Ты мой космос

POV Саша

      Сплошная пустота, норовящая поглотить всё. Нет ничего внутри, испарилось, пропало. Осталась только чёртова бездна. Одна лишь мысль, мелькающая в чертогах разума: Артём Скворцов попал в аварию, сейчас он находится у нас в больнице. Боль отдаётся в висках, всепоглощающий холод, так свойственный мне, окутывает всё тело, будто хочет забрать в ледяной кокон, спасающий от боли.       Ничего не вижу, не слышу, абстрагировалась от всего мира, меня поглощает темнота. Она вокруг меня, в моих глазах, в моём сознании — везде. Снаружи слышу до боли знакомый голос, единственный, который может вытащить меня из всей этой темноты, способный спасти меня, забрать. Но сможет ли? Захочет ли?       Почему-то сразу понимаю, о чём меня спрашивают, киваю, зная — он поймёт, ведь знает. Способна сказать лишь пару слов, которые болью отдаются по всему телу. Осознание по крупицам доходит до меня, делая темноту гуще и твёрже. Нет, только не это, пожалуйста. Это же Тёма, мой родной Тёма.       — Саша, приди в себя. Саша, — чьи-то руки трясут меня за плечи, стараясь вытянуть из тьмы, и у них, на удивление, это получается. — Малышка.       Темнота постепенно отступает, позволяя мне видеть всё, что происходит. Дима, почти что держа меня в своих руках, заглядывает в глаза, пытаясь увидеть в них что-то. Взгляд обеспокоен, полон страха и волнения. Ладонями касается моих щёк, что отдаётся тёплыми согревающими волнами по телу.       — Артём, мне нужно к нему, — кое-как выговариваю я. Голос похож то ли на хрип, то ли на какой-то скрип, говорить трудно, в горле всё пересохло. Чувствую на щеках влагу, которую стирает Дима, всё так же смотря в мои глаза.       — Малышка, ты ему сейчас ничем не поможешь, — объясняет он, прижимая меня к своей груди. Кладу голову на его рубашку и теперь спокойно могу разрыдаться на его плече. Чувствую приятный, уже, чёрт бы его побрал, до дури родной и любимый запах кофе. Парень обнимает меня, прижимает ближе, стискивает в объятиях, словно стараясь не оставить и миллиметра расстояния между нами.       — Нет, — стараюсь сказать твёрдо, но снова из груди вырывается всхлип. — Отвези меня к нему, пожалуйста, — непрошеные слёзы всё катятся и катятся по щекам, затапливая рубашку Димы.       — Саш, ты не сможешь сейчас куда-то поехать и помогать, тебя саму колотит от холода, — убеждает меня учитель, чуть отстраняясь, но так и не выпустив из спасительных объятий.       — Нет, я должна поехать, должна… — тихо говорю я и отступаю на шаг назад, но ноги не держат, и я падаю. Готовлюсь встретиться коленками с твёрдым полом, но чувствую лишь тёплые ладони на талии. Дима обеспокоен, он волнуется и переживает за меня сейчас, всё это видно в его чёрных глазах, вот только я слишком взволнована Артёмом, ни одной мысли нет в моей голове, лишь бы помочь, лишь бы придти к нему.       — Малышка, давай так, я отвезу тебя в больницу, но только попробую тебе самой помочь, — пропускаю мимо ушей имя, которое он мне дал ещё в детстве, и которое я так долго не слышала. Киваю быстро, но голова даёт о себе знать и отзывается мутной картинкой. — Иди сюда, — подзывая к себе, Дима берёт меня на руки и относит к кровати, вот только он не кладёт меня на неё. Парень садится, а себе на колени усаживает меня. Вытягивает откуда-то плед и закутывает меня, словно гусеничку в кокон, сопровождая всё это тёплыми касаниями, а в конце и крепким объятьем.       Дима полностью серьёзен и сосредоточен. Одна его рука держит мою талию, а вторая приобнимает за плечо, не давая свалиться. Глаза в глаза, сидим и смотрим, вот только у меня в груди до сих пор ужасная дыра, расширяющаяся от страха за моего лучшего друга, за моего брата.       — Дима, я тебя прошу, пожалуйста, поехали в больницу, — глаза наполняются слезами, а голос срывается. Какая же я слабая, в самый страшный момент я не могу собраться.       Недолго подумав, учитель бросает на меня задумчивый взгляд, что-то обдумывая, принимая сложное решение.       — Хорошо, только ты меня полностью будешь слушать, — быстро киваю и пытаюсь встать с его колен, но меня удерживают сильные руки. — Малышка, ты ещё холодная, — шепчет он на ухо и встаёт вместе со мной на руках, такие тёплые и приятные.       — Дим, отпусти, — прошу я тихо, голос слаб, а тело пробивает озноб, какая же слабая.       — Саш, мы договаривались, — шепчет мне парень, волосы на голове шевелит тёплое дыхание.       Полностью стараюсь довериться ему, отпускаю ситуацию и плотнее прячусь в одеяле. Я могла бы сейчас восхищаться поступком Димы, но все мысли заняты Тёмой, моим другом, моим братом. Я не смогу забыть этого, мне страшно от одной мысли, что с ним может что-то случиться. Всхлип вырывается из моих губ, которые я точно уже прогрызла до крови, чувствуется вкус железа.       — Саш, — парень уже стоит на автостоянке, а я и не заметила всего этого расстояния. — Малышка, ну ты чего? Всё будет нормально, — отодвигая от моего лица край пледа, говорит Дима. Опять зависаю на его глазах, излучающих сплошную заботу и обеспокоенность. Такой хороший, такой родной и такой свой. Закрываю глаза, не в силах выдержать зрительного контакта, слишком плохо, слишком рано для таких эмоций.       Парень подходит к своей машине и умудряется снять её с сигнализации, сажая меня на переднее сиденье, а потом садится за руль. Веки свинцовые, не знаю от того это, что я долго плакала, да и продолжаю это делать, или из-за того, что не спала толком. Смотрю лишь на парня, его сосредоточенное лицо, смотрящее на дорогу, сильные руки, управляющие машиной. Забираюсь на сиденье с ногами, притягивая коленки к себе, и сажусь полу боком так, чтобы в моём поле зрения был Дима, так мне спокойней, так мне легче.       Он, видимо, чувствует моё внимание на себе и на минуту поворачивает ко мне голову. Смотрит недолго, но и за это время я успеваю увидеть все его чувства во взгляде. Есть люди, которые прячутся за масками, но в каждой есть прорези для глаз.       Дима убирает руку с руля, добирается до моей ладони, покоящейся на колене, и переплетает наши пальцы, крепко удерживая мою руку. Такая тёплая и успокаивающая.       Мне нужно это. Мне нужен он.

