Сказание о Земле и Небе.

Каждая капля, падая с каменистого свода на пол, буквально разрывала глухим звуком пустоту. И отдавалась болью у меня в висках.       Сумев открыть глаза лишь наполовину, я отчаянно пыталась разглядеть хоть что-то, но все плыло, превращаясь в серо-черное пятно.       Я помнила, что меня били. Пинали ногами по земле, точно пыльный мешок.       Так повторялось изо дня в день после отъезда Азога. Его старший сын Больг, нашедший себе новую игрушку, развлекался на славу. Приспешники Мелькора избивали меня у него на глазах, сопровождая это представление беспорядочным карканьем на темном наречии.       Сам Больг сидел на грубо вырезанном из куска скалы троне и что-то периодически глотал из кожаной фляги. Скаля острые зубы, он не отрывал глаз от происходящего на импровизированной сцене. Периодически облизывая шрамированные губы, он хлопал в ладоши от удовольствия и рычал вдвое сильнее.       Его младший брат Маухур сидел у его ног, смотря в пол и закрывая уши руками. Казалось, что мальчик еле сдерживал непрошеные рыдания.       Сделав над собой очередное усилие, я приподнялась на локтях. Комната, описав еще пару оборотов вокруг своей оси, наконец-то замерла. Зрение слегка прояснилось, боль в висках поутихла. Это означало лишь одно: ночь вступила в свои права, и на небо взошла Луна, давая мне силы, которые еле долетали до меня сквозь непроглядный мрак и толщу стен Дол-Гулдура.       На удивление я была не в камере. Будь я не в Дол-Гулдуре, я бы никогда не посмела назвать этот провонявший плесенью грот покоями, но для орков наличие каменной глыбы, покрытой холщовым одеялом, было признаком высшей аристократии.       Собственно на этой «кровати» я и очнулась после продолжительного забытья. Интересно, сколько я так пролежала? В прошлый раз я была без сознания пару дней, и по словам Маухура, чуть не отправилась на тот свет. « Жаль, что не отправилась» - малодушно пронеслось в голове.       Я встала на ватные ноги, чувствуя, как к ним медленно возвращаются силы. Оглядевшись вокруг, я увидела деревянный стол в углу, на нем пара огарков свечей, бесконечные пергаментные свертки устилали столешницу и пол вокруг. У противоположной стены стоял меч без ножен, прямой и острый, видимо украденный у какого-то эльфа. Прихрамывая на одну ногу, я медленно подошла к мечу. Бормоча приветственные слова на синдарине, я невесомо провела по нему пальцами.       Я смотрела на гордое лезвие и глотала непрошенные слезы, душила рвущиеся из груди всхлипы. Что-то родное из почти забытого мной мира стояло здесь, посреди тьмы и мрака, мягко здороваясь со мной ровными бликами на блестящих ребрах оружия. « Это очередная пытка Больга» - выдало мое воспаленное сознание. – « Не смог сломать меня физически, теперь решил уничтожить морально»       Но руки сами гладили эльфийское оружие, а губы шептали молитвы на родном полузабытом языке. Я просила Эру сама не зная о чем. — Как зовут тебя? — шепнула я, переворачивая оружие в руке и поднимаясь на ноги.       «Elen arino» прочитала я на рукояти полустертые буквы. — Elen arino ….-шепотом повторила я —Так значит ты «Утренняя звезда». Хорошее название для клинка. Видимо, твой настоящий хозяин был великим воином…. « Интересно, скольких тварей я успею порубить, прежде чем Больг лично вырвет мне глаза?» — мое сознание не давало покоя. Тело противилось этой затее, израненная спина гудела, в руках все еще не было сил. — Да, я даже тебя поднять не смогу. Вот если бы я смогла выйти на лунный свет…— я уже хотела было поставить меч откуда взяла, как вдруг массивный засов на двери неприветливо лязгнул и отворился.       