Ты мой космос

***

— Власова Александра Андреевна, — уже ничего доброго не жди с таким началом. — Да, братишка, — елейным голосом протягиваю я, вставая с дивана, на котором минутой раньше мы с Димой, так уютно расположившись, смотрели фильм. — Где ты? — ровным, но злым голосом протягивает Женя. — Как где? — наигранно удивляюсь я. — В общаге, — оборачиваюсь к моему учителю и вижу, как он хмурится, услышав мои слова. — Мелкая, гонишь же, — выдыхает брат в трубку так, что я понимаю: спалилась я, походу. — Мне Юля звонила, спрашивала, не знаю ли я, где находится моя сестра потому, что, видит ли, в общежитии её нет. Подхожу к окну и опираюсь на раму, прижавшись лбом к стеклу. Я урою свою подругу. — Так я вышла, — не теряя попытки выкрутиться, говорю я, чувствуя, как теплые руки Димы прижимают меня к его телу, заставляя пробежаться по моей коже мурашкам. — На половину вечера? — усмехается он. — Мелкая, просто скажи, что у тебя просто появился кто-то. Ты же со мной на кухне говорила, что у тебя, вроде как, герой руки и сердца появился. Боже, братик, закрой рот, я прошу. Связь очень громкая, не дай бог учитель услышит. Хотя нет, уже услышал потому, что чувствую на своём затылке напряжённый взгляд, а руки на талии сжимаются, будто требуя пояснить. — Жек, ты по срочному делу? — меняю тему я, хоть и понимаю, что всё это слишком явно. — Эй, нормально? Ты мне даже на вопрос не ответила, — возмущается он, на что я закатываю глаза и цокаю. — Поцокай мне ещё там, — продолжает кудахтать брат. — Кто ж тебя такую замуж-то возьмёт, — продолжает бухтеть Женя. — Пусть только попробуют, — шепчет мне парень, стоящий сзади, откинув волосы назад и целуя шею, от чего она покрывается «гусиной кожей». Дима говорит достаточно тихо, чтобы брат не услышал, но мне всё равно неудобно. Разворачиваюсь лицом к учителю, упираясь руками о его грудь, сопровождая всё это злым взглядом. — Что ты там возишься? — подозрительно спрашивает брат, видимо, прислушиваясь. Как же неудобно-то, а. С одной стороны неугомонный парень, с другой - вездесущий брат. — Братиш, давай так: я завтра к тебе приеду и поговорим, о'кей? — решаю закончить разговор раньше, чем мой учитель что-нибудь выкинет. — Тогда ты не отвертишься парой вопросов, — наигранно строго говорит он, после чего добавляет: — Я завтра хотел Диму позвать к себе, — протягивает брат, а я заливаюсь смехом, оплетая одной рукой шею удивлённого астронома. — Понятно, братик, я вам не помешаю, и да, я всегда поддержу твой выбор, — продолжаю смеяться я, прежде чем Дима понимает причину смеха, видимо, разобрав то, что говорил Женя. — Дурочка? — фыркает он. — Я хотел просто гулянку маленькую устроить, тебя, по душе братской, позвать хотел, — прикусываю язычок, понимая, что могу остаться без хвалёных Женькиных тусовок, а особенно, если мы будем там, как он говорит, только втроём. Ну чем не рай для интроверта? — Ладно, я не против, — согласно киваю я, следя за внимательным взглядом чёрных глаз. — Окей, пока, — говорит братишка, отключаясь. — Кто там тебя замуж хочет взять? — нахально отбирая у меня телефон и кидая его на кровать, спрашивает мой учитель. — Представляешь, и такие отшибленные попадаются, — с сочувствием киваю я. — Острячка, — смеётся Дима и, взяв меня покрепче за талию и приподняв, посадил на подоконник. — Зачем? — смеюсь я, качая ногами, которые не могли дотянуться до пола, и оплетая руками шею парня. — Так ты ближе, — замечает он, притягивая меня к себе для поцелуя, но я выставляю вперёд руку так, что его губы касаются моей ладони. Парень раскрывает глаза и с непониманием смотрит на меня. — Тебя Женя хочет пригласить в гости, очередная гулянка, — закатываю глаза. — Представляю, что там будет. — Хм, а девушки там будут? — с