Ты мой космос

Через пару минут фильма, как только Женя уходит из комнаты на балкон из-за звонка знакомого, Дима сразу же притягивает меня к себе так, что я упираюсь носом в его твёрдую грудь. То, что мне сейчас и нужно. Тёплые руки сильнее сжимаются у меня на талии, притягивая к себе ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда ещё? — Мелкая, ты чего? Ничего же страшного не произойдёт, — шепчет он мне на ухо, обнимая лицо руками и заглядывая в глаза. — Дим, ты не понимаешь, — качаю я головой из стороны в сторону, устраиваясь на диване поудобнее. — Мы с родителями редко праздновали, они чаще были на конференциях, а когда всё же удавалось отпраздновать всей семьёй, то это был ужас сплошной. А что будет сейчас, когда у меня с ними ещё больше тем для ссор? — Сань, ничего не случится, там же будет Жека. Я, если захочешь, приеду, спасу тебя, — предлагает Дима, заправляя мою выбившуюся из причёски прядь за ухо. — Нет, — категорично заявляю я, отстраняясь от парня, и, опираясь на спинку дивана, наблюдаю за героями на экране. — Тебя я под удар точно не поставлю. — Ради тебя, малышка, я поставлю свою грудь под любой удар, — шепчет Дима на ухо и, целуя в висок, отстраняется. Рука парня оплетает мою талию так, чтобы со стороны, под тканью одеяла, этого не было видно. — Сразу видно: ты не общался с нашими родителями, — усмехаюсь я и, взяв свободную ладонь парня, переплетаю наши пальцы под тёплой материей пледа. — Так, получается, они приезжают завтра, — повторяет он явно своим мыслям, чем для меня, но всё же я киваю, не отрываясь от ранее интересного для меня фильма. — А у малышки будут пожелания на свое восемнадцатилетие? — резко поменяв тему, учитель смотрит на меня с яркой улыбкой. Поджимаю губы, ведь считала, что парень уже и забыл о том, что день рождения подразумевает подарки и сюрпризы. Я не хотела, чтобы Дима тратился на меня или дарил что-либо, ведь мне этого и не нужно. Главное, чтобы он был рядом. Но по ходу дела, я поняла, что этого не выйдет. — Всё, что я бы хотела, уже не сбудется, — хмуро отвечаю я, замечая как Женя выходит с балкона к нам и вновь садится рядом со мной. Фильм оказался достаточно интересным, ещё бы меня не отвлекали руки моего учителя, которые гладили меня по открытой коже в тайне от брата, на удивление, как раз это Диму и не смущало. Сидя между парнями, на середине фильма я отключилась и заснула, уместив свою голову на плече довольного астронома.

***

Тринадцатое число настало и, как будто на удивление, в календаре это была пятница. Совпадение? Не думаю. Шла уже пятая, заключительная пара астрономии. Дима снова пытался нам вдолбить в головы названия созвездий и галактик, но в итоге результат был нулевым, так что учитель пообещал дать нам проверочную работу. Я же просто сидела и пыталась не заснуть, что выходило только благодаря Юле, которая пинала меня локтем, тем самым подбадривала. Всё же сегодня день икс, который я с трепетом в сердце ждала, ведь говорят же «Перед смертью не надышишься», а ещё лучше «Раньше сядем, раньше выйдем». Будем надеяться, что это и в правду так. Я была уверена, что первым же словом, которым встретят меня родители, будет «Ты ещё не бросила свою задумку?», это было ясно, как свет. Потом начнут выносить мозг Жеке, если, конечно, бросят задумку раздражать меня. — Морозова, занятие закончилось, — раздаётся насмешливый голос подруги, заставивший меня поднять взгляд на неё. Девушка