2.
29 января 2019 г., 22:08
Когда Тэхён пьёт, то становится ещё более тактильным, чем обычно, если это, конечно, возможно. Когда Чонгук пьёт, он забывает, что не должен этим так наслаждаться. И это проблема.
Они в туре, и это одна из тех ночей, когда они полны энергии, а на сцену выходят не думая о том, чтобы поскорее лечь спать. У них появляется немного свободного времени, поэтому каждый идёт принять душ, прежде чем они встречаются в номере Хосока и Намджуна. Приносят несколько бутылок алкоголя, и вскоре они, немного подвыпившие, веселятся и добродушно смеются друг над другом.
Тэхён тусуется с Чонгуком весь вечер, и даже больше: на сцене он продолжал прыгать на Чонгукову спину, хватал за руку, ловил Чонгуков взгляд. Тэхён иногда ведёт себя так: зацикливается на ком-то или чем-то и начинает буквально преследовать. На Чонгуке он зацикливался больше, чем один раз, и это всегда было ошеломляюще и опьяняюще.
Алкоголь плюс тэхёновское особое настроение, и Тэхён прикован к Чонгуку. Они проводят весь вечер будто приклеенные: сидят на одном диване, руки Тэхёна на Чонгуковых плечах, а их ноги переплетены. Пальцы Тэхёна зарываются в волосы Чонгука, играют с Чонгуковыми ушами, возятся с Чонгуковой рубашкой, и Чонгук полностью растворяется в приятных ощущениях, забывая, что есть черта, которую он не должен переступать. Но с Тэхёном так легко, так привычно, и Чонгук, немного пьяный, не может ничего с собой поделать.
Мемберы засыпают один за другим, пока не остаются только Хосок и они. Хосок потягивается и говорит:
— Значит, так: вы двое — на выход. Я не могу уснуть из-за вашего хихиканья.
— Хён, — хнычет Чонгук, побуждая Тэхёна вновь разразиться смехом.
— Все в порядке, Чонгук-и, мы продолжим веселиться в нашей комнате, — говорит Тэхён, хватая наполовину пустую бутылку текилы и беря Чонгука за руку.
Они желают Хосоку спокойной ночи и, спотыкаясь, добираются до комнаты, которая находится неподалёку. В последнее время они жили во многих разных отелях, из-за чего все коридоры начинают выглядеть одинаково. Или, возможно, Чонгук слишком пьян, чтобы увидеть отличия.
Когда Чонгук возится с ключами, Тэхён начинает его щекотать, заставляя извиваться, пока они наконец не заходят в комнату. Чонгук небрежно бросает ключ в сторону и начинает гоняться за Тэхёном, желая мести. Драматично, как и всегда, вопит Тэхён, прячась за мебелью и прося пощады. Чонгук думает, что соседи явно ненавидят их сейчас.
В конце концов Чонгук ловит Тэхёна, прижимая его к стене, и старший умоляет его отпустить. Чонгук недоверчиво смотрит на Тэхёна, держа в тисках, а сам Тэхён раздумывает над лучшим планом атаки.
— Чонгук-а, ты же любишь меня, верно? — говорит он, безумно улыбаясь. Его руки обхватывают лицо Чонгука, сжимая щеки, и Чонгук думает о том, насколько его губы близко к губам Тэхёна. — Просто помни, насколько сильно ты меня любишь.
В этом и проблема. Чонгук любит его слишком сильно.
Тэхён замечает момент слабости Чонгука и бежит, улизнув из-под его руки. Возвращаясь к реальности, Чонгук быстро поворачивается к Тэхёну, и слова покидают его рот прежде, чем он, обычно осторожный, успевает понять, что говорит.
Чёртова текила.
— Почему ты всегда делаешь это? — расстроенно говорит Чонгук.
Тэхён останавливается в нескольких шагах от него и с любопытством смотрит.
— Делаю что?
