Между нами, девочками

Брок Рамлоу ненавидел такие вечера. Он в одиночестве пытался сожрать три пиццы и выдуть ящик пива, смотря какую-то муть по кабельному. Два дня уже мучался. Такое ощущение, будто от него оттяпали две трети ржавой лопатой, а остатки запихнули в пустую квартиру и, миленько погладив по головке, приказали заживать. Одной утерянной третью единого целого был Стив Роджерс, Капитан всея Америки, король морали и сдержанности на людях и бог чувственности в постели. Другой третью был Баки Барнс, полукиборг с наклонностями маньяка на людях и тот же полукиборг-маньяк в постели. Только вот проявления его маньячества в обоих случаях слегка разнились. Ржавой лопатой был Ник Фьюри, директор ЩИТа, прямой начальник всех троих и заноза во всех неприличных местах разом. Поздним пятничным вечером он позвонил Роджерсу и что-то быстро наговорил ему в трубку. Стиву даже пришлось вынуть изо рта всё, что там было (Баки остался недоволен) и ответить практически официальным тоном, что будет через час. Следом раздался звонок и Барнсу, всё от того же Фьюри. Брок сомневался, что их нестандартные отношения оставались секретом для главного шпиона страны, но они все четверо упорно продолжали играть в эту глупую игру - никто ничего не делает, никто ничего не знает. Задыхающийся Баки буркнул в трубку что-то неразборчивое и отключился, прижимая Брока к себе за волосы. Служба - службой, но ему оставалась всего пара движений до заслуженного оргазма, так что Фьюри со всеми своими проблемами подождет. Пока суперсолдаты супербестолково одевались, путаясь в штанинах и пытаясь разобраться, где чья футболка, Брок напряженно ожидал звонка. Обычно их выдергивали всех троих - Капитана редко когда отправляли по делам без огневой поддержки СТРАЙКа. Но даже когда за прекрасными любовниками захлопнулась дверь, телефон командира всё ещё молчал. Сообщение пришло только на следующее утро, с личного номера Стива. "Миссия в Амазонку. Неделя. Не паникуй. Мы тебя любим". Причём последнее слово было вовсе не словом. Стив проникся странной любовью к современным способам общения, а потому активно использовал смайлики. Например вот, анимированное сердечко, как сейчас. Его пульсация была идентична темпу, с которым Роджерсу нравилось трахаться. Брок ухмыльнулся своей ассоциации и попытался на ближайшие несколько дней абстрагироваться от реальности. Надо ли говорить, что он в этом не преуспел. Его хватило на сутки. К вечеру субботы он уже готов был на стенку лезть, приученный к ласке, заботе и спокойствию. А когда он не имел в поле зрения хотя бы одного своего партнёра, о спокойствии можно было забыть. Ему даже поспать толком не удалось. И вот сейчас, вечером воскресенья, он изо всех сил старался убедить себя, что его мальчики уже взрослые и смогут сами о себе позаботиться. Хотя на самом деле он был близок к тому, чтобы начать вычеркивать на стене палочки, по одной на каждый час, как зэк. Едва только усталому сознанию удалось погрузиться в дрёму - прямо на диване, игнорируя включенный телевизор - как практически тут же послышался тихий шорох. Брок даже глаза открыть не успел - на лицо опустилась железная рука, закрывая рот. — Тише, детка, это мы. Всё хорошо. Он было дернулся, беря запястье в болевой захват, но разве ж вибраниум повредишь голыми руками. К виску прижались прохладные, чуть влажные губы, а щеку привычно защекотало волосами. Знакомый запах был равносилен самой громкой команде "отбой". — Ты его напугал, Бак, — укоризненно донеслось откуда-то из темноты. Такими праведными интонациями владел только Капитан Америка, так что Брок полностью успокоился - его потревоженные долгом половинки вернулись. Зная, что Железная Рука благодаря Тони Старку обладает минимальной, но все же чувствительностью, Рамлоу прикусил её, чуть не сломав себе зубы. Барнс понял, что от него хотят, и сполз своей лапищей Броку на грудь, нежно поглаживая её сквозь домашнюю майку. — И что вы тут делаете? — пробормотал командир, не в силах оставить свой требовательный тон даже в полусне. Опасность отступила, значит можно с чистой совестью отключиться. Может утром выяснится, что ему это вообще всё привиделось. — Закончили пораньше, — шепот Стива опалил Броку шею, и плеч коснулись сильные тёплые ладони, — Ты спи. — Мы забрали ту штуку, отнесли Старку, никто не ранен, никто не убит. Забудь и спи, детка, забудь и спи... Барнс что-то мурлыкал себе под нос на русском, и это убаюкивало не хуже снотворных таблеток. Брок чувствовал руку Стива у себя на затылке и под коленями, но возмутиться тому, что его несут как невесту, сил не было. Он ему утром всё выскажет. И как следует покажет, какие крепкие у него яйца и насколько горяч член, чтоб не путал впредь его с бабой. На кровати устроились по-привычному уютно. Брок практически улегся на Капитана, Баки пристроился к нему со спины, обнимая живой рукой. Последней ускользающей мыслью было: "Все дома. Можно расслабиться". И Рамлоу, зажатый горячими телами, по-настоящему глубоко уснул. *** Новый день начался с крепкого стояка. Брок любил такие утра - ему нравилось трогать мягкого Баки, похожего на кота, мурчащего, сонного и подставляющегося под ласку. Ему нравилось, когда удавалось застать спящим Стива - тот был особенно отзывчивым, просыпаясь от минета. Он глубоко вдохнул тёплый надышанный воздух и приоткрыл глаза. И тут же распахнул их пошире. Прямо перед его лицом по подушке разметались длинные светлые волосы. Насколько он помнил, Стив был коротко стрижен, а Баки был раза в три темнее. С каким-то отстраненным любопытством Брок скользнул взглядом ниже. По светлой, изящной спине, узкой талии, до самых округлых, абсолютно гладких ягодиц. Очевидно, женских. Ноги незнакомки скрывались под тонким одеялом, а руки были засунуты под подушку. Со жгучим желанием поинтересоваться, какого хрена Барнс притащил в их постель эту, с позволения сказать, женщину (это точно Барнс, дамочка в его вкусе), Брок обернулся. И тут весь сон и остатки благостного настроя слетели с него, как шелуха. За его спиной чуть ли не на половине огромной кровати раскинулась ещё одна красотка. Эта лежала лицом вверх, и не будь Рамлоу глубоко предан своим мужикам, он был бы весьма и весьма заинтересован. Полная и упругая грудь с небольшими мягкими сосками качалась в такт мерному дыханию, плоский живот изящно переходил в широкие бедра... На этой девушке не было ни белья, ни одеяла. Волосы на лобке были аккуратно пострижены, а под ними влажно и розово темнело... Рамлоу непроизвольно сглотнул ставшую внезапно слишком вязкой слюну и вернул взгляд к симпатичному лицу. Это было не просто милое, а очень красивое, даже смазливое личико - пушистые ресницы, чувственные, капризно-изогнутые губы, мягкие, какие-то даже по-детски нежные щеки в обрамлении чёрных, слегка вьющихся волос... — Баааарнс, — протянул Рамлоу, как сигнал нарастающей ядерной тревоги. С кухни наверняка должны были услышать. Не могли же его любовнички бросить его одного в постели с двумя незнакомками, даже не предупредив. — Нефункционален, — пробубнила темноволосая девушка и очень по-барнсовски сунула голову под подушку, придавив её сверху рукой. Металлической. Он эту руку узнает из тысячи. Нет, из миллиона. Она вообще одна единственная в своём роде... Была. Сейчас эта рука имела вполне себе женственные очертания - более тонкое, чем раньше, запястье, куда менее объемный бицепс, более изящные пальцы... — Что, уже работа? — вскинулась за спиной Брока та первая, светленькая барышня, толкая его в сторону так, что он чуть не упал на сопящее в подушку тело. — Стиви, хорош нахрен орать, - полузадушенно изрекло оно. — Не выражайся, — сквозь зевок высказалась блондиночка и так знакомо при этом сморщила носик... — Вот же чёрт... — севшим голосом возвестил Рамлоу. До него начало потихоньку доходить невозможное. — Что, детка, уже не можешь терпеть? Так давай, ни в чем себе не отказыай, — металлическая рука переместилась с подушки на подтянутую попку и слегка оттянула в сторону одну из половинок, приглашая. Баки делал так иногда, когда был слишком уставшим, чтобы полноценно участвовать, так сказать, в процессе. — Твою ж налево, — весьма бодренько раздалось с другой стороны. Голос был без сомнения женский, но настолько знакомый, что Броку показалось, что он знает его обладательницу уже не первый год. Скорее всего, так и было. В ответ на столь грубое восклицание, да ещё и выше привычного на половину октавы, из-под подушки всё же показалась встрепанная темноволосая макушка. — В чем тут... Что за...?!! — Баки обычно себе в выражениях не отказывал, и Брок с неуместным весельем подумал, что ни разу не слышал такой грязной многоэтажной конструкции ни от одной представительницы прекрасного пола. — Думаю, вам прямо сейчас надо рассказать мне, что вы сделали, — голос Рамлоу не слушался, хрипел и пропадал на каждом слоге. — Мы... Я... Ничего, — девушка, которая, вроде бы, ещё вчера была Стивом, непробиваемым и сильным мужиком, сейчас, казалось, была готова расплакаться от недоумения. — Не надо было все-таки ту штуку руками трогать, — обреченно возвестил бывший Баки, ощупывая себя со всех сторон. Он то и дело пораженно хмыкал, а коснувшись себя между ног и вовсе издал многозначительное "агааа". — Какую, ко всем чертям, штуку?! — Брок не отличался терпением, а сейчас был ещё и обеспокоен, встревожен и сбит с толку. — Ничего особенного, большой такой камень... Светился слегка, да и всё, — Стив последовал примеру Баки и стал оглядывать своё новое тело, трогательно при этом краснея. — А ещё он был тяжёлый. Я бы и один донес, и у вас сейчас проблем было бы меньше... — Один? — предсказуемо вскинулся бывший Роджерс, — Да мы его вдвоём еле дотащили, куда бы ты один взялся? — Я не слабак, не развалился бы. Тебя же бесчувственного поднимал, и ничего, — огрызнулся видоизмененный Баки, хмурясь. Брок смотрел то на одну из них, то на другую и готов был то ли заржать, то ли зарыдать. Привычная перепалка "я сильнее - нет, я - а ты мне не мать" заиграла новыми красками. Пришлось как следует растереть себе уши, чтобы не совсем уж впасть в истерику. — Так, девочки, сейчас мы в темпе марш-броска собираемся и бегом валим к Старку. Он в этой каменной штуке явно побольше вашего разбирается. Пусть исправляет. — Я не хочууу, — захныкал Баки и свалился обратно в подушки. — Брок прав. Чем быстрее мы выясним, что случилось, тем быстрее это исправим, — Стив всё ещё румяный от смущения, завернулся в простыню и вылез из постели. — А может, я всегда хотел побыть женщиной? Может, не хочу обратно? — Барнс вытянул вверх обе руки и теперь разглядывал их на фоне потолка. — Не дури, — хмыкнул Брок, уже натягивая форменные чёрные штаны, — Хочу своего мальчика обратно. И получу. Вне зависимости от твоих капризов. Это всё гормоны, наверное... — Нет в тебе рисковой жилки, командир, — игриво протянул Баки и стрельнул глазами, приподнимая бровь. Он нарочито медленно провел руками от шеи и ниже и пристроил ладони на собственной груди, сжимая её в горсти, слегка её помял, ухватился живыми пальцами за сосок и сжал его. — Ооох, а вот это уже... Интересно, — на этот раз он звучал более естественно, без показной томности. И Стив, и Брок глаз не могли оторвать от раскинувшейся на простынях девушки. Брок был заворожен, а Стив шокирован. Баки же, кажется, ничего не смущало. Он гладил себя, куда более бережно, чем до этого, во время "осмотра". Кончики пальцев проходились по животу, посылая волны мурашек, соски теперь затвердели и провокационно топорщились. Когда же Барнс спустился по своему новому телу ещё ниже, туда, где ещё вчера был крупный, крепкий член, его будто током шибануло. Он резко свёл ноги, зажав собственные пальцы, и издал горячий стон. — Охренеть... О, да. Вот это хорошо, — он на пробу шевельнул кистью и его глаза закрылись сами собой. Практически тут же он развел ноги шире и опустил вниз и вторую руку, раскрывая себя пальцами. — Ах ты ж... — Брок чудом остановил свой мат, по привычке, впитавшейся с молоком матери - при дамах не сквернословят. Ему хотелось её. Эту новую... Баки. Он, бывало, по молодости, полюбливал женщин время от времени, но с появлением супермужиков в своей жизни как-то перестал. И вот теперь... Ему само в руки шло. — Стивиии, — высоко протянула девчонка, лаская себя всё быстрее, — Попробуй, понравится, — она почти задыхалась, — Брок, это нечто... Ты должен... Хочу... Мне очень нужно что-то внутрь... Я даже... Вот чёрт... Она, видимо, разобралась, где ей приятнее всего, и буквально приклеилась туда пальцем, массируя и нажимая. Практически сразу же её тело непроизвольно выгнулось и дернулось, руки замерли, а пальцы на ногах поджались. Она зажмурилась и с оттяжкой громко простонала, долго и удивленно. Стив как-то странно пискнул и пошатнулся, ухватившись за Брока. Тот хмыкнул. Что в женском, что в мужском обличии, Роджерс был впечатлительным и, несмотря на всё, что они творили в постели, оставался на удивление невинным в некоторых вопросах. Как юная девица, способная довести себя до края