неподдельным интересом спрашивает он, на что всё моё тело напрягается, а я уже хочу оттолкнуть его, но парень держит крепко - не вылезти. — Не знаю, — буркнула я, складывая руки на груди и отводя взгляд. — Мелкая, — шепчет он, притягивая меня за подбородок к себе. — Я же шучу. — Пожалуй, — киваю я, не оставив варианта отыграться. — Я, наверное, тогда парней с моего потока позову. Хотя, — тяну я, уже замечая плотно сжатые челюсти Димы, из-за которых отлично видны острые скулы, — там же Жекины друзья будут, а я с ним очень хорошо знакома, приятные такие парни. — Попробуй только, — вплотную приближая своё лицо к моему, говорит Дима, а через минуту врывается в мой рот жёстким и от этого ещё более крышесносным поцелуем. Улыбаюсь сквозь него, прижимаясь к моему парню всем телом. Оплетаю шею ещё сильнее, стараясь не оставить между нами ни одного лишнего сантиметра. Язык Димы орудует у меня во рту, переплетаясь с моим собственным, танцуя жаркий танец, проводя по нёбу, по ровному ряду зубов. Не даю отстраниться парню, легонько притягивая его за короткие волосы. Тёплые руки забираются под мою майку, очерчивая позвоночник и поднимаясь вверх, в то время как я оплетаю ногами бёдра Димы. Совершенно новые чувства и не только в роли физического пристрастия к парню, нет. Морально, в моём сердце. Чудесное чувство, зарождающееся или пробуждающееся в моей душе. Этот парень, я начинаю ему доверять вот до такой степени, что позволяю целовать себя, обнимать, даже где-то управлять мной. И всё это лишь за один день. Странно и, наверно, плохо. — Малышка, твой брат меня кастрирует, если мы с тобой переспим, — переходя поцелуями к шее, шепчет парень. — Ты боишься кастрации? — с усмешкой удивляюсь я, забираясь холодными пальцами под рубашку парня, очерчивая пресс, чувствуя, как напрягаются его мышцы. — Я боюсь, что после этого не смогу заниматься с тобой сексом, — жарко говорит он мне на ухо, прикусывая мочку. — Думаешь, меня не накажут? — спрашиваю я, слегка краснея и замечая, что парень отстраняется и скептически смотрит на меня. — Ну, в монастырь точно сошлют, — пожимаю плечами, лучезарно улыбаясь и смотря в чёрные глаза Димы. — Не сейчас, малышка, — говорит мне Дима, придерживая за талию. Он прав. — Да, это всё слишком быстро принимает новые обороты, — киваю я, спускаясь с подоконника. Отхожу к дивану и, взяв телефон, запихиваю его в задний карман. Всего лишь один день прошёл, а я чувствую ужасное влечение к нему настолько, что могу поцеловать с ничего, сесть на колени, как недавно было на кухне. Плохо, нельзя так быстро терять голову. — Саш, всё хорошо? — заподозрив что-то, спрашивает меня Дима, подходя ближе. — Нет, всё чудесно, правда, — заверяю его я, рыская по комнате взглядом в поисках рюкзака. — Не накручивай себя, договорились? — просит он, следя за мной чёрными глазами. — Да, конечно, — киваю, хватая рюкзак, лежащий у двери. Выхожу в коридор, быстро обуваюсь под внимательным взглядом парня. — Пока, — и прежде чем Дима успевает что-то сказать, выбегаю в подъезд, быстро спускаясь по лестнице. Какого чёрта происходит? Мы знакомы с ним всего месяц, встречаемся, да, наверно, и дня не прошло с того момента, как мы начали встречаться. Всё слишком быстро. А самое удивительное - я хочу этого, всем сердцем хочу. Я чувствую намного большее, чем нравится или простая симпатия. У меня сердце замирает от его прикосновений, ноги подкашиваются от голоса, сердце быстро-быстро бьется от поцелуев. Что я натворила? Влюбилась. В учителя. Нет, в аспиранта, но в чём разница? Влюбилась, и это уже не ванильные "нравится", "не нравится", это уже что-то большее, более яркое и ясное, что-то, от чего захочется жить, что-то, из-за чего я полностью ему доверюсь. Это что-то называется любовь?