— На секунду ты полностью принадлежишь мне, а в следующую секунду ты... сбегаешь, — отвечает Чонгук, поправляя рукой волосы. Он должен прекратить этот разговор, но не сейчас. — Это обескураживает.
Тэхён моргает, раскрывая рот от удивления.
— Я... мне жаль. Я больше не буду.
— Я не хочу, чтобы ты прекращал, — раздражённо говорит Чонгук. Тэхён совсем его не понял. — Я хочу, чтобы ты закончил начатое.
Тэхён приподнимает брови, и он смотрит на Чонгука нечитаемым взглядом. Тэхён кажется... испуганным.
— Чонгук, — выдыхает он. — Ты... Я имею в виду... Ты серьёзно?
Часть Чонгука хочет закричать «да», а вторая — «нет», и Чонгук не знает, что ему делать. Его сердце так сильно колотится, что Чонгуку кажется, будто Тэхён может услышать это.
— Я... — запинается явно растерянный Чонгук, и Тэхён делает шаг навстречу, осторожно подвигаясь, будто Чонгук раненое животное, которому надо помочь.
— Чонгук, — снова говорит Тэхён, почти что умоляюще.
— Да, — отвечает Чонгук, хотя вопроса не было.
Тэхён, находясь теперь в шаге от него, неуверенно протягивает руку к Чонгуку, и смотрит на него, будто видит в первый раз. Его пальцы легко оглаживают щеку Чонгука, большой палец соскальзывает к нижней губе, изучая, и Чонгук делает резкий вдох, широко раскрывая глаза.
Тэхён прочищает горло.
— Я тебе... — спрашивает он, его голос неуверенный, будто Тэхён не может в это поверить. Невысказанное «нравлюсь» в конце вопроса витает в воздухе, и Чонгук не может дышать.
— Да, — снова шепчет Чонгук, закрывая глаза, потому что он чёртов трус.
Мир не рушится. Чонгук чувствует чужое дыхание на лице, пальцы Тэхёна легко держат за подбородок, а потом Тэхён целует его — просто лёгкое прикосновение губ, мягкое и тёплое. Это кажется таким естественным и таким захватывающим, принося больше эмоций, чем выступление на сцене.
Тэхён отходит через несколько секунд, и Чонгук открывает глаза, не в силах поверить, что это не сон. К его огромному облегчению, Тэхён стоит прямо перед ним и беспокойно покусывает губы, ожидая реакции Чонгука. Чонгуку кажется, что его сердце взорвётся.
— Хм, — говорит Чонгук, облизывая губы и чувствуя вкус губ Тэхёна. Тэхён внимательно наблюдает за его действиями, и дрожь пробегает по спине Чонгука.
— Это было... — начинает Тэхён, но замолкает, так и не договорив.
В голове полная каша, мысли слишком спутаны и слова совсем не выстраиваются в предложения, но Чонгук видит Тэхёна, такого потерянного и неуверенного, и думает, что должен сделать что-то, лишь бы старший не смотрел на него так. Чонгук, почти не отдавая отчёт в своих действиях, кладёт руку Тэхёну на поясницу, притягивая его к себе. Тэхён слегка спотыкается, но удерживается на ногах, хватаясь за Чонгука. Он укладывает руки на грудь Чонгука и застенчиво улыбается.
Их лица слишком близко и Чонгуку очень сильно хочется поцеловать Тэхёна.
— Повторим? — спрашивает он, и улыбка Тэхёна, полностью принадлежащая Чонгуку, становится ещё шире.
Они целуются и на этот раз это не простое прикосновение. Наверно, немного странно целовать своего лучшего друга, но поцелуй вызывает столько эмоций, заставляя изнывать от желания, что Чонгук не готов прекратить. Ни одна фантазия не сравнится с реальностью, с тем чувством, как приятно пропускать пряди волос Тэхёна между своих пальцев, когда они целуются. Он знает Тэхёна довольно долго, но никогда не верил, что узнает его в таком ключе.