POV Дима

      Саша заснула, но даже во сне не выпустила моей руки, да и я не вырывался. Чувствовать, как она отвечает, как сжимает мою ладонь, цепляясь, как за спасительную соломинку. Такая милая, такая нежная и всё же такая беззащитная. Кажется, сожми её сильнее, и она сломается, рассыпется на мелкие кусочки, и от того стоит оберегать её ещё сильнее.       Малышка, как же долго я был в тебя влюблён, правда, первое время даже понять этого не мог из-за своего мировоззрения. Даже в детстве, когда ты корчила мне рожицы, когда бесилась от моего излишнего внимания к тебе, я чувствовал необходимую потребность в этом всём. Я привязался к тебе, но потом уехал, а ты осталась, а вместе с тобой и все мои приятные воспоминания.       Как же я был удивлён, когда узнал тебя в своей ученице, а как был зол в тот момент, как к тебе подкатывал Влад, как ты мягко обнимала и улыбалась Артёму. Такая улыбка ни разу не была адресована мне. А сейчас мы едем к твоему другу, попавшему в аварию, и ты настолько за него волнуешься, что у меня появляется неоправданная злость. Знаю, это ужасно, но как я могу не ревновать тебя? Ты не моя, но я не позволю никому к тебе подойти, я не потерплю кого-то рядом с тобой, такой уж я.       Машина уже доехала к больнице, адрес которой я еле как узнал у девушки. Настало время будить такую милую, спящую Сашу. Мирное дыхание шевелило волосы, упавшие ей на лицо, рука всё также держала мою, так и не выпустив ни на минуту, мне же лучше. Проснётся и снова начнёт строить из себя взрослую, а она ведь малышка… для меня. Маленькая, милая и такая нежная. Пытается показать, что может решить всё сама, но это далеко не так. Ни один не сможет выжить без поддержки. Она отражает от себя людей, внутренний стержень от этого ломается, а Саша даже не заикнётся о том, чтобы попросить о помощи.       Женя говорил, что с Сашей было что-то не так долгий промежуток времени, и это что-то пошатнуло её взгляды на мир. Сколько раз я ругал себя из-за того, что меня не было рядом с ней? Приезжаю, а добрая и вместе с тем вредная девушка стала жёсткой и колючей, да в плюс к этому обнимает и флиртует с парнем, которого я знать не знаю. А сейчас я привёз её к нему. Н-да. Что их связывает? Знаю, что Жека сказал о том, что они тупо друзья, но разве друзья могут быть так преданны друг другу?       Качаю головой, чтобы избавиться от лишних мыслей, и протягиваю свободную руку, чтобы провести ладонью по лицу малышки и убрать прядь с него. Такая красивая, откуда ты такая?       Ресницы девушки дрогнули, а через минуту она открыла нежно-голубые глаза, сонно потерев их кулачком.       — Мы приехали? — хрипло спросила Саша, не отводя от меня взгляда.       — Да, — полушёпотом соглашаюсь я, заглядывая в голубизну её глаз. Как небо синие, раньше думал, что она носит линзы, но нет. Она полностью настоящая, ни грамма косметики, как у других, без прикрас и оттого красивее.       — Надо идти, — поддерживает она мой тихий голос и обращает взгляд на наши сцепленные руки. Вижу, что Саша кусает внутреннюю сторону губы, с детства знал, что делает она это, только когда в её голове роится туча мыслей, а решить она их не в силах.       — Идём, — ободряюще улыбаюсь я и, отпустив её ладонь, выхожу из машины.