Я инстинктивно обернулась, рефлекторно заняв оборонную позицию, выставив меч вперед. «Однако смогла поднять.»       В ответ раздался хохот Больга, который беспечно оперся на дверной косяк, явно откровенно забавляясь. — Интригующе, Дочь Луны — он хлопнул в ладоши — Очень интригующе. И каков твой план?       Свет факелов из коридора красноватыми бликами скользил по его белоснежной коже. Уже такие привычные острые пластины, торчащие из орочьего тела, отсутствовали. Оружия у орка также не было видно. «Это твой шанс.» — снова пронеслось сквозь мысли — « Он безоружен. Убей его и будь что будет.»       Но я стояла не шелохнувшись, до боли в локтях сжимая рукоять такого родного эльфийского меча. Стояла и смотрела в желтые ядовитые глаза, такие же как у его отца.       Раз, и клинок со звонким гулом упал на пол — Больг одним движением руки выбил его у меня. « А ты еще надеялась заколоть его.» — мрачно сказала я самой себе. — «Ты настолько слаба, Исилиэль, что даже такое привычное оружие не можешь удержать в руках!»       Два, и нога азогова отродья толкнула меня в грудь, выбивая воздух из легких. Я отлетела в сторону, точно тряпичная кукла, и ударилась спиной о каменный полог орочьей кровати.       Три, и орк уже нависал надо мной, обдавая затхлым дыханием мои щеки. Его отвратительная морда была настолько близка к моему лицу, что я закрыла глаза, лишь бы не видеть того, что будет дальше.       Схватив в охапку, Больг, не особо церемонясь, бросил меня на лежанку. В этот раз о камни ударилась голова и снова все вокруг поплыло. — Нет-нет, не отключайся, эльф! — его шепот у самого уха — Так не интересно с тобой играть.       На лицо мне закапало что-то мокрое, судя по запаху, ароматная орочья вода. Орки специально отравляли воду трупами животных, чтобы было повкуснее.       Борясь с тошнотой, я не открывала глаз, мечтая потерять сознание и не ощущать. Не чувствовать этих холодных пальцев на своей коже.       Но я была в сознании. Я чувствовала ледяную руку на внутренней стороне своего бедра.       Белый орк прижимал меня к холодным камням, порывисто дышал в ухо и….почему-то медлил. Его рука медленно поднималась по ноге выше…. « Нет»       Вдруг я рванулась, точно дикий зверь, не то зарычав, не то заскулив. Вцепившись ногтями орку в лицо, я из последних сил пнула его ногами. От неожиданности Больг повалился на пол, изрыгая проклятия на темном наречии.       Этого мгновения было достаточно, чтобы метнуться к противоположной стене за мечом. Чувствуя, что орк приближается я резко развернулась, не видя, куда именно наношу удар.       Запах орочьей крови слегка отрезвил мое мутнеющее сознание. Больг взревел, отступая на шаг. Еле сфокусировав на нем взгляд, я чуть не завыла от обиды. Лишь ранила его в руку.       Я, Исилиэль, дочь Луны, в свое время разящая орков с закрытыми глазами, лишь ранила Азогова сынка в руку. — Очаровательно! — оскалился Больг, зажимая здоровой рукой кровоточащий порез. — Это добавляет остроты в наши отношения, ты не считаешь?       В мгновение ока орк подлетел ко мне, и схватив за горло, впечатал в каменную стену. От очередного удара меня снова затошнило. — Лучше просто убей — процедила я сквозь зубы, искренне моля Эру, чтобы он уже прекратил мои страдания. — Ну уж нет…эльф — выплюнул белый орк мне в лицо. Казалось, каждый шрам на его плоском лице источал ненависть и ярость. — Сначала я получу то, что хочу. А потом уже можешь подыхать.       