Чонгук издаёт стон разочарования, когда они останавливаются. Он держит Тэхёна за подбородок, а Тэхёновы ладони все ещё лежат на груди Чонгука. Они прижимаются лбами друг к другу, восстанавливая дыхание, и это лучший момент в жизни Чонгука.
— Я так давно хотел сделать это, — тихо признается Тэхён, смотря на Чонгука из-под опущенных ресниц.
— Я тоже, — хрипит Чонгук. Он едва может говорить из-за нахлынувших эмоций.
— Как ты думаешь, мы только что все испортили?
— Мне всё равно, — говорит Чонгук и он действительно подразумевает то, что сказал. Больше нет пути назад.
Тэхён издаёт смешок.
— Мне тоже, — он кладёт руки на плечи Чонгука. Это странно, поскольку Тэхён всегда был очень тактильным с Чонгуком, но теперь это ощущалось иначе. Более значимым. — Ты мне очень нравишься, — говорит Тэхён, немного покраснев, и сердце Чонгука готово выпрыгнуть из груди.
— Ты мне очень нравишься, Тэхён, — с комом в горле отвечает Чонгук. Боже, благослови текилу за то, что он наконец-то признался Тэхёну.
Тэхён не отвечает, вместо этого он крепко обнимает Чонгука, обвивая руками шею. Ошеломлённый, Чонгук обхватывает его за поясницу, уткнувшись лицом в плечо Тэхёна и вдыхая его запах.
Им есть о чем поговорить, слишком много вопросов, которые нужно решить, и Чонгук считает, что они оба это знают. Но сейчас Чонгуку хочется просто наслаждаться моментом, не думая о том, что они будут делать потом. Они заслуживают это.
Они идут в ванную, чтобы умыться, прежде чем пойти спать. Пересекаясь застенчивыми взглядами в зеркале ванной, они чистят зубы, и неловкость возрастает, когда Чонгук берет Тэхёна за руку и переплетает их пальцы. Зубная паста повсюду, но это того стоит, поскольку Тэхён улыбается.
Когда приходит время ложиться спать, неловкость возвращается. Они спали в одной кровати множество раз, но сейчас другой случай. От переживаний у Чонгука начинает кружиться голова, и Тэхён просто плюхается на его кровать и протягивает руки, развеивая всякие сомнения.
— Обнимашки? — предлагает Тэхён, явно стесняясь, но пытаясь скрыть застенчивость. Видеть его таким придаёт Чонгуку уверенности, которой так не хватало. Чонгук кивает и забирается в кровать к Тэхёну.
— Хорошо, — отвечает Чонгук. Они вновь переплетают пальцы, запутываясь ногами в простыне. На самом деле они уже много раз так делали, но впервые Чонгук может расслабиться. Не нужно контролировать каждый шаг и сдерживать чувства.
Тэхён удовлетворённо хмыкает, устремляя свой взгляд на их руки. Он выглядит таким милым, очаровательным и сонным, что Чонгук не может поверить, что все, о чем он мечтал, сейчас перед ним.
— Тэ, — говорит Чонгук, и Тэхён с теплотой смотрит на него. Чонгук прочищает горло. — Как ты думаешь, мы могли бы... Ты не хотел бы ещё раз поцеловаться?
Тэхён смеётся так сильно, что Чонгук почти обижается, пока Тэхён не обнимает его за шею и не целует. Чонгук решает, что не будет обижаться, если Тэхён продолжит его целовать.
Они долго целуются, осторожно и несдержанно, периодически останавливаясь, чтобы посмеяться и сказать все, что придёт в голову. Чонгук не знает, когда они засыпают. Вероятно, где-то утром. Но засыпает Чонгук счастливым, и самое главное, что Тэхён лежит вместе ним.
