себе позволяете? — Взревел альфа со шрамом. — Это я должен был спросить у вас! — Ответил Стас. — Положи нож! — Обратился он к кому-то из противников. — У нас камера пишет, мы в прямом эфире, так что захотите удалить, не сможете. Интернет всё помнит. Пока это видит небольшое количество людей, но стоит вам что-то предпринять, то у вас будут проблемы.       Голос альфы был уверенный и выглядел он угрожающе. Двоих, да даже троих из присутствующих мог спокойно отделать с его-то габаритами. Бородач продолжил наступать: — И что ты мне сделаешь, куколд? Ваши омежки сами сюда припёрлись. Маленькие шлюшки хотят больших твердых членов. Он положил свою волосатую руку на свой хер.       Эл почувствовал, как от нервов скрутило желудок и согнулся по полам выблевывая свой обед. Стас достал из-за пазухи ствол. Со стороны не было понятно настоящий ли он, но выглядел пугающе. — Сделаешь ещё хоть шаг вперёд, и я прострелю тебе колено.       Влад стоял напряжённый, он был готов по первой же команде напарника броситься сносить эти противные рожи. — Я не блефую, — предупредил Маслов старший. — Я несовершеннолетний отделаюсь условкой, если уж на то пойдёт, а вас всех пересажают, уж поверьте. Я будущий юрист, за это шарю и компромат на вас есть.       Мужики хмурились, отступать не хотелось, да и присесть тоже. — Кира, бери этого паренька и идёшь с нами. Девушка попыталась возразить, но ствол упёрся уже в неё. — Быстро я сказал!       Стас с пушкой в руках выглядел грозно, будь пистолет в руках Влада такой ауры бы не было. Кира испуганно захлопала ресницами и пропустив Витька вперёд себя, пошла за ним. — Ты чё, ублюдок, за лохов нас держишь. Один из присутствующих всё-таки схватил нож и стал наступать в сторону Стаса и Влада.       Стас не стал ждать, пока его повалят на пол и выстрелил куда-то в пол. Послышался истеричный вопль Киры. Выстрел на секунду оглушил всех присутствующих. Теперь Бородачам стало понятно, что всё это не блеф. — Кира, пошевеливайся, я долго ждать не буду!       Эл смотрел на Стаса и не понимал, откуда в этом маленьком человеке столько мужества. Ни один мускул не дрогнул на его лице до сих пор. Кира с Витей тоже оказались за спинами парней. — Я знаю, наверное, наверху нас уже поджидает ваша толпа, — Стас обращался к хахалю Киры. — Скажи своим, чтобы свалили с дороги. Никто из нас не хочет мокрухи. Не хочет ведь? Дуло упиралось снова в мужика и он нервно замотал кучерявой башкой. Затем достал свой телефон и позвонил. Обращался он к своим на чужом языке. — Давай на русском, чтобы я понял о чём речь. Сальная морда скривилась, но все услышали: — Пацанов с омегами не трогайте, пусть идут, у них ствол. — То то, же. Стас достал торчащий из переднего кармана джинс телефон и помахал им. — Тут всё записано от и до. Если попытаетесь что-нибудь предпринять против нас после. Неважно завтра, через месяц, год, то она попадет на стол к прокурору. Думаю вы не только грешите тем, что маленьких омежек насильно потрахивать любите. Уверен, что есть дела пострашнее, так что подумайте, прежде чем броситесь мстить. Влад, выводи их.       Стас остался стоять на месте, с пушкой в руках, а Влад пошёл вперёд, схватив застывшего от ужаса Эла, за руку. Кира тоже, не став ждать приглашения, двинулась следом вверх по лестнице. Савва поднимался последний из омег. Наверху было пусто, только из приоткрытой двери, ведущей в другое помещение, торчали две знакомых головы. Лицо одного было разбито и успело распухнуть. Один глаз заплыл.       Схема была простой, молодняк заманивал и напаивал омег, а старые потом использовали ничего не подозревающих жертв. Эл благодарил бога, в которого не верил. Небеса. Удачу. Вселенную. За то, что услышали его, и Стас был здесь. Тот следом поднялся наверх и все вместе вышли из здания.       На улице было холодно и стемнело. Эл поежился, Влад всё ещё держал его за руку. Альфа молчал и был напряжён. Костяшки его кулаков были сбиты. По дорогам ездили машины в обе стороны, по тротуару шли люди. Жизнь шла своим чередом, а Эл опять чуть не влип в полную задницу. Стас схватил брата за шиворот и со всей силы встряхнул. — Это чё за хуйня сейчас была? — Проорал он. Его голос дрожал то ли от злости, то ли от отчаяния. — Может мы всё-таки отойдем отсюда, пока нас не перерезали, как собак, пока мы тут выясняем отношения? — Савелий был напуган, это даже чувствовалось в голосе.       Стас сгреб брата в объятия. — Я так боялся, что я не успею. Я чуть с ума не сошел, когда адрес увидел. Каждая собака в городе знает, что в такие рыгальни ходить не нужно! Я так на тебя зол! И на тебя тоже!       Это уже было адресовано Элу. Стас впился взглядом туда, где соединялись их руки с Владом, и Эл интуитивно вырвал свою, чтобы не накалять ситуацию.       Витёк, стоящий рядом раздетый, уже стучал зубами от холода. Выглядел он всё ещё невменяемый. — Откуда он? — Спросил альфа Киру. — Я откуда знаю!       Кира испуганно хлопала своими большими ярко-накрашенными глазами. — Я домой поеду, я в порядке, спасибо, ребят. — Витёк выдал целое предложение. И вынув из кармана телефон, открыл приложение с такси.       Влад стоял рядом с Элом и молчал. Савелий забрал свою куртку из рук Прянного и оделся. — Ты больная, Кир, тебе лечиться надо! — Воскликнул он.       Стас молча смотревший до сих пор себе под ноги, вспомнил вдруг о чем-то, и подлетев к омеге, грубо схватил ее за лицо одной рукой. — Ты тупая стерва! Не будь ты омегой, я бы хорошенько прошёлся тебе по ребрам. Благодари моего отца, что человека из меня сделал, а не такую мразь, как ты. — Он грубо отпихнул от себя девушку.       Кира едва удержав равновесие, разрыдалась вслух. — Стас! — Это подал голос впервые за всё время Влад. — Ствол отдай, я домой его отвезу, батя если его хватится, бошку мне оторвёт.       Стас подошёл к Владу и по-братски похлопав по плечу, аккуратно отдал опасную вещицу. — Спасибо, если бы не ты, я даже не знаю чем бы это всё кончилось.       Влад кивнул. Подъехало такси, Витёк вприпрыжку побежал к машине, Влад пошёл к машине с омегой. — Если что, меня отец срочно вызвал, это если спрашивать будут. Отвезу этого, мало ли.       Стас согласно кивнул. Двери такси захлопнулись и машина тронулась с места.       В копилку плюсов Дикарева отправилась ещё одна положительная черта. Он настолько был крут, что позаботился о безопасности незнакомого паренька. Скоро подъехала ещё одна машина. — Ты можешь теперь остаться тут, а можешь уехать с нами в интернат. Решай живей. — Обратился альфа к заплаканной Кире. Та посмотрела в сторону, откуда они пришли. — Не советую возвращаться, если не хочешь быть пущенной по кругу. Не сомневайся, они это без зазрения совести сделают и глазом не моргнут. Кира поежившись от холода, смахнула застывшие слезы и села всё-таки в машину.