Jn2

— Я отказываюсь от нашего плана, Майкрофт, — решительно заявляет Шерлок, входя в кабинет брата в клубе «Диоген». Джон по просьбе своего человека остается за дверью, чтобы дать возможность братьям побеседовать и попробовать до чего-то договориться, и появится в кабинете, если Майкрофт будет сильно давить на Шерлока, настаивая на первоначальном плане, или если он отступит, приняв во внимание желания своего младшего брата. Впрочем, Джон не обманывался, зная, что первый вариант вероятнее и Шерлоку предстоит самая настоящая битва. — Причина? — холодно и высокомерно спрашивает Майкрофт. Сейчас серый кардинал Британских островов наверняка выглядит настоящим снежным королем, и Джон может лишь посочувствовать любому, кто идет против него. Любому, но не Шерлоку — Шерлок всегда достойно противостоял старшему брату. Если считал необходимым. — Я не буду тебе объяснять причину. Но и играть по правилам Мориарти я больше не собираюсь. Пусть с ним играет кто-нибудь другой. — Он заинтересован лишь в тебе. Британия в опасности, мой дорогой брат. — У Британии есть много сынов, готовых служить ей верой и правдой до последнего вздоха. — Шерлок! — Нет, Майкрофт. Я решительно выхожу из игры и жду, что ты обеспечишь мне безопасное проживание. Как старший брат. В кабинете повисает тишина, и Джон вполне может представить, как молча противостоят друг другу такие неординарные, сильные личности, как братья Холмс, пытаясь заставить один другого уступить и смириться с выбором, сделать так, как нужно ему. Киборг неуверенно кусает губы, но решает пока не вмешиваться и дать Шерлоку ещё немного времени. — Это из-за твоего киборга? Шерлок, ты заигрался в лояльность и не оставляешь мне выбора. Помеху всегда убирают с дороги, когда идут к великой цели, — вкрадчиво говорит Майкрофт. — А у нас с тобой именно такая цель, брат мой. Потенциальные угрозы для страны от Мориарти огромны, чтобы мы могли позволить себе такой риск, как выхождение из Игры из-за нахождения Джона Ватсона на территории островов. Он боевой киборг и создан для войны. Так пусть послужит во благо… — Не трогай Джона, Майк! — рычит потерявший терпение Шерлок и ударяет кулаком по столу. — Если кто и заигрался здесь, то это ты. Это ты, а не я выпустил Мориарти и обеспечил ему оправдательный приговор в суде. Это из-за твоей блажи на меня началась охота. И не смей мне что-то говорить про универсальный код и безопасность Британии!.. Джон не выдерживает и всё-таки входит в кабинет, решая, что дальше выжидать просто нет смысла. Шерлок стоит, нависая над сидящим Майкрофтом, и кричит на старшего брата, явно не понимающего причин для подобного безобразного поведения. При всём своём великом уме Майкрофт никогда не принимает в расчёт чувства, хоть и действительно любит младшего брата и делает всё, чтобы тот остался живым и по возможности здоровым. А ещё у него какая-то своя, запредельная для обычных людей мораль, сильно отличная от общепринятой, и он с лёгкостью допускает то, что все считают недопустимым. Впрочем, Джону плевать с высокой колокольни на проблемы с пониманием чувств старшего из братьев — для него важен только Шерлок и его жизнь, и он готов на многое, чтобы его человек жил. Если ради этого потребуется преступить закон — он не раздумывая преступит. И не раз. — Шерлок, сядь. Сядь и успокойся, — приказывает киборг, встав рядом с креслом любимого. Шерлок шипит, свистит, как закипающий чайник, но послушно садится, огромным усилием воли заставляет себя успокоиться, прижимается щекой к руке Джона, которую тот положил ему на плечо, и с вызовом смотрит в глаза Майкрофту. — Должен признаться, я удивлён вашим влиянием на моего младшего брата, — неискренне растягивает губы в улыбке Майкрофт. Джон с показным спокойствием пожимает плечами и улыбается в ответ. Внутренне он собран и готов к любому повороту событий, что, безусловно, видят оба гения. Боевой режим военного киборга. — Он влияет на меня не меньше, Майкрофт. — Вы опасны, Джон. Улыбка на тонких губах киборга превращается в хищную кривую усмешку. — Как показали последние события, не больше вашего. И что, нас обоих на ликвидацию? За своего человека я убью и умру, если потребуется. — Предлагаете планировать операцию исходя из ваших отношений? Так не терпится умереть? Как там говорил Шерлок про брата? Аквариумная рыбка? Если это и так, то Майкрофт — пиранья. Холодная, зубастая, готовая сожрать любого, кто ему мешает, пиранья. Мешать разрешается только Шерлоку — его старший из братьев Холмс не сожрёт, а только покусает. — Предлагаю учитывать его желания. — Чувства? — губы Майкрофта презрительно кривятся. Джон согласно кивает, глядя на явно получающего удовольствие от их беседы, но всё ещё слишком напряжённого детектива. — Чувства. Для многих они важны. — Я согласен отправиться уничтожать сеть Мориарти, — подает голос Шерлок, заполняя возникшую паузу. — С Джоном. Я верю ему, как самому себе, Майк. И мне плевать, как ты это провернёшь, но Джим должен умереть. Желательно прилюдно. Можешь даже сфальсифицировать нашу смерть, если тебе так этого хочется, но без своего напарника я не буду спасать Британию. — И никаких свиданий наедине с психопатом, — колюче замечает Джон, над чем Шерлок смеётся, глядя на своего киборга с неприкрытой нежностью. Майкрофт же впервые в своей жизни чувствует укол зависти, наблюдая за чужим счастьем и полным взаимопониманием. Но потом в нём просыпается политик и напоминает о недопустимости слабостей (а чувства, даже если они взаимны, — почти всегда слабость), и его отпускает. — Пойдём, Джон. Человек и киборг долго целуются в коридоре закрытого элитного клуба, наверняка смутив не одного члена своим недопустимым поведением. Когда они наконец уходят, завсегдаи-молчальники явно вздыхают с облегчением. Шерлок, так до конца и не смирившись с отступлением от своих первоначальных намерений вообще отказаться иметь дело с сетью паука, молчит, садясь в такси и устраиваясь рядом с любимым. Джон переплетает их пальцы в странной потребности быть ближе и говорит: — Это будет интересно, Шерлок. всё, как ты любишь: опасность, интриги, загадки, простор для приложения твоих способностей. — Это будет муторно, — не соглашается детектив. — А из нас двоих адреналиновый наркоман ты, а не я, но если ты так хочешь… — Я люблю тебя, Шерлок Холмс.