Сюрприз на Рождество

      Зима на Аляске выдалась суровая. Частный сектор утопал в снегу, даже несмотря на регулярную уборку снега.       Смеркалось. Жители сидели по домам и грелись у каминов. Желтый свет их окон манил теплом.       Последний хмурого вида дом был заметен снегом больше остальных. Рождественские гирлянды не украшали крыльцо, а окна были темны. Здание выглядело необитаемым.       Внезапно рядом с ним остановился большой хищного вида джип. Черной чужеродной кляксой выделялся он среди белизны. Но сумерки обещали скрыть внезапного гостя.       Ветер смахнул с крыши домика хлопья снега и, сверкающим в свете фар вихрем, кинул на лобовое стекло.       Мотор мягко заглох. Ледяную тишину нарушал теперь только вой ветра.       Погода не располагала к прогулкам и грозила ухудшиться к ночи.       Дверь автомобиля отворилась с тихим щелчком. В сугроб опустилась нога в черном сапоге. Затем из джипа поднялся высокий мужчина средних лет в такого же цвета кожаном зимнем пальто с песцовым воротником. Светлые волосы взметнул ветер, спутав с россыпью снежинок.       Водитель поежился и натянул черную шапку, которую до этого держал в руке. Из его рта вырвалось облачко пара. А в машине было тепло.       Он окинул взглядом дом сквозь черные солнцезащитные очки, которые в сумерки зимой смотрелись неуместным аксессуаром. Но мужчина носил их, даже ночью. Давняя привычка с тех самых пор, когда его глаза изменились, и теперь их требовалось маскировать темными стеклами очков.       Дом на первый взгляд выглядел в точности таким, каким хозяин оставил его пару лет назад. Если не считать снега.       Водитель закрыл дверцу авто. Осмотрел улицу: никого. Подошел к задней двери автомобиля и достал черную спортивную сумку. В ней были ноутбук и личные вещи.       Альберт Вескер хотел остаться в домике на какое-то время. Отдохнуть от исследований, а точнее людей, суеты и собраться с мыслями. Он наслаждался одиночеством.       Здесь среди снега и льда была его стихия. Альберт любил зиму, ее белое холодное безмолвие с привкусом вечности.       Мужчина закинул сумку на плечо и захлопнул дверцу.       Альберт оглянулся и посмотрел в сторону гор. Но серо-синее марево снежинок не дало рассмотреть величественную красоту за озером, что виднелось ниже под поселком.       «Поутру будет прекрасный вид, если метель утихнет», — подумал он.       Мужчина зашагал к дому, утопая в снегу по колено. Он критически осмотрел входную дверь и решил, что вряд ли откроет из-за большого сугроба у входа. Он предпочел обойти дом и войти с задней двери.       Альберт шел осторожно, инстинкты привычно были обострены. Нет, почти не было шансов, что его могла ждать засада или неприятный сюрприз. Он просто был к нему готовым. В наплечной кобуре под плащом был спрятан пистолет. Вескер редко, где появлялся без оружия. Разве в лаборатории, но и то, когда поблизости была охрана. Застать его врасплох было очень непросто.       Посторонних следов, как опасался Альберт, вокруг домика не было. Да даже, если бы и были, их занесло снегом. Но из трубы не валил дым, а снежные узоры на окнах намекали, что внутри очень холодно. Значит, засады нет. Даже мертвая плоть при таких температурах заледенеет и станет бесполезна. Хотя, зомби — это последнее, чего он боялся.       Страшиться нужно не мертвых, а живых. Непоколебимая мудрость, даже тайными исследованиями корпорации «Амбрелла».       Вескер усмехнулся и поднялся на крыльцо. Снега здесь было по щиколотку. Отгребая ногой от двери снег, Альберт достал из кармана ключ и отпер дверь. Замка было два — обычный и кодовый — всегда лучше перестраховаться.       На окнах двухэтажного небольшого, но уютного домишки, виднелись ажурные решетки. То ли украшение, то ли защита. Да и в дверях на улицу не было стекол, хотя одно время это была модная тенденция: удобно видеть сквозь входную дверь, кто пришел. И не менее удобно разбить стекло вору и открыть замок. Маленький домик был маленькой крепостью. Даже, если бы никогда ею не стал — так хозяину было спокойнее.       