одними мыслями. Впрочем, сейчас он именно что такой девицей и был. И довел. И... — В койку, Стиви, марш-бросок на Базу откладывается, — Брок уже не сдерживал своё желание, и оно просачивалось в голос хриплыми интонациями. Баки довольно ухмыльнулся своими новыми, нежными губами и привстал, освобождая Броку место. Тот плюхнулся на колени у его ног и коварно усмехнулся, глядя на свою добычу исподлобья. — Но... — неуверенно раздалось из-за его спины, — Может, нам стоит все же разобраться...? — Разберёмся, Стиви, никуда вы не денетесь... Грех упускать такую возможность... Я, конечно, давненько этого не делал, но, будем надеяться, это как езда на велосипеде... — Рамлоу дёрнул Баки за щиколотки и развел их в стороны. Он не стал долго думать, рывком опускаясь вниз и прихватывая губами нежную кожу. Баки взвился, вцепился в короткие волосы у него на макушке и застонал в голос, просяще и даже как-то жалобно. Наверное, он всё ещё был чувствительным после первого оргазма в новом теле, но Броку это было только на руку. Он целовал его там взасос, работал языком на пределе своей скорости, отдавался процессу полностью. Он довольно заурчал, когда почувствовал осторожное прикосновение к своей спине. Стив таки поборол смущение и присоединился. Он разминал Броку плечи, не отрывая его от вылизывания Баки. Его руки были теперь меньше, глаже и мягче, но силы в них не убавилось ни на грамм. Рамлоу наскоро расстегнул брюки и запустил в них кулак. К полноценному акту ни один из них готов не был, но не пропадать же настроению. Он уже готов был протянуть другую руку к Стиву, и его приласкать, но внезапно со стороны тумбочки раздалась навязчивая монофоническая трель. Баки предупредительно сжал шею Брока бёдрами, но тот и не думал останавливаться. Стив же, как самый здравомыслящий и пока ещё адекватный, потянулся к трезвонящему мобильнику. — Телефон Брока Рамлоу, — его реплика потонула в жарком стоне, которым Баки отреагировал на особый выверт языка под своим клитором. — А вы в этом уверены? — настороженно донеслось из трубки. — Наташа? — Стив сказал это с каким-то придыханием - почему-то всё, сказанное новым голосом, получалось у него слишком соблазнительным на слух. — Кто это? — интонации Романовой практически не изменились, но Стив, хорошо с ней знакомый, уловил нотку неподдельного изумления. В этот момент Баки по особому ярко выстонал имя Брока и затих, тяжело дыша, а сам Рамлоу выпрямился и, вытерев запачканную самим собой руку о простыни, протянул её за телефоном. — Рамлоу, — выдохнул он в трубку, — Вам чего? — Фьюри требует результатов стрельбы и рукопашки от СТРАЙКа. К вечеру таблица должна быть у него. Как бы ты при этом не был занят. — Да я не занят уже. И да, Романова, хорошо, что ты позвонила. Мне нужно два комплекта женской одежды... Твоя будет мала. Купи что-нибудь, размеры вышлю. И привези. Всё возмещу и ещё буду должен. — Что происходит? — теперь уже Наташа не скрывала своего любопытства. Рамлоу, практически женатый на двух максимально брутальных и ревнивых идолах современности, и вдруг - женщины. Да ещё и одежду им хочет купить... — Это надо видеть. Одежду привезешь - объясню, — усмехнулся Брок и нажал отбой. Он окинул своих дамочек придирчивым взглядом, что-то мысленно просчитал и быстро набрал Нат смс. — Стиви, — заурчал он, откидывая телефон куда-то в подушки, — Иди-ка сюда. Ты одна у нас осталась... Незаконченная. Нат приедет не раньше, чем через час, так что мы всё успеем... Он целовал её везде. В отличие от Баки, со Стивом всегда хотелось быть предельно нежным и ласковым, доводить его до невменяемого состояния, растягивая удовольствие. И в этот раз - тоже. Женское его тело хоть и отличалось от прежнего, все ещё оставалось таким же чувствительным и отзывчивым. И к тому времени, как во входную дверь позвонили, оно успело отозваться дважды. *** Наташа сидела на кухне, с виду как всегда уверенная, расслабленная и контролирующая всё, но на лице её то и дело появлялось странное выражение - смесь шока и веселья. — Угораздило же вас, мальчики, не завидую, — протянула она, делая глоток крепкого кофе. Брок специально заварил его побольше, чтобы всем хватило. Мозги как никогда нуждались в подзарядке. Выглядела их компания весьма странно. Баки, как самый в этом плане беспечный из них, натянул свою старую футболку на голое тело. В рукавах она была ему очень велика, да и на животе свободно висела, но вот на грудь натянулась так, что даже складки пошли. Её край едва только прикрывал ягодицы, и на собственнический взгляд Рамлоу с намеком "прикройся", он отмахнулся. — Да что Наташа там не видела? У неё всё то же самое. Да и вы оба уже всё рассмотрели. А мне, может, нравится, когда там всё свободно. Видимо, болтливость шла в комплекте с сиськами. Раньше Баки не был, конечно, молчуном, но на подобные придирки просто огрызнулся бы и всё, ничего никому не доказывая и не объясняя. Сейчас же слов было втрое больше обычного, и Брок меланхолично подумал, что их проблемы ещё только начинаются. Стив был более благоразумен в вопросах стратегического прикрытия своих прелестей - он укутался в халат Брока, тот, что ниже колен. Сам он обычно предпочитал на себе более короткие варианты, так как его партнёрам нравилось смотреть на его идеальные ноги, но вот Брок всегда отдавал предпочтение комфорту, а не внешнему виду. И вот теперь Стив скромно сидел на табуретке, запахнувшись в махровую ткань так плотно, будто замерз. Впрочем, скорее всего, он просто стеснялся своего нового тела. — И что будем делать, если ничего обратно не поменяется? — тактикой Наташи всегда было "пойти от плохого". Предполагай худшее, надейся на лучшее, как говорили китайцы... Влияние Бартона, скорее всего, все эти восточные мудрости - его фишка. — Ну, придётся, значит, Старковым рекламщикам постараться, чтобы как-то объяснить это всё общественности, — говорил только Брок. Почему-то новоявленные девочки в присутствии настоящей женщины не смели и рта раскрыть, — в остальном всё останется как было. Привыкнем. — Кто ещё знает? — Да никто. И хорошо бы, чтоб так и оставалось. Может, эффект пройдёт к вечеру, а вот осадочек останется на подольше - длинные языки такие штучки годами смакуют. — Я буду молчать, но при условии, что ты будешь держать меня в курсе на счет своих кошечек, — от Романовой не укрылась кроткая молчаливость, которой вдруг прониклись любовники Брока, и она насмешливо дала понять, кого теперь считает главным в их трио. — По рукам, — Брок знал, что Нат так и так не будет распускать сплетни, да и помощь её, скорее всего, понадобится - единственная женщина, которой все трое могли доверять. Он бы и так всё ей рассказал. Одежда, которую принесла Романова, оказалась практически впору - у Рамлоу глаз-алмаз. Разве что в районе буферов и бамперов сидело слегка тесновато, но это был скорее плюс. Ноги Роджерса и в узких чёрных джинсах смотрелись не менее привлекательно, чем в легендарной капитанской форме. Барнс и вовсе выглядел элегантно в темно-серой водолазке, скрывшей под собой металлическую руку и беззащитное горло. Единственная проблема возникла, когда в процессе одевания отчаянно красный Роджерс заглянул в кухню, придерживая на груди бюстгальтер. Уже одевшийся Баки, Нат и Брок, тактично не мешающие дамам приводить себя в порядок, с недоумением вытаращились на него. — Я не совсем... Мастер в этом... Эти застежки... — Ты никогда не раздевал женщину? — заинтересованно вскинулась Романова, но ответил ей Баки, едва сдерживая смех. — Те полторы женщины, с которыми Стив имел счастье быть, скорее всего, выступали в кордебалете и кроме корсета не носили ничего. А ещё они наверняка достались ему уже голыми, в гримерке, так что мучительных и неловких попыток расстегнуть на даме лифчик капитан избежал. — Иди сюда, принцесса, я не оставлю тебя в беде, — хохотнул Брок, не знакомый с такими пикантными деталями биографии своего партнёра. У Стива было такое лицо, будто он хотел как следует стукнуть Рамлоу, да и Баки заодно, но не мог поднять руку, боясь, что бельё упадёт. Брок развернул его к себе спиной, убрал со спины отросшие до лопаток волосы на перед, поправил перекрученные лямки и застегнул крючки. Романова откровенно забавлялась - редко когда утро у неё удавалось настолько удачным. *** — На базе - никаких глупостей. От Старка - ни ногой. Посидите у него, пока я проведу смотры. Заберу вас оттуда лично, всё ясно? — Так точно, командиррр, — мурлыкнул Баки, и по спине Рамлоу пробежали мурашки. Ещё никогда голос Барнса не был таким томным и музыкальным, как сейчас. — Как скажешь, Брок, — сдержанно кивнул Стив. Он, кажется, изо всех сил старался воспринимать ситуацию всерьёз, но настроение Баки уже потихоньку оказывало на него влияние. Они всегда делили восприятие на двоих, как эмпатические близнецы. Раньше Рамлоу этому радовался, теперь же - нервничал. Только бы дров не наломали. Им-то ничего не будет - временно недееспособны - а разгребать придётся ему. Ехали в танкомобиле, как Стив прозвал машину Рамлоу ещё в те далекие времена, когда всё у них ещё только начиналось. Брок не пустил бы сейчас ни одну из своих... их за руль мотоцикла. Он молча вёл, не отрываясь от дороги, лишь изредка кидая взгляды в верхнее зеркало - девочки разместились на заднем сидении, чтобы "никого не отвлекать", как выразился Баки. Брок всё думал, как ему теперь себя вести. Стоит ли корректировать модель поведения, подстраиваясь под леди, или забить и быть собой - в конце-концов это все те же Стив и Баки. А как их теперь называть? Раньше в бытовых разговорах фигурировали "парни, сучки, трахари, солдатики", а пару раз даже "папочки" (они тогда экспериментировали)... Но сейчас все эти обращения были не в кассу, а некоторые и вовсе казались оскорбительными. Что теперь, "детки, крошки, мамочки, женушки"? Чушь какая-то. Брок еле удержался, чтоб не плюнуть - пачкать салон в его планы не входило. Сами же объекты его мучений самозабвенно целовались, исследуя и пробуя друг друга. Их действия не были страстными или жесткими, к которым все трое привыкли, они были осторожными и мягкими. Женственными. И покоя это Броку не добавляло. Совсем даже наоборот. На входе их пропустили, оглядев с ног до головы. Рамлоу был уверен - не было бы его рядом, охранники бы не упустили случая ещё и пощупать таких красоток под предлогом досмотра. Старк встретил их ещё в коридоре - видимо, его предупредили, кто идёт. То, что он увидел, явно отличалось от того, что он ожидал. На его лице появилось то самое выражение - опция "плейбой" мод он. Броку захотелось завернуть своих девочек в десять одеял, от макушки до пят, а Старку - как следует врезать, чтобы не пялился. — Тише, Отелло, я не претендую, — верно растолковав его агрессивный вид, Тони поднял руки в знаке сдаюсь. Но, пропуская гостей вперёд в лабораторию, он со смаком облизал взглядом их тылы. — Пожалуй, перейдём сразу к делу, а то, боюсь, к концу нашей беседы мне откусят голову. — Дай-ка угадаю, — Баки уселся на край стола и повертел в руках какую-то металлическую штуку. — Не надо было трогать тот булыжник голыми руками? — Рад узнать, что на ваши умственные способности ничто не повлияло. Но у меня вопрос - вы везде теперь другие? Отвалилось там всё или... — Тони, — укоризненно протянул Стив, и Старк рассмеялся. — Нравственность Америки так же не пострадала. Правда, теперь твои патриотические речи вряд ли кто будет слушать, — он красноречиво кивнул на провокационный четвертый размер, — Что, Кэп, вся мышечная масса в перси ушла? Ты теперь даже две амбразуры покроешь... — Хорош трепаться. Делать-то что? — Рамлоу не славился терпением, а уж когда дело касалось того, что принадлежит ему, и вовсе становился неуправляемым. Старк же, похоже, был абсолютно равнодушен к сценам ревности, как-либо его касающимся. Богатый опыт, не иначе. Приелось. — А ничего не делать. Ждать. Я мог бы загрузить вас технологической мутью, но блондиночке вообще вредно думать, а вы двое едва ли поймёте десятую часть. Так что просто ждите. За недельку-две само рассосется. И да, будем наблюдать за изменениями, приходите раз в пару дней, можете даже по одной, — на этих словах он поиграл бровями, и если бы он ещё и подмигнул, Брок бы точно ему врезал. — Буду приводить их. Но Тони, если только... — Оставь свои намёки, я не идиот. Тем более мне не хочется, чтобы в самый ответственный момент кто-нибудь из них превратился обратно в мужика. Я своё отгулял в колледже, больше не экспериментирую. Вы двое - вон туда, Мисси и Линда помогут вам подключиться, проверим ваше состояние, — Старк кивнул на двух дружелюбных роботов, приветственно зажжужавших, — А ты иди тренируй своих цыплят. Брок долго привыкал к манере общения Тони, и до сих пор иногда вёлся на его провокации. Решив, всё же, от греха подальше свалить, он получил два законных горячих поцелуя (в шею и в губы) и оставил свои сокровища в убежище Железного Дракона. О них тут позаботятся. СТРАЙКовцы привыкли, что командир у них жесткий и частенько ставит задачу куда труднее, чем любой из них смог бы