***
Когда на следующее утро Чонгук просыпается, Тэхён рядом. Уткнувшись лицом в Чонгука, с растрёпанными волосами, торчащими в разные стороны, Тэхён обнимает младшего. Это далеко не первый раз, когда они так просыпаются, но Чонгук, вспоминая прошлую ночь, не может не чувствовать порхание бабочек в животе. У него немного болит голова из-за текилы, во рту сухо, потому что не стоит забывать пить воду перед сном (он был немного занят, хорошо?). Чонгук, всё ещё сомневаясь, что вчерашний день ему не приснился, подносит руку ко рту и с любопытством прикасается к нему, вспоминая ощущение губ Тэхёна на своих. Он словно какой-то клишированный персонаж из фильма для девочек, думает Чонгук, но и пусть. Внезапно Чонгуку становится страшно. Что, если Тэхён притворится, будто ничего не было, и скажет, что произошедшее — ошибка? Вчерашние слова — всего лишь пьяная болтовня. Часть Чонгука желает, что Тэхён спал как можно дольше, опасаясь быть отвергнутым. Чонгук, погруженный в анализ вчерашнего, не сразу замечает, что Тэхён проснулся. — Привет, — говорит Тэхён, прерывая мысли Чонгука. Чонгук испугано смотрит на сонно улыбающегося Тэхёна с торчащими в разные стороны волосами. — Привет, — нервно отвечает Чонгук, протягивая руку к Тэхёну, чтобы пригладить спутанные волосы. — Задумался? — спрашивает Тэхён. — Я смотрел на тебя целую минуту. — Извини, — бормочет Чонгук. Внезапно он не знает, куда деть руки. — Просто... Да. Тэхён понимающе кивает. — Это из-за вчерашнего? Чонгук сглатывает. — Да. — Ты сожалеешь об этом? — спрашивает Тэхён, и хотя он пытается звучать уверенно, Чонгук слышит, как подрагивает чужой голос. — Нет, — решительно говорит Чонгук, смотря Тэхёну прямо в глаза. — А ты? Тэхён слегка улыбается, качая головой. — Нет, — Чонгук чувствует облегчение. — Я думаю, это неплохое начало. Чонгук кивает, а затем решает задать один из множества вопросов, которые его беспокоят. — Что будет дальше? — Честно говоря, я понятия не имею, — признается Тэхён, и Чонгуку становится немного легче узнать, что Тэхён так же растерян, как и он сам. — Не то, чтобы мы могли стать обычной парой влюблённых. Тэхён вздыхает, и Чонгук немного расстраивается, хотя он понимает, что Тэхён прав. Если не учитывать сложности их отношений — они лучшие друзья, которые живут и работают вместе — есть ещё мемберы, группа, их карьера. Даже если их работа могла позволить некий флирт, они не могли объявить об отношениях публично. Не то чтобы Чонгук хотел делиться своей личной жизнью с остальными, но он понимает, что хранить такую тайну будет нелегко. — Все, что я знаю, это то, что ты самый любимый человек во всем мире, и мы больше не может быть просто друзьями, — серьёзно говорит Тэхён. Ладонь Тэхёна на груди Чонгука, и Чонгуку интересно может ли Тэхён слышать биение его сердца. — Я всегда хотел, что бы мы были больше, чем просто друзья, — признается Чонгук. Тэхён кивает, с любовью смотря на Чонгука. — Давай будем вместе, — говорит Тэхён. — Просто... будем друг с другом. — Хорошо, — выдыхает Чонгук. — Ты и я. — Хорошо. Тэхён улыбается. — Хорошо. — Могу я поцеловать тебя? — выпаливает Чонгук. Это чертовски смущает, но Тэхён настолько очарователен, что Чонгук больше не может, находясь так близко к нему, ничего не делать. Он всего лишь человек. — Тебе не нужно спрашивать, — мягко говорит Тэхён, и сердце Чонгука делает сальто. Тэхён приподнимается и тянется к Чонгуку, пока их губы не встречаются. Губы Тэхёна такие