Shiori Gaiden

      Шиори вытянула руки, чтобы осмотреть огонь, исходящий из ее тела. Единственным, что напоминало о ее человеческом облике, были её фиолетовые глаза. Тепло, о котором она давно забыла, разлилось по ее венам, отзываясь волнением и радостью. Отвлекшись от своих рук, Шиори встретилась взглядом с Ханзо. Все страхи или опасения, которые она когда-либо испытывала по отношению к нему, таяли от жара, проходящего сквозь неё. Никогда она не чувствовала такой благодарности к другому человеку.       Подняв платье с земли, она усилием воли погасила пламя и оделась. Хотя пламя и исчезло, но ее лицо все еще освещала торжествующая улыбка. Приблизившись к Ханзо, Шиори осторожно взяла его за руку и крепко сжала обеими руками. Неуверенная в том, как выразить такую глубокую признательность, она прибегла к правде.       — Не знаю, как я смогу отблагодарить вас за это, — простодушно заявила Шиори, — Я к вашим услугам и навеки у вас в долгу.       Шиори отпустила его руку и слегка поклонилась.       Ханзо, со свойственной ему пристальностью, посмотрел на неё.       — В этом нет нужды. В конце концов, вам понадобится вся ваша сила, чтобы воплотить в жизнь свои идеалы. И я ожидаю, что вы также поможете воплотить мои, когда придёт время. Канзо, Рика, — позвал он, — пошли. Рика, я оставляю Шиори на тебя. Проведи её через город и незамедлительно приступайте к обучению. Лист и так отнял слишком много времени с этими нелепыми печатями.       — Слушаюсь, — поклонилась Рика.       Ханзо вновь обратился к Шиори.       — Я вернусь сегодня вечером, — сказал Ханзо, коротко кивнул и ушел.       Ханзо раздал инструкции и исчез так внезапно, что Шиори не успела ответить. Не то чтобы она могла. Никогда в жизни Шиори не чувствовала себя такой задыхающейся и косноязычной. Рика тихонько рассмеялась над открытым ртом Шиори:       — Ханзо явно не лучший в принятии благодарностей, не так ли? Давай, я покажу тебе окрестности. Может, нам стоит начать с того, чтобы найти тебе одежду для тренировки. Что-нибудь огнеупорное.

***

      Шиори восторженно внимала Рике, которая вела их через бесконечный лабиринт коридоров, идущих от одного небоскреба к другому, а затем постепенно спускаясь на уровень земли, прежде чем подняться на лифте на вершину другого здания через улицу.       — Можно заметить, что чем выше располагается жилище, тем выше и социальный статус его обитателей. По земле передвигаются, в основном, крестьяне и генины. Сомневаюсь, что вам придется там часто бывать, но всё равно покажу. Почти в любое место, куда вам нужно, можно добраться через небесный туннель.       — Вообще-то, — нервно ответила Шиори, глядя на землю с высоты в двадцать этажей, — думаю мне было бы лучше внизу, на земле, вместе с крестьянами и генинами.       Рика рассмеялась.       — Боимся высоты, да?       — У меня никогда не было возможности узнать. Если это какой-то признак, наверное, так и есть.       — Тогда не смотрите вниз. Мы почти на месте.       Рика привела Шиори на самый верх скромного десятиэтажного здания с традиционной покатой крышей и подвесными фонарями. Стеклянные стены пентхауса здания позволяли клиентам наблюдать за городом со всех сторон. Внутри повсюду были размещены рулоны ткани, сети, бинты, перчатки и обувь. Рика развела руками, словно приветствуя Шиори в своих чертогах.       — Мы зовём это место амуничником*. Верхний этаж посвящен материалам для униформы. Под нами располагается склад снаряжения и снарядов.       Когда Рика ушла за продавщицей, Шиори позволила своим пальцам скользить по разным фактурам ткани, используемой для униформы шиноби. Мысль о том, чтобы завладеть такой, заставила ее расплыться в широкой ухмылке. Рика вскоре вернулась с продавщицей, которая кланялась так часто и так быстро, что прошло некоторое время, прежде чем Шиори смогла рассмотреть её лицо.       — М-миледи! Вы почтили нас своим присутствием! Для меня будет честью помочь вам!       Тронутая, Шиори тепло улыбнулась продавщице. Жители Амегакуре не обязаны были относиться к ней с гостеприимством. У них были все основания опасаться иноземки с Листа. Но, возможно, доброта этой женщины была продиктована лишь праведным страхом перед Ханзо.       — Нет-нет, это для меня большая честь быть вашей гостью. И я очень нуждаюсь в вашей с Рикой помощи. Я понятия не имею что мне нужно из всего этого.       — Для начала, — перебила Рика, — нам понадобится огнеупорная ткань. Какой бы верх, низ и обувь мы ни выбрали, они должны быть огнестойкими. Нет смысла добавлять что-либо легковоспламеняющееся.       Если продавщица и была удивлена, то не подала виду.       — Это не проблема, совсем не проблема! А что насчет цвета?       Рика и продавщица посмотрели на Шиори.       — Хм, ну, чёрный, кажется, является основным в этой профессии… и, возможно, что-то фиолетовое для колорита, — добавила Шиори, когда в её голове вспыхнула униформа Ханзо.       — Считайте, что дело сделано! Вот каталог предлагаемых нами фасонов, — сказала владелица магазина, протягивая Шиори альбом с эскизами, — но для Вас я могу сделать всё, что только пожелаете. Вот карандаш, если хотите внести какие-то коррективы.       Взгляд Шиори остановился на простом платье с запахом и прикреплённой юбкой. Взяв у хозяйки карандаш, Шиори отредактировала рисунок, добавила заметки и вернула альбом. Глаза продавщицы расширились, пока она изучала рисунок.       — Как пожелаете, миледи, — поклонившись, согласилась продавщица.       — Отлично, — воскликнула Рика, слегка хлопнув Шиори по спине, — теперь, когда с этим покончено, перейдём к оружию.       Шиори и Рика спустились вниз, в комнату, заполненную различными острыми и зазубренными инструментами. Когда Рика начала выбирать что-то из секции кунаев и сюрикенов, в поле зрения Шиори попала выставка луков.       — Наконец-то, — подумала она, — что-то знакомое в этом чужом месте.       Шиори сняла один из них с крепления, крепко держа его в левой руке и расположила его перпендикулярно к направлению до своей воображаемой цели — самодовольному лицу Аяме. Ухмыльнувшись от удовольствия, она натянула тетиву правой рукой и отпустила.       — Браво, — зааплодировала Рика позади нее. — Похоже, ты уже знаешь, как пользоваться этой штукой.       — Друг научил меня еще в Конохагакуре.       Тень пробежала по лицу Шиори, когда она вспомнила Данзо и его предложение во время их последнего урока стрельбы из лука.       Рика вытащила из колчана стрелу и покрутила между пальцами.       — Это наводит меня на некую мысль. Мы берем лук.

