Be With Me

Это было чертовски странно — вот так, поздним вечером, когда Чимин уже обычно бывал дома, сидеть с едва знакомым парнем в уютном кафе, что поражало хотя бы тем, что было открыто к девяти вечера. Хотя так ли необычно это? Чимин не знает, ведь в разные заведения такого рода ходит нечасто. Но можно предположить, что в данной ситуации гораздо более странным является то, как он вообще предложил незнакомцу выпить по чашечке кофе. К себе домой пускать чужого человека Чимин не осмелился, в потому сейчас сидит за небольшим столиком, попивая карамельный латте, в то время, как его собеседник согласился на чашку горького кофе за счет Чимина, в качестве извинения за то, что тот сбил Юнги с ног своим падением, пусть и сделал это неосознанно. — Так как говоришь тебя зовут? — обращает внимание на себя Мин, на которого Паку смотреть невозможно спокойно, потому что тот сам невозможный. И дело тут не совсем даже в том факте, что Чимину смотреть на человека с внешностью Шуги непривычно, хотя и это тоже. Просто раньше Пак смотрел на своего собственного андроида, на его идеальный профиль, внешность, тело, и понимал, что тот так красив, ведь является роботом. Его красота ненастоящая, так почему перед Чимином сидит Мин Юнги, что не андроид ни разу, но при этом такой же безупречный, как робот? Такие люди разве бывают? — Пак Чимин, — отвечает брюнет на чужой вопрос, когда, наконец, набирается смелости поднять взгляд на Мина. Кажется, это была ошибка, ибо Чимин чувствует, что оторвать этот взгляд от лица Юнги не сможет самостоятельно. Их с Мином разговор нельзя назвать неловким, как их знакомство, совсем нет, ведь они болтают так, словно знают друг друга всю свою жизнь, будто они персонажи из очередного фильма про соулмейтов, что являются родственными душами. Так наивно и сопливо, но ведь Чимину отчего-то это нравится: ему нравится чувствать себя, будто в сказке, пусть осознание того, что его встреча с Юнги может стать первой и последней, давит на виски. — Я перепутал тебя со своим андроидом, прости, — Пак считает нужным прояснить ситуацию, а Юнги не кажется удивленным. — Похож на меня? — усмехается Мин, а Чимин кивает головой. Ведь Юнги и Шуга будто один и тот же человек, если не брать во внимание, что Шуга и не человек вовсе. — Один в один. — Тогда это судьба, — делает вывод Юнги, глядя Чимину прямо в глаза, отчего тот смущается, но взгляда не отводит. — Во всем мире только один андроид с моей внешностью, — добавляет Мин, а Пак задумывается над словами собеседника. — Что? — переспрашивает младший, чем совершенно не удивляет Юнги, который молча делает глоток горького кофе. Нет, Чимин вряд ли способен пить нечто такое несладкое так спокойно. — Ну, в то время искали человека, который бы разрешил использовать его внешность для робота, а мне нужны были деньги. Хорошая сумма, чтобы позволить одному единственному андроиду выглядить, как ты, уж поверь, — Мин пожимает плечами. — И то, что я встретил хозяина того самого единственного андроида, можно и правда считать судьбой. «Подарком судьбы» — мысленно поправляет Чимин Юнги, но фразу эту не озвучивает. — Вот. Это мой номер, — Чимин смотрит на протянутую ему салфетку, на которой записаны цифры. Видимо, номер телефона. Мин осознает, что логичнее было бы дать Чимину свой номер другим способом, только вот записать его ручкой, которую Юнги всегда носит с собой на всякий случай, показалось более забавным, да и Пак против не был. Они и правда хотели продолжить свое незамысловатое общение, а Чимин просто был рад хотя бы тому, что у него появился друг, помимо Тэхёна, который даже разрешил звать себя хёном, ведь был старше. Этот день принес много чего нового, но Пак почувствовал себя живым от этого, ведь впервые за долгое время судьба принесла в его жизнь что-то положительное, помимо Шуги. Шуги, который встречает Чимина обеспокоенным взглядом, ведь тот должен был вернуться домой более часа назад. Нет, Пак не был очень пунктуальным, просто такое опоздание даже для него было слишком. — Тебя что-то задержало? — интересуется андроид, помогая Чимину снять куртку и повесить ее на крючок в прихожей. — Да так… — размыто отвечает Пак, а Шуга надеется, что человек продолжит говорить и все же самостоятельно расскажет подробности, как бывало раньше. Но этого не происходит. Чимин лёгкой походкой проходит в гостиную и садится на диван, прикрывая свои глаза. В комнате тепло, оно и неудивительно, ведь Шуга никогда не проветривает помещения, если Пак дома. Атмосфера становиться не то неловкой, не то непривычной, ибо Чимин всегда был любителем душевных разговоров и почти каждый вечер спешил рассказать Шуге о своём прошедшем дне. — Ты взволнован, — говорит андроид и по его интонации нельзя понять, сделал ли он этот вывод самостоятельно или же просканировал Пака, выявив этот незатейливый факт. — Чем? — Что? Нет, я…просто день насыщенным выдался. Не забивай голову, — отвечает Чимин, улыбаясь, после чего уходит в ванную комнату, видимо, чтобы помыть руки перед едой. Шуга же хочет возразить, что его память работает не так, как человеческая и забить её какой-либо информацией, вообще-то, невозможно. Но робот ничего не говорит. Наверное из-за своей молчаливой натуры, а может просто потому что не хочет показаться слишком навязчивым. В конце концов, Пак с мечтательной улыбкой уходит спать. Ночь встречает холодами, а Шуга молча наблюдает за тем, как его хозяин завернулся в одеяло и сейчас мило сопел. Бывали времена, когда Чимин позволял андроиду лежать рядом, тогда Шуга, по словам Пака, смущался, но сейчас робот выглядит скорее обеспокоенные, но не тем, что его не пустили в теплую постель, а тем, что ему и слова не сказали перед сном, что Чимину не присуще совершенно.