уже стояла у парты, забрасывая в рюкзак свои вещи. В аудитории остались только я, Юлька и учитель. — Что, бессонная ночка? — смеётся она, кидая косой взгляд на Диму, который даже виду не подал, продолжая рассматривать какие-то бумаги. — Что-то типа, — уклончиво отвечаю я, когда мы подходим к выходу. Подруга кидает на меня последний взгляд и выбегает из класса, прикрыв дверь за собой. Закатываю глаза, представляя, что она могла придумать, но уже поздно, подруга уже ушла вместе со своими тараканами. — Чего задумалась? — приятный голос приводит меня в себя, отвлекая от размышлений. Поворачиваюсь к всё ещё сидящему за столом Диме и иду к нему, ныряя в объятья. — Просто, — пожимаю плечами, садясь к парню на колени, так и не ослабив хватку. — Я тебя сегодня утром даже с днём рождения не поздравил, — улыбается учитель, положив ладони на мою талию. — Этого и не надо, — качаю я головой, пытаясь убедить в этом Диму, но по его лицу видно, что идеи он не оставит. — С днём рождения, малышка, — шепчет он, нежно целуя меня в губы. Улыбаюсь сквозь поцелуй, поднимая руки и скрещивая их за шеей парня. Зарываюсь пальцами в его волосы, чуть оттягивая. — Ты сейчас в общагу? — отстраняясь от меня, но продолжая держать в руках, спрашивает он, заглядывая мне в глаза. — Нет, — качаю я головой. — Я сегодня к Артёму заглянуть должна. Реакция парня оставляет желать лучшего. Дима хмурит брови, а губы сжимаются в тонкую полоску. — Ты же не ревнуешь? — протягиваю я, но в следующий момент по лицу парня понимаю, что права. — Дима, нет. Артём он же… — теряюсь из-за того, что не могу объяснить такую элементарную вещь. — Он же мой лучший друг, между нами быть ничего не может. — Сань, на тебя и так пол универа заглядывается, так ещё и у меня появляется персональный конкурент, — фыркает он, что подвергает меня в полный шок. Когда это на меня парни заглядывались? — Тебя вообще все студенты женского пола глазами пожирают, буквально насилуют на каждом углу, — возмущаюсь я, вскакивая с колен Димы. — А я тебе предлагал рассказать всё или хотя бы не прятаться, — напоминает парень, встав со стула. Подойдя ко мне, Дима вновь притягивает меня к себе, а я и не сопротивляюсь. — Этого делать нельзя. Хотя бы не сейчас, — качаю я головой, уперевшись носом в его грудь. — Как пожелаешь. Только эти плотоядные взгляды в твою сторону… — А эти плотоядные взгляды в твою сторону от моих однокурсниц, — перебиваю я его, тыкая пальцем в грудь. — Малышка, согласись, твоя ревность неоправданная, а вот моя, — протягивает он шутливым голосом, проводя большим пальцем по моей нижней губе. — Дим, это бред - ревновать меня к Артёму. Мы с ним знакомы с самого детства, тут и быть ничего не может, — пытаясь переубедить парня, говорю я. Дима ухмыляется, но всё же заканчивает спорить, хоть я и уверена, у него есть и ещё аргументы. — Ты тогда после больницы… — протягивает он, не решаясь договорить, ведь знает - это тема меня бесит. — Нет, я побуду у Тёмы, потом в общагу, а уже после всего этого, часов так в восемь, к Жене - помогать готовить, — делюсь я с ним своими планами, вновь жалея о том, что рядом не будет Димы. За это короткое время он стал для меня роднее всех, без него я просто уже не могла представить ни одного дня. — Малышка, всё будет хорошо, — шепчет мне Соколовский, притягивая к себе в объятия. Хотелось бы, чтобы так, как он говорит, всё и было. Но, увы, мы живём в реальности, а не в сказке.