Альберт открыл дверь. Несколько секунд постоял на пороге, вслушиваясь в тишину холодного дома, а затем зашел внутрь.       Мужчина зажег свет, оказавшись на кухне. Сумку с продуктами он оставил в машине и за ней стоит вернуться. Но сейчас он хотел осмотреть дом на предмет незваных гостей.       Альберт прошел в гостиную и включил свет.       Два кресла у камина, медвежья шкура на полу, у стены стол, шкаф для одежды и диванчик в углу, торшер — вот и все убранство.       Вескер был богатым человеком и без труда мог бы отстроить здесь хоромы. Но, во-первых, не хотел выделяться, а во-вторых, тратить деньги на глупую роскошь. К тому же у него не было английских предков перед которых, как Спенсеру, стало бы стыдно. А еще точнее он не страдал комплексами.       Он сбросил с плеча сумку и опустил на пол у стены. С дорогого пальто на дощатый пол упали снежинки. И не растаяли.       «Стоит первым делом развести камин и включить газовый котел в подвале, чтобы прогреть дом, — решил мужчина. — Но сначала стоит сходить за продуктами».       Альберт вернулся на кухню и покинул дом. Ему пришлось поднять воротник, когда порыв ветра швырнул в лицо горсть снега. Вескер возвращался к джипу по своим следам, которые уже наполовину замело. Открыл дверцу, достал пакет, захлопнул. Поставил авто на сигнализацию.       «Надо будет с утра расчистить снег к гаражу и поставить машину. А то такая громадина привлекает излишнее внимание», — подумал он и еще раз окинул взглядом дом. Теперь окна обманчиво манили теплом.       Альберту хотелось есть, да и усталость брала свое после дальней дороги.       «Насколько несовершенен биологический организм. Когда-нибудь у меня будет такое тело, которое не будет уставать и нуждаться в пище» — подумал ученый и зашагал к дому.       Что-то металлически хлопнуло совсем рядом. Альберт повернул голову на звук, и увидел покачивающуюся на ветру открытую дверцу почтового ящика. При следующем порыве ветра она закрылась с неприятным хлопком, а потом вновь отворилась, болтаясь в снежном вихре.       «Защелка слетела или сломалась? — подумал он. — Надо бы закрыть, а то так и будет хлопать всю ночь».       Альберт направился через сугробы к почтовому ящику. Подошел.       Внутри что-то виднелось, наполовину занесенное снегом. Это было неожиданно.       «Что там может быть? Никто не мог прислать мне письмо или открытку, потому что дом был зарегистрирован на ненастоящее имя. Документы, коли на то пошло. А «Моргану Куперу» никто ничего не мог прислать, ибо родни и друзей у него не существовало».       Прежде, чем протянуть пальцы в черной перчатке к странному свертку, Альберт прокрутил в голове с пяток предположений, что это может быть, включая взрывчатку. Но, если брать последнюю догадку, то он не ставил никого в известность, что приедет именно сюда. К тому же «посылка» могла валяться в ящике не один год.       Прикинув, что угроза минимальна, Вескер извлек сверток. Блестящая подарочная бумага. Внутри лежало что-то мягкое и твердое. Толком не прощупать в перчатке и упаковке.       «Конечно, было Рождество и кто-то по ошибке положил подарок не в тот почтовый ящик», — нашел ученый логичное объяснение.       Можно было бы сунуть сверток обратно, но любопытство победило, и мужчина забрал его. Затем направился к дому под порывами метели.       В воздухе еще витал привкус Рождества, хотя оно давно миновало, как и Новый Год. Начало января, но еще не все сняли рождественские украшения с домов. Но день-два, и от праздника не останется и следа.       Мужчина поднялся на крыльцо, стряхнул с обуви снег. Вошел в дом и запер дверь. Раздеваться в таком холоде ему не хотелось. Альберт поставил пакет с едой у холодильника. Изо рта шел пар.       На таком морозе в холодильнике может оказаться теплее. Хотя он не был включен в розетку.       