выполнить. (Разве что, Зимний Солдат, числившийся в команде снайпером, но он тренировался отдельно). То, что для бойца СТРАЙКа "на троечку", то для любого другого бойца - недостижимый идеал. Поэтому когда хмурый Рамлоу рявкнул с порога, что сейчас будет рвать им жопы, никто слова не сказал. Роллинз на правах друга кинул на него участливый взгляд и даже не получил за это по зубам. После третьего штрафного круга всё же начали раздаваться шепотки - мол, командир не в духе, озверел, пока начальство в отъезде, или недотрах у него капитальный... Долго болтунам прохлаждаться не пришлось - Брок всё слышал. И послал их ещё на два дополнительных круга. Выборочно. Только тех, кто распускал язык. Он ж не изверг. Остальные разбились по двое, для разогрева. Чтобы проверить рукопашные навыки, каждый, кто победит в паре, потом будет бороться с самим Рамлоу. Это звучало как серьёзная угроза, ведь по слухам командира тренировал сам Капитан Америка. "Планка выше, результат лучше" - как мантру твердили новички, а бывалые СТРАЙКовцы только сильнее стискивали зубы. Никто не уйдёт домой без синяков, хорошо, если в медблок не загремят. Время близилось к обеду, Брок дрался уже с четвертым парнем. Он буквально выпускал пар - в бою некогда было забивать себе голову посторонними мыслями, мечтами и тревогами. Он выплескивал скопившееся напряжение, был как никогда агрессивен и опасен. Бойцы перестали болтать и шутить - до них наконец дошло, что всё серьёзно. Едва только Рамлоу уложил на лопатки Джексона (крупного парня, но ещё совсем зелёного), от входа в зал раздались аплодисменты и тихий восхищенный смех. Он, всё ещё сидя верхом на Джексе, повернул голову и... Покраснел. Удивительно, но щеки залил всамделешний жар. То ли от досады, то ли ещё от чего... Они не раз видели его в деле - и на тренировках, и в поле. Они иногда специально наблюдали за ним, якобы для ознакомления с техникой боя, но на самом деле просто пялясь на его потное, разгоряченное тело. Их заводила его власть и сила на учебном ринге, кошачья грация и точность движений... Но почему-то сейчас их появление оказалось на редкость смущающим. Брок знал, что внутри они всё те же Стив и Баки, но от вида двух модельной внешности красоток, пожирающих его взглядом, желудок сделал сальто. — Какого... Вы тут делаете? — он проглотил матную суть вопроса - воспитание никакими боями из башки не выбить - и направился к ним, сдирая с рук перчатки. — Нам стало скучно, и мы голодные. Не сердись, детка, — Баки игриво царапнул воздух в паре дюймов от его груди. — Брось, Би, не лишай его шанса нас наказать за непослушание, — протянул Стив и... Хихикнул. Святые угодники. Что они сделали со Стивом?! Он убьёт Старка. Видимо, что-то такое на его лице отразилось, потому что Стив слегка покраснел и участливо погладил его по плечу, сжимая в ладони бицепс... Брок посмотрел на его руку, как на инопланетное ископаемое. Нет, Роджерс и раньше его лапал, конечно, но в основном везде ниже пояса. Чтоб вот так... банально щупать мышцы... — Извини, не смог...ла удержаться, — с запинкой выговорил он, — Оно само как-то... Баки кинул острый взгляд в притихшую толпу СТРАЙКовцев, ухмыльнулся и притянул к себе Брока за шею. Едва только он впился ему в губы ярким поцелуем, в зале раздался свист и гогот. Брок бы обязательно возмутился, может даже кого-нибудь стукнул, но рука, скользящая по потной шее, настолько правильно его держала, настолько приятно поглаживала кончиками пальцев... Поцелуй закончился так же быстро, как и начался. Это был смачный, вкусный чмок, скорее клеймо "он мой", чем желание действительно приласкать партнёра. — Отведешь нас в соседний корпус пообедать? — спросил Стив, накручивая на палец прядь волос. Господи, когда он успел научиться флиртовать? — Полагаю, у меня нет выбора, — обреченно пробубнил Рамлоу, — Я в душ, а вы чтобы и шагу с этого места не сделали. Тут и стойте. Прям тут! — Хорошо, детка, не кипятись, — Барнс тепло улыбнулся и взял Стива за руку, мол, я прослежу, чтобы он тоже никуда не делся. Сделав глубокий вдох, Брок развернулся на каблуках и по пути в душевую заорал: — После обеда - стрельба. У вас есть час! *** Разумеется, когда Брок вышел из душа (с дергающимся глазом и оскоминой от шуточек подчиненных), ни одной из его красоток не оказалось на том месте, где он велел им оставаться. Мысленно проклянув всё на свете, он пошёл в свой кабинет. Не бегать же ему по всей Базе и окрестностям. Захотят - сами найдут, а с него хватит, и так нервы ни к чёрту. Едва только он вошёл в свою каморку, как его, можно сказать, кинули к стенке и жадно набросились. Баки всегда был нетерпелив и жаден, и вот сейчас, прежде чем Брок смог хоть слово сказать, он уже протер им всю стену между дверью и шкафом. — Уймись! Мы на работе! — впрочем интонации разнились со словами - жгучее, опаляющее желание просачивалось в каждый звук. Брок до сих пор не понимал, где оно всё в нём прячется? Он давно уже не подросток, у него печального опыта вагон и маленькая тележка, он уже попробовал все извращения, на которые только духу хватило... И всё равно. Стоит только Барнсу издать какой-то особенный звук - пиши пропало. Возбуждение вырывается наружу, как оголодавший зверь. Стиву же, чтобы разбудить в нём похоть, вообще хватает одного лишь взгляда. Когда в невинной голубизне начинает тлеть греховный огонёк, Брок теряет контроль. — Никто не сунется, все всё поняли... — Баки задыхался, жадно щупая его живот через майку. — Эти тела какие-то... Чересчур отзывчивые. Мне от одной мысли становится странно... В таких местах, о которых я раньше и не думал никогда... — Стив подошёл ближе и прижался сбоку, утыкаясь Броку в шею своим аккуратным носиком. — Не представляю, как женщины живут с этим всю жизнь... У меня от одного вида твоей спины... Всё там пульсирует... Вот, проверь, — Баки хватанул его руку и опустил себе между ног. Конечно же, через джинсы ничего он почувствовать не мог, но новизна ощущений оглушала. Там, где Брок привык чувствовать крепкий стояк, полную, плотную горсть чужого желания, на этот раз было непривычно плоско. Чем дальше он вёл руку, тем жарче там становилось. Баки скулил ему в ключицы - наверное, грубый шов давил в нужное место. — Не могу больше, — Барнс взбрыкнул, оттолкнул руку Брока и лихорадочно стал расстегивать свои штаны. Стив воспользовался образовавшейся паузой и утянул Рамлоу в поцелуй. Его откровенно вело от горячих тяжёлых ладоней на заднице, от многообещающей твердости, прижимающейся спереди... А Брока просто размазывало в ноль от упругого давления в грудь - кажется, он мог чувствовать вставшие соски Стива даже сквозь два слоя одежды. Ощущение круглого и мягкого там, где раньше была монолитная скала, захватывало дух. Облапав всё, что только мог, Рамлоу вплел пальцы в растрепавшуюся светлую шевелюру и практически зарычал. Давно его так не накрывало, тем более от поцелуя с женщиной. Он был готов разложить Стива прямо на собственном письменном столе. Он так увлёкся поцелуем, что даже не заметил, как Баки опустился перед ним на колени. Просто в какой-то момент он почувствовал копошение в непосредственной близости от изнывающего стояка и, не удержавшись, простонал Стиву в губы. Роджерс не позволил ему отвлечься от себя. Одной рукой он расправился со своей ширинкой и, обхватив любовника за запястье, как недавно сделал Баки, направил его руку внутрь. — О, детка, ты вся течешь... Такая мокрая для меня... Такая нежная... Я сделаю тебе хорошо, не бойся, — Рамлоу прорвало. Он нес какую-то пошлую чушь, хотя раньше не наблюдал за собой тяги к грязным разговорчикам. Но сейчас от каждого слова Стив вздрагивал не хуже, чем от прикосновения. Правду говорят, что женщины любят ушами... Видимо, эта особенность тоже прилагается к новообретенному телу. Брок пропустил момент, когда Баки там внизу расправился с его бельем, а потому прикосновение мягких мокрых губ стало для него неожиданностью. Он, наверное, больно прикусил Стиву шею, а пальцы в капитанских трусиках сжались, практически царапая нежную кожу. Барнс не мелочился, он сосал с прежним, сногсшибающим напором, брал глубоко, быстро и жадно. Если бы Брок не опирался спиной о стену, он бы не устоял на подгибающихся ногах. Стив переступил с ноги на ногу, и пальцы Брока сами собой скользнули... Куда надо. Роджерс задохнулся и со всей своей немалой силой вцепился Броку в плечи. Нельзя было упускать это, так что Рамлоу, слегка ограниченный в движениях неснятыми джинсами, задвигал пальцами, не вынимая их полностью. Баки снизу, слыша характерные звуки и видя, как рука Брока скрывается у Стива в штанах, практически обезумел. Он вертел языком, как Дьявол, выбивая из любовника приглушенные, какие-то дикие звуки. — Иди ко мне, Стиви, мы с тобой... Потом... Да... И Роджерс, подчиняясь, плавно снялся с мокрых пальцев и скользнул вниз, к Баки, и Брок совестливо подумал, что сделал в жизни недостаточно добра, чтобы заслужить такой подарок. Они оба, и Стив и Баки, вылизывали его с двух сторон. Они буквально целовались друг с другом вокруг его члена. Баки при этом одной рукой мял свою грудь, а другой держал всё в кулаке, чтобы было удобнее. — Открой рот, Стиви, — и когда наружу показался широкий, розовый язык, Баки мелко похлопал по нему кончиком ствола, так что у Брока по позвоночнику прокатилась волна кипятка. Они насаживались на него по очереди, не сглатывая, и обе их вязкие слюны смешивались с предэякулянтом, так что даже вниз капало. Горячее этого Брок ничего в жизни не видел, хотя они много чего творили в постели... Пожалуй, сейчас всё было так ярко именно потому, что Рамлоу никогда в жизни не перепадало от таких красоток, да ещё и с таким рвением. Когда Баки наклонил голову и вобрал в рот его яйца, а Стив стал быстро доить его себе на язык, Брок не выдержал. Он кончил на припухшие губы, на гладкие щеки и слегка протек даже на изящные длинные пальцы. Оргазм, вопреки обычному, открыл в нём второе дыхание. Он за волосы вытащил Баки, помня, как тому нравится такая животная страсть, и практически за шею вздернул рядом и Стива. Он старался с обеих рук. В Стива пальцы проскользнули легко, как будто и не вынимал, а Баки пришлось немного приласкать, чтобы достаточно размазать по фалангам влагу. Барнс слизывал поцелуями с лица Стива сперму Рамлоу, массировал его грудь так же, как только что массировал свою. Они терлись о крепкое тело и извивались на проворных пальцах. И практически одновременно с обеих сторон Брока сжало там, внутри, вынуждая на время остановиться - поза у них сейчас все же не самая удобная, вдруг он с непривычки что-нибудь повредит. Их стон слился воедино, заполняя кабинет от пола до потолка. Когда Брок осторожно высвободил руки, девочки чуть не упали, и он придержал их за талии, прижимая к себе. Они целовали его в шею, каждая со своей стороны, и это была лучшая благодарность, какую он рассчитывал получить в данном контексте. — Я из-за вас обед про...пустил, — даже если эти леди только что как проститутки портовые протерли перед ним колени, это не повод сквернословить в их присутствии. — Мы тебя вечером накормим... Закажем, что захочешь, даже этих твоих моллюсков в масле, — Стив всегда после секса становился добрее. — Вы пойдете в зал и тихо-молча будете смотреть на стрельбы, — непререкаемым тоном заявил Рамлоу, заправляя в штаны всё, что было вынуто наружу. — Как скажешь, детка, — привычно отозвался Барнс, отправляя кофту, и какими-то новыми движениями собирая волосы в хвост. — Нет уж, детка тут теперь ты, — Брок усмехнулся и пригладил растрепанную шевелюру Стива - тот, в отличие от Баки, не привык следить за волосами. *** — Знаешь, я однажды самого Капитана Америку спас! — Ой, да что ты? — Да! Представляешь, я такой его щитом всех раскидываю, а он такой: "Алл, дружище, я без тебя бы пропал". Молодой, ещё совсем зелёный СТРАЙКовец аж надулся и чуть ли не хвост распустил, стремясь закадрить Стива. Они сидели на скамеечке в задней части тира: Стив наблюдал, а Алл ждал своей очереди. — Знал бы ты, кого клеишь, — протянул Баки, сидящий по другую руку от Роджерса. Для постороннего человека его интонация могла бы показаться игривой, но Стив чётко уловил в ней ревность. — Самую прекрасную девушку во Вселенной. Одну из двух, — Алл подмигнул и Барнсу тоже. — Хочешь, покажу тебе кое-что? — с придыханием выдал Бак, доверительно наклоняясь к самому уху бойца, так что тот чуть ли не забил себя кулаком в грудь с брачными криками папуаса. Стив ухмыльнулся и сделал вид, что его тут нет. И вообще, он слишком занят наблюдением за командиром и другими "горячими мужчинами". Барнс же тем временем одним слитным движением закатал рукав до локтя, обнажая металлическое предплечье. Глаза Алла полезли на лоб. — Это ещё что такое? — осипшим голосом выговорил он. — А на что похоже? — Баки повел плечом, перекалибровал пластины в одну и в другую сторону, и Алл отшатнулся, — Никому не говори, это будет наш с тобой секрет, сладенький, — он практически нежно похлопал бойца по щеке металлическими пальцами, и того как