***

Около трёх часов я попала в больницу к Артёму. Мне понадобилось не так уж и много времени для того, чтобы рассказать ему всю ситуацию с моим учителем потому, что Юля тоже внесла свою лепту, только вот она говорила не совсем точно. Так что по её рассказу получилось так, что я в сексуальном рабстве у Димы, что, конечно же, не так. — Власова, ну и повезло ж тебе, — протягивает друг, лёжа на своей кушетке с забинтованной ногой. — В чём повезло-то, Тём? Он меня к тебе ревнует, — сетуя на своего парня, облокачиваюсь на спинку кресла, стоящего у кровати больного. — А что ревнует-то? Я ж у вас как подружка, блин, — бухтит друг, явно обиженный на то, что я не рассматривала его в качестве парня. — А так, Сань, ты мне реально как сестра, — пожимает Артём плечами. — Сегодня родители приезжают, — внезапно говорю я тихим голосом, опуская взгляд в пол. — Оу, — протягивает друг,.— Планы к отступлению? — Да какие, — отмахиваюсь я, теребя в руках зелёное яблоко. — Женьку-то одного не брошу. — И то правда. Ну, может ещё всё хорошо будет? — пожимает он плечами, стараясь приободрить меня. — Ты сам-то в это веришь? Я - неудачный экспонат семейки Власовых, поступивших на «никчёмный» физико-астрономический, Женя - сбежавший и зародивший к этому тенденцию в нашей семье парень, к тому же и поступивший на врача. Сколько тем для разговора, — хмыкаю я, кидая взгляд на окно, за которым уже срывается дождь. На улице погода уже набирает настоящие обороты осени. Листья окрашиваются в примитивные оранжевый и красный, затапливая природу золотистыми оттенками. Вместе с пасмурным Питером осень даёт горючую смесь. — Кажется, непростой у вас выдастся обед, — подводит итоги Артём, делая лицо как можно более грустным.

***

Из больницы в общагу я прихожу довольно-таки поздно, в полвосьмого вечера, хотя быть у брата я уже должна в восемь. Метаюсь по блоку в поиске сносных вещей для появления на глаза родителям, но в мою ясную голову запоздало приходит пунктик о том, что нормальной, как это заведено у мамы, одежды у меня нет. Решив, что если не могу показаться в лучшем свете — а исправить мои взаимоотношения с мамой и папой у меня уже никак не выйдет, хоть как не одевайся — думаю одеться так, как могу. Ныряю в шкаф и достаю из него достаточно симпатичный черный свитер с высокой горловиной, но короткими рукавами. То, что вещица прекрасно будет смотреться с моими джинсами с прорезями на коленках, мелькает автоматически у меня в голове, и в ту же минуту я иду на поиски чёрных джинс. Наряд прекрасно завершают чёрные найки, прекрасно смотрящиеся в цельном комплекте одежды. Перед выходом из блока, в голову приходит факт о том, что на улице всё же холодно и срывается дождь, а свитерком я уж никак не согреюсь. Взгляд падает на чёрную косуху Димы, которую я так и не занесла ему, от чего в данный момент не испытывала ни капли угрызения совести. Кожа отдаёт крепким ароматом кофе, хоть косуха и лежала долгое время у меня, запах моего учителя она не потеряла. Накинув её себе на плечи, в последний раз заглядываю в зеркало, пробегая по себе взглядом. Волосы распущены, одежда сидит прекрасно, косуха сможет согреть, ну не прелесть ли? В восьмом часу я всё же умудряюсь добежать до квартиры брата, так и не попав под дождь. Дом встречает меня терпким запахом чего-то сгоревшего, и я мысленно молюсь, чтобы брат не спалил кухню. Да-да, атеист молится, где бы вы ещё могли такое увидеть? Только когда готовит Женя. — Братец, не говори, что ты вновь пытался что-то готовить, — выпалила я, забегая в кухню. Женя стоял у раковины со сковородкой в руках. Понятно. — И что это должно было быть? — Грибы, — фыркнул он, не отрывая взгляда от посуды. Я многозначительно промычала, подходя к окну и раскрывая его. Женя бросает сковородку в раковину и идёт ко мне, раскрывая свои объятия, в которые я с удовольствием ныряю. — С днём рождения, малышка, — шепчет он мне на ухо, не оставляя возможности