***

— Сань, скажи, что ты гонишь, — взмолилась Юля, пока мы шли на следующую пару в универе. — Нет, я не вру, — который уже раз за день сказала я, закатываю глаза. Никак не ожидала, что сегодня утром меня ждёт настолько серьёзный расспрос по поводу того, как и что я делала с Димой после того, как он меня увёз. — Власова, ты сказочная дура, — протянула подруга, посмотрев на меня. — Ты хочешь сказать, что после прекрасно проведённого вечера вместе с твоим парнем, ты вылетела из его квартиры, практически ничего ему не сказав? — Да, Юль, совершенно точно, — угукнула я, поудобнее забрасывая рюкзак на плечо. — Почему ты никак не дашь произойти в твоей жизни чему-то прекрасному? Ты же сама всё портишь, — выдохнула она, оглядывая меня взглядом. Я лишь покачала головой. Я не не даю произойти в жизни чему-то прекрасному, я просто не готова ко всему этому, хотя и сказала Диме, что хочу попробовать. Глупо, всё так глупо, но я никак не могу переступить через себя. — Нет, Саня, тебе нужен парень, который сам будет главным, сможет решить проблему за тебя, или хотя бы не даст тебе самой её решать, — категорично заявила она, пихнув меня локтем. Ещё одна. — Юль, давай закроем тему, — попросила я, подходя к кабинету, где у нас должна проходить следующая пара. — У нас матан, — обращаясь сама к себе, проныла подруга. Тут невозможно было стоять без такой реакции, ведь Лидия Михална читала все лекции так заунывно, что хотелось выпрыгнуть из окна. Был также и приличный плюс ко всему этому: мы могли свободно посещать её пары потому, что она не вела записи по поводу наших появлений на лекциях. Но мы с Юлей ходили, не решаясь прогуливать в начале года. — Ой, да перестань, — махнула я рукой на подругу. — Ты всё равно залипнешь в телефоне, а я буду сидеть и преданно слушать тему урока. — Ну, знаешь, разница в том, как именно сидеть в телефоне, под тишину или под бубнёж, огромна, — усмехнулась девушка, подходя к подоконнику, куда позже подошла и я. — Ты у Тёмы давно была? — переведя взгляд к окну, спросила я. Друг хоть и попал в аварию, был на вершине счастья. А как же? Отпуск от учёбы, отдых какой никакой, кайф. — Да, вчера, светился, как медный пятак, счастливец, — фыркнула она, сложив руки на груди. — Не завидуй, — засмеялась я, обращая взгляд к приближающемуся к нам Владу. — Сань, какие варианты? — спросила подруга, замечая, куда направлен мой взгляд. — Убегать поздно, стоим, — тихо заметила я, стараясь стать более незаметной. Мне не слишком нравилось общаться с этим парнем, в нём было что-то отталкивающее, неприятное для меня. — Здравствуйте, дамы, — поприветствовал нас однокурсник, всё же подойдя к нам. — Привет, — натянула я улыбку на лицо. — Ты что-то хотел? — Нет, просто пообщаться, — улыбнулся он, останавливая взгляд на мне. — О чём? — без стеснения спросила Юля, затем добавив: — Тем-то у нас общих нет. — Ну, например о том, чтобы сходить в кафе и там найти общие темы, — не теряя попыток переспросить мою подругу, предложил парень. — Тем и так общих не появится, — покачала я головой, понимая, что общаться с ним на уровне Юли и Артёма не смогу. — Да и у неё парень есть, который не отпустит далеко от себя, — направляя палец на меня, без особого смущения говорит Юля. — А я просто не хочу. — Ну, я что-то не вижу никакого твоего парня рядом, — посмотрев вокруг себя, протягивает Влад. — И не тот ли это Артём? — подходя ближе ко мне и облокачиваясь о стену, у которой стою я, говорит он. — Нет, не он, — смотря в