ветром сдуло. — Ты бы полегче, Бак, вот завалит он сейчас стрельбу, останемся без боевой единицы, — укорил его Стив, протягивая любовнику одну из перчаток Брока, оставленных ему на хранение. Пусть, мол, прикроет железо, пока окончательно не спалился. — Если он завалит стрельбу из-за такой ерунды, ему здесь вообще не место, — спокойно парировал Барнс. Но перчатку все же надел. Они оба обратили взгляд на командира, который вышагивал за спинами своих солдат и явно материл их, только не громко, чтобы дамы не слышали. Баки, честно говоря, эта его внезапная вежливость забавляла. — Как тебе вообще... В этом теле? — Стиву и правда было любопытно. Он с трудом мог разобраться в своих ощущениях. Слишком много всякого было в нём понамешано. Он привык чувствовать одновременно не больше трёх чувств - обычно это были, к примеру, страх, тревога и азарт. Или беспокойство, любовь и радость. Раздражение, усталость, голод. Желание, страсть, восхищение... Это никогда не смешивалось, а остальные мелкие ощущения отступали в темноту. Сейчас же в нём взыграло всё это и ещё чуть больше. Взрывоопасный коктейль. Дезориентирующий. — Неплохо, ты знаешь. Немного сбивают с толку все эти взгляды и обходительность, но... Любопытство перевешивает. Я так хочу столько всего попробовать! Как только представлю Брока в себе, не так как привык, а по-новому, аж в глазах темнеет. Я вас как будто даже больше люблю. До слёз, если задуматься. Стив сжал его руку, поглаживая запястье большим пальцем. Он его очень хорошо понимал. Баки, как всегда, удалось меткими словами выразить всё то, о чем было даже сложно думать. — Да ты идиот, Коллинз! Мазила! — голос Брока отразился от стен и частично заглох в материале, созданном для поглощения звука выстрела. К счастью, суперслух суперсолдат позволил услышать его, как будто он стоял рядом, — Стреляешь, как девчонка, Коллинз, и я сейчас не Романову имею в виду!... Что-что ты там пробубнил? Громче, не слышу!.... Ах, так! — он обернулся к Стиву и Баки и помахал им рукой, призывая подойти, — Девочки тебе сейчас покажут. Убедишься. — Подыграем? — мурлыкнул Баки. — Он будет нам должен... Дома, — вернул мурчание Стив. Барнс своей "фирменной" уверенной походкой подошёл к незадачливому Коллинзу, забрал у него из рук винтовку и сделал вид, что ему тяжело её держать и вообще, он не знает с какого конца подступиться. — Вот так, детка, одну руку сюда, другую вот так... Сюда палец... — Рамлоу не выходил из образа, и только его тёмные глаза сверкали смехом. — Вот так, командир? — Баки превратил подготовку в шоу, притираясь к Броку, который практически обнимал его, показывая, как пользоваться большой опасной игрушкой. По группе солдат пробежали снисходительные шепотки и даже смешки. Баки картинно прицелился, мотыляя дулом винтовки туда-сюда, якобы не в силах держать её ровно и... Усадил всю обойму в десятку самой дальней мишени, одну пулю за одной, практически не дергаясь от отдачи. В гробовой тишине Стив мягко кашлянул и забрал из слабеющих от шока рук Алла пистолет. Он не стал особо выделываться - просто подошёл к Броку, развернул его к себе лицом и нежно, трепетно поцеловал. При этом он отвел руку практически назад и красиво расстрелял ближайшую мишень, по пуле в каждый круг, дырявя цифры - благо, он уже сто лет как выучил их шаг и блестяще рассчитал траекторию с поправкой на расстояние. — Вот так то, слабаки, — сыто выдохнул Брок, забирая у своих леди отстрелявшее оружие, — Пока не будете так же хороши, как эти двое, я с вас не слезу. — Да так только Зимний Солдат умеет! Мы же... Это... Того... Люди, — трепыхнулся кто-то. — Я похожа на Зимнего Солдата? Ой, здорово! А ты меня с ним познакомишь? — Барнс настолько убедительно сыграл восторженную дурочку, что Рамлоу фыркнул от смеха. — Я-то познакомлю, но вот она, — он кивнул на Стива, — Больше в его вкусе. Стив старательно покраснел. *** Домой этим вечером добирались в рекордные сроки. Брок едва уговорил своих партнёров заехать за едой - Стив и Баки уже поужинали, пока ждали его со стрельбища, и уже были готовы к более приятному продолжению вечера. — Если бы ты там не завис, мы бы поели все вместе, — отвлекаясь от сладких губ Роджерса проговорил Баки, делая паузу после каждых двух слов - воздуха ему явно не хватало. — Если бы Фьюри не требовал отчётов, я бы вообще никуда сегодня бы не поехал! — рыкнул Брок, сильнее сжимая руль. На этот раз поцелуи на заднем сидении разительно отличались от утренних. Каждое движение было многообещающим, долгим и чувственным, они оба уже более менее привыкли к своим новым телам и приблизительно представляли, как сделать друг другу хорошо. Броку очень хотелось припарковаться где-нибудь на обочине и присоединиться к своим подружкам, но урчание в животе всё равно не дало бы ему в полной мере насладиться близостью. — Быстрее ешь, а мы в душ, — на пороге дома Стив поцеловал его так, что Рамлоу понял - выспаться сегодня ему точно не грозит. И поесть он должен максимально быстро, а то всё интересное пройдёт без него. Вода в душе шуметь перестала очень быстро, и возня в спальне начала дразнить воображение практически сразу, как разогрелась лазанья. Через пять минут Брок уже стоял в дверях комнаты, привалившись к косяку, и жадно смотрел на разворачивающуюся перед ним картину. Он хотел в мельчайших подробностях запомнить её навсегда. Стив и Баки, оба полностью обнаженные, с влажными, чуть растрепанными волосами, устроились на кровати, на коленях, лицом друг к другу. Стив запрокинул голову, позволяя Баки вылизывать свою шею, а сам устроил узкие ладони на его бедрах, мягко поглаживая их. Они соприкасались всем телом - обоим приходилось прогибаться в пояснице, чтобы увеличить контактную площадь. Они стукались бедреными косточками, не в силах достичь необходимого трения - привыкли, что со вставшими членами достаточно просто обняться, чтобы коснуться жаждущей плоти. Но теперь это было проблематично - самые чувствительные места находились в другой плоскости, так что они могли только дразнить друг друга возможной близостью. Они терлись друг о друга грудью, так что упругая кожа сминалась под страстным напором, а соски цеплялись друг о друга. Увидев это, Брок плюнул на осторожность, постепенность и плавность. В нём взметнулось что-то древне-природное, инстинктивное - желание завалить, покрыть и присвоить, желание обладать. Он в два шага оказался там же, на кровати, по пути успевая стянуть футболку и не очень аккуратно избавиться от штанов. На бельё времени не хватило. Не медля ни секунды, он уткнулся лицом туда, где между собой соприкасались затвердевшие розовые горошины, и лизнул сразу обе. Все трое застонали с наслаждением пустынного путника, наконец добравшегося до воды. Брок мял горстями все четыре доступных полушария - лизал и прикусывал, катал между пальцами, приподнимал, оставлял засосы и возбуждался как четырнадцатилетка, впервые трогающий чью-то грудь. — Хочу тебя внутри, детка, как положено, по-настоящему... — голос Баки был очень похож на его прежний, хриповатый и низкий, но всё же были в нём новые нотки - просящие, тонкие, беззащитные, иглами впивающиеся Броку в сердце. — Тогда тебя надо подготовить... Хочу, чтобы всё было гладко... Ложись на спину, — прошептал он, обнимая и отодвигая от подушек Стива. Баки безропотно подчинился, укладываясь и по привычке сгибая ноги в коленях, то и дело приподнимая таз. — Не так, моя хорошая, — Рамлоу сбил ноги Барнса в стороны резким движением, раскрывая его так, что паховые связки натянулись, выставляя на показ тёмно-розовые, уже слегка влажные складки, — А тебе придётся немного подождать, — с сожалением обратился он к Стиву, но Баки его перебил. — Можешь пока посидеть вот здесь, — он приложил к своему рту два пальца и провёл ими так, что нижняя губа оттянулась вниз. Между пальцами проскользнул язык, делая жест уж совсем пошлым. Стив с неверием усмехнулся, но послушно двинулся в изголовье, устраивая колени по сторонам от черноволосой головы. Брок решил, что ещё успеет насладиться зрелищем Стива, теряющего контроль. Сейчас было важно унять первую волну возбуждения Барнса, а то он сожрет их обоих с потрохами. Роджерс всегда был более сдержанным в постели, брал выносливостью, умудрялся заездить любовников так, что когда те, наконец, срывались в долгожданный оргазм, это вытягивало из них абсолютно все силы и практически вырубало сознание. Баки же наоборот, брал нахрапом, скоростью. Он успевал кончить дважды, пока Брок только-только входил во вкус. Барнс там внутри был нежным, плотным и очень горячим. Брок с трудом протискивался в него всего одним пальцем, и в глазах у него темнело от мысли, как было бы приятно, если бы это был вовсе не палец. Он мягко двигал указательным вперёд-назад, разглаживая мышцы и вынуждая влагалище выделять больше смазки. С каждым толчком большой палец упирался в клитор, и Баки вздрагивал всем телом. Стив стонал. Он практически сидел на нижней части непривычно гладкого лица, широко расставив бедра и плавно приподнимаясь, чтобы Барнсу все же было, чем дышать. Баки держал его за ноги, не давая встать выше, и подталкивал к себе. Его нос упирался в нежное местечко между двумя дырочками, а язык тем временем практически проникал внутрь. Стив смотрел, как крутятся мышцы на предплечье Брока от сжатия пальцев прямо внутри Барнса. И, кажется, это дарило ему дополнительное удовольствие - он всегда любил смотреть, как его любовники растягивали друг друга. Когда Баки стал сам нетерпеливо насаживаться уже на два пальца, Рамлоу решил, что пришла пора заняться им всерьёз. Показать небо в алмазах. Заставить кричать прямо в Стива. Брок вошёл в него средним и безымянным, смутно припоминая, что и как надо делать. Он прижал Баки к матрасу, надавив на низ живота, фиксируя, не давая отстраниться, согнул внутри пальцы, нащупывая переднюю стенку с уплотнением, и... Задвигал рукой в бешеном темпе, не вынимая пальцев наружу, дергая запястьем как крюком. Видимо, он сделал всё правильно, потому что Баки реально заорал. Новый высокий голос звучал непривычно, но ошибиться было невозможно - Барнсу было очень и очень хорошо. Настолько, что пару секунд спустя из него буквально полилось, попадая каплями Броку на шею и грудь. Всё запястье уже блестело, всё хлюпало, но пытка не прекращалась. Стив сел на пятки за головой Баки, позволяя ему приподнять голову. Руки тот с его бедер все ещё не убрал, наоборот, сжал ладони так крепко, что наверняка останутся синяки. Роджерс ухватился одной рукой за изголовье кровати у себя за спиной, ища опору, а другой скользнул вниз, работая пальцами с той же скоростью, что и Брок. У Баки уже садился голос. Он напрягал шею, смотря на Рамлоу между своих ног, не в силах свести колени (они упирались в широкие плечи) и без возможности отползти (рука на животе держала крепко). Когда воздух в лёгких заканчивался, он набирал его снова и продолжал скулить на высокой ноте. Когда Рамлоу выжал его досуха, когда простыня под ними вконец промокла, он наконец вынул пальцы, сморщившиеся от влаги, и с той же динамикой растер покрасневший набухший клитор. Бедра Баки затряслись, он зажмурился и завертел головой из стороны в сторону, взбрыкивая и выгибаясь в пояснице, пытаясь скинуть с себя удерживающую ладонь. — Хочешь так же? — едва совладав с голосом, Брок обратился к Стиву. Пожалуйста, пусть согласится: довести Капитана Америку до невменяемого состояния новым способом - его новая голубая мечта. Они смотрели друг другу в глаза, как будто всё уже произошло, как будто всё происходило прямо сейчас... Стив ни на секунду не прекращал ласкать себя, а Брока уже потряхивало от нереализованного возбуждения. Он улегся рядом с пребывающим в прострации Баки и притянул Стива к себе так же, как недавно притягивал Барнс. На пробу широко лизнув его, он уже не увидел, как у Роджерса закатились от удовольствия глаза - вечерняя щетина Рамлоу царапалась и путалась со светлыми паховыми волосами, и это делало все ощущения острее, ярче, особенно на контрасте с мягким и гладким куни от Баки. Язык у Брока был что надо - до носа, конечно, не доставал, но когда он прежде отлизывал своим супер-мальчикам, тех аж трясло. Вот и сейчас он максимально его высунул, напряг и стал резко и жёстко погружать в жаркую глубину, чувствуя солоноватый вкус. Стиву, кажется, было сложно держаться прямо, так что он уперся руками Броку в грудь. Баки тем временем как раз пришёл в себя, чтобы позаботиться о стояке самого Рамлоу, готовом взорваться от первого же прикосновения. Он даже не стал снимать бельё - просто разодрал его металлической рукой и отшвырнул куда-то в сторону. Член Брока хлопнул по животу, багровый от прилившей крови блестящий от натекшей смазки. Обычно у Барнса слова с делом не расходились - он хотел Брока внутрь, он его получал. Вот и сейчас, не особо раздумывая, он примерился тяжёлым, уже даже не стоящим, а лежащим на животе членом к своему насквозь мокрому входу и медленно сел. Рамлоу выругался, не выпуская Стива, и тот вздрогнул от горячего дыхания. Брок помнил, как