Его желтые глаза слегка прищурились, и я видела в них неподдельную убивающую похоть. Настолько темную и отравляющую, что я с новой силой зашептала молитвы Валар о спасении.       Сердце мое уже почти ломало ребра своим непрерывным бешеным галопом. Голова кружилась, воздуха не хватало. Из последних сил я молилась, вкладывая в молитвы ту горстку жизни, что осталась во мне. « О, Эру, пусть все закончится побыстрее.» — БОЛЬГ! — звериный рык рассек воздух. Орк резко отпрянул от меня, и я снова смогла дышать. — СКОЛЬКО РАЗ Я ГОВОРИЛ ТЕБЕ НЕ СМЕТЬ ТРОГАТЬ ЕЕ!       Рев Азога Осквернителя заполнил собой каждый миллиметр небольшой комнаты. Он стоял в дверном проеме, сверкая ядовитыми глазами. Желваки ходили по всему его лицу, а ноздри раздувались от ярости. Еще секунда, и голова сына полетит с плеч. — Но отец! — вскинулся Больг, повернувшись к нему могучим корпусом. Сын был на голову выше отца, но все равно мерк в присутствии предводителя орков, вокруг которого темным кольцом замыкался мрак. — Эта тварь ранила меня и пыталась убить! — Естественно эльфийское отродье будет пытаться убить тебя, идиот! — гоготнул Азог, слегка успокаиваясь. — Будь сейчас ты ее пленником, она бы не пощадила тебя ни секунды. Если бы у девчонки были силы, твоя тупая голова уже каталась бы по полу. — Осквернитель, продолжая скалиться, втянул носом воздух — Но тебе повезло, что от нее за версту несет слабостью и бессилием. А что до нас, сын…— на его лице вдруг возникла притворная гримаса радушия — Мы же благородная раса… — наигранность стерлась так же быстро, как появилась, и Осквернитель самодовольно ухмыльнулся, переступая порог. — Для нас она не пленница, а дорогая гостья… «Да уж точно» - будь во мне чуть больше сил, я бы покатилась с хохоту, наблюдая как Азог в знак гостеприимства разводит в стороны здоровенные лапы.       Бледный орк сощурился и не спеша подошел ко мне. Я осознала, что все еще стою, прижавшись к стене и сжимая в руке «Утреннюю звезду». — Нехорошо трогать чужие вещи, дочь Луны — Азог резко забрал у меня оружие и поставил на место, предварительно проведя бледными пальцами по обшитой черной кожей рукояти. Этот жест был настолько нетипичным для орка, что я, сквозь мутнеющее сознание, удивилась. — Как ты посмел войти в мои покои без моего позволения, Больг? — Осквернитель снова повернулся к старшему сыну, выставляя вперед руку-обрубок, из которой торчал боевой крюк. « Это покои Азога?» — снова удивление — « Почему я в покоях вожака? Это то самое гостеприимство, о котором он только что говорил? О, Валар, не к добру все это…» — Я тебе сказал вчера, жалкий ты червяк, что мне не нужна ее смерть. Пытай, ломай кости, издевайся, но сохраняй жизнь! — стальной голос орка, казалось, давал Больгу невидимые пощечины. Сын яростно сжал здоровую руку в кулак, и если бы не оставленное мной ранение, точно бы бросился на отца. — А что до плотских утех, то эта девчонка здесь не для этого. Хочешь развлечься: для этого подойдет любая дева-пленница с нижних ярусов темницы. Иди туда и делай, что хочешь, варги как раз проголодались. — Изнасиловать и бросить варгам: как прозаично! Придумали бы что-то новенькое! — с ненавистью огрызнулась я, не сразу осознав, что сказала это вслух.       Ночи напролет, лежа на полу своей камеры, я закрывала уши руками, пытаясь не слушать крики бедных женщин. Одному Эру известно, что именно с ними делали под покровом ночи. Как бы там ни было, трогать пленниц разрешалось только элите: Осквернителю, его сыновьям и приближенным. Остальные орки могли «поживиться» только на вылазках в близлежащие деревни. В стенах Дол-Гулдура подобные развлечения для простых рядовых были под запретом.       