Твоя опора

— Хочешь меня? — спрашивает Баки в один из вечеров, пока они валяются в кровати. Стив переводит на него удивлённый взгляд и накрывает его бедро рукой. — А что? Мы ночуем вместе которую ночь подряд, а у тебя явно с парнями разный опыт был. Стив, к счастью, не спрашивает: «ты о чем?» или что-то в этом роде, просто сдёргивает с него одеяло и оглаживает его тело. Баки плавится и млеет от его прикосновений, подставляется под ладони и вновь начинает дышать тяжело и быстро. — Какой же ты, а, — шепчет Стив, целуя его в шею, спускаясь к животу. Повисшее в воздухе «красивый» заставляет Баки усмехнуться и погладить Стива по голове. Знает ведь, что Баки может взбеситься, стоит Стиву только попытаться сделать ему комплимент. — Хочу, конечно. Но ты уверен? — Стал бы я иначе предлагать? Единственное, в чём я не уверен — это техническая сторона вопроса, потому что… У меня ни с кем не было так, — признается он, закусив губу. — Но я думаю, что… Я хочу, и если ты тоже, мы можем разобраться и… — Тшш, — Стив прислоняет палец к его губам. — Давай попробуем. Баки облегченно выдыхает. — У тебя есть…? — И когда ты научишься произносить такие слова вслух? Держи, всё для тебя. Для нас, точнее. Будем действовать методом тыка. В прямом и переносном смысле. — Я знаю, что делать, просто расслабься. — Легко сказать… Подожди, так ты на практике знаешь? Ты был сверху или снизу? А у него… мхм… — Баки давится словами и послушно отвечает на поцелуй. Стив не отстраняется секунд тридцать для верности и легонько прикусывает его нижнюю губу напоследок. — Для начала, я ходил в художественную школу, там люди порой чувствуют себя более свободно и раскованно, делятся всяким. — Что, в подробностях и деталях? — Баки скептически хмурится. — Нет. Подробности я в гримерке узнал, пока с туром по стране катался, со временем девчонки начали меня воспринимать как часть декораций… Какая тебе вообще разница-то? — Абсолютно никакой. Просто если ты доходил до этой базы с каким-то парнем, можешь сказать честно. — Так, у меня ничего такого не было, ладно? Я честен. — Подожди, вообще ничего? А с девушками? — Никакой разницы, говоришь? — Стив усмехается и лукаво смотрит ему в глаза. Баки фыркает — попался. — Признай, что ревнуешь — и расскажу, кто у меня был и когда. — Ещё чего. Мне плевать. И вообще, давай уже к делу. — Хорошо. Давай я помогу тебе расслабиться и отвлечься, а то это может быть несколько неприятно поначалу. — Боже… — после такого резкого перехода к делу у Баки вырывается протяжное «Стив», от звука которого у Стива загораются глаза, а у Баки алеют щеки. — Стив, ты нечто, — мурлычет Баки ему на ухо и целует в висок. Стив тихо усмехается. — Могу сказать то же самое про тебя. — Скажи, — Баки усмехается тоже, но продолжить ему не дает. — Но про свой опыт ты не расскажешь? Даже чисто в цифрах? — Если выполнишь условия — расскажу. — Условия? Какие? А… Господи, — Баки закатывает глаза. Он лежит у Стива на груди, тот гладит его по голове и смотрит взглядом, полным нежности. Это же Стив. А они сделали уже столько шагов друг навстречу другу, наверное, можно сделать ещё один и теперь — это ведь будет шагом навстречу, а не наоборот, так? — Ладно, — тянет Баки, собираясь с духом. — Ладно. Я ревную. Так сколько у тебя было девушек и парней? Я же могу рассказать тебе всё про меня — девушек было много, ты сам большинство видел, из парней только ты, ну и ещё один мне, знаешь… Нравился мне или вроде того. Ещё в школе. Когда переодевались рядом в раздевалке, меня аж в жар бросило, дома я… закончил. Ну и всё, забыл об этом — мол, гормоны, юность, и не такое бывает. Рассказывать тебе было стыдно, а кому-то ещё опасно, так что… Я впервые произнёс это вслух. — Ого. Откровенно. — Откровенность за откровенность. Стив тяжело вздыхает и начинает рассказывать: — Девушек у меня было три, если можно так сказать. Машинистка в штабе, она меня поцеловала. Нэнси, из команды подтанцовки, с которой мы ездили по стране. Оказалось, она замужем, есть ребенок. Просто не носила кольцо. — Мне жаль, — Баки хмурится и сжимает его плечо, но Стив отмахивается. — Брось. Меня не слишком-то интересуют девушки, если честно. — Но была же третья? — Да. Это было, когда ты уехал в лагерь. Мы встречались два месяца, и она… была моей первой, если тебе так интересно. — Почему расстались? — Ты