Дэйзи

      Спустя время Северус, кажется, смирился с мыслью, что всё случившееся было не более чем страшным, но и не менее прекрасным, сном. Однако он всё ещё неосознанно искал свою дочь в толпе, в лицах других, почему-то ему неизменно казалось, что увидев её, он сразу узнает родные черты, изящный и гордый стан. Эта привычка сохранилась у Снейпа до конца дней, хотя он уже и не вдумывался в смысл всего этого.       Тем временем шла война. Ему не за кого было сражаться, никто не беспокоился и о нём. Потерять свою жизнь Северусу не значило ровным счётом ничего. С рождения и гибели Дейзи прошёл почти год, это был холодный январь 1980го, Лили, кажется, уже забыла об ужасных событиях. Северус перестал за ней следить, напротив избегал её. Он слышал, что Лили счастлива с Джеймсом, что они уже ждут ребёнка, и кажется, война проходит мимо них. Снейп старался не думать об этом, а полностью отдавался служению Тёмному Лорду. Ему уже было непонятно, слышит ли он всё ещё странные отголоски прошлых видений в голове или же это лишь помешательство. Он давно уже продал свою душу, и ему было всё равно, что с ним творится. Однако перед Пожирателями, он умел скрываться за неизменной богемной маской, что не всегда ему удавалось делать убедительно, от чего многие сторонники Тёмного Лорда держались от него подальше и никогда ему полностью не доверяли. При этом сам Воландеморт доверял Северусу, казалось, даже больше, чем нужно, будто у него было секретное оружие, которое заставило бы Снейпа сделать всё, что он скажет.       В очередной раз сидя в кабаньей голове, Северус подслушал предсказание, которое, как известно, изменило судьбу всего волшебного мира. Он непременно доложил о нём хозяину, не вдаваясь в его смысл.Как и любые сплетни, ему это не было интересным. Снейп просто делал то, что должен был делать, он не хотел отличиться, не хотел похвалы от Тёмного Лорда. Но когда Воландеморт сделал свой выбор в пользу ребёнка Лили, Северус будто проснулся, он наконец понял, что всё это время просто обманывал себя. Ему не место среди этих людей. То, чем наградила его Лили, всё ещё жило в нём, это была любовь. А значит, ему было не всё равно, ему было ради кого жить, за кого сражаться. И та, ради кого ему стоило сражаться, была на другой стороне. Северус чувствовал, что, сам того не зная, предал Лили, разгласив пророчество, и чувствовал безграничную вину. В тот же день, почти в тот же миг он поспешил доложить обо всём Дамблдору, рыдая на коленях перед ним, он просил о помощи.       Дамблдор, сам совершивший в своей жизни немало ошибок, отнёсся к парню, который за несколько лет состарился не по годам, с максимально возможным в таком случае пониманием. Слышать от Снейпа такие откровения было странным, поэтому он ни на секунду не сомневался в его искренности. Он знал, Северус любит, а значит он не Пожиратель Смерти, он не может им быть и никогда им не был. Дамблдор доверял этому чувству до конца своих дней, а поэтому был уверен в теперь уже профессоре Снейпе. Снейп не мог просто уйти от Пожирателей, этого и не нужно было Дамблдору. Снейп не боялся лишиться жизни, уходя он Тёмного Лорда, она не была ему нужна, однако, жизнь эта ему уже не принадлежала. Он достаточно провинился в ней, чтобы иметь право на счастье, теперь он был покорным слугой Дамблдора и сделал бы всё, что он прикажет. Более того, Воландеморт знал о том, что Лили не была пустым местом для Снейпа, и она бы была первой, кто пострадал бы от предательства Северуса. Но Воландеморт не обладал способностью понять, что Северус любит, он не знал, что такое любовь, и пока Снейп был на его стороне, у Тёмного Лорда не возникало сомнений, что убийство Лили и её семьи будет значить для Снейпа не больше, чем потерю любимой игрушки. Верно служащие Воландеморту убивали отцов, братьев, детей ради него, тем не менее, Снейп не побоялся попросить хозяина не убивать Лили. Вполне возможно, что убийство Лили послужило просто проверкой для Снейпа, ведь теперь Воландеморт знал его слабое место. Возможно, Северус поддался бы этим провокациям и отрёкся бы от Лорда, пошёл бы на смерть, если бы не Дамблдор.       В день, когда умерла Лили, старая рана в его сердце будто бы снова разорвалась. Эта боль теперь стала для него постоянным спутником. Каждый день был для него ещё большей каторгой, ещё большим служением памяти Лили. Теперь, когда и Джеймс, и Лили были мертвы, он был обязан хранить их сына. И нет, он не делал этого только лишь по приказу Дамблдора, хотя убеждал его в этом. Казалось, он даже и искал повода наказать мальчика, только чтобы в очередной раз взглянуть в его глаза и увидеть в них Лили. То, что он испытывал к Гарри было самым высоким проявлением любви, которой он нескончаемо стыдился. Ведь та любовь, которая проявляется в желании угодить ребёнку, показаться ему хорошим, добиться его расположения – это ложь, она идёт во вред, тот кто любит по-настоящему, не боится быть в глазах человека полным скотом, быть ему ненавистным в его же благо. Почему Северус стыдился самого светлого, что в нём есть, как однажды спросил Дамблдор? Потому что ещё в школе его заставили стыдиться самого себя, и с тех пор он держал всё, что в нём есть под надёжным замком.       Можно только догадываться, что делают такие люди, как Снейп в одиночестве, когда работа заканчивается. Есть ли у них друзья, увлечения? Что они едят, как проводят праздники? Нельзя же все 24 часа в сутки отдавать службе. Северус в такие часы много читал, иногда даже мечтал. Нет, у него не было друзей, он к этому в общем-то привык. Но со дня смерти Лили у него появилась неизменная традиция, о которой он никому никогда не рассказывал. Он писал письма своей умершей дочери. Рассказывал ей всё, что с ним происходит, и кажется, чувствовал, что она его слышит. Эти письма заменяли ему общение и были строжайшей тайной. Даже его боггарт часто принимал облик этих писем. Всё, что он так сокровенно хранил под своей обёрткой, проливалось светом в этих письмах. Довольно жалко осознавать, что излить свою души, выложить свои тайны Снейп мог лишь мертвецу.       Письма эти он складывал в небольшой деревянный сундук, который защитил самыми сильными чарами. Его нельзя было расколоть, вскрыть. Он открывался лишь для отправителя и получателя. Учитывая, что адресат был мёртв, никто из ныне живущих, кроме самого Северуса, не мог прочесть этих рукописей. Ящик можно было только сжечь вместе с письмами. Других исходов быть не могло. Сам Снейп был подобием этого сундука, он мог унести свои тайны лишь в могилу.