Роджерсу раньше нравилось, когда во время минета его член цеплял кромку зубов, и сейчас наверняка ничего не изменилось - он осторожно прикусил по очереди покрасневшие половые губы и добился, чего хотел: тихого, сдавленного "чёрт", что для Стива было просто ну очень грубо. Баки уже освоился и стал плавно крутить бедрами, объезжая Брока, с каждым движением сжимая его в себе. Он двигался практически как профессиональная наложница - откуда что берётся? - хотя раньше он был скорее смерчем, зверем, бешено берущим своё. Брок, качающийся на волнах невыносимого удовольствия, сдвинул Стива к себе на шею, нажимая на поясницу, вынуждая наклониться вперёд и прогнуться. Он развел в стороны его ягодицы, так что тонкая полоска кожи между обеими дырочками натянулась. Этот вид несколько отличался от того, к которому он привык - половинки в руках были куда меньше, чем он помнил, но всё ещё удобно умещались в ладонях, светлый пушок был практически не виден, всё было слишком розовым и слишком мягким... Но под этим всем чувствовалась привычная крепость и сила. Как будто Стива просто перелепили во что-то новое, но глина всё ещё была его, "заводская", той же плотности. А если учесть, что морально он не поменялся вообще, то... Выводы у Брока не складывались, думать вообще приходилось через силу, потому что Барнс там, внизу, вошёл во вкус. В Стива легко скользнули два пальца - по одному с каждой руки. Было очень удобно его обнимать вот так, обхватив локтями и легко дотягиваясь, куда нужно. Брок кусал его молочную задницу и на ней расцветали ярко-розовые засосы. Он двигался постепенно, но неуклонно - одной рукой раскрывал его, другой трахал, а потом менял руки местами... Стив потянулся к своему животу, по привычке собираясь круговым движением обхватить член, но сейчас-то обхватывать было нечего, и он отчаянно застонал, желая приблизить разрядку, но не зная, как. Помог ему Баки. Он потянулся вперёд, отчего Брока пробило судорогой удовольствия, и ухватился за покатые плечи, образуя с ним нечто похожее на камасутровую "Эйфелеву башню", хотя и с некоторыми оговорками. Они целовались над Рамлоу, трогались и гладились, и все трое образовывали привычный отлаженный механизм - не такой, как обычно, в новой форме, по новой схеме, но всё такой же надёжный и замкнутый. Никто не был обижен. Всем было хорошо. *** Утром Брок проснулся последним - постель уже была пуста, а с кухни вкусно пахло кофе. Ночь прошла как в горячечном бреду - слишком много новых ощущений и душедробильных оргазмов. Они едва ли успели перемолвиться парой слов. А Брок как раз и хотел перемолвиться. У него последние два дня стойко держалось ощущение, что он вдруг попал в мыльную оперу. Лёгкая поначалу тревога, что придётся менять что-то в привычном укладе, перерастала с каждым часом в угрюмую уверенность. Если эти двое застрянут в таком виде надолго, придётся попрощаться с матом, со спаррингами и с бейсболом, придётся научиться ходить по магазинам и парикмахерским... Так или иначе, природная натура возьмёт своё - в поведении бывших суперсолдат уже начали просвечивать жеманные повадки, изящность и чувственная тонкость. Надо бы узнать, что они обо всём этом думают. И что планируют со всем этим делать. В конце-концов, они привыкли решать серьёзные проблемы вместе. Стивобаки обнаружились на кухне. Брок давно уже стал мысленно объединять их в единое существо, с того самого раза, когда они в два голоса, заканчивая друг за другом предложения, выбивали у Фьюри отпуск для него. Ну, и когда синхронно его выдрали после этого. Вот и сейчас, они готовили завтрак как единый, по чистой случайности разделенный надвое, организм. Одна тонкая ручка доставала кофе, другая засыпала его в машинку, одна разбивала в сковороду яйца, другая включала под ней плиту. Движения привычно перетекали из одного в другое, и Брок подумал, что для них ещё не всё потеряно. — Детка сегодня не в духе, — обронил Баки, всё ещё сиплым голосом. Но судя по тому, что у дверей не наблюдалось недовольных соседей, орал он этой ночью исключительно для своих. — Да нет, просто... Ну... — Брок неопределенно помахал рукой в воздухе, — Вот это вот... Никак не привыкну. И не хочу особо привыкать, если честно... — И не надо, — отозвался Стив, слизывая с большого пальца сливки - он всегда неосторожно открывал упаковку, ведь в тридцатые их выпускали в другой таре, и он к ней привык, — Тони сказал, что у нас ещё дней семь в таком виде есть, ну, десять, не больше. Мы же не совсем люди, у нас метаболизм иначе работает. То, что успело попасть к нам через кожу - скоро исчезнет. — И когда вы планировали это сказать? — Брок понимал, что ворчит скорее по привычке - от сердца отлегло. Пусть он не очень любил Старка, в вопросах неведомой фигни он ему доверял. — Мы планировали устроить сюрприз. Ну а что? — Баки звучал несколько обиженно, он любил всё внезапное, непредсказуемое и неожиданное - видимо, отыгрывался за последние 70 лет чёткости и приказной скуки. — Ну раз уж... Мы тут раскрываем сюрпризы, — Стив неуверенно посмотрел на Баки, мол, давай лучше ты, но тот сделал такие страшные круглые глаза и нахмурился, отчего стал поразительно похож на себя прежнего в образе Зимнего Солдата. — Давайте, принцессы, раскалывайтесь уже, — Брок уселся за стол и пригубил кофе, который Стив поставил перед ним будто в надежде подсластить неминуемую горькую пилюлю. — Понимаешь... Фьюри знает, что с нами случилось, он же координировал ту вылазку... Он знает, что это никак не повлияло... Ни на что, — Барнс говорил непривычно осторожно, взвешивая каждое слово. Обычно он так делал, когда знал, что Брок будет ругаться - например, когда однажды разбил его трофейную кружку или когда случайно сломал кофемашину, — Он хочет отправить меня на миссию. В кухне воцарилась тишина. Барнс молчал, боясь спровоцировать взрыв, Стив не хотел перетягивать на себя негативное внимание, а Рамлоу просто думал, прощелкивал в голове одну мысль за другой, ища лазейку. — Ты ведь уже согласился, да? — Не то, чтобы меня кто-то спрашивал, — с непривычной горечью отозвался Баки и сжал металлической ладонью упаковку соленой соломки, так что палочки захрустели, крошась и ломаясь все разом. Броку отзвучавшее сожаление показалось вполне искренним, и он немного оттаял. — И когда же? — Через два часа уже должен быть на Базе, — вместо Баки ответил Стив, мягко забирая пострадавшую соломку. Он выглядел не менее виноватым, — Я пытал...ась поговорить с Ником... Но он настоял на одиночной миссии Агента, а меня нагрузил бумажной работой. Хорошо, хоть разрешил брать её на дом, а то мне пришлось бы переехать в кабинет... Брок мимолетно отметил, что Стив все чаще в разговоре переходит на женский род, говоря о себе, но обеспокоиться этим себе не позволил. Сейчас у него были другие заботы. Например, тот же Баки, внезапно всхлипнувший. Всё негодование как-то сразу улетучилось. Да ещё и руки стали вдруг слишком тяжёлыми и несуразными - Рамлоу не мог придумать, куда их деть. Он прошёл столько горячих точек, что лень было даже считать, а перед женскими слезами всё равно оказался безнадёжно бессилен. Не помогало самоубеждение, что это всё ещё Баки, непримиримый Зимний Солдат, который плевать хотел на подобные мелочи. Не помогало осознание того, что в данном конкретном случае лично он, Брок, ничего поделать не может - не идти же ему к Фьюри ругаться! С того станется, ещё и Стива куда-нибудь отошлет, просто назло. Кажется, Роджерс тоже особо не представлял, что делать, но, пару секунд спустя, всё же обнял подрагивающие плечи и погладил блестящие после душа волосы... Он бросил на Брока взгляд "я-не-знаю-что-делаю-оно-само", который был самым частым его взглядом за последние сутки, и Брок ответил долгим морганием "я-всё-понимаю". Нихрена он не понимал. Барнс взрагивал и бубнил что-то вроде "дурацкая миссия, дурацкий Фьюри, не хочу ехать, хочу быть дома". В произвольном порядке слова перемежались шмыганьем и тихим поскуливанием. — Что происходит, Стиви? Почему я не могу остановиться...? — глаза у Баки покраснели, губы припухли, и, если бы не контекст ситуации, Брок был бы не против перевести всё в горизонтальную плоскость. Но сейчас моральное состояние Баки было важнее, чем его собственные хотелки. Ответа на поставленный вопрос так никто и не дал. Спустя пол часа всё улеглось само собой. Брок и Стив довезли Барнса до Базы и собственноручно посадили в джет. У обоих сердце было явно не на месте - они всегда с неохотой отпускали друг друга на опасные задания, а уж одиночки партнера вообще пугали каждого из них сильнее, чем собственные миссии. Стив жался к Броку, как потерянный ребенок, как щенок, которого только-только взяли с улицы в дом. Когда один из их трио отделялся, двум другим было необходимо повышенное внимание друг от друга. А теперь, в женском теле, у Роджерса явно плясали новые, неизведанные гормоны, и он на всё реагировал в пять раз острее обычного. — Всё будет хорошо, детка, он скоро вернётся. А пока я о тебе позабочусь, — Брок обнимал его за плечи, смотря как джет включает "невидимый" режим и растворяется в воздухе. К счастью, никто их не застал за этим сентиментальным занятием и никому не пришлось объяснять, почему "подружка" командира летает на служебной птичке. Стив без приключений добрался до своего кабинета и заперся там, не отвечая на звонки и перебирая документацию. Брок вернулся к тренировкам СТРАЙКа. Команда, помня вчерашнее, встретила его настороженно, но у Брока сломалась эмоциональная шкала - прекрасно вылюбленный ночью, обессиленный барнсовскими слезами и выведенный из строя его внезапным отлетом, он уже не был в состоянии испытывать что-то ещё, кроме усталости. Он привычно прогнал ребят по три круга, привычно раздал указания и сел в углу, наблюдая, как они распределяются по огромному залу, настраиваясь на спарринг. — Можно, командир? — Роллинз вытянулся по стойке смирно, загораживая весь вид. — Валяй, — отмахнулся Брок. В самом деле, Джек ведь его друг. Он имеет право волноваться... — Ты в порядке? У тебя видок как после боя, разве что менее разбитый... физически, — Роллинз присел рядом, так же наблюдая за командой. — Я задолбался. Навалилось как-то... Всё. Отпуск, что ли, взять... Джек не на шутку встревожился - командир говорил какие-то крамольные вещи. Какой ещё отпуск? Какое ещё всё? — Это как-то связано с теми вчерашними супер-красотками? — Напрямую. Если б ты только знал... — Так расскажи, — Роллинз звучал праздно, не особо заинтересованно, но Брок знал, что друг искренне за него переживает. — Не могу. Но скоро всё закончится. Надеюсь. Понимаешь, это так внезапно произошло... Не уверен, что это правильно... — Ты, кажется, головой приложился неудачно. Что может быть не правильного в двух аппетитных дамочках, которые сами на тебе виснут? — Мне нужно другое. — Хм. Попроси Роджерса отправить нас на миссию, как вернётся, может, так у тебя мозги прочистятся. Другое ему надо... Когда, кстати, кэп... — Неделя. Плюс-минус. — Вот и чудно. Роллинз ушёл к Таузигу, который маялся без пары посреди зала, а Брок вымученно выдохнул. За этот разговор он устал ещё больше: ходить вокруг до около, искусно прятать правду, и притом не врать лучшему другу - то ещё испытание. Он не сказал ничего лишнего, а то, что сказал - было абсолютной правдой. Ему было нужно другое. Он один не потянул бы ведущую роль на троих - не только в постели, но и в быту. С суперсолдатами было легко - не надо было маяться, додумывать и напрягаться, они всё понимали с полуслова, половину забот брали на себя, не трахали мозг тем, что он что-то не помыл и не убрал, не пилили его за срывы на работе, понимали, когда хочет он, а когда хочет, чтоб его. Не заставляли прыгать выше головы и устраивать романтику, не требовали цветов по праздникам... Брок делал это всё сам, старался ничего не упускать, потому что действительно хотел этого... А сейчас он боялся, что стоит ему на секунду ослабить пристальное внимание к мелочам, неустанный женский глаз найдёт в нём тысячу изъянов, и всё по наклонной прокатится вниз, пока не разобьется вдребезги. Вряд ли он сможет удовлетворить два супер-либидо, он же не накачан сывороткой... Раньше проблем в постели не было, потому что то, что не додавал он, эти двое брали друг у друга. Вряд ли после стольких лет любви к членам они заделаются образцовыми лесбиянками - вон как Барнс скулил, что ему нужно что-то внутрь... Брок не железный. Со временем недотрах переплавится в придирки и недовольство, а потом... Они просто найдут себе кого помоложе. И всё. Конец. Рамлоу потряс головой и встряхнулся. Что-то он размяк. Расквасился, как будто сам превращается в бабу. Надо с этим что-то делать. Он подстроится. На какие только подвиги не пойдёшь ради любви. И чем раньше он начнёт над собой работать, тем лучше. *** Мало кто знал, что кабинет Капитана Америки открывался по отпечаткам только четверых людей на всей Базе - сам Кэп, Фьюри, Баки и Брок. О причастности последнего вряд ли подозревал кто-то посторонний. Разве что Старк, проектировавший