***

      Весь остаток дня Рика продолжала показывать Шиори город, попутно объясняя основы ниндзюцу. Только на закате Рика вернула Шиори домой. Поинтересовавшись, вернулся ли Ханзо, и обнаружив что он ещё не вернулся, Шиори в одиночестве отужинала в огромной столовой. После этого она попыталась отвлечься, читая газету Скрытого Дождя. Найдя её странно немногословной как для новостного издания, Шиори перечитала её три раза к тому моменту, когда наконец услышала шум этажом ниже. Вскоре она смогла разобрать грубоватый голос Ханзо, отдающий приказы. Отбросив газету, Шиори рискнула спуститься вниз, чтобы поприветствовать его.       Следуя за голосами, она спустилась туда, где, как она знала с прошлой ночи, была меньшая столовая, закрытая и охраняемая двумя шиноби в масках. Они выровнялись и напряглись, когда она подошла ближе. Один неуклюже отсалютовал ей.       — Извините, лорд Ханзо внутри?       Стражники переглянулись. Тот, что стоял справа, с поднятой в приветствии рукой, заговорил первым:        — Да, миледи. Но обычно Ханзо-сама никого не пускает, если дело не очень важное.       Неожиданно за спиной Шиори возник слуга, несущий поднос с бутылками саке. Одним изящным движением она выхватила поднос из рук ошарашенного официанта и повернулась лицом к охранникам.       — Вот это, — сказала она, указывая на поднос, — кажется мне очень важным. Если лорд Ханзо посчитает иначе, я возьму всю ответственность на себя.       Стражи снова переглянулись, на этот раз пожав плечами.       — Хорошо, миледи. Но сначала наденьте это, — сказал один из них, снимая респиратор, — Никому не разрешается входить без него.       Поблагодарив охранников, Шиори надела респиратор и вошла в столовую. Оказавшись внутри, она поняла, что респиратор будет совершенно бесполезен, потому что от увиденного зрелища у нее перехватило дыхание: Ханзо был без маски.