***

Банка стоящая на краю крыши с брызгами падает вниз, заставляя Чимина немного дернуться. Повернув голову вправо, Пак застает довольную мину Тэхёна, который камушком смог сбить посторонний предмет, несмотря на ворчание Юнги о том, что в той банке все еще были остатки его холодного пива. Ким на это замечание ничего дельного не ответил, да и Мин злился не то, чтобы по-настоящему, и Тэ четко это ощущал. Прошло уже наверное пару месяцев с первой встречи Чимина и Юнги, и с тех пор они стали встречаться все чаще и чаще, и даже Тэхён, который был очень шумным и непоседливым, что совершенно не клеилось с характером спокойного Мина, с легкостью завел дружбу и с ним, несмотря на ворчание Юнги, которое сопровождало все действия Кима в начале их общения. Чимин был счастлив. Теперь у него была небольшая компания, с которой он был днями напролет. Он чувствовал себя простым молодым парнем, который со своими приятелями бегает по району, пьет пиво, залазеет на разные крыши домов и любуется закатами, наблюдая за тем, как Тэхён чуть шатаясь ходит по краю под смачное «идиот» от Юнги, который пусть не показывает, но волнуется за своих новоиспеченных друзей. Когда они не имели возможности встретиться, Пак постоянно переписывается с Тэхёном или с Мином, с которым было комфортно везде и всегда. — Мне пора, не скучайте, голубки! — Тэ активно машет рукой прежде чем удалиться с крыши по своим делам, оставив Мина и Пака наедине. Ким всегда подозревал, что в скором времени его друзья перестанут быть просто друзьями, а потому с радостью помогал им в этом, зачастую заставляя их смущаться нелепых фразочек. Юнги смотрел куда-то вдаль. Оно и неудивительно, с подобной высоты открывался потрясающий вид на город, который медленно погружался в тьму, зажигая ночные огни Сеула. Легкая улыбка касалась губ блондина, когда прохладный ветер коснулся его волос. Чимину захотелось запечатлеть этот момент навечно, так эстетично смотрелся Мин на фоне этой красоты. В то же время Юнги казался слегка задумчивым и чем-то озабоченных, и малознакомый человек мог не увидеть этого настроения, но Пак знал блондина достаточно хорошо, чтобы заметить подобную перемену. — Тебя что-то тревожит? — предполагает младший, Юнги же на подобное заявления поворачивает голову в бок, чтобы видеть Чимина лучше. — С чего ты взял? — Выглядишь задумчивым. — Хобби у меня такое — задумываться о том, о чем не нужно, — с мягкой улыбкой слетает с уст Мина весьма странная для понимания Чимина фраза. — Юнги, — аккуратно зовёт младший, — о чем ты думаешь? «О том, о чём не нужно» — кажется именно это стоит ответить блондину вновь, дабы показать границу, которую другим переступать не стоит. Всё же Мин имеет право на свободу мысли и некие секреты. Проблема в другом — проводить черту между собой и Паком совершенно не хочется. Хочется лишь подпустить ближе к себе и не дать уйти. Эти абсурдные мысли Юнги называет бредом, но сам точно понимает, что таким образом лжет себе. Блондин давно перестал стесняться представлять Чимина рядом. Всегда. Во всех смыслах. Только вот Мин наконец начал понимать, почему во всех сериалах признание в любви длится множество серий. Видимо, сценаристы прознали, что вместе с лёгким чувством любви порождается и тяжёлое чувство страха. Что будет, если я скажу те заветные три слова, что вертятся на языке при виде тебя? Что, если всё будет кончено? Что, если я никогда больше тебя не