замок. Но он не в счёт. Когда Рамлоу вошёл, Стив резко поднял голову, так что белокурые волосы слетели с лица - как он вообще умудрялся что-то за ними читать и писать? Надо бы научить его делать хвостик, хотя бы, но эту почетную миссию Брок решил возложить на Барнса, когда тот вернётся. — Собирайся, поехали шопиться, — Брок уперся руками в стол напротив Стива и откровенно наслаждался его наивным открытым взглядом. После скучного заполнения отчетов Кэп, человек дела, всегда был слегка не в себе. — Куда поехали? Впрочем, это неважно, мне тут до утра не разобраться... — Тебе же все равно можно взять всё с собой? Дома я тебе помогу, в два счета разделаемся, давай. Поднимай свою хорошенькую попку и пойдём её принарядим. — Ну, если ты берёшь на себя ответственность... — Стив уже сдался, Брок видел это. — Ты, наверняка, и обед пропустил, зарывшись в свои бумажки, так что сначала еда, потом одежда. — А чем тебе не нравится то, что привезла Наташа? — спросил Роджерс, под звучный аккомпанемент голодного желудка выходя из-за стола. — Ты всю неделю будешь ходить в одном и том же? — Ладно, уговорил. Они оба, наверняка, подумали об одном - что, если это растянется дольше, чем на неделю? Но вслух никто ничего не сказал, чтоб не сглазить. В магазине Стив чувствовал себя неловко - Брок вообще удивлялся, как тот умудрялся покупать одежду всё это время? Но тихий бубнеж про "Тони, доставку и интернет" разрешил его недоумение. — Я пойду вооон туда, ладно? В фуд-корт. Куплю нам домой пиццу, хорошо? Ты пока подбери себе что-нибудь, на свой вкус... — Рамлоу чувствовал себя то ли курицей-наседкой, то ли богатым папиком, выведшим в свет содержанку. Возвращаясь обратно, Брок заподозрил неладное - Стив застрял у выхода из магазина и на повышенных тонах общался с какой-то дамочкой. Та тянула у него из рук пакет и тыкала пальцем в сторону приземистого, крупного мужчины, стоявшего в двух шагах со страдальческим и отстраненным выражением лица. — Ты строила ему глазки, стерва! Признавайся, что вы делали в примерочной! — Уймитесь, мэм, мне совершенно не нужен ваш... Он! У меня свой есть! Дайте пройти! — Знаю я вас таких, мало того, что задом вертишь перед честным семьянином, так ещё и кофточку мою увела! Отдавай обратно! — С какой это стати! Я за неё заплатил...! Стив даже забыл просклонять глагол, настолько был возмущен. Брок же пребывал в замешательстве, подобном тому, в котором уже находился вышеупомянутый "честный семьянин". — Ваша? — голос мужика сочился вселенской усталостью. — Моя. — Горячая. — Было? — Да Боже упаси, — несчастный кивнул в сторону беснующейся дамочки, мол, ты посмотри только, я даже выдохнуть на сторону не могу. — Ясно. Брок не страдал от необоснованных истерик и не был склонен видеть то, чего нет. К счастью, со Стивом всё было так же - пока что - и он был шокирован тем, что увидела в нём эта нездоровая женщина. — Какие-то проблемы, дамы? — Брок! — Стив бросился к нему с явным облегчением, но не тут-то было. — А ну стоять, вертихвостка! Думаешь, тебе за красивые глазки все непотребства с рук сойдут?! — тётка попыталась вцепился остолбеневшему Стиву в волосы, но Брок моментально отодвинул его себе за спину, за что и получил царапину по скуле. — Эй, уважаемый! — он крикнул охраннику, патрулировавшему "улицу" торгового центра, — Вот эта женщина пыталась украсть у моей девушки оплаченную покупку, а так же нанести ей лёгкие телесные повреждения, и это я уже не говорю о клевете. Примите меры! — и, по-армейски развернувшись, кинув на собрата по несчастью сочувствующий взгляд и уцепив Стива за талию, направился в противоположную сторону. Крики скандалистки ещё долго летели им вслед. — Не становись, пожалуйста, такой психичкой. — Запихни меня в криокамеру, если заметишь первые признаки. Стив просто кипел от негодования, его щеки заливал гневный румянец, а в глазах сверкали молнии, которые раньше Брок видел только на агитплакатах из сороковых. За справедливость! За равенство! И всё прочее в этом же духе. — Да что я ей сделал? — не выдержал Стив, когда они вышли на улицу. — Да не надо было тебе ничего особенного делать. Ты себя в зеркало видел? — Брок заслужил непонимающий взгляд и пояснил, — Зависть, Стиви. Женщины чувствуют потенциальную угрозу в любой более привлекательной представительнице своего пола. — Но Наташа... — Ты много видел женщин, более привлекательных, чем Наташа? Ей просто не нужно никому доказывать своё превосходство. Но, я думаю, и она тоже станет такой, — Брок ткнул большим пальцем себе за спину, — Если отыщется подходящая соперница. Другое дело, Нат будет вести себя менее грубо, более хитро и умно, но суть при этом не поменяется. У Стива был такой вид, будто он только что приоткрыл завесу вселенной. Так выглядит ребенок, впервые узнавший, откуда берутся дети. — Не думаю, что хоть когда-нибудь стану таким, даже если застряну... В этом теле. — Ты никогда не завидовал? Нет, я понимаю, ты образец морали и нравственности, но... Я о тебе много мифов развенчал за время нашего близкого знакомства, может, и зависть тебе не чужда? — Я не... Не уверен. Раньше все были сильнее меня, красивее меня, удачливее... Но я видел, как они растрачивают свой потенциал, и не хотел быть таким же - я мог правильно применить те жалкие крохи, которые у меня были вместо здоровья и денег, в то время как они сливали впустую весь свой внушительный арсенал из мышц и влияния. Исключением был Баки - он был морально безупречен, я всегда равнялся на него, но он был выносливее, крупнее и симпатичнее, и ему действительно не нужно было никому ничего доказывать, не нужно было лезть в драку, чтобы убедить всех, что он прав... Он был лучше меня во всём. — И что же ты сделал? Подрался с ним хоть раз? Высказал ему всё? Стал работать над собой так усердно, что стал тем, кем стал? — Я влюбился в него, — просто ответил Стив, и Брок подумал, что это как нельзя лучше характеризует его. Как можно было быть лучше такого совершенства? Как можно было сравняться с ним сейчас...? Из всех возможных способов устранения конкуренции, этот безупречный человек выбрал самый обезоруживающий и самый невинный, самый чистый и искренний... Да в нем же ни грамма тьмы, вот даже с ноготок не наскрести... А сколько же тьмы в самом Броке... — Эй? — Роджерс с беспокойством смотрел на него, замершего у машины и так и не закрывшего багажник с покупками, — Ты в порядке? Я обещаю тебе, я не стану таким, как та женщина, мне это не нужно, мне не нужно бороться за кусок своего пирога, потому что у меня уже есть больше, чем я смогу съесть, у меня на руках весь пирог целиком - ты, Баки, работа, новый мир, цель... Ну что с тобой? Стив аккуратно прикрыл переднюю дверь и обогнул машину, приближаясь к Броку и обнимая его. Ох. Не заслужил он такого... — Просто... Я тебя люблю, Роджерс. — Ты не в порядке, — заключил Стив, слегка отстранясь и вглядываясь в его лицо. Раньше Брок говорил подобные слова всего несколько раз, после особо страшных миссий, едва ворочая языком от обезболивающих или контузии. Не любил болтать, любил делом показывать... Но не сказать этого сейчас не мог - уж больно хрупко и шатко держался его привычный мир. Он боялся, что всё развалится, а он так и не успеет... Не сможет... — Давай-ка я поведу, — Стив мягко забрал у него ключи и закрыл багажник. *** За пару кварталов от дома они встали в пробку. Можно было, конечно, и пешком отсюда дойти, но бросать танкомобиль посреди улицы или в случайном дворе совсем не хотелось, а потому пришлось добросовестно приглушить двигатель. — Люблю, когда ты водишь моего зверя, — выдохнул Рамлоу, и Стив усмехнулся - так знакомо, что закаленное потерями сердце командира сжалось от нежности. — Странно звучит, конечно, но знаешь, что... Я тоже люблю водить твоего зверя. Всех твоих зверей, — узкая, прохладная ладонь легла на крепкое броковское бедро и потянулась по нему вверх, к паху. — Гребаная пробка, — пробубнил Рамлоу, заводясь с полоборота. — Жарковато стало, не находишь? — кондиционер работал на всю, но в словах Стива была доля правды... Стоило, пожалуй, открыть окна. — Эй, красотка! — раздалось со стороны Стива, снизу, из подержанной и безвкусно прокачанной иномарки, — Какая у тебя тачила! Хорошо, небось, сосешь? Стив даже выглянул наружу - ему, непривычному к столь откровенным намекам на бесчестие, было любопытно, кто посмел раскрыть на него свою пасть. — А ты ничего, крошка! Может, хочешь новый телефончик? Или на бензин для твоего монстра не хватает? Спускайся, давай прогуляемся! Видя, как крепко Стив сжал руль, и опасаясь за сохранность их, между прочим, общего имущества, на этот раз Брок погладил его по бедру и переклонился к двери, натягивая ремень безопасности. — Хлебало завали, — рыкнул он на гоповатого водилу ведра, лишь по ошибке считавшегося машиной. — О, а папочка-то у нас борзый! Кем работаешь, мужик, что такая нимфетка к тебе в койку полезла? — Наёмный убийца. За такого, как ты, и половины от такой тачки не дадут, но я тебя и даром хлопну, если ещё хоть что-нибудь вякнешь в эту сторону, — Брок говорил спокойно, даже слишком спокойно, но его голос был настолько пропитан угрозой, что хам не решился ничего возразить вслух, только высунул руку и ткнул Стиву под нос оттопыренный средний палец. — Ах, ты!... — Брок был близок к тому, чтобы выйти из машины, достать из-под заднего сидения Барнсову винтовку и пойти пообщаться с идиотом поближе, но Стив наклонился и поцеловал его в шею, за ухом, в самое чувствительное местечко, так что весь гневный запал резко свернул с намеченного курса, а потребность подраться переквалифицировалась в потребность совсем иного рода. *** — Ты знаешь, это было... Очень мужественно! Мне понравилось, как ты защищал мою честь, — Стив задыхался, практически сползал по стене, закинув ногу Броку на пояс, и льнул к нему всем телом. — Твоя честь - только моя. И Барнса. Всё, валентность закрыта, — Брок вылизывал его шею и вовсю орудовал руками под футболкой. Стив усмехнулся. Брок только с виду выглядел как солдафон-мордоворот, на самом деле, именно он первый сравнил их союз с атомом. Они все трое, как электроны вокруг ядра, крутились вокруг большого и тёплого чувства, и никаких других свободных орбит рядом не было, никаких других частиц они бы и не приняли в свою систему, но и друг без друга вряд ли смогли бы существовать: они - устоявшийся элемент, валентность и правда закрыта. Это было поэтично. И немного научно. И заводило, когда звучало из уст командира команды военно-огневой поддержки. Брок избавил их обоих от футболок, уложил Стива на кровать и устроился сверху, между бесконечно длинных, разведенных ног. Роджерс очень изящно изгибался в нужных местах, сильнее и мягче, чем мог бы мужчина, и Брок в который раз задался вопросом - является ли это врожденной способностью, связанной с полом, или Стив сам по себе такой? Рамлоу целовал его ключицы, плечи, мягко спустив лямки лифчика ниже... Он не стал его расстёгивать - просто задрал вверх, обнажая грудь. Он покусывал и посасывал напрягшиеся горошины сосков, массировал ореолы и сгребал в горсть всю грудь целиком. Стив постанывал с закрытыми глазами, скреб ногтями короткостриженный затылок, притягивая его к себе ближе, и кусал покрасневшие губы. — Давай, сделай это, как если бы действительно... Если бы я все ещё был... Как будто ты все равно хотел бы... Брок замер. Приподнялся на локтях и взглянул в раскрасневшееся лицо Стива. Кажется, тот говорил всерьёз. — Стивен Грант Роджерс. Запомни, что я тебе сейчас скажу. Мне абсолютно все равно, как ты выглядишь - сильный, слабый, мужик, женщина, инопланетянин с пятью головами... Плевать. Я люблю тебя, — он для достоверности ткнул пальцем в то место, где у Стива предположительно находилась душа, — И Барнс любит тебя. Всё остальное лишь приятные бонусы. Ты нужен нам любым, в любой форме. Мы тут все трое, как я думаю, пансексуалы, иначе у меня возникает много вопросов по поводу вашей личной жизни до меня... Да и вообще... Не тебе, такому идеальному и прекрасному, сомневаться в том, что я могу тебя хотеть. Всегда, Стиви, всегда. С тобой до самого конца... Стив не дал ему договорить. Со всей своей силой он притянул его к себе, целуя так горячо и самоотверженно, что Броку показалось, будто он глотнул кипятка - обожгло грудь рядом с сердцем, желудок и пах. — Люблю тебя, люблю, люблю, — Стив дарил ему короткие поцелуи куда придётся - в скулы, в щеки, в губы - и жарко шептал. Он тоже нечасто говорил о чувствах, а когда говорил, это обычно было "я тебя ценю", "ты мне нужен", "я хочу позаботиться о тебе".... Прямым текстом Броку это доставалось всего пару раз - оба раза он был не совсем в сознании, так что плохо помнил, каково это. Но сейчас - у него был шанс насладиться сполна. Ненужная одежда была сброшена на пол, Брок чувствовал Стива всем телом, от коленей до плеч, и ему казалось, что он снова, будто впервые, сорвал джекпот. Он въехал в жаркое нутро одним слитным движением, вошёл так легко, как будто был создан специально для Стива. Они двигались друг другу