же пухлые и мягкие, как в прошлую ночь, и Чонгук не знает, как он мог жить без этого и сможет ли он продержаться больше пяти минут, не поцеловав Тэхёна снова. Конечно, их действия могут обернуться серьёзными проблемами, но Чонгуку плевать. Он не будет думать об этом сейчас, когда Тэхён практически лежит на его груди. Внезапно Чонгук начинает понимать, что их поцелуи могут перерасти во что-то большее. Возможно, они смогут пересечь грань, если Чонгук действительно счастливчик. Он решает прекратить поток мыслей, прежде чем вещи действительно выйдут из-под контроля. У его рук, похоже, другие планы, и когда Чонгук возвращается в реальность, то понимает, что всё это время сжимал талию Тэхёна. Ещё более удивительно, что Тэхёну, похоже, это нравится. Чонгук чувствует чужое дыхание на своих губах, приятное ощущение, которое отзывается во всем теле. Тэхён осторожно целует его, и Чонгуку кажется, что, возможно, он умер и попал в рай. Конечно, это не может продолжаться вечность. Будильник противно пищит, пугая их и разрушая момент. — Черт, — раздражается Чонгук, и Тэхён смеётся, утыкаясь лицом в плечо Чонгука. — Нам нужно вставать, — говорит Тэхён, поднимая взгляд на Чонгука. — Не хочу, — дуется Чонгук. Его руки всё ещё на талии Тэхёна, и он думает, что готов на все, лишь бы подольше не вставать. Тэхён фыркает. — Не все так плохо. Мы, по крайней мере, выяснили, что оба неплохо целуемся. — Я думаю, что мы должны продолжать практиковаться, — дерзко отвечает Чонгук, и Тэхён смеётся, слегка ударяя его по груди. — Мы оба знаем, как важна регулярная практика. — Полегче, парень, — шикает Тэхён. Его щеки красные от смущения, а сам он выглядит счастливым, и Чонгук думает, что легко может привыкнуть к этому. — Я никогда не встану с этой кровати, если ты продолжишь меня так целовать. Чонгук немного пожимает плечами. — Это проблема? — Да, если мы не планируем отступать от расписания, — отвечает Тэхён. — Нам нужно встать, прежде чем стафф придёт за нами. Или ты хочешь объясняться перед ними? Чонгук резко садится. Он даже не думал о том, чтобы рассказать другим. — Не думаю, — ухмыляется Тэхён. Его взгляд ненадолго останавливается на губах Чонгука, прежде чем Тэхён смотрит ему в глаза. — Теперь быстро собирайся, и, возможно, мы сможем немного попрактиковаться перед завтраком. Чонгук стонет.***
В течение следующих нескольких недель они устанавливают некоторые правила, самым важным из которых становится то, что никто не должен знать. Даже мемберы. Требуется немало усилий, прежде чем прийти к такому выводу, но в конечном итоге это кажется наиболее правильным решением. Как бы трудно ни было скрывать что-то столь важное от хёнов, особенно от Чимина, они решают, что им нужно сначала самим разобраться со всем этим, без какого-либо внешнего давления или ожиданий. Вдобавок ко всему, они не хотят обременять мемберов своей тайной — это не справедливо. Поэтому они скрывают свои отношения от других, и что-то прекрасное и хрупкое медленно начинает развиваться между ними. Одним из главных недостатков решения никому не говорить — это то, что они должны постоянно контролировать себя, когда рядом другие люди. Практически невозможно сдерживаться, зная, каким отзывчивым бывает Тэхён в ответ на прикосновения Чонгука. Конечно, они всё ещё могут игриво или ласково касаться друг друга, как делали это раньше, но это только усугубляет ситуацию. Будто ты только ощутил вкус, но не можешь распробовать. Чонгук