увижу? Что, если ты унесешь моё сердце за собой навечно? Юнги не был любителем риска, но почему-то всё равно отвечает Чимину на этот весьма простой вопрос, который на самом деле является одним из самых тяжёлых, что задавали Мину когда-либо. — Я думаю о том, что было бы, если бы ты ответил «да» на мой не озвученный вопрос. Фраза услышана. Если сейчас отступить назад, то между ними может повиснуть неловкость и некая недосказанность. Юнги же, в свою очередь, этого не хочет совершенно. Его чувства, что зародились за весьма короткий срок, рвутся наружу и делают это весьма болезненно. Что будет хуже: признаться сейчас и получить отказ или же лелеять надежду и дождаться, когда чувства в груди вырастут настолько, что уничтожить их будет невозможно? Мин не хочет страдать, а из двух зол говорят выбирать меньшее. — Вопрос? — Чимин видит некую нервозность своего собеседника, замечает и его ранимость в данный момент. Душа Мина будто сейчас открыта и норовит стать мишенью всех жестоких реалий этого мира. Но Пак также замечает за собой, что просто не может позволить этому случиться. Глупый порыв, но Юнги хочется беречь, как самое драгоценное сокровище, что, в принципе, не далеко от истины. — Чимин, — блондин внезапно налаживает зрительный контакт и распрямляет спину. Даже если это их с брюнетом последнее совместное воспоминание, Мин хочет выглядить сильным человеком, с прямой осанкой и твердым взглядом, — я влюбился в тебя, — такое вроде бы простое признание стоит неимоверных усилий, но после него становится легче. Начало положено, а значит и закончить нужно красиво. — Вот так просто, как мальчишка. Парень в парня. Так глупо…извини за это, тебе возможно противно слышать такое от человека своего пола. Просто…скажи мне, ладно? Я хоть немного нравился тебе, хотя бы как друг? Тишина. Они молчат. Блондин, потому что ему больше нечего сказать, а Чимин, потому что не знает, что ответить. Ветер становится все холоднее, но это не ощущается двумя одинокими фигурами на крыше. — Это и был твой неозвученный вопрос? — тихо спрашивает Чимин, стараясь не выдать своего удивления. Юнги лишь выглядел сильным, но брюнет знал, что за этой иллюзией хранится хрупкое сердце и наивная душа, которая не хочет терпеть боль. — Да, — коротко отвечает Мин. Сил говорить что-то больше просто нет. Этот переломный момент слишком давит на лёгкие. Надежда на взаимность ещё не умерла, а пора бы, но Юнги фантомно ощущает как его ноги готовы развернуться в противоположном направлении, дабы сбежать. Именно сбежать, как трус, так и не дождавшись ответа, ожидание которого заставляло лишь путаться в себе ещё больше. — Да, — вторит Пак. И если Мин, услышав это, понимает это простое слово, как повторение собственной фразы, то Чимин же вложил в это короткое согласие гораздо больше смысла, который объяснить словами брюнет не может. — Теперь у тебя есть ответ на уже озвученный вопрос, — кратко усмехается младший, после чего рискует. Но, в отличии от Мина, который явно считал, что риск его ничего не принесёт, Пак знал, что таким образом лишь даст понять, что слова в этой ситуации не нужны. Больше нет. Шаг, ещё один. И совсем скоро Юнги чувствует нечто совершенно потрясающие, будто душа его наконец освободилась от всех оков. Как иронично, кажется, минуту назад Мин был готов кануть в Лету, но спасти его смог простой поцелуй. Поцелуй, который оказался способен соединить два сердца воедино.