Странный заснеженный сверток мужчина положил на стол.       «Потом распечатаю, прежде обогрею дом», — решил Вескер.       Он спустился в подвал, проверил наличие воды в трубах и включил газовый котел. Если где-то вода в системе замерзла, то процесс обогрева затянется. Проще растопить камин.       Вескер поднялся в дом, для удобства расстегнул пальто, стянул перчатки и убрал в карман.       Он поднял поленья, что лежали в углу кухни и отнес в камин. С каминной полки взял зажигалку, присел на корточки, чиркнул, выпуская пламя, и проверил тягу. Везло, была. Пламя вздрогнуло и устремилось внутрь камина. Затем скомканной газетой Вескер поджег поленья. Огонек неуверенно зализал предложенную «пищу».       Альберт какое-то время смотрел на разгорающееся пламя, потом подбросил пару дровишек и поднялся.       «Прежде, чем расслабляться, стоит проверить второй этаж. Мало ли что» — подумал Альберт и поднялся по спиральной лесенке вверх — там была спальня.       Мужчина включил свет.       Коридор вел в две комнаты — одна для гостей, но она пустовала, другая — его. В приоткрытую дверь виднелась одинокая простая кровать без постельного белья и тумбочка. Чисто для галочки. Вескер не планировал кого-то приводить сюда. У него больше не было друзей, с которыми можно было поделиться соседней комнатой в тайном убежище.       На миг мужчине сделалось грустно, но он прогнал воспоминания.       «Деньги куда надежнее друзей и никогда не подведут, — усмехнулся он. — На них всегда можно нанять того, кто тебе поможет».       Вторая комната была куда уютней. Большая кровать с пушистым пледом и тремя подушками. Тумбочка, как и в первой комнате. Столик у окна и стул. Никаких фотографий и личных вещей, чтобы сложнее было установить личность владельца. Да и зачем они ему. Вескер не страдал сентиментальностью. Все, что было нужно, он хранил в своей голове и на жестком диске ноутбука. Разве запасные черные очки были в верхнем ящике тумбочки. Но это не более, чем предусмотрительность.       Окна покрывали узоры. Покатый потолок заиндевел. Заснуть в такои холоде — означало не проснуться.       Вескер погасил свет и спустился вниз.       В гостиной медленно, но становилось теплее.       Альберт поправил шторки, чтобы везде были задернуты. Он не любил посторонних и привык скрывать свои секреты. Пока общественность не начнет принимать его исследования, как норму, а не преступление, он будет скрываться. Хотя на самом деле он не творил ничего преступного. Просто хотел исправить в человеке то, что не доделала природа. Сделать тело совершенным. С себя он уже начал и не собирался останавливаться, пока не стал бы равен богу. Такова была его тайная мечта, как и его создателя и приемного отца миллиардера Озвелла Спенсера.       Пламя задорно потрескивало в камине, наполняя комнату теплом.       Альберт снял шапку и положил на подлокотник кресла, наклонился и подбросил еще поленьев в камин. Стало теплее. Затем он снял пальто и повесил на вешалку у входной двери, оставшись в черном свитере и такого же цвета утепленных штанах.       Вескер хорошо одевался. Но никогда не шиковал, не носил золотых украшений. Только дорогие черные часы красовались на правом запястье. Но владелец заплатил за надежность и функциональность, а не за вычурность и престиж. В душе ему, куда больше импонировали миллионеры, смело носящие драные джинсы на светские вечера. Спенсер никогда бы не позволил ему такого, даже бы в лабораторию «делать грязную работу» не пустил. Старик посчитал бы, что приемный сын его позорит. Так что Вескеру пришлось выбрать «золотую середину»: любителем смокингов, как Озвелл, он не стал, но и в плебейство не спустился. Классический бизнес-стиль самое то. Хотя, порой, Альберт выглядел, как классический агент службы безопасности из-за черных очков и умения скрывать эмоции. Но такое сравнение его бы только позабавило, ведь когда-то он работал в полиции, правда, под прикрытием. Но это последнее, о чем Альберт предпочел бы вспоминать.       