Задыхаясь из-за любви к тебе

       Наруто смотрел на Хинату пристальным взглядом, подмечая, что за короткий срок их общения она надоела ему. Девушка говорила о чем-то своём, активно жестикулируя руками и постоянно спрашивая: «Ты меня слышишь?». Из-за неё у него появился недосып, потому что она звонила по ночам, чтобы просто поболтать перед сном, извинялась всё время за прерванный сон, а Наруто слушал в пол уха, выдавая рандомные фразочки. Из-за неё он не смог наведаться к отцу, потому что ей надо было помочь убрать в квартире к приезду каких-то там дальних родственников, при этом она попутно рассказывала их родословную, раскладывая вещи в шкафы. В общем, девушка настолько его измотала, что он вырубался на ходу, не евши. На следующее же утро он проснулся из-за того, что его мама решила привести себя в порядок перед зеркалом, врубив на всю катушку музыку.        Взвывая от отчаяния, Наруто встал с кровати, вышел из комнаты и чугунным шагом, со стороны это выглядело так, словно он идёт на войну, с выражением лица, будто он вознамерился убивать, юноша зашёл в комнату матери. Она настолько была занята своей внешностью, что не заметила, как сын вырубил её музыку и прокричал:        — Как же ты достала! Я даже выспаться не могу в своём доме нормально. Тебе знакомо такое слово, как вежливость? Если да, то какого хера ты врубаешь музыку на всю катушку, зная, что я всё ещё сплю?! — Кушина настолько была шокирована его вскриком, а точнее, ором, что не нашлась, что сказать. Впрочем, Наруто не нуждался в ответе. Быстро вернувшись в комнату, накинув майку с изображением черепа и шорты салатного цвета, он ринулся в прихожую, начиная надевать свою обувь и выпрыгивая наружу.        Сегодня он точно зайдёт проведать своего отца! Вообще, Наруто чувствовал какую-то вину перед ним за такое поведение. Ведь это его родной отец! Он любит его, но при этом даже зайти и проведать не может. Чертова Хината! Чёртова мать!        Прокляв всех, кого только можно, Наруто торопливым шагом дошел до больницы и направился к отцу. Состояние его можно назвать стабильным. Стабильно-хреновым, если можно так выразиться. Наруто не знал, что ему делать. Деньги на операцию нужны были в обязательном порядке, но где ему их взять? Продать квартиру? А мать? Где ему жить? А окупиться ли это? Очнётся ли отец? Не усугубит ли это его состояние? Есть ли гарантии? Он брёл по больничному крылу сонно, прикидывая какие-то альтернативы для дальнейшего пути. Он был так задумчив, что не заметил, как врезался в проходящего мимо человека, и не замечал бы, кажется, и дальше, если бы не услышал досадное: «Ох!»        Саске не упал, но был близок к этому. Наруто быстро сориентировался и успел его подловить за руку, фиксируя на месте. Когда он поднял глаза, то встретился с лицом напротив. Саске был бледноват и казался каким-то непонятным сейчас, особенно, когда ежился так странно и согревал ладони. В помещении не было холодно, но что-то явно леденило душу Саске. С синяками с аршин, он напоминал Наруто какого-то пришельца, что прилетел сюда, смотрит на него, но не выдает себя ничем. Ни выражением лица, ни жестами, ни словами. Он просто молчал и стоял. Отчего-то, не зная почему, Наруто почувствовал себя виноватым. Он не знал, с чем это связано, но такое чувство скоблилось где-то внутри, давая о себе знать сжимающимся в груди сердцем.        — Привет, — поздоровался Наруто и улыбнулся. — Прости, что из-за меня ты чуть не свалился на пол.        — Я свалился не из-за тебя, — ответил Саске, постепенно растаивая и смотря каким-то другим взглядом, более изучающим.        — Ты болел? — ему нужно было знать хоть что-то. Почему не приходил? Струсил? Или что-то такое, что проскользнуло между ними, показалось только Саске?        — Ага, — ответил Наруто, и Саске облегчённо выдохнул, улыбнувшись. Наруто это показалось чем-то безумно красивым. Ему нравились людские улыбки, особенно те, которые шли от сердца, но эта улыбка, такая радостная и светлая, улыбка полного облегчения, покорила его до глубины души, и он в порыве чувств подошёл близко к нему, и протянул руку. Саске неуверенно коснулся его руки, смотря, как она чуть подрагивает под его пальцами. Что за странное чувство?        — Не пропадай больше, — выдохнул Саске и сам смутился того, что сказал. Краска залила его лицо, обожгла, словно огнём, и глаза слегка защипало от стыда сказанного. Наруто улыбнулся ему ободряюще и положил свою руку ему на плечо, слегка сжимая. Это действие, такое простое и тёплое, ничего не значащее особо, заставило коленки Саске задрожать. Какого чёрта он ведёт себя, как девственница какая-то? И какого чёрта у него так сердце дрожит в груди, готовясь выпрыгнуть из груди, окрыленное каким-то светлым чувство, называющимся счастьем?        — Я доведу тебя до твой палаты, — спокойно произнёс Наруто, явно не задавая вопрос, а констатируя факт. Так любил делать Итачи, давая понять своему младшему брату, что выбор у него невелик, а точнее, его вообще нет. Воспоминания о старшем брате больно кольнули в сердце, резанули наждачной бумагой, оставляя едва заметные алые полосы, кровоточащие разочарованием и обидой. Ведь брат не приходил к нему очень долгое время.        Заметив сменившееся выражение лица Саске, Наруто быстро смекнул, что нужно что-то сказать, но он не представлял, чем можно было бы завлечь Саске, и поэтому выкинул рандомное предложение:        — Как самочувствие? — Саске перевёл на него свой взгляд, в котором всё ещё сквозила какая-то тоска и всепоглощающая печаль. Наруто на периферии сознания осознал, что ему нравится, как эти эмоции отражаются на лице Саске: он превращается в какую-то прекрасную нимфу, чьи черты лица приобретают какую-то хрупкую, даже фарфоровую красоту, которая настолько трагично выглядит на фоне всего происходящего, что цепляет все струны души, вынуждая сердце биться и дрожать. Наруто мог бы с точностью сказать, что не видел человека более красивого, более утончённого, более хрупкого, чем Саске. Вот он стоит, слегка ссутулившись, и смотрит в пол, обнимая себя руками, стараясь защититься, и в этом простом жесте, таком неприметном, Наруто отметил своеобразную прелесть, так похожую на скромность или испуг, что ему невольно захотелось обнять Саске или как-то поддержать. Взвешивая все «за» и «против», Наруто понимал, что не каждый любит тактильные соприкосновения, но по-другому он не мог выражать своё сочувствие, поэтому подошёл вплотную, протягивая свои руки к плечам Саске, что настолько пораженным был, что и не пытался возмутиться. Ещё раз заглянув в глаза напротив, Наруто понял, что делает всё правильно. Обнимая юношу, мягко поглаживая по спине, он выражал ему свое сочувствие в его проблеме.        Саске обнял его в ответ, тоже поддерживая в чём-то молчаливом и витающим где-то в воздухе. Внезапно за их спинами послышался кашель, и они резко отскочили друг от друга, встречаясь с зелеными глазами, в которых плескались бесята. Девушка лукаво улыбалась и переводила взгляд с парня на парня, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться в голос. Как долго она уже здесь стоит? Наруто смотрел спокойно, даже улыбался, а Саске как-то зло — взглядом, говорящим, что она пришла не вовремя.        — А вы, помнится, Сакура? Здравствуйте, — мило поздоровался Наруто, и девушка улыбнулась ему.        — И тебе привет, — ответила она, проходя мимо них. — Ты к Саске заглянуть решил?        — Нет, мы случайно пересеклись. Я к отцу направлялся, — ответил он и с тоской снова улыбнулся. Сакура подметила эту перемену и как-то неловко съёжилась.        — А-а-а, понятно, — тихо ответила она, оценивая, как задела, и приветливо улыбнулась, меняя тему. — Ну, чего встали? Пойдёмте. Мне Саске как раз кормить надо, может, он поделится с тобой своими печенюшками, — девушка подмигнула ему и прошла вперёд. Оба парня со смущением пересеклись взглядами, робея перед сказанным и стыдясь.        Сакура накормила их какими-то печеньями с киселем и под предлогом, что ей нужно еще некоторых накормить, вышла.        Саске остался один на один с Наруто. Он метал на него взгляды, чувствуя себя как-то странно и неуютно, ёрзал на месте и горбился. Наруто ждал, что он что-нибудь скажет, но Саске молчал. Казалось, что так и будет продолжаться, но Саске вдруг спросил:        — Каково состояние твоего отца? — Наруто удивлённо посмотрел на него. Неужели они так близки, что могут об этом сейчас говорить? И стоит ли? Но Саске не был похож на человека, которому это неинтересно, и поэтому Наруто решился:        — Стабильно-херово, Саске. Ничего не меняется, — взгляд голубых глаз опустился на собственные загорелые руки. — Нужна операция, чтобы помочь ему, но она стоит денег, а у меня их нет, — Наруто замолчал. Было не то что стыдно… Было… Было просто грустно. Саске молчал, казалось, что он вообще окаменел. Но это было к лучшему. Саске был единственным человеком, с которым можно было просто посидеть и погрустить, помолчать, смотреть на звезды и раздумывать о чем-то своем. Он не приставал с расспросами, как Хината. Казалось, что ему настолько грустно, что и говорить об этом не хочется. Наруто благодарил его мысленно и не мог не признать, что между ними установился какая-то связь.        — Ну, я пойду, отца всё-таки навещу, — Наруто встал и посмотрел на Саске. Саске продолжал сидеть и молчать, но взгляд всё-таки оторвал от пола. В его глазах читалось сожаление. Наруто улыбнулся.        — Саске, погоди, — он нашёл в кармане клочок бумаги и ручку. Оперевшись о столик, он написал какие-то цифры и протянул их Саске.        — Это мой номер телефона. Если что, звони.        — Я обязательно позвоню! — счастливо ответил Саске и улыбнулся ему. Обменявшись дружелюбными взглядами, парни расстались.