***

Чимин определенно точно сейчас должен испытывать стыд и стараться как-то исправить ситуацию. Можно ли считать его поведение изменой? Большинство людей сказало бы, что нет, это тут совершенно не причём. Но ведь сам Пак постоянно твердил Шуге, что считает его человеком, а не куском пластмассы. И когда целовал своего андроида считал точно также. Но отношения с Юнги начались слишком быстро, немного комично, но тем не менее, счастливо. И портить это счастье не хотелось совсем. Приходя домой, Чимин из раза в раз напоминал себе, что дома его ждёт Шуга, который пусть и выглядит как Мин, но таким не является, а значит нужно ограничить себя в порывах внезапно обнять или поцеловать. Выходило неплохо, но проблема была в том, что сам Пак чувствует, будто увяз в обмане. Раньше Чимин мог без зазрения совести сказать, что к своему роботу он испытывает что-то…романтическое? Сейчас же сказать нечто подобное будет преступлением по отношению к Юнги. Пак никогда не давал Шуге обещаний, никогда не говорил, что любит, никогда не обещал быть только с ним одним, но ощущение на душе было крайне отвратительным. Брюнет до сих пор не рассказал андроиду о том, что больше не целует его перед сном и не льнёт ближе не потому что устал, а потому что появился кое-кто другой в жизни Чимина. И этот кое-кто наверняка не будет мириться с соперником в виде робота. — Может хочешь посмотреть какой-нибудь фильм сегодня? Как мы делали раньше, — спокойно спрашивает Шуга, когда вновь застаёт Чимина одевающимся на улицу. Раньше Пак почти всё свободное время проводил дома, сейчас же он всё чаще и чаще остаётся вне серых стен. — Прости, я думаю, что приду сегодня поздно, — слегка виновато отвечает Пак. Шуга давно перешёл черту, когда подобные слова мог оставить без внимания. Сейчас же было больно. Правда больно. Не из-за этого злополучного фильма, а из-за навязчивого ощущения того, что ему что-то недоговаривают. И, кажется, это что-то весьма важное.

***

— Ты спал со своим андроидом? — Чимин принимает важное решение рассказать о своей ситуации Юнги. Но последний, видимо, немного шокирован данным положением дел. — Ты со мной встречаться начал из-за того, что я на твоего Шугу похож? — Что? Нет! — Пак всеми силами пытается избежать скандала и ещё больших проблем. Только этого ему не хватало, но всё же сейчас важно чтобы Мин понял все правильно. Терять его будет слишком больно. — Просто поверь мне ладно? Это было до моей встречи с тобой, а ты понравился мне явно не только внешностью. Возможно, такой ответ не слишком устраивает блондина, но тот пытается успокоиться и посмотреть на ситуацию с другой стороны. Всё же Чимин пришел и рассказал ему обо всём добровольно, к тому же попросил помощи у него, дабы рассказать андроиду о том, что Пак Чимин роботу больше не принадлежит. И Юнги весьма рад будет сказать это какому-то Шуге, поэтому на просьбу Пака пойти вместе с ним домой и провести серьезный разговор с роботом, блондин соглашается. Если быть честным, Юнги достаточно редко приходилось иметь дело с андроидами. Они стоят неимоверную кучу денег, что делает их достойно редким явлением в любом доме. Но Мин уверен, что даже имей он достаточно средств на покупку этого вида искусственного интеллекта, покупать ничего бы не стал. Почему? Да хотя бы потому что ему как минимум будет очень неловко, если рядом будет кто-то, или что-то в виде человека. Лишнее присутствие, и тем более, Юнги часто в новостях слышит о сбоях различных машин. Что будет, если андроид, который имеет доступ к тебе и твоему дому вдруг поломается? Думать об этом не хочется. А поставить жирную точку в истории с Шугой всё-таки нужно.