вернулся, — тихо отвечает Стив, и его тон подразумевает, что это нечто само собой разумеющееся. Брови Баки в изумлении ползут на лоб. — И чтобы не скрывать это от меня, ты её бросил? Зашибись, Стив, пять баллов. — Нет, я просто… Мы с ней договорились встретиться вечером, а утром я поехал тебя встречать. Мы наговориться не могли, я смотрел на тебя и думал — а какой смысл? С ней не будет так, как с тобой, никогда не будет. И вечер я провел с тобой, а утром сходил к ней расставить все точки над «i». — Так из-за меня что же, распались твои первые отношения с девушкой? — Не только они. Но в этом нет твоей вины, просто я так к тебе отношусь. И ничего не могу поделать. — Да уж, — Баки не знает, что ему стоит сказать. С одной стороны, ему приятно, что Стив так сильно к нему привязан, а с другой он ни в коем случае не хочет быть причиной, по которой Стив упускает свои шансы на счастье. — Ну, а парни? — в конце концов Баки решает просто задать волнующий его вопрос. — Парней было двое. Про первого я тебе рассказал, а второй… Тоже из художки, но он был студентом, на пять лет меня старше. Я ему просто очень нравился. Он дарил мне краски, пастель, купил новый мольберт, постоянно рисовал меня с натуры, а однажды позвал меня к себе домой… — Стив умолк, заставляя Баки заволноваться и сжать его руку. В голове уже строятся тысячи планов по поискам этого студента, сворачиванию шеи и конструированию мольберта из сломанных костей. Баки осторожно спрашивает: — Он сделал что-то? — Поцеловал меня. А я испугался и спешно ушёл, — Стив слабо улыбается. — Хотя он мне тоже нравился, наверное. Он потом переехал — опасался, что я расскажу… Вот и все. — Спасибо, — искренне говорит Баки и целует его в губы. Стив мигом оттаивает и обнимает его крепче, гладит по спине. — Теперь ты начнёшь рассказывать мне, если у тебя будет кто-то ещё? — Нет. Потому что больше у меня никого не будет, — Стив уверенно качает головой. — Всё? Разочаровался и в парнях, и в девушках? — Нет, очаровался кем-то одним, — шепчет Стив и целует его в щеку. — Я хочу быть с тобой. Только с тобой. Просто позволь мне это, ладно? Тебе же со мной тоже хорошо? — Очень хорошо. Но разве тебе не будет мало меня одного? — Мне-то не будет. Если меня будет мало тебе — ты, разумеется, можешь встречаться с девушками. Или с парнями, хотя ты вроде не слишком-то по этой части. С кем хочешь. Только я, напротив, прошу тебя: никаких подробностей. Я не хочу знать. — Это что, индульгенция на измену? В одностороннем порядке? — Раз она тебе нужна, то да, — говорит Стив. И как ни пытался бы он скрыть боль, та всё равно слышится в каждом его слове. — Да Господи, мне нужен-то только ты, — сдавшись, шепчет Баки. — Если для тебя всё так же, я рад. Мне иногда кажется, что ты моя вторая половина или типа того. Потом я, правда, трезвею, но всё же. Даже если временами мы и ссоримся, я же… Я не представляю, насколько же скучной, пустой и отвратной была бы моя жизнь без тебя. И меня, если честно, никогда так к человеку не тянуло — ну, чтоб хотелось быть рядом и чтоб… я хочу целовать твои краснеющие от моих слов щёки — это уже какой-то высший уровень долбанутости или у меня просто крыша поехала? — Баки, ты мастер обольщения. Правда. Потому что я уже готов лечь к твоим ногам прямо сейчас. — А ведь я был серьёзен! — Я тоже, — Стив выворачивается из объятия и спускается к его ногам, прижимается щекой к лодыжке, целует щиколотку, пятку. Баки становится смешно, когда губы Стива задевают стопу, и он едва сдерживается, чтобы случайно его не лягнуть. — Видишь? Я у твоих ног, — шепчет Стив, сцапав его ногу меж ладоней. Он улыбается и продолжает оставлять поцелуи на икре, перебирается выше к бедру, наконец утыкается губами в пах. И Баки, наверное, чокнутый, но он не остается лежать и наслаждаться происходящим — он тянет Стива наверх, обнимает и целует в губы. — Так что, наш договор в силе? Мы только друг с другом? - подытоживает Баки. Стив кивает. — Это сделает меня безмерно счастливым, если так. — Ага. Захочешь изменить условия — говори, — предупреждает его Баки. Но Стив закатывает глаза, а потом заваливает Баки на подушки и тихо обещает ему на ухо, что никогда ничего поменять не захочет, что он счастлив с Баки, и нуждается в нём одном, кто бы там ещё ни оказался рядом. Баки очень хочется в это верить.