глаза настырному одногруппнику, отвечаю я, даже не думая отодвигаться. — Значит, и проблем нет, — пожимает плечами Влад, что ещё сильнее меня начинает раздражать. — Пойдём в кафе после пар? — Я тебе уже ответила, что не пойду и не имею особого желания, — чеканю я, отодвигаясь от надоевшего мне парня. Звенит звонок, возвещающий о начале лекции, и вся группа вторгается в кабинет, унося за собой потоком Юлю, не заметившую, что меня сзади нет. Неожиданно Влад, схватив меня за локоть, отодвигает к дальней стене, не давая отстраниться. — Почему не хочешь? Проблем-то никаких, — удивляется он, по-видимому не желая отпускать меня без ответа. — Я тебе уже ответила, у меня есть парень, я не собираюсь гулять с посторонними мне людьми, — возмущённо шиплю я на него, стараясь выпутаться из стальной хватки, от которой точно останутся синяки на руках. Вот тебе и спокойный однокурсничек. — Я его сейчас не вижу, и в кафе его не будет, так в чём проблема? — не отступает он своими дебильными вопросами. Решаю уже хорошенько ударить его ногой, но движение останавливает ледяной и до боли знакомый голос учителя. Попала. — Что тут происходит? — металлические нотки прекрасно слышны в голосе Димы, но я удивлена, как Влад может продолжать сильно удерживать меня. — Ничего такого, — махнув свободной рукой, улыбается однокурсник. — Девушка, вот, просто упрямится. — К твоему сведению, Серов, если девушка упрямится - это не значит, что её надо ещё сильнее удерживать, — чеканит учитель, прожигая руку Влада, сдавившую моё запястье. — Мы сами разберёмся, — начиная сердиться, говорит Влад, но хватку ослабляет. — Только если в кабинете у декана, — жёстко обрубает Дима, сверля парня ледяным взглядом. Влад отпускает моё запястье, после чего я сразу же дотрагиваюсь до покрасневшей руки ладонью. — Иди на урок, Морозова придет чуть позже, — распоряжается астроном, и я понимаю, что сейчас настанет пиздец. Парень, громко шагая и кидая на меня яростные взгляды, всё же уходит, предварительно громко хлопнув дверью. Не везёт мне на нормальных знакомых, вот вообще никак. — Покажи запястья, — тот же холодный голос без толики тепла проносится над моим ухом, в то время как я наблюдала за ушедшим Владом. Покорно протягиваю ладони тыльной стороной вверх. Дима подходит ко мне ближе и нежно берёт в свои руки, осматривать. Маленький разряд тока проходит между нами, от чего я вздрагиваю, но стараюсь этого не показывать, опустив глаза в пол. — Пойдём ко мне в кабинет, — не просит, опять распоряжается учитель и, развернувшись, идёт в нужную ему сторону. Словно малышка семеню за ним, не смея поднимать глаз. Почему-то стыдно, только я не пойму, почему именно. Может, за своё поведение, может, за вчерашнее, а может, и всё вместе. Это же я. Через несколько кабинетов парень останавливается и открывает мне дверь аудитории, запуская в неё. На удивление там удивительная тишина, а позже выясняется, что там и вовсе никого нет. Дима заходит после меня и идёт к своему столу, останавливаясь и явно дожидаясь, когда к нему подойду я. Стараясь не пересекаться с парнем взглядами, осторожно шагаю к нему, встав спиной к столу и лицом к учителю. Астроном неожиданно ближе подходит ко мне и, схватив за талию, усаживает на стол, на котором удивительно чисто для учителя. Опускает руки к запястьям и снова их осматривает, аккуратно придерживая. — Что это было? — задаёт вопрос Дима, не поднимая на меня чёрных глаз, в которых я почему-то ощущаю острую потребность. — Ничего, — тихо