выбраться из его хватки. — Спасибо, братик, — улыбаюсь я, вдыхая запах Жеки. Брат пах лекарствами, хоть к этому я уже привыкла, но не переставала удивляться. — Артём поздравил? — спросил парень, когда я отошла к холодильнику, чтобы достать нужные продукты. Дождавшись моего кивка, Женя удовлетворённо повторил мой жест. — А Юлька? — Нет, ты чего. Если она узнает, то это разлетится по всей вселенной, так что нет, — категорично покачала я головой. Брат просто пожал плечами и, встав рядом со мной, начал нарезать продукты для салата. Всё же он умел готовить, просто не хотел, и в эти моменты я, как младшая сестра, всегда ему помогала. — Мелкая, а ты чего в косухе? — оглядев меня подозрительным взглядом, спросил Женя. А я совсем забыла её снять. Кивнув брату я пошла в коридор, где кинула её на ближайший комод. Было жалко расставаться с приятным теплом и запахом Димы, но всё же это надо было сделать. — Это же не твоя, — констатировал Женя, как только я вернулась на кухню. — Слишком большая. — Да, мне друг дал, а я так и не вернула, забыла, — даже не соврала я, пожав плечами. — Это ведь не Артём? — с милой улыбкой и явным подтекстом спросил он, глядя на меня. — Нет, — повторив его улыбку, ответила я, давая понять, что большее рассказывать не буду. Женя явно был рад тому, что мне кто-то даёт одежду для того, чтобы я согрелась. Странно? Да. Но для брата - это такая манера выражения заботы к девушке. Для меня также. В полдевятого всё уже было готово. Разные салаты стояли на столе в зале, Женя переоделся в приличную одежду, вновь осмотрел меня и удовлетворённо улыбнулся, я же повторила эту яркую улыбку. Когда домофон премерзко запиликал, для меня прям как звонок к казни, мы вместе пошли открывать дверь. Пришествие началось. Первая волна. — Мелкая, ни в коем случае не думай расстраиваться, я с тобой, а дальше будет лучше, — успел шепнуть мне Женя, после чего в коридор зашли наши родители, так что ответить брату я так ничего и не успела. Зайдя в квартиру, мама осмотрела нас внимательным взглядом, после чего сжала губы в тонкую полоску. Отец также осмотрел нас, но без такой реакции. Остановившись на мне взглядом, мы пару минут смотрели друг другу в глаза, нашу ссору никто не собирался забывать. — Евгений, Александра, — сдержанно поздоровались родители. Я знала, они хотят подойти и обнять нас, но из-за наших семейных обид не могут, и это плохо. — Здравствуйте, — кивнула я, помогая маме снять пальто, в тот момент пока Женя показывал, куда можно положить их вещи. — Евгений, как ты можешь носить такое? — спросила мама, глянув на вешалку, куда я по неосторожности кинула косуху Димы. — Это не его, — покачав головой, заступилась я за брата. — Это моя вещь, — женщина вновь сжала губы, пробежав по мне взглядом. — Александра, ты же девочка, — на этом моменте мне захотелось завыть в голос, но увы… — Ты должна одеваться в платьица, носить пальто, а не байкерские коженки с джинсами. — Видишь же, ношу, — пожав плечами, ответила я. — Идём в зал, мы там ужин уже приготовили. Когда мы, наконец, зашли в комнату, то расселись по своим местам. К счастью, мне выпало сидеть рядом с Женей, который каждый раз подбадривал меня улыбкой. Ну что, пытка началась. — Александра, ты ещё не передумала с этой дурацкой задумкой? — спросил отец, впервые заговоривший со мной с той ссоры. — Нет, — твёрдо ответила я, не разрывая зрительного контакта. — Мне нравится то, куда я поступила сама. — Это хорошо, никто не спорит, но ты же должна понять, что будет дальше? Ты найдёшь работу? Сможешь себя прокормить? — посыпались вопросы от моего родителя, я прекрасно знала, что так и будет, но все равно поставила себя под этот удар. — Да, отец, смогу. Я сама поступила, сама живу, у меня всё хорошо, и дальше будет также, — уверенно ответила я, громко положив вилку на тарелку. В коридоре послышался звонок домофона, куда поспешил Женя. Я же продолжала вести немую борьбу взглядов с