чувствует, как подрагивают руки, а тело напрягается, когда нужно сдерживаться. Когда они оказываются наедине, то оба уже на взводе. Они набрасываются друг на друга, как только оказываются за дверью, словно отделяющую их от остального мира. Чонгук благодарит все известных ему богов за то, что у него есть своя собственная комната, которую он получил при смене общежития, иначе он бы не мог сейчас прижимать к себе Тэхёна, слушая эти рваные вздохи, которые сводят его с ума. Рубашка Тэхёна задралась, обнажая торс, а он сам выглядит чертовски съедобным с его гладкой смуглой кожей, на которой Чонгуку очень хочется поставить свои засосы. Он не знает с чего начать, слишком возбуждённый, чтобы здраво мыслить. Доступность Тэхёна сносит ему крышу. Он никогда не был таким возбуждённым, хотя они практически ничего не сделали. Тэхён оглаживает чужие бока и спину, и его прикосновения превращают жар внизу живота Чонгука в настоящее пламя. — Я люблю твоё тело, — выдыхает Тэхён, и Чонгук всё ещё не может привыкнуть к подобным высказываниям. — У тебя чертовски хорошее тело, боже. Чонгук стонет, а затем обводит языком ключицу Тэхёна, пальцами касаясь соска. — Взаимно, — бормочет он, наслаждаясь мягким хныканьем Тэхёна, который вскидывает бедра в ответ на его прикосновения. Дальше они обычно не заходят. Горячие поцелуи, наполовину снятая одежда, исследование руками, но они не лезут ниже пояса. С каждым разом они пробуют новые вещи, но Чонгук слишком боится настоять на чем-то действительно серьёзном. Всё труднее поддерживать некое расстояние между их бёдрами, ведь Тэхёну, кажется, всё равно. Чонгук старается, действительно старается. Но, в конце концов, он всего лишь человек, и, возможно, Тэхён — его личный криптонит. Поэтому, когда Тэхён придавливает бедра Чонгука к своим, то младший не сопротивляется. — Боже, — выдыхает Тэхён, зажмурив глаза, и крепче прижимает Чонгука к себе. Чонгук больше не может ясно мыслить, потому что у него встал, как и у Тэхёна, и их твёрдые члены теперь касаются друг друга. Чонгук уверен, что сейчас умрёт. — Это... Ты... — запинается он. Ресницы Тэхёна щекочут его лицо, а губы издают тихий хныкающий звук. У Тэхёна встал из-за него, он такой твёрдый только для Чонгука. — Да, — выдыхает Тэхён, начиная двигать бёдрами, чтобы создать трение между их членами. Это головокружительно, мучительно, слишком много и слишком мало одновременно. Чонгук не может дышать. — Гук, двигайся. Чонгук даже не понял, что перестал что-либо делать, но умоляющий тон Тэхёна заставляет его действовать. Чонгук никогда не слышал его таким, голос стал ещё ниже и немного подрагивал. Тэхён почти умолял. Чонгук никогда не думал, что Тэхён мог желать его столь сильно. — Черт, хорошо, — заикается Чонгук, начиная двигаться. Он стонет, и трение между ними доставляет столько эмоций, что Чонгуку кажется, будто он видит звезды. — Господи, блять. Тэхён выпрямляется, рвано и влажно дыша Чонгуку в ухо. Это удивительно эротично, и Чонгук продолжает двигаться, пока не находит ритм — неуклюжий и слегка неумелый, но всё же чертовски приятный. На лице течёт пот, руки напрягаются от того, чтобы удерживать себя на весу, но это совсем не важно. Не тогда, когда он чувствует это сладкое, мучительное напряжение, растущее по всему телу. — Черт возьми, мне так хорошо, — отчаянно выдыхает Тэхён, руки скользят ниже и сжимают Чонгука, прижимая его поближе к себе. Чонгук резко дёргается, частично из-за нового