***

      За ужином Ханзо планировал просмотреть отчеты своих людей и разработать ответ на растущую угрозу вторжения Суны с юга. Эти планы, однако, были прерваны неожиданным появлением его жены.       Весь день Шиори не покидала его мыслей. Он был приятно удивлен, обнаружив, что ее кеккей генкай обладает куда большим потенциалом, чем он изначально ожидал. Что действительно занимало его, так это ее бесстыдная выходка. Раздевание догола было лишь одним из череды удивительных поступков Шиори. Какого дикого зверя он привел в свой дом? Конечно, до сих пор она не давала ему повода жаловаться. И если она хочет быть эксгибиционисткой, он был не против. До тех пор, пока это для него одного.       К сожалению, сейчас Шиори была одета в скромную, серую мантию и несла поднос с саке, который он заказал. Нижняя половина лица была скрыта респиратором. Хотя сначала она молчала, она быстро отбросила всё, что сдерживало её слова.       — Простите за вторжение. Я покину вас, если желаете, но я хотела бы поприветствовать вас дома.       Говоря это, она взяла с подноса маленький деревянный молоточек и, немного размахнувшись, вскрыла запечатанную бутылку, после чего начала наливать саке в его чашку**.       — Останься. И не веди себя как слуга в собственном доме, — сказал он, принимая саке.       — Это меньшее, что я могу для вас сделать, после того, что вы сделали для меня этим утром, — рассеяно произнесла она, убирая и осматривая бутылку. — Бива но Чоджу***. Никогда раньше не пробовала. Как оно?       — Ты пьешь? — спросил Ханзо с некоторым удивлением.       Хотя большинство женщин, которых он знал, пили, он не ожидал этого от неё. Не смотря на то, что респиратор скрывал её рот, он точно мог сказать, глядя на сморщившийся нос, что Шиори скривилась.       — Гнилую рисовую воду? Нет, спасибо, — усмехнулась Шиори.       — Вообще-то, я обычно не прибегаю к такому, если только у меня нет вина, а я в отчаянии. Так как оно? — переспросила она, вертя бутылку в руках.       — Ужасно. Больше похоже на отраву, чем на саке.       — Должно быть, именно поэтому оно вам и нравится, — сострила Шиори, верхушки ее щек округлились над маской, обнажая кокетливую улыбку.       Ханзо чуть не подавился. Никто ещё не шутил над его ядом.       — Довольно смелая шутка. Если мне не изменяет память, всего несколько дней назад ты чуть не умерла от этого яда. Вряд ли это повод для смеха.       — О, я хорошо это помню. Если хотите, я могу принести что-то иное. Мне бы не хотелось, чтобы вас постигла та же участь.       Ханзо покачал головой.       — Нет. Я предпочитаю этот по сентиментальным причинам, — Ханзо взял бутылку у Шиори и покрутил её в руках. — Этот саке, был сделан в моей родной деревне. Моя семья выращивала рис, который использовался для его приготовления.       Ханзо перевел взгляд с саке на свою новую жену.       — Как прошёл твой первый день?       Шиори прислонилась к столику, вытянув ноги.       — Я не уверена, что у меня есть подходящие слова, чтобы описать это. Амегакуре такой чуждый.       — Тебе придётся привыкнуть. Амегакуре - очаг конфликтов, но я думаю, что ты научишься чувствовать себя здесь комфортно. Наши технологии более развиты, чем в любой другой деревне, поэтому, по крайней мере, для богачей качество жизни выше.       Шиори кивнула.       — Верно, но, больше всего в адаптации нуждается это, — Шиори указала на своё сердце, — До прошлой недели я считала Амегакуре своим врагом. Теперь я здесь живу. Я не знаю, как примирить свои чувства к Листу с моими обязанностями перед Дождем.       Ханзо смягчился, оценив ее искренность.       — Шиори. Я не буду просить тебя присягать на верность Дождю, потому что не хочу слышать пустых слов. Однако знай, что из-за твоего конфликта интересов я должен держать тебя в неведении относительно своих дел.       — Конечно, — согласилась Шиори. — Все, о чем я прошу, это чтобы вы продолжали быть такими же честными со мной, как и раньше.       — На это я могу согласится, если ты сделаешь то же самое, — пообещал Ханзо, довольный её словами.       Он оценил откровенность Шиори.       — Какая ты странная женщина, — ухмыльнулся Ханзо. — Я думал, что большинство женщин просят у своих мужей украшения, а не откровенностей.       — А я могу попросить драгоценности? — игриво спросила Шиори.       — Нет.       — Полагаю, щедрость — не сильная твоя сторона, — фыркнула Шиори.       — Думаю, пощадить тебя было довольно щедро, — пожал плечами Ханзо между глотками.       Шиори слегка побледнела.       — Как странно. Когда люди рассказывают о вас истории, они всегда забывают упомянуть о том, каким очаровательным ты можешь быть, Ханзо. Грубая честность, должно быть, твоё главное достоинство.       — И ты должна быть благодарна за это. Если мы хотим, этот брачный договор сработал, ты должна быть откровенна и честно предо мной. В свою очередь, я буду столь же открыт.       — Договорились, — согласилась она, коснувшись свободной руки Ханзо в знак соглашения.       Через несколько мгновений прибыл Канзо с вечерним отчетом, и Шиори ушла. Даже после её ухода рука Ханзо чувствовала остаточное тепло, которое не имело никакого отношения к саке.       * Амуничник — часть конюшни, где хранится амуниция, снаряжение и всякие другие принадлежности для ухода за лошадьми.       ** Здесь автор ошиблась. То, что она попыталась описать здесь, это Кигами-бираки — церемониальное, праздничное открытие бочки (а не бутылки) саке с помощью молоточков. То есть это не будничная процедура. Так что, того, что представлено в тексте, быть никак не могло. Считайте, что Шиори просто открыла бутылку с саке. Я так и хотел поменять, но не стал. Зато теперь вы знаете ещё один бесполезный факт. Также существует версия церемонии, где внутри бочки не саке, а моти.       ***Бива но Чоджу — реально существующий вид саке. Но информации мало, так что без деталей, а то я сам уже запутался пока пытался разобраться. В любом случае — алкоголь — это зло.