отцом. В коридоре хлопнула входная дверь, а через минуту в зале появился брат с тем, кого я не ожидала тут даже увидеть. Дима стоял рядом с Женей и с улыбкой смотрел на меня. «Что ты делаешь?» - одними губами прошептала я, на что парень лишь пожал плечами. Мой учитель посмотрел на наших родителей. — Здравствуйте, Елена Анатольевна, Андрей Иванович, — поздоровался он с родителями, которые с таким же удивлением смотрели на парня. — Здравствуйте, а вы, извините… — протянул отец, оглядывая моего учителя. Приложив ладонь к лицу и прикрыв глаза, я старалась не смотреть на всё это. — Я Дмитрий Александрович, преподаю астрономию у Саши в университете, к тому же я давний друг Жени, — представился мой парень. По телу пробежали нервные мурашки, подняв на парня взгляд, я смотрела на чёрные глаза Димы, ожидая, что он скажет дальше. — Ах, да, помню вас, — кивнул отец, задумавшись. — Но зачем же вы пришли сюда? — А вам не сказала Саша? — получив отрицательный ответ от родителей и мой оруще-обвиняющий взгляд, Дима продолжил. — У её группы запланирована поездка, что-то типа практики, автобус сегодня, — что он несёт? Кинув взгляд на родителей и поняв, что они в это верят, я продолжила слушать моего учителя с тем же удивлением во взгляде. — Раз так, то конечно, — кивнула мать, что-то быстро обдумав. — Александра, о таком нужно и предупреждать раньше. Я сидела за столом и не понимала, что от меня хотят. Женю одного с родителями я не брошу, как не просите. Нет. — Саш, идём, я тебя жду в коридоре, — сказав это, Дима вышел из зала, за ним через минуту последовала и я, потянув за собой Жеку. — Ты знал? — первым делом спросила я у брата, уж больно хитрая улыбка у него. — Да, мелкая, считай подарок, — улыбнулся он, приобняв меня одной рукой. — Нет, Жек, я тебя не брошу тут одного с ними, — отрицательно замотала я головой, отстраняясь от него. — Сань, всё же нормально. За тобой Дима присмотрит, уже лучше, — начал убеждать меня брат, кивая в сторону друга. Ах да. — Твоя идея? — шикнула я в тот момент, как брат вовремя ушёл из коридора к родителям. — Малышка, ну ты чего? Уже всё решено, и ты от меня не уйдёшь, — категорично говорит он, притягивая меня к себе так, что я упираюсь носом в его шею. — Я не против, просто Женя, — выдыхаю я, скрещивая руки за его спиной в замочке. — Малышка, остаток дня мы проведём вместе, — твёрдо говорит Дима, а я отстраняясь, когда слышу, что брат возвращается к нам. — Всё, мелочь, выметайся и отпразднуй свой др на ура. Мой подарок тебя будет ждать потом, — улыбчиво говорит он перед тем, как я с громким писком кидаюсь к нему на шею. — Братик, я тебя очень люблю. Прости, что ухожу и бросаю тебя, — улыбка исчезает с лица, но Женя, мягко щёлкнув меня по носу, заставляет её вновь появиться. — Ладно, друг, мы пошли, — кивает Жене Дима, взяв меня под руку. — Ещё раз с новорождённой сестрёнкой, — улыбается он, в то время как я беру косуху с вешалки и, напоследок поцеловав брата в щёчку, выхожу в подъезд. Дима спускается со мной на улицу, с улыбкой смотря на то, как я натягиваю на плечи его куртку. Узнал ведь. Как только мы садимся в машину, я сразу поворачиваюсь к парню. — И что это всё значит? — попытавшись спрятать улыбку, спрашиваю я. — Любовь моя, это значит то, что весь вечер мы проведём у меня, а завтра поедем вместе с твоими однокурсниками в Нижний Архыз, любоваться на шестиметровую башню телескопа, — улыбается он, вновь притягивая к себе, как бы я не сопротивлялась. — Женя знает? — тихо спрашиваю я, вдыхая его родной запах. — То, что мы поедем сегодня, — отвечает он, притягивая моё лицо к своему и нежно целуя в губы. Отвечаю на поцелуй, зарываясь в его волосы пальчиками, слегка их оттягивая. — Я тебя люблю, — шепчет мне Дима, когда мы соприкасаемся лбами и смотрим в глаза друг друга. — Я тебя тоже, — тем же шепотом отвечаю я, мягко перебирая пальцами его волосы. — Это будет прекрасный вечер, — добавляю, немного погодя.