ощущения, но в основном из-за мысли, как хорошо будет заниматься сексом с Тэхёном, слыша его умоляющий голос. — Боже, да, — стонет Чонгук в ответ. Рубашки практически не прикрывают их тела, но Чонгуку хочется, чтобы они сняли их, сняли всю свою одежду, но он не уверен, что выдержит хоть немного, дабы осуществить задуманное. Чонгук снова сжимает сосок Тэхёна, чувствуя, как старший изгибается в ответ на прикосновение. Чонгук тонет в этом. От нахлынувших чувств кружится голова, но быть с Тэхёном невероятно. Чонгук думает, что может делать это вечно. Это не на один раз, думает Чонгук. Они смогут повторить, если захотят. Эта мысль обнадёживает и на душе становится легко. — Гук, — хныкает Тэхён, извиваясь, когда Чонгук более настойчиво дразнит его сосок. — Я думаю... Боже... Я скоро... Тэхён сильно вздрагивает, когда кончает, и, черт возьми, Чонгук только что стал свидетелем оргазма Тэхёна. Взгляд Тэхёна стает более осознанным и он постепенно приходит в себя. — Черт, Тэ... — Ты тоже, — настаивает Тэхён, голос невероятно глубокий, а потемневший взгляд устремлён на Чонгука. — Продолжай двигаться. Тэхён просовывает руку между их телами, проводя пальцами по члену Чонгука через ткань штанов. Чонгук сдавленно стонет и тут же кончает. Тэхён удовлетворённо улыбается, и Чонгук хмыкает, падая на кровать. — Я умер, — говорит Чонгук. — Я тоже, — смеётся Тэхён, сонно вздыхая. — Черт возьми. — Не могу поверить, что мы сделали это, — говорит Чонгук, прижимая ладонь Тэхёна к своей груди. — Не могу поверить, что ты хотел этого. — Я хочу, чтобы ты сделал гораздо больше, — пробормотал Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку с дьявольским блеском в глазах. — Черт, — задыхается Чонгук, смотря на потолок, словно это поможет ему выжить. — Ты имеешь в виду... — Да. Чонгук отводит взгляд от потолка, снова сосредотачиваясь на Тэхёне. — Я даже ничего не сказал. — Неважно, я хочу. — Тэхён, — шепчет Чонгук, ошеломлённый. Он думает, что у него снова встанет, если это вообще возможно. — Боже. Тэхён небрежно пожимает плечами, будто не он только что предложил Чонгуку все, о чем он когда-либо мечтал. — Это правда. — Я никогда больше не смогу сосредоточиться на чем-то, — стонет Чонгук. — Я умру от вечного возбуждения. — Я думал, ты уже мёртв, — дразнит Тэхён, поглаживая ухо Чонгука. — Отвали. — Трахни меня. Чонгук шокировано смотрит на Тэхёна. — Тэ... — Не сейчас, — немного застенчиво говорит Тэхён, опустив взгляд. — Но... Да. Тело Чонгука трепещет, что довольно глупо, как он полагает, и на лице появляется улыбка. — Хорошо. Всё, что угодно. Тэхён широко улыбается, и в этот момент Чонгук действительно уверен, что любит его, влюблён в него. Он нежно притягивает к себе Тэхёна и разглаживает его рубашку. — Выглядело неудобно, — смущённо пожимает плечами Чонгук, когда Тэхён вопросительно изгибает бровь. — Спасибо, — говорит он, выглядя довольным. — Почти так же неудобно, как и сперма в моих штанах. Ненавижу это чувство. — Я тоже, — Чонгук морщится. Но, черт возьми, это того стоит. — Можешь принять душ первым. — Не знал, что ты такой джентльмен, — дразнит Тэхён. — Позволил мне кончить первым и теперь предлагает первым принять душ. Чонгук фыркает, покраснев. — Я пытаюсь быть вежливым. — У тебя хорошо получается, — мягко заверяет его Тэхён, приподнявшись на локте, чтобы поцеловать Чонгука. — Я очень рад, что это произошло. Чонгук улыбается в поцелуй, чувствуя ответную улыбку Тэхёна. — Я тоже.