навстречу, один начинал движение, другой продолжал, и так до бесконечности. Брок держал Стива на весу, подхватив за поясницу, а Стив не отпускал его шею, вжимая лицом себе в грудь. Оба стонали, но тихо, жарко, только друг для друга. Брок, почти не вынимая, толкался глубоко и мягко, было больше похоже на сцепку, чем на привычный безумный трах. Стив кончил прямо на нём, и Рамлоу пришлось остановиться на пару десятков секунд, позволяя дрожащему телу в своих руках успокоиться. А потом он продолжил в той же манере, и Стив почти потерял себя от интенсивности и чувственности. Броку казалось, он может так вечность. И даже чуть больше. Ему было перманентно хорошо - не как обычно, когда тянешься к оргазму, как к вершине удовольствия, а ровно, постоянно, каждую секунду хорошо. Если бы его сейчас оторвали от Стива и спросили бы, он бы сказал, что полностью удовлетворен. Оказалось, что для полного единения с партнёром необязательно кончать. Вот так открытие на старости лет. Хлопнула входная дверь. — Баки... — выдохнули они одновременно и наконец-то расцепились. Стив сполз с кровати и как есть, голый, вышел в прихожую. Брок же перевернулся и удобно расположился в подушках, предвкушая и ожидая. Зрелище было действительно обжигающим - Баки и Стив ввалились в комнату, яростно сплетясь в голодном поцелуе. Баки был в полной боевой амуниции, безумно похожий на себя прежнего - весь в чёрном, с металлическими заклепками и рукоятками ножей, торчащими из всех карманов, в тяжелом жилете, сглаживающем женственные очертания фигуры, в больших ботинках и с тактической краской на лице. Стив же перед ним казался особо беззащитным, вдвойне обнаженным, слишком мягким и хрупким. Вдвоём они выглядели как Инь и Янь, как день и ночь, как... У Брока закончились сравнения. Все мысли закончились. Ничего не осталось, кроме желания вплавиться в этих двоих, стать их частью, присвоить их себе. Навсегда. *** Утром Рамлоу еле-еле проснулся. За ночь его заездили так, что искры из глаз посыпались. Как никогда в жизни. В очередной раз у него уже просто не встал, но он довел дело до конца ещё дважды, с каждым, используя руки и рот. Всё тело было налито приятной, тяжёлой, тянущей мышечной болью, как после тройного марш-броска в полной выкладке. Если и дальше в таком темпе пойдёт, он не протянет и месяц. Этим вечером он точно не при делах. Он посидит, посмотрит, может разок лениво подрочит... Не больше. Не-не-не, он в жизни не был настолько пресыщен сексом. Справа завозился Барнс. Брок не был уверен, когда его супердевочки заснули - когда он отрубился, они ещё ласкались и вполне всерьёз обсуждали альтернативные варианты использования его электрической зубной щетки... — Утречко, — прохрипел Баки, как жидкость стёк с кровати и отправился в ванную. Стив по левую командирскую руку завозился, покрепче ухватил одеяло и дернул его на себя, заворачиваясь, как в кокон. Барнсова треть кровати осталась голой и пустой, и... — Чёрт! Стив, тут кровь, — благостное настроение как рукой сняло. — Чего? — из-под одеяла показалась встревоженная и растрепанная голова с распухшими обкусанными губами и чуть припухшими веками от невольных счастливых слёз. Они оба уставились на довольно-таки большое бордово-красное пятно на белой простыне. Брок нервно сорвал одеяло со Стива и пристально его оглядел. — Я же не мог вас порвать? Нет же? — Нет, конечно, мы же... Ничего такого... Он после миссии пришёл, а я даже не проверил... Рамлоу проворно вылез из кровати, чуть не упал на подогнувшихся ногах - перегруженные и расслабленные мышцы не хотели его держать - и как мог резво двинулся в ванную. Баки обнаружился под душем, и если бы не тревога, Брок оценил бы зрелище. Но вместо этого он вытолкнул его из-под воды и осмотрел с ног до головы. — Ты ранен? — Стив влетел следом с выражением близким к панике на лице. — Нет, — удивился Баки и отбил от себя руки Брока, которыми тот ощупывал все жизненно важные и возможно поврежденные части его тела - живот, плечи, затылок. — Ты точно ранен, там на кровати натекло, с твоей стороны... Мы с Броком в порядке, а тебя вчера могло зацепить так, что ты даже не заметил бы... — Стив. — А если задета артерия? Ты мог просто не почувствовать. Может, на стыке с вибраниумом? — Стив! Броку пришлось повысить голос, чтобы прекратить этот фарс. До него дошло. Только что. Невероятно, безумно, совершенно непредвиденно, но... В общем-то, логично. Баки, будучи обращенным в женщину, не оказался избавлен от всех прелестей бытия по женской части. Ему крайне "подфартило" дождаться своего первого ненавистного периода в новом теле... Ну, он хотя бы не забеременел, и на том спасибо. Хотя тот факт, что он вообще мог теперь это сделать, приносил Броку почти физический дискомфорт. Детей они как-то не планировали в ближайшее никогда - при их-то работе и образе жизни... Но... А Стив? Ночью Брок точно пару раз спустил в него, как привык, даже не задумываясь о презервативах. Суперсолдатам не нужно предохраняться, сывороточный иммунитет не пробьет ни одна зараза, а сам Брок больше ни с кем и не спал... Но вот сейчас... А если Стив все же залетел? А если он резко станет обратно мужиком, когда в нём уже будет ребенок? А если... А... — Брок? Эй, эй, детка, — Баки прихватил его за плечо, заглядывая в глаза, — Ты побледнел, ты в порядке? — Мне надо выпить. — Девять утра, Брок... — Плевать. Мойтесь, потом... Поговорим... Почему-то ему вдруг стало неловко. Через какой только ад он не проходил с этими двумя. Он видел их и грязными, и равными, и голыми, и слабыми, и порезанными... Однажды, когда Барнс ещё был Зимним Солдатом, он даже видел его внутренности - того нашпиговали пулями так, что гидра-медику пришлось оперировать актива прямо там, в полевых условиях, а Брок служил мед-братом. Но почему-то вот сейчас, здесь, в собственной ванной, ему вдруг стало как-то стыдно, будто он влез во что-то настолько личное, что... Глупости какие. Он не соврал вчера Стиву - всё правда, он все равно любил бы любого из них, даже если бы они вообще перестали быть людьми. Но от одной мысли, что с ними теперь что-то совсем не так, как с ним, что природой им выдано что-то другое, и ему никогда и ни за что не понять, что именно... На душе становилось как-то мутно. — Наташа? — первым делом он нашёл телефон, вторым делом - штаны. — Слушаю, — звучало бодро и профессионально, как и в любое другое время утра, дня и ночи. — Ты можешь приехать? Прямо сейчас. Срочно. Быстро. — Могу. Выехала. — Зайди в аптеку за... Ну не знаю, что вам нужно, когда... Ну... — черт, почему он не может сказать этого вслух? Что такого-то?... — Оу. Твои девочки стали женщинами? — Только Баки, — он же не покраснел, нет? Не может быть. — Весело. Буду через 20 минут. Рамлоу отключился и отправился на кухню. Он сварит себе такой крепкий кофе, что никакой алкоголь не потребуется - надо будет, сухие зерна сожрет, только чтоб накрыло. Ближайшие пол часа девочек из ванной ждать не стоит - им есть чем заняться... Но... Стив же не навредит Баки, если... Им же можно в эти дни?... Тёмный лес. Нихрена он не знает о женщинах, позор. Сказывается юность без матери - отец о такой фигне ему не рассказывал. Приходящие и уходящие девушки на пару раз - тоже. На мгновение мелькнула малодушная мысль позвонить Роллинзу - у него же жена, он должен быть в курсе - но стоило только представить разговор... Хотелось провалиться под землю от стыда, хотя проблема была даже не у него. Как женщины вообще живут в этом мире так, что никто ничего не подозревает? Наташа уложилась в 18 минут. — Где? — с порога начала она, пропустив ненужные приветствия и вручая Броку пакет с выпечкой - когда только успела? — Ванная. Она кивнула и, покачивая бедрами, двинулась в указанном направлении. Брок старался не смотреть на яркие упаковки в её руках. Он не хочет знать. Это их дело. Все трое вышли в кухню спустя пятнадцать минут. Баки шёл последним, опустив голову в пол, завесившись волосами и краснея. — Моя миссия выполнена, я возвращаюсь на работу. Не скучайте, девочки. Если что, звони, — она многозначительно посмотрела на Баки и ушла. — Что бы мы без неё делали, — протянул Стив, смотря ей вслед. — Простите... — Баки звучал так тихо и жалобно, что Броку стало ещё хуже и беспокойнее. — Эй, детка, ты ни в чём не виноват, ты... Ты извини. Я, наверное, не должен был... Тебе нужно что-нибудь? Баки задумался. А потом смущенно протянул зажатый в металлических пальцах листочек в клеточку. — Тёплая грелка, много питья, сыр... Сыр?... Не нервничать, обезболивающие... Ну, это понятно. А зачем грелка? И сыр зачем? — Наташа сказала... Там что-то о кисломолочных продуктах... Я не знаю... Я... Я просто... — Эй, эй, ну всё, всё хорошо. Организуем тебе вот это... Всё. — Я позвоню Фьюри и отпрошу нас всех. Хотя бы на сегодня... — Стив явно не знал, что с собой делать и как себя вести. И, почему-то, Броку стало жаль не только Баки, но и его тоже. Через час Барнсу стало хуже. Он огрызался на каждое слово, гладил низ своего живота и тяжело дышал, как при лёгком ранении. Стив крутился вокруг него и при этом походил на грустного ретривера, который мечется, скулит и прижимает хвост, не понимая, что происходит с хозяином. Брок с грустью осознал, что придётся брать всё в свои руки, хотя он даже приблизительно не представляет, что нужно делать. Но, в конце-концов, он тут теперь единственный мужик и должен проявлять ответственность. — Иди в кровать, мой хороший, давай, я сменил бельё, просто полежи, — он бережно приобнял Баки за плечи, и тот даже не откусил ему голову, — Стиви, набери грелку. Хорошо. Когда Баки разлегся на своей половине кровати, а Стив справился с поручением и просто сидел рядом, смотря, как он устраивает грелку на себе и блаженно прикрывает глаза, Брок вошёл в спальню, загруженный по самый нос - поклажа из рук чуть не сыпалась на пол. Он взял стопку бумаг, которые вчера вечером Роджерс забрал с Базы, два ноутбука - свой и капитанский - ведерко мороженого, наушники и расходник, плед и несколько бутербродов с сыром прямо поверх всего. Нести эту пирамиду нужно было аккуратно, чтоб бутерброды не упали. — Так, девочки, сегодня у нас пижама-пати. Сидим тут, никуда не вылезаем. На ужин закажем, чего захотите. Ты будешь решать дела, ты будешь отдыхать. Всё ясно? — Так точно, командир, — слабо улыбнулся Баки, и Брок понял, что в этот раз он сделал правильный шаг, пусть и наощупь. Он уселся в подушки так, что Барнс смог привалиться к его боку, установил ноут, вручил страдающей половине мороженое и включил какую-то сопливую мелодраму, а Стив устроился у них в ногах и обложился документами со всех сторон. Вечер прошёл гладко. Баки пару раз отлучался из гнезда, неловко шёл до ванной, будто был сделан из стекла и боялся разбиться, потом возвращался и дальше смотрел кино. Потом он перетянул себе весь ноутбук и серфил сеть, знакомясь со своей новой физиологией, а Брок помогал Стиву с бумагами, как и обещал. Когда они доедали пятую пиццу прямо в кровати и запивали её холодным свежим соком, Брок почувствовал себя неприлично счастливым - он мог бы провести так всю жизнь, не выходя из комнаты, рядом с этими двумя. Не нужно было никуда гнаться, не нужно было напрягаться. Нужно было просто быть внимательными друг к другу. Когда все устроились на ночь, уютно сплетясь в единый многорукий организм, и Брок уже практически уснул, Баки шепотом поинтересовался у Стива: — А Наташа когда-нибудь брала больничный, чтобы не участвовать в миссиях в... Такое время? — Ни разу даже не отпросилась, — так же шепотом, чтобы не разбудить Брока, отозвался Стив. — Железная женщина. Я как подумаю, что надо сейчас ещё драться и акробатические пируэты выделывать... Аж в дрожь бросает, — в голосе Барнса действительно звучал страх. Рамлоу мысленно усмехнулся - кто бы мог подумать, что непоколебимого Зимнего Солдата могут напугать критические дни? — Вообще не представляю, как она это делает... Никогда не задумывался. Надо будет быть к ней внимательнее. И к Марии. И вообще... — Стиви? — Ммм...? — судя по всему, капитан уже тоже дремал. — Я больше не хочу быть женщиной. Я хочу обратно. — Потерпи пару дней. Пару дней, Бак, и всё закончится... Барнса явно не убедили эти слова, и он завозился, тыкаясь в командирское плечо холодным носом. Сказал ли он что-нибудь ещё, Брок не знал. Он уснул. *** На следующий день был запланирован визит к Старку. Баки еле уговорили пойти - он с удовольствием окопался бы в одеялах ещё на денёк. Но дела есть дела. Старк снова ехидничал и сыпал неоднозначными намеками, Брок снова скрипел зубами, девочки снова смущались. И внезапно... — Мистер Старк, показания мистера Барнса с прошлого раза изменились, — Пятница звучала холодно и профессионально. — Выводи на экран. Так... — Старк нахмурился, — Ты какую химию жрешь, что у тебя так гормоны скачут? Ну-ка, двигай к Мисси, пусть просканирует... — Нет. Тони даже оторвался от созерцания непонятных графиков и диаграмм: — Как это, нет? — Ну вот так. Не надо никаких анализов. Приду через пару-тройку дней - само