отвечаю я, поворачивая голову к окну. — Саш, я видел, как этот утырок тебя зажимал, не глупый, так что говори, — твёрдо произносит парень, перемещая руки с моих запястий к талии, мягко обнимая её, но всё же не прижимаясь. Он поднимает свой чёрный взгляд на меня, и я вижу удивительную злость и раздражение, которые пляшут в его глазах. Эти чувства направлены на меня? — В кафе позвал, я отказалась, и вот, — кратко объясняю я, кивая на руки, снова отвожу глаза потому, что страшно смотреть в его чёрные, непроницаемые, но такие понятные для меня. Я боюсь, что все те чувства, отраженные в них, обращены ко мне. — Саш, посмотри на меня, — просит парень, голос становится более мягким, но всё же нотки раздражения слышны. Пальцами берёт меня за подбородок, не давая отвести взгляда. Встречаемся взглядами, и я понимаю, что ужасно по нему соскучилась. По этим космическим глазам, на удивление мягким губам, острым скулам. Соскучилась, хоть и прошёл всего один день. — Малышка, всё хорошо, — шепчет он, притягивая меня к себе сильнее и обнимая так, как умеет только он. Властно, тесно, жарко, так, чтобы у меня не было и возможности уйти, хоть я этого и так не захочу сделать. — Дим, прости, — прошу я его, уткнувшись носом в тёплую грудь, ровно вздымающуюся от каждого вдоха. — За что, малышка? — со смешком спрашивает Дима, расположив подбородок на моём затылке, от чего волосы шевелит его дыхание. — За вчерашнее, я так быстро выбежала, — объясняю я, вдыхая его запах кофе, стараясь наполнить этим ароматом лёгкие. — У меня так много заморочек, а справиться с ними я не в силах. — Расскажи, попробуем разобраться, — просит он, отодвигаясь, но всё так же сильно удерживая за талию. — Но сначала вопрос, почему ты злишься? — как маленький ребёнок спрашиваю я волнующий меня аспект. — Мою девушку зажимал какой-то чувак, а вчера она сбежала, зачем мне злиться? — вопросом на вопрос отвечает Дима, заглядывая в мои глаза. — Тогда мне надо объясниться, — пожимаю я плечами. — Понимаешь, то, что сейчас со мной происходит, меня сильно волнует. Я всегда старалась обходить эти эмоции и чувства потому, что это для меня трудно, да и тут нужно доверие, которого у меня нет. — заглядываю в глаза парня, который стремится понять всё, что я хочу объяснить. — Помнишь, ту фразу из «Героя нашего времени»? «Во мне два человека: один живёт в полном смысле этого слова, другой - мыслит и судит его…», - я тоже самое. Одна моя часть старается жить, чувствовать, но вторая, уже наученная временем, остерегается и осторожничает, стараясь не дать пережить то, что приведёт меня к боли. — И какая часть выигрывает? — тихо спрашивает Дима, сильнее обнимая меня руками. — Вторая, в этом и проблема, — замечаю я, смотря в одну точку. — А вообще есть одна сплошная проблема: я чувствую к тебе что-то намного большее, чем "нравится", но это сложно для меня. — Малышка, я не собираюсь тебя ни в чём торопить, ты сама всё решишь, и когда настанет время, сможешь мне всё сказать. Сейчас я прошу лишь твоего доверия, просто поверь мне. Я не знаю, чем это всё вызвано, но я обещаю, что не сделаю тебе больно, просто не смогу, — тихо говорит парень, приподнимая мой подбородок так, чтобы я смотрела только в его чёрные глаза. Такие красивые, такие звёздные. — Я доверяю тебе, — шепчу я, оплетая его шею руками и целуя в щёку. Дима смотрит на меня полным нежности взглядом, и я понимаю, что правда верю ему и смогу перебороть себя, постараюсь. Ведь с ним всё точно получится.