Вескер прошел на кухню, взял электрический чайник, набрал воды из-под крана — на вид текла чистая, а процеживать фильтром стало лениво — и включил.       Странный сверток на столе, который он нашел в почтовом ящике, снова привлек внимание. Альберт взял его. Стряхнул, начавший таять снег, в раковину, и разорвал упаковку. Внутри оказался белый плюшевый кролик и толстый рекламный каталог детских товаров и игрушек.       — Спам найдет тебя, даже не необитаемом острове, — усмехнулся мужчина.       «Подарок» оказался ни чем иным, как щедрой рождественской акцией какой-то торговой сети. Судя по дате каталога, его принесли в прошлом месяце, а не год назад.       На кухне все еще было зябко, поэтому Вескер вернулся в гостиную.       Мужчина снял очки и положил на каминную полку. Иногда, когда был уверен, что один, позволял себе такую роскошь, как взглянуть на мир «кошачьими» глазами.       Альберт плюхнулся в кресло, ожидая, когда закипит чайник. От нечего делать, повертел игрушку в руках.       На зайке была красная шапка Санты и такого же цвета шарф. Несмотря на бесплатность подарка, сшит был добротно. Черные глазки-бусинки, розовый носик и добрая улыбка из ниточек, а еще красное сердечко на левой части груди как бы намекали вызвать чувство умиления. Но Вескер, взглянув на сердечко, подумал только, что насколько глупо изображать сердце таким. Настоящее выглядит совсем иначе. Но здесь оно, видимо, как символ любви.       Белый любвеобильный заяц выглядел полной противоположностью хмурого и, предпочитающего в гардеробе черный цвет, Вескера. Мужчина невольно ощутил эту разность и бросил игрушку на соседнее кресло.       С кухни раздался щелчок — это выключился чайник.       Альберт оставил каталог на кресле и пошел на кухню приготовить ужин.       В доме были крупы и консервы. Но это был запас на непредвиденные обстоятельства — стоило проверить их сроки годности, да обновить запас при необходимости. Плюс готовить Вескеру не хотелось, повар из него был так себе. Он предпочел перекусить едой быстрого приготовления. Не самая полезная пища, просто сегодня он слишком устал после дальней дороги, чтобы готовить.       «Завтра придумаю что-нибудь или прогуляюсь до местного супермаркета» — решил он.       Поев на кухне пюре быстрого приготовления и бутерброды, что взял в дорогу, и выкинув в мусорное ведро одноразовую посуду, Альберт вернулся в комнату. Погасил электрический светильник, так как света из камина хватало, чтобы разогнать темноту зимнего вечера. Ученый сел в кресло и расслабился. В доме стало приятно тепло.       Вескер ощутил что-то под собой и вытащил дурацкий рекламный каталог. Равнодушно полистал. Ничего интересного - все только для родителей и их чад.       Детей Альберт заводить не собирался, да и желания такого не испытывал. В его бешеном ритме жизни было место только работе и целям-мечтам, в которых семья не стояла, даже на последнем месте. Спенсер маячил на горизонте призраком, но он был не семьей. Или приемной семьей. Альберт не хотел на эту тему думать, а уж Озвелла вспоминать точно не на сон грядущий.       Мужчина раздраженно захлопнул каталог и швырнул в камин. Пламя жадно поглотило подачку, перелистывая, скукоживающиеся от жара страницы.       Вескер, откинувшись на спинку, покосился на плюшевого кролика на соседнем кресле. Зародилась мысль тоже кинуть его в огонь. Но, во-первых, для этого нужно было встать, а, во-вторых… кресло было таким удобным…       Какой-то шорох заставил мужчину открыть глаза.       На соседнем кресле игрушки не было. Зато что-то возилось сбоку от кресла на полу.       Вескер на автопилоте выхватил пистолет и направил на шевелящийся комок. Почему-то первой пронеслась мысль, что это сбежавший мутант из лаборатории. И это что-то было в его шапке! Когда оттуда показалась голова плюшевого кролика, Альберт не нажал на спусковой крючок, только от удивления.