Почти правда

Люси, совершенно вымотанная от долгого поддержания звездного одеяния, так и уснула на жутко неудобном деревянном стуле. Пожинать плоды такой непредусмотрительности пришлось уже на следующее утро, когда заклинательница с трудом разлепила глаза и тут же застонала от неприятной боли во всем теле. Затекшие мышцы сильно ныли, а потому девушке понадобилось несколько минут, чтобы суметь хотя бы повернуться. Наконец выпрямив спину, Люси с удивлением отметила, что была укрыта плащом Лаксуса. Заклинательница помнила, что ночью было холодно; видимо она слишком заметно дрожала, что раздражало громового мага. Вот он и накрыл быстро отогревшуюся девушку первым, что попало под руку. Все, казалось, очень просто, но отчего-то Люси все равно залилась краской, приняв это за милую и приятную заботу. Мысли о Лаксусе быстро вернули заклинательницу в реальность, и она, проигнорировав все еще присутствующую в теле боль, быстро соскочила со стула и осмотрелась. К счастью, Лекс все еще спал. Громовой маг нашелся также быстро: он сидел у самой кровати, откинув голову к стене и бездумно смотрел в потолок. Люси облегченно выдохнула и, помявшись пару мгновений, тихонько подошла к Лаксусу. Благо сапоги она сняла еще вечером, а потому сейчас совсем не шумела. — Спасибо, — шепотом сказала Люси, протягивая волшебнику плащ. Но Лаксус только отстраненно кивнул в ответ и, озабоченно глянув на спящего мальчика, нахмурился. Заклинательница догадывалась, какие мысли бродили в его голове, а потому только тяжело вздохнула. Она снова укуталась в его плащ, невольно уткнувшись носом в мягкую опушку, и села на пол рядом с волшебником. — Думаешь, он может быть твоим сыном? — спросила Люси, подняв взгляд на Лаксуса. Мужчина помолчал еще с минуту, а потом резко повернулся к заклинательнице и раздраженно ответил: — Думаю, тебя это не касается. Люси тяжело вздохнула, сильнее кутаясь в теплый плащ. Она понимала, что они с Лаксусом были не настолько близки, чтобы делиться душевными переживаниями, и все же надеялась, что он проникнется атмосферой и расскажет ей хоть что-нибудь. И дело было не только в праздном любопытстве: потакая своей сердобольной натуре, заклинательница всего лишь хотела хоть как-то помочь очевидно потерянному громовому магу. — Просто знай, что я готова выслушать и помочь по мере возможностей, — негромко сказала Люси, бездумна глядя в пол. — Просто потому что мы друзья. — Не замечал за нами подобной близости, — язвительно заметил волшебник. — Просто раньше не было необходимости, — ничуть не обидевшись, пожала плечами заклинательница. В комнате снова воцарилась тишина. Они просидели так еще немного, пока Люси, которая все еще мучилась от дискомфорта в затекших мышцах, не встала. Девушка уже сделала шаг в сторону ванной, собираясь привести себя в порядок и заказать завтрак до пробуждения Лекса, когда ее остановила тихая просьба громового мага. — Я провел несколько месяцев в окрестностях этого города до того, как отправился на остров Тенрю, — Лаксус сделал короткую паузу, дав заклинательнице возможность снова сесть рядом с ним. — Тогда я познакомился с местной девушкой. И, в принципе, она вполне могла забеременеть. — В таком случае ребенку как раз исполнилось бы десять лет, — задумчиво сказала Люси, внутренне радуясь, что волшебник все-таки решил поделиться с ней своими переживаниями. — Как и Лексу. Лаксус медленно кивнул. Он снова посмотрел на мирно спящего мальчика и, тяжело вздохнув, потер ладонями свое уставшее лицо. Люси оставалось только сочувственно на него смотреть. — Если он действительно окажется моим сыном, то что мне делать, Люси? — прозвучал приглушенный, полный отчаяния вопрос волшебника. — Я так не хочу походить на своего отца. Заклинательница заметно вздрогнула, вспоминая Ивана Дреяра и все те слухи, которые ходили вокруг его прошлого. Впрочем, самой Люси пусть и повезло куда больше, тоже не стоило опираться на образ своего папы в поисках идеала. Девушка