Именно поэтому я, забыв о последствиях, продолжила: — Тебе кажется, что ты велик, Азог! Но на деле ты лишь вор, насильник и убийца!       Но Бледный орк лишь повел заостренным ухом и усмехнулся моему отчаянному выпаду. — Ты хорошо понял меня, Больг? — Да, отец — процедил сын и все еще зажимая раненую руку направился к выходу.       И все же, когда дверь за Больгом закрылась, я с удивлением почувствовала себя спокойнее. Что-то мне подсказывало, что сегодня Азог не намерен меня мучить. Более того, что-то необычное было в сегодняшнем предводителе орков. — Ну что, неблагодарная девчонка, где «спасибо»? — усмехнулся орк, присаживаясь на край своей кровати. — Сегодня ты будешь спать здесь. — он снова прищурил желтые глаза. — Не хочу, чтобы ты сдохла раньше времени.       Он встал и приблизился ко мне, все еще стоящей у стены. — Ты отдашь мне камень, Исилиэль. Рано или поздно. — Азог, назвав мое имя, поморщился и направился к выходу. — Ах, да…— он задержался на пороге — «Elen arino» не твоя игрушка. Тронешь еще раз- сломаю тебе руку. — Даже не смей заикаться, что меч твой, Осквернитель. — прошипела я, снова забывая о страхе. Гнев, поднявшийся во мне, заставил впервые за это время выпрямить спину — Я имею на него больше прав, чем ты! Этот меч принадлежал благородному эльфу, которого ты подло убил! «Утренняя звезда» - такое название может происходить только из Имладриса! — Я полноправный хозяин меча, глупая эллет!— Азог оскалился, сверкнув кошачьими глазами. — Запомни, дочь Луны…. сломаю руку. А если буду не в духе, отрублю…       И дверь со скрипом затворилась.       Засов нервно лязгнул, запирая меня от Дол-Гулдура до утра.

***

      Утро выдалось нетипично холодным для Имладриса. Ветер порывисто врывался в окно и нагло трепал пергамент на узорчатой скатерти стола.       В воздухе витал запах пожухлой влажной листвы, которую лениво сбрасывали вековые каштаны по всему эльфийскому царству.       Леголас разбудил меня за несколько минут до рассвета. Солнце, казалось, не желало вставать сегодня. Солнце еле заметно начинало алеть на горизонте и тут же скатывалось обратно под натиском ветра.       Я села на кровати, против воли скинув одеяло. Голова гудела, остатки ночного воспоминания высушили горло. Взяв кувшин на прикроватном столике, я жадно припала к нему, пытаясь смыть ночной ужас. — Тебе снился кошмар, Исилиэль — Леголас в очередной раз перетянул тетиву на луке и принялся убирать волосы по-походному. — Это было воспоминание…— поморщилась я, все еще пытаясь прогнать из головы ночной морок. — Очередное воспоминание из Дол-Гулдура.       Чтобы отвлечься, я с усилием встала и подошла к зеркалу в кованой медной оправе, явно гномьей отделки. На меня смотрела белокожая эллет: серые глаза придирчиво оглядывали стройную фигуру и вороные волосы, спускавшиеся до колен. Седая прядь, как напоминание о пережитом, вызывающе контрастировала с черным полотном, окутывавшим меня точно плащ. Ловкими движениями я заплела косу, отрыв миру заостренные уши. Десять лет вернули мое тело в прежнюю форму, исцелили почти все шрамы, кроме тех, что оставили моргульские кнуты, мои волосы вернули себе прежнюю густоту и блеск, на щеках снова появился розовый румянец. Внешне я выглядела, как прежняя Исилиэль. Внутренне я уже была другой.       