пройдёт. Надеюсь, — Баки возвел глаза к потолку и слегка покраснел. Стив кашлянул. Брок вздохнул. — Так, Рамлоу, я что-то не понял, если вам помощь с трансформациями не нужна, так ты скажи, у меня дел полно, но если уж вы тут по делу, то какого хрена... — Старк вспылил и гневно тыкнул пальцем Броку в грудь. Тот перехватил его руку и дёрнул ученого на себя, близко-близко наклонившись к его уху. Стив и Баки смотрели на это с тревогой и возмущением - Тони нарушил все личные границы и приличия, практически ткнувшись носом Броку в плечо. А уж когда Брок что-то зашептал ему на ухо (так тихо, что даже суперсолдатский слух улавливал только отдельные звуки)... Тони покраснел и попытался вырваться из крепкой хватки, но командир так и держал его за запястья. — Может, ты от него отлипнешь? — Баки звучал холодно и угрожающе и обращался, скорее всего, к Старку. Хотя, может и к Броку, учитывая, кто был инициатором этих импровизированных объятий. — Расслабься, принцесса. Я просто объяснил ему, почему он не должен к тебе лезть, — Брок примирительно выставил руки, и Тони тут же отошёл от него на пару шагов. Пожалуй, Баки мог бы и разозлиться, или занервничать, но... Вид смущенного Старка приводил его в какой-то странный восторг. Когда ещё увидишь на лице Железного Человека столь искренний стыд? — Мы, пожалуй, пойдём, — подал голос Стив, который всё это время переминался с ноги на ногу чуть поодаль. — На все четыре стороны. И не приходите, пока... Ну, пока не придете в норму, — Старк уже взял себя в руки, снова натянул маску безразличия, но в глаза им не смотрел. — Будет исполнено, — Брок усмехнулся, шутливо отдал Старку честь и увел своих девочек из лаборатории. *** Пока шла тренировка Страйка, Баки и Стив сидели в кабинете капитана и делали вид, что работают. Большинство дел было сделано ещё вчера, благодаря совместным усилиям, а новой работы, к счастью, ещё не прибавилось. Поэтому у обоих было время подумать о посторонних вещах... — Он нас бросит? — как бы между делом поинтересовался Барнс, но его голос звенел от тщательно скрываемого напряжения. — Брок? Почему ты так подумал? — Стив, конечно, догадывался, почему. — Я не думал, в общем-то, но когда увидел его со Старком... Брок же несерьёзно относится к женщинам, ему нужен хороший крепкий мужик, с которым и подраться, и пое... — Баки! — Стив перебил его, хлопая рукой по столу - он знал, что если Барнса сейчас не остановить, он накрутит и его, и себя, и весь день полетит в топку, — Брок нас любит, — он постарался вложить в свой голос убийственное количество уверенности, — Он не уйдет. — Откуда ты можешь знать? Ведь мы - больше не мы! Мы теперь не такие... Харизматичные, борзые и брутальные, мы теперь можем детей заиметь, ни ты, ни я не умеем толком вести хозяйство и устраивать дом, мы не сможем поддерживать половину его интересов чисто в силу отсутствия прибора поддержания... Стив, он найдёт себе кого-нибудь, у кого не будет таких проблем. Не Старка, конечно, хотя смотрелись они вместе весьма досадно... — Брок мне сам сказал вчера, что ему плевать, как мы выглядим. Плевать, какого мы пола и сколько у нас конечностей. Разве ты его бросил бы, переселись он вдруг из своего шикарного тела в какое-нибудь другое? — Нет, конечно, но вдруг... — Прекращай это. Я, кажется, начинаю понимать, что такое "трахать мозги", — Баки хохотнул, оценив оборот, но Стив продолжал серьёзно, — Мы снова станем сами собой и будем помнить это всё исключительно как одно из очередных безумных приключений. — Поверю тебе на слово, мелкий, — было видно, как Баки усиленно пытается выкинуть из головы все неприятные мысли или хотя бы задвинуть их куда подальше. *** Через три дня у Барнса наступил март. Он на стену был готов лезть от вынужденного воздержания. Нет, конечно у него и раньше были времена, когда он неделями ни с кем не спал, но тогда в зоне досягаемости протянутой руки не обретались два горячих доступных тела обоих полов со склонностями к экспериментам. Стив и Брок из солидарности тоже не делали ничего предосудительного, хотя и очень хотелось. Они даже не целовались друг с другом, потому что все трое понимали, что это запустит необратимый механизм, и они оглянуться не успеют, как окажутся в постели. Броку было легче всех - после последнего безумного марафона он накапливал желание постепенно, не реагировал как озабоченный на полуприкрытые по утрам тела и на крепкие объятия перед сном. Он вполне мог потерпеть ещё пару дней, если так было нужно. Стив страдал чуть больше, но это всё ещё был Стив - ему не привыкать жертвовать собственными приоритетами ради общего блага. Он мог получить секс прямо сейчас, он мог трогать Брока на полных правах, ему не надо было сдерживать себя по физиологическим причинам, но... Он держал себя в руках. Чтобы не обидеть Баки. Тот же в свою очередь держался только за стыд. Он вычитал в интернете, и даже уточнил у Наташи, на всякий случай, что ему совсем не запрещается поучаствовать в процессе - было очень много способов, как именно он мог это сделать, включая и самый основной, но... Он испытывал ни с чем не сравнимое желание куда-то сбежать и залечь на дно, когда только думал, что Брок или даже Стив увидят его настолько уязвимым и... Грязным?... Он сам себе не мог этого объяснить, в нем отродясь не было такой застенчивости и закрепощенности. Но, видимо, разнузданность вся скрывалась в яйцах, а яйца - в небытии. К концу третьего дня ситуация изменилась в корне. Стив и Брок уже собирались спать, устроившись на кровати и ожидая Баки, чтобы выключить прикроватную лампу. Никто сегодня не рассчитывал на жаркую ночь. Кроме, собственно, Баки. Ему повезло, его организм сжалился и отозвал свои мучения, даруя ему целый месяц свободы. И он собирался отыграться за упущенное время. Выходя из душа он даже не стал одеваться - бессмысленно, учитывая, что он собирался спровоцировать. Он быстро скользнул под одеяло, пока Стив и Брок разговаривали, повернувшись друг к другу лицом, и не смотрели на него. Баки любил сюрпризы. Он выждал полных десять минут прежде чем прильнуть к Рамлоу всем телом и, обняв его, погладить по груди. — Детка, ты уверен? — раздалось через пару секунд. О, как же Баки любил этот его голос, хриплый, многообещающий... — Я ни в чем не уверен, но мне надоело быть слабым, тихим и скромным. Я хочу как всегда. Хочу тебя. Заставь меня не думать и не смущаться... Убеди меня, что я - всё ещё я... Брок за долю секунды повернулся к нему лицом, и Баки животом почувствовал, как крепнет его заинтересованность в происходящем. Они смотрели друг другу в глаза, в сумраке ночной комнаты в основном работало воображение, так как видно было плоховато. Воздух густел, темнел и разогревался, как смола. Оба прекрасно понимали, что стоит только шевельнуться, в себя они уже придут только к утру. И то не факт. — Давай, Брок, хватит медлить. У меня уже всё тело сводит... — Стив вмешался в хрупкую идиллию и куснул Рамлоу за ухо. Тот лопатками почувствовал мягкое давление двух упругих полушарий и не выдержал. Он навалился на Баки и подмял его под себя, буквально вгрызаясь поцелуем в его рот. Стив же сбросил на пол ненужные одеяла и переложил подушки, освобождая будущее поле действий. Баки извивался и подставлялся, позволяя делать с собой всё, что угодно, постанывая каждый раз, когда Брок с силой оглаживал его тело ладонями. Стив лёг рядом и пропустил одну руку между сплетенными телами, другой лаская себя, распаляясь. Он обхватил член Брока и пару раз крепко провёл по нему кулаком. — Есть одна идейка, девочки... Ну-ка, Стиви, сюда ложись, вот так, а ты расставь ноги, ну... — приказной тон командира в данном контексте звучал очень и очень горячо, так что Стив с радостью поспешил выполнить то, что было ему сказано. Он втиснулся между любовниками, перекинув ногу через Баки и укладываясь на него лицом к лицу. Стиву часто доставалась роль маслица в мясном бутерброде, так что привыкать было не к чему. Барнс же, не упуская своего шанса, облапал его от задницы до плеч и крепко прижал к себе, целуя. Перед Броком открылась потрясающая картина - ноги обеих его партнерш были широко раскинуты в стороны, Баки согнул колени, раскрываясь, а Стив практически съехал ему на живот, прогнувшись и потираясь лобком о лобок. В распоряжении Рамлоу было вдвое больше жаждущих отверстий, чем он привык, и он не мог определиться, с чего начать. Огладил верхние два, потом нижние оба... Поудобнее сел на пятки... Потом подумал и лёг на живот, привстав на локти. Стиву достался язык, Баки - пальцы. Ощущения были странными, Брок никак не мог синхронизировать реальность с мозгом и понять, кого и как он сейчас ублажает. Между ртом и рукой было от силы сантиметров двадцать, но в эти двадцать сантиметров входили самые чувствительные зоны двух самых совершенных людей в этом мире. И они оба принадлежали ему. Через несколько минут он пристроился сочащимся смазкой членом к Баки, прижимаясь к спине Стива, практически ложась на него сверху... И от каждого его толчка они двигались все трое. Баки смещался выше по простыне, вскрикивая на каждом выдохе, Стив скользил сверху, раскачиваемый движениями этих двоих. Он смотрел Барнсу в глаза и не пропускал ни единого их выражения. — Ты его чувствуешь, Бак? Тебе хорошо? — Господи, да, он прямо... Так глубо...ко... Да!... А! — он держался за Стива и говорил - пытался говорить - о том, что чувствует, и Брока повело от этих их "доверительных" бесед. Его пошатнуло, и он нашёл отличный способ удержаться. Он ввёл в Стива большой палец, а остальными обхватил его гладкую, розовую ягодицу. Теперь он контролировал их, имел обоих, и они двигались в едином темпе. Стив подавался навстречу пальцам - ему отчаянно нужно было больше, он нуждался в чем-то покрупнее... И Брок собирался ему это дать. Он без предупреждения сменил цель - при следующем движении слегка привстал и въехал в Стива, которого просто распластало по Баки от неожиданной волны удовольствия. Брок мог бы слушать его стоны вечно. Теперь уже Барнс метался и сходил с ума под Стивом, пытаясь урвать свою долю ласки. Наверное, Роджерс был тяжёлым, так что Баки по-прежнему скользил спиной по простыне от каждого толчка, пусть толкались и не в него. Брок ухмыльнулся и мгновенно вернулся к Барнсу. В итоге дошло до того, что, качаясь вперёд назад, Брок входил то в одного, то в другого, перемешивая их смазки и заставляя обезуметь от непредсказуемости своих действий. Баки выл, Стив ругался и всё трое уже пребывали на грани. Рамлоу больше не мог сдерживаться. В момент, когда его настигло предоргазменное напряжение, он был в Баки, да так в нём остался, срываясь на быстрый, беспорядочный темп. За секунду до оргазма он заставил себя выйти, так что сперма попала в основном на Стива, красиво стекая по его сжатой дырочке и раскрытым влажным складкам ниже. Роджерса затрясло от неудовлетворения, от осознания, что Броку сейчас ослепительно хорошо, а он не при делах. Баки же сомкнул зубы на его плече, пережидая собственный пик наслаждения. — Ничего, моя хорошая, я о тебе сейчас позабочусь... — стояк у Рамлоу ещё не спал, так что он притянул Стива к себе поближе, в то время как Барнс наоборот сполз так, что его лицо оказалось под капитанским животом. И ниже. Он обхватил Брока за бедра, прижимая их к своим бокам, и широко лизнул Стива между ног, перемешивая белесые капли со своей слюной. Брок легко скользнул внутрь, разогнавшись по смазанному входу, и сразу взял быстрый темп. Баки просто высунул и напряг язык, так что от каждого движения Стив сам по нему проезжался. То и дело этот язык задевал и Брока, прошибая его горячими импульсами до самых яиц. Стива выламывало от одновременных толчков и вылизываний, а когда Брок просунул всего лишь фалангу в его пока ещё девственную в этом теле задницу... Кончая, он ритмично сжимался, выдаивая Брока второй раз, дожимая всё, что в том ещё оставалось. Удивительно, но Рамлоу в его годы поразительно легко удавались подобные фокусы типа двойных оргазмов и непрерывных актов. Он иногда сам про себя шутил, что у него всё разделено надвое - раз любовников двое, значит, можно и сперму надвое разделить, оттягивая финал... Кто знает, как это работает. Может, постоянное пребывание в организме сыворотки из ДНК суперсолдат все-таки сыграло свою роль...? В эту ночь никто не стал сходить с ума и тонуть в бездне порока - наверное, Стив и Баки видели, что предыдущий такой марафон сделал с их "деткой", и решили остановиться на малом, а Броку хватило своих двух раз, и теперь он просто хотел спать. Ему было все равно, что там будет дальше, станут ли его девочки обратно его мальчиками, сколько это всё продлится, и как им придётся себя вести... Может быть, лет через десять, он уйдёт на пенсию, и они заведут-таки детей (он был уверен, что ещё сможет), Стив и Баки будут спасать мир и дальше, а он будет растить их маленькие копии. Тревожная, но в чем-то даже заманчивая перспектива... Она уже не пугала его так, как в самом начале этой безумной недели. Что бы там ни было, они справятся. Вместе.