***

Каждый шаг делается всё труднее и труднее. Что же, Чимин сам решил не ехать на лифте, а пройтись по лестнице на восьмой этаж. Ещё никогда путь домой не был таким тяжёлым, но позади исправно шел Юнги, что дарил хоть какое-то чувство безопасности. Пак не знал, что будет дальше, он не хотел думать о том, что случится с андроидом после раскрытия правды. Будет ли Мин терпеть свою механическую копию, испытывающие чувства к Чимину? Вряд ли, а значит дальше Шуга проживать вместе с Паком не сможет. Но и выбросить его на помойку или же сдать на запчасти Чимин бы никогда не смог. Возможно, робота придется вернуть родителям, которые его и подарили и это, однозначно не самый худший вариант. Когда дверь квартиры внезапно открывается, Шуга впадает в некое замешательство, ведь Чимин точно говорил, что придет поздно, андроид в этом уверен. Но все сомнения быстро исчезают, стоит Паку перешагнуть порог своего дома. И поначалу робот рад, что его хозяин вернулся раньше, чем предполагалось, только вот вторая вошедшая фигура заставила остановится на полуслове. Загадочный блондин спокойно закрывает за собой дверь, а Чимин лишь нервозно теребит края собственной куртки. Шуга долго всматривается в лицо незнакомца, понимая, что это необычный незнакомец. Он тот, чье лицо в данный момент носит сам Шуга. Это довольно иронично, что в конце концов они всё же встретились. Похожие лишь внешне, словно близнецы, в то время как каждый из них абсолютно разный и с моральной точки зрения, и с физической. Тем не менее, их ждёт долгий и трудный разговор. Андроид словно забывает о своей работе и учтивости, совершенно не делая ничего, что должен в присутствии гостя. Этот человек перед ним смотрит с каким-то непонятным прищуром и явным недовольством, и робот понимает это, наблюдая за мимикой и выражением чужого лица. Чимин же также не внушает доверия, несмотря на всё. Тот старается не смотреть вперёд, постоянно рассматривает что-то на полу и судя по всему, очень нервничает. — Мин Юнги, — первым начинает разговор Юн, за что Пак ему очень благодарен. Сам же блондин не спешит протягивать руку в знак приветствия своей механической копии, решив ограничиться сухим фактом. — Модель SG900, Шуга, — в тон собеседнику отвечает андроид. Чимин чувствует себя зажатым между двумя огнями, что, по-видимому, недалеко от истины. — Шуга, — зовёт Пак своего андроида и последний вмиг переводит свой взгляд на брюнета перед собой. Выражение его лица становится чуть мягче, нежели когда он глядел на Юнги, — мне…то есть, нам, — покосившись на Мина в надежде на поддержку, поправляет самого себя Чимин, — нужно рассказать о чем-то важном. — Я слушаю, — андроид смотрит перед собой, уловив напряжённые нотки в голосе своего хозяина, что не внушает доверия. — Я не хотел тебя обманывать, правда, — продолжает Пак. — Я считаю тебя своим другом и больше не могу молчать. «Другом?» — мгновенно цепляется Шуга за это слово. «Я думал, мы были чем-то большим, нежели друзьями». — Почему ты говоришь об этом? Почему говоришь о лжи? — недоумевает робот. — Просто не перебивай, — вмешивается Мин, что до этого момента молчал и тут же ловит на себе взгляд Шуги, который не сулит ничего хорошего. — Я просто хочу сказать, что, — Чимин желает глубокий вдох, — нам нужно закончить наши странные отношения. Я люблю Юнги. Последнее звучит, как приговор. Бьёт прямо в сердце и в душу, которых у андроида нет и быть не может, но тем не менее, взгляд, кажется, становится мутнее, и Шуга испытывает какую-то непередаваемую боль. Это всё…было иллюзией? Все эти ласковые взгляды и прикосновения, все поцелуи и слова, которые разжигали надежду, все эти любящие взгляды? Неужели всё, что окружало Шугу и правда было лишь ложью? Андроид даже не знает, как назвать эту несправедливость, а стоит лишь поднять свой взгляд на Мин Юнги, как злость будто закипает внутри. Если бы не он, всё было бы иначе. Если бы не он, всё было бы хорошо. Если бы не он. — Почему? Почему ты так со мной поступаешь? — недоумевает робот. — Чем он лучше меня? Чем? Я же был идеальным! Я делал для тебя всё, Чимин, я был тем, в ком ты нуждался, я был нужен тебе, так почему?! Почему сейчас ты говоришь мне о том, что…любишь этого идиота? Дело в том, что он живой, да? Что дышит, что его сердце бьётся, что он растет и стареет, что чувствует? Но ты ведь говорил, что я для тебя как живой! Я тоже могу чувствовать…я тоже могу чувствовать. Ноги идут сами, Шуга их будто не чувствует, будто не властен над ними, да и если честно, ничего менять особо не хочется, ведь все действия сейчас кажутся слишком правильными. Андроид видит, как в глазах его собеседников мелькает страх, который перерастает в нечто большее, особенно у Юнги, когда тот чувствует железную хватку андроида на своей шее, которая не разомкнется не при каких обстоятельствах. Потому что Шуга сам так решил. Будучи лишь второстепенным персонажем, как оказалось, захотелось испытать немного счастья. И если нельзя испытать его вместе с Чимином, то андроид получит его от мести тому, кто всё испортил. Да, чужой страх робот вполне способен распознать. Юнги под ним пытается вырваться, пытается спастись, ощущая как воздух медленно, но верно заканчивается. Утекает и исчезает, как жизнь, которая точно также, медленно и верно, покидает его тело. — Нет, нет, не делай этого! Прошу! — Чимин отошёл уже на задний фон, его попытки хоть что-то изменить слишком незначительны, да и исправить уже ничего нельзя. Слишком поздно.