Стянув с себя белую хлопковую сорочку, я потянулась к дорожному камзолу, подарку Таура Трандуила, но Леголас не дал мне этого сделать, перехватив мою руку. Прижав меня к себе, он ласково заправил выбившуюся прядь волос за ухо, нежно поцеловал в подбородок. — Ты никогда не рассказываешь, что тебе снится, Исилиэль. — он старался говорить беззаботно, но я все равно уловила, что мой даэр серьезен. — Я уже говорила тебе, аранен, это мое бремя…я не хочу перекладывать его на тебя или на кого-то еще.       Руки даэра скользнули вниз по моим предплечьям, подушечки пальцев слегка задержались на грубом рубце, который не способна исцелить ни одна магия в Средиземье. Клеймо Азога Осквернителя напоминало мне о пяти годах плена в Дол-Гулдуре каждый раз, когда я смотрелась в зеркало.       Поежившись, я уткнулась Леголасу в грудь и закрыла глаза. Узнай королевич все подробности моих приключений в плену, как бы он стал относиться ко мне? Не приведи Эру, аранен стал бы жалеть меня!       Не дай Валар, он бы начал задыхаться от сочувствия! — Я твой будущий муж, Исилиэль из царства Элронд! — нахмурился аранен, чуть сильнее сжав мои плечи. — Кто, если не я, разделит с тобой бремя воспоминаний! — Леголас…— тихо ответила я, невесомо коснувшись губами ямочки между его ключицами. — Мне снилось, как Больг пытал меня. И я….я боюсь произносить все это вслух. Я боюсь, что если начну об этом говорить, то прочувствую все заново, понимаешь? А еще…— я запнулась, ощутив, как напряглись мышцы на руках эллона.— …А еще я боюсь, что ты начнешь жалеть меня. А этого я уж точно не вынесу…       Он лишь молча прижал меня к себе, зарывшись лицом в волосы, вдыхая их аромат. — Я не хочу жалеть тебя! — прошептал он с горечью. — Я хочу забрать хотя бы немного твоей боли. Хотя бы чуть-чуть облегчить ее, разделив с тобой. — Лучше скажи мне, — я вдруг ярко вспомнила гладкую черную рукоять эльфийского клинка с потертой серебристой гравировкой. — Я думаю, ты со своей любовью к оружию должен знать все эльфийские клинки?       Леголас удивленно вскинул брови от такой резкой перемены темы. Неуверенно кивнув, он выжидающе уставился на меня. Ухмыльнувшись на одну сторону, я продолжила: — Меч «Elen arino»…кому он принадлежал? —Утренняя звезда…— аранен медленно выпустил меня из объятий и потер подбородок. - Не припомню. А почему ты вдруг спрашиваешь?       Я прикрыла глаза, морщась от собственных воспоминаний, выдавила: — В моем сне…в моем воспоминании был этот меч. Эльфийский клинок, явно работа синдар. Черная кожаная рукоять с серебристой гравировкой. — даэр все еще смотрел на меня непонимающе — Этот меч был у Азога Осквернителя. Почему орк хранил эльфийский меч?       Внезапно аранен потупил взгляд- он всегда так делал, когда что-то скрывал от меня. Предрассветный ветер снова прорвался в окно, взволновав пергамент на столе. —Леголас…— настороженно сказала я — Если ты что-то знаешь, чего не знаю я, самое время сказать мне. — Он был эльфом когда-то...— тихо сказал аранен, все еще внимательно изучая свои сапоги. Я видела, как тяжело ему дались эти слова. — Прости, что не сказал тебе раньше. Азог когда-то был славным эллон по имени Мэльдиль. Не знаю, как и почему его так извратила Тьма. — И как давно ты это знаешь, гоблин тебя побери!? Почему ты раньше не сказал мне, Леголас? – вскрикнула я, не веря своим ушам — Азог был связан с Элениэль!! Он был связан с моей матерью! И ты знал такую важную информацию и молчал!!!       