выпутала одну руку из плаща и осторожно коснулась плеча Лаксуса. Волшебник тут же поднял на нее взгляд. Еще никогда Люси не доводилось видеть в его синих глаз столько разных эмоций, поэтому позабыв про все утешительные слова, которые она собиралась сказать до этого, заклинательница просто ласково улыбнулась. — Скажи же хоть что-нибудь, — негромко попросил Лаксус. — Вряд ли я смогу посоветовать что-нибудь дельное, — виновато отвела взгляд Люси. — Но я обещаю, что буду рядом, что постараюсь помочь разобраться во всем. Такой ответ очевидно не сильно успокоил громового мага, но все же он благодарно кивнул и отстранился. По его лицу уже невозможно было что-либо прочитать, но Люси знала, что Лаксуса все также съедали сомнения. Однако, сейчас она точно не могла ничем помочь. Заклинательница все-таки ушла в ванную. Уже стоя под теплыми струями, она бездумно смотрела на белоснежные кафельные стены и вспоминала взгляд Лаксуса. Люси знала, что волшебник сильно изменился с тех давних пор, когда пытался занять место мастера гильдии. Однако, она и подумать не могла, что когда-нибудь ей доведется увидеть столько эмоций на его вечно холодном и высокомерном лице. Люси вообще сильно смущало то, что некоторое время ей придется провести в непосредственной близости от громового мага. Пусть их отношения никогда не выходили за грань «знакомых незнакомцев», заклинательница не могла отрицать, что как мужчина Лаксус был ей симпатичен. Привлекательный, отстраненный, сильный и с хорошим чувством юмора — мечта любой состоявшейся девушки, и Люси, в жизни которой уже было несколько кратковременных романов, не стала исключением. Из спальни послышался какой-то шум, и заклинательница, поспешно выключив воду, завернулась в широкое полотенце и вышла из ванной. По привычке осмотрев комнату на наличие какой-либо опасности, Люси остановила взгляд на двух застывших громовых волшебниках, напряженно разглядывающих друг друга. По телам обоих расползались тонкие молнии, и если Лаксуса это мало смущало, то Лекс заметно морщился, когда чувствовал особо сильный разряд. — Это тот самый громовой маг, про которого я тебе говорила, — Люси осторожно приблизилась к глянувшим на нее волшебникам, чувствуя, как волосы медленно поднимаются, реагируя на статику. — Он поможет тебе научиться контролировать магию. — Но он и сам не может сдержать свои молнии, — справедливо заметил Лекс, указав на Лаксуса пальцем и невольно придвигаясь ближе к заклинательнице. Люси усмехнулась, заметив, как нахмурился Лаксус и, демонстративно подняв обе руки, сжала его ладонь. Волшебник удивленно посмотрел на довольную собой заклинательницу и, наконец поняв, что она хотела этим сказать, приобнял ее за плечи. Мальчик подозрительно прищурился, наблюдая за заметно покрасневшей девушкой, прижатой к громовому магу, по телу которого все еще пробегали тонкие разряды. Совсем не задумываясь о своих действиях, он протянул руку вперед, собираясь также прикоснуться к Люси, но Лаксус вовремя среагировал и утянул опешившую заклинательницу себе за спину. — Сначала ты должен подчинить себе молнии, — строго сказал волшебник посмурневшему Лексу. — Иначе и себе, и ей причинишь боль. — И как мне это сделать? — искренне заинтересовался мальчик, виновато глянув на выглядывающую из-за Лаксуса Люси. — Я тебе все покажу, как только найдем более уединенное место, — усмехнулся волшебник, к которому возвращалось хорошее настроение. — Молния — своевольная стихия, но если ты сможешь ее усмирить, то она будет верным союзником. Едва ли Люси смогла уловить тот момент, когда вместо подозрения во взгляде Лекса появилось искреннее восхищение. Да и Лаксус очевидно зря переживал: ему удивительным образом удалось расположить к себе потерянного и совершенно асоциального мальчика в течение одного короткого разговора. Самой же заклинательнице только и оставалось, что с теплой улыбкой наблюдать за двумя громовыми волшебниками: одновременно такими разными и очень похожими.