We need each other

Вы думаете это история о любви? О нет! Зря вы так думаете! Думаете это история о ненависти? В таком случае, мы не далеко ушли от любви, ведь "состав" любви и ненависти очень похож. Так о чем же? Этого они пока не знали, так что будьте солидарны к героям, они ведь не ведали, что творят. Они жили. Да нет, они, кстати, до сих пор живут (это внушает надежду на лучшее, да? вы уже вздохнули с облегчением, поняв, что это не триллер?). Так вот, они живут как самые обыкновенные подростки (о, еще одна завеса приоткрылась!), живут и даже не догадываются, что кто-то пишет их жизнь. Прописывает строчку за строчкой, добавляя новые и стирая целые главы их жизни. Это... странная история, в которой не будет ни конца, ни начала, да и как они могут быть, когда мы без стука ворвались в чужие жизни и стали вносить коррективы? И хоть я и не претендую на место хотя бы рядом с сапогом Лермонтова, хочется отдать должное классику, и начать историю с середины. ----- СТУК Питер. Октябрь. Ночь. Улица? Фонарь? Аптека? - возможно, но не в этот раз. Неожиданно раздался стук в дверь. Попробуйте, угадайте, кто? Это не так сложно, правда! Это мы, да-да мы, идем и без права врываемся в чужие жизни. Стук настойчиво повторился. И опять наступила тишина. Но в одной из комнат вдруг исчезли все звуки. Кто там? Зайдем? Дверь в квартиру распахнулась. - Милый, пойдем! Нам осталось совсем не много! Нет не здесь, не здесь! Тут же коридор, и темно, и ооо! Тем временем в комнате вновь возникло какое-то движение. Вспышка и яркий луч фонаря выхватил из темноты фигуру грузного мужчины, который еле стоял на ногах от количества выпитого и женщины, которая одновременно (в темноте!) пыталась подкраситься, раздеться (заметьте, насколько не уточняется) и затащить, наконец, этого увальня к себе в спальню (спрашивается, и зачем он ей сдался?). - Черт! Свет! Кто включил этот ******* свет!? - пробасил наш Пельмень. - Мам... - раздался сонный, но от этого еще более сердитый голос из угла комнаты. - Артем! - женщина наконец справилась с первостепенной задачей, а именно смогла опереть Пельменя на стену (всех устраивает прозвище?) Это, кстати, позволило ей очень многое... Например, она смогла покопаться в сумочке, убрать с прохода зонтик, "фуух, справилась", наконец-то подкрасить губы и... - Артем? Что ты, - женщина закашлялась, - что ты тут делаешь?! - Живу. Квартира между прочими оформлена на меня, так что, если бы не я, то вас, женщина, тут бы вообще не было, да и Пельменя твоего тоже! - Во загнул парень! - Ах, ты сопляк! Да как ты смеешь с родной матерью так разговаривать!? - А как ты смеешь в таком виде перед родным сыном появляться?! - Два сапога пара! Но это нам с вами весело, а у людей скандал, да и по секрету скажу, не первый за эту неделю... - Отправляйся спать! Сейчас же! Чтоб я не видела тебя больше до утра, ты понял?! Дверь в комнату с грохотом захлопнулась, оставив крики и угрозы безответными. А по другую сторону от нее парень семнадцати лет медленно сползает по стене, повторяя лишь одну фразу: "И не увидишь".