Грубо оттолкнув своего даэра, я вырвала из его рук свой кафтан и торопливо начала натягивать его. Ругая аранена на чем свет стоит, я еле давила в себе слезы горечи и обиды. — Все это в духе дяди Элронда или твоего отца! Это они вечно все ото всех скрывают, считая, что только великим дано знать все! Я уже не ребенок! И это моя жизнь! —последнюю фразу я буквально проорала. — Я должна знать, при чем здесь Элениэль! Я должна знать, какого балрога, она делала с Азогом и почему он обвинял меня в ее смерти! Я должна, в конце концов знать, откуда у меня внутри этот лунный камень!!! Если ты не заметил, то Луна тут уже не помощник! — слезы вырвались из-под контроля и обожгли щеки.       Я опустилась на диван и закрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от этого предрассветного холода, возникшего в этот момент между мной и моим даэром. — Я узнал это десять лет назад от моего отца. И это единственное, что сказал мне Трандуил. Больше я ничего не смог от него добиться. — сказал Леголас уже более уверено —И я молчал, потому что не хотел, чтобы ты бесконечно ковыряла свои раны, Исилиэль! Посмотри на себя! — я удивленно подняла на него глаза и замерла, не ожидая увидеть те эмоции на его лице, которые увидела.       Аранен злился, а в глазах его отчетливо читалась боль. — Прошло десятилетие, а ты до сих пор до конца не оправилась от пережитого! Может Азог, то есть Мэльдиль, и связан с Элениэль, но это прошлое! Прошлое, в котором мы обязательно разберемся, когда ты будешь к этому готова! — он резко подошел и опустился передо мной на колени, взяв за руки. Теплые ладони накрыли мои холодные пальцы. — Ты почти каждую ночь кричишь во сне!       Теперь же я хотела кричать наяву, хотела сказать, что он не смеет решать за меня такие вещи. Хотела ударить его по королевскому носу…но не смогла. Искренняя боль и беспокойство в его глазах остудили мой пыл и заставили лишь тяжело вздохнуть.       Он был прав.       Я была не готова.       Но сегодня я проснулась с зацепкой, и через несколько минут узнала еще одну. А значит, сам Эру указал мне, что нужно начинать действовать.       Указал мне, что время пришло. — Думаешь, это клинок самого Азога? — спросила я примирительно. Леголас утвердительно кивнул — Я прощу тебя только при условии, что ты поможешь мне все разузнать. — аранен снова кивнул, но уже не с таким энтузиазмом. — Ты пойдешь со мной в библиотеку и будешь искать информацию. — Исилиэль…— с обреченной горечью протянул Леголас — Ты думаешь я не искал упоминаний о Мэльдиле в свитках? Да я перерыл все манускрипты в Лихолесье и в Имладрисе за эти десять лет! Да, я не рассказывал тебе, но и не сидел сложа руки! Ни одного упоминании об эллоне по имени Мэльдиль! Ни одного, Исилиэль! — он в сердцах ударил себя кулаком в грудь — Как будто его никогда не существовало! Или кто-то уничтожил все воспоминания о нем! Не удивлюсь, если к этому приложил руку Трандуил. Ведь он уже десять лет увиливает от моих расспросов!       Я со свистом выдохнула воздух. Гири, лежавшие на моем сердце десять лет, снова зашевелились, вызвав боль в грудной клетке. Где-то на задворках сознания мелькнули ядовито-желтые глаза. — Значит, мы ничего не можем узнать о нем…— подытожила я и заправила за пояс пару кинжалов. — Но если мы будем искать не по имени, а по клинку, то…. — …то мы можем выйти на хозяина! — закончил за меня Леголас. — Это отличная идея! Думаю в фолиантах Лорда Элронда точно должны быть упоминания о мече «Утренняя звезда». Ведь каждый клинок, получивший имя, должен был быть записан!       Вдруг где-то вдалеке караульный протрубил в рог, перепугав спящих птиц в саду под нашим окном.       Настало время идти на допрос предводителя орков.       Настало время снова посмотреть в лицо своему прошлому, от которого так старался уберечь меня Леголас.       Настало время расставить все по местам.       И теперь я была готова.