POV Саша

      Когда мы пришли к регистратуре, сердце остановилось, а в горле появился комок, не дающий мне ничего сказать.       — У вас лежит Артём Орлов, — взяв всё на себя, сказал он. Девушка, сидящая на посту главной сестры, посмотрела на нас оценивающе, а потом опустила глаза в какие-то бумажки.       — Да, палата двадцать вторая, — кивнула она. — А вы кем приходитесь?       — Сестра, — придумав первое, что смогла, протянула я. Девушка вновь кивнула и ободряюще улыбнулась мне.       Я шла по коридору в поисках нужной палаты, Дима ни на шаг не отставал от меня. Поворот, ещё один, следующий, и вот нужная комната.       — Девушка, — окликнули меня. — Девушка, вы к Орлову? — спросил взрослый парень, нагоняя меня. Медленно кивнув, я продолжила слушать врача. — Его увезли на операцию, — земля ушла из-под ног. Всё плохо. Не просто плохо, всё ужасно. Нет, нет, нет, только бы всё обошлось. Дима подходит сзади меня и придерживает тело за талию, за что я ему благодарна.       — Что с ним? — хмуро спросил мой учитель, сжимая руки на мне и приводя меня в порядок этим.       — Попал в аварию, перевернулся на мотоцикле, — с сожалением констатировал парень. — Как я слышал, с ним кто-то был, но этот кто-то уехал.       Горячие слёзы льются из глаз, в них темнота, а в голове туман. Самые ужасные мысли, которые раньше я пыталась выбросить из головы, сейчас упрямо напоминали о себе.       — Спасибо, — кивнул Дима врачу и, взяв меня к себе на руки, понёс на скамейку у палаты. По иронии судьбы или же злого рока, но рядом была операционная, в которой оперировали Артёма.       — Саш, малышка, всё будет хорошо, — шептал мне Дима, сидя около меня на корточках и стирая с моего лица тёплые капли слезинок.       — Дим, — жмурю глаза, то ли чтобы сдержать слезы, то ли для того, чтобы не видеть парня. — Не надо, уходи, пожалуйста, — и сплошная темнота. Зачем я это делаю? Не хочу, чтобы кто-то видел мою слабость потому, что сейчас я по-настоящему слаба. А когда он уйдёт, я смогу выплеснуть всё это, всё, что есть внутри.       Так и сижу с закрытыми глазами в надежде, что парень ушёл. Через пару минут открываю их, но вижу всё то же лицо.       — Успокоилась? — и, не дожидаясь моего ответа, продолжает: — Малышка, я уже пару раз оставлял тебя одну, так и не погнавшись, но сейчас я даже тебя не послушаю. Ты моя, и я буду с тобой, куда бы ты не послала. Я нужен тебе, — констатирует он, а после, заметив, что я открываю рот, чтобы возразить, добавляет: — А ты нужна мне.       В голове сотни мыслей, и половина из них пытается найти злобный подтекст в его словах, поступках, чтобы доказать, что парню доверять нельзя. Покусываю губу, сдирая с неё обветренную кожу, Дима ласково улыбается от всего этого. Поднимает свою ладонь к моему лицу, касаясь искусанных губ, и большим пальцем оттягивает нижнюю.       — Не грызи, — усмехается он. — Потом со всем этим разберёмся, — не спрашивает, утверждает, и от этого тепло по всему телу. Согласно киваю и совершаю совершенно не обдуманный поступок: оплетаю его шею, которая в его положении теперь мне на уровне грудной клетки, и оплетаю её руками, обнимая.       — Спасибо тебе, — шепчу ему на ухо. Чувствую идеальной аромат кофе, как без него?       — Вы - сестра Орлова? — к нам подходит девушка и тем самым прерывает всю ту атмосферу, которую мы тщательно выстраивали вокруг нас.       — Да, — киваю я, оторвав взгляд от чёрных омутов Димы.       — Скоро его перевезут в палату, но сможете с ним увидеться только через полчаса, — сверившись с бумагами, говорит она нам.       — С ним всё хорошо? — боясь услышать ответ, спрашиваю я. Дрожь по всему телу продолжилась бы, если бы не сильная рука, накрывшая мою ладонь.       — Всё хорошо, только не давайте ему ездить на мотоцикле, — с улыбкой отвечает медсестра и, развернувшись, заходит в следующую палату.       — Я его убью, — выдыхаю я, чувствуя, как вся агония, весь страх, заменяются страшным гневом на друга.       — Малышка, он уже и так пострадал, — ухмыляется Дима, присаживаясь рядом со мной.       — Недостаточно, — констатирую я. Парень лишь ухмыляется, даже не представляя, что я уже планирую сделать со своим дебилом другом.       — Зато это помогло нам, — фраза, которая точно поразила меня за этот вечер.