Сказание о Земле и Небе.

      В сапогах хлюпала вязкая грязь.       Но меня не покидало ощущение, что я вся измазана в липкой жиже с ног до головы.       Хотелось стереть ее с лица, но руки были крепко связаны за спиной эльфийской верёвкой.       Мы шли по размытой от дождя дороге: впереди северный орк и Тауриэль, я и Маухур тащились посередине, и сзади процессию замыкали два выживших после схватки мелких кривоногих орка. Ветер доносил до меня их смрад, навевая воспоминания о Дол-Гулдуре. Широкими мазками воспроизводя картины прошлого перед моим взором.       Маухур шёл рядом и свирепо буравил взглядом то широкую спину орка, то хрупкую спину Тауриэль. — Митрандир как-то сказал нам во время очередного урока: «Первое правило сражения с чудовищами - не стать чудовищем самому.» — процедила я, и дочь Леса покосилась на меня, слегка повернувшись.       Покачала головой и вздохнула. — Видимо, она прогуляла тот урок. — хмыкнул Маухур и тряхнул кудрявой головой. Щека его была рассечена, и алая кровь без остановки капала на холщовую рубаху: доспехи полуорк по-прежнему не признавал.       Дочь Леса поджала губы. Взглянула на клубистые тучи и поморщилась, обращаясь к прислужниками Моргота. — Пошевеливайтесь, у нас мало времени.       Орки захрюкали и оскалились, один даже потянулся к ятагану у себя на поясе, но передумал и послушно кивнул.       А я смотрела на это во все глаза, и ужас сковывал мои ноги.       Моя Тауриэль. Друг детства. Сестра по оружию.       Шла рядом с этими тварями, и морось колола ее тонкую спину.       А я тащилась следом, вперившись взглядом в потускневший огонь ее волос и пытаясь осознать происходящее.       « Может быть это морок?» - мелькнуло в голове - « Может быть злые силы так шутят над нами?» — Что к балрогам происходит? — шепнула я Маухуру. — Что за чёрная магия околдовала ее? Или нас?       Тот сжал тонкие губы и еле слышно прошептал: — Видимо, та же, что и Азога.       Жёлтые глаза стремительным всполохом возникли у меня под веками. Казалось, что бледный орк хрипло смеётся в моей голове, и этот смех разрывает барабанные перепонки.       Я споткнулась о выступавший среди луж и слякоти камень и чуть не врезалась в бледную спину северного орка, который резко остановился, повинуясь вскинутой руке Тауриэль. — Здесь.       Мы встали у подножия Амон-Сул вдоль кромки елового леса. Высокие деревья так и норовили схватить нас своими могучими лапами, чтобы утянуть в чащу. В самый ее мрак.       Этот лес был буйный, дикий.       Встревоженный.       Пахло смолой и тенью.       Древняя полуразрушенная крепость на высоком холме, угрожающе возвышалась над нами, точно грозовая туча.       Дождь закончился, и Солнце осветило мокрые стены, поросшие мхом. Яркие лучи стремительно разбивались о древние камни и пропадали в кривых трещинах, что паутиной разбегались по испещренной стрелами поверхности. Я проследила взглядом за плющом, что, точно змеи, обвивал нижние ярусы крепости, стремясь вверх к разлагающимся бойницам. На секунду мне показалось, что за нами оттуда наблюдает чья-то худощавая фигура.       Тауриэль присела на крупный валун, что когда-то был куском стены, и бесстрастно оглядела меня и Маухура.       Кивнула своим прислужникам, и они грубо усадили нас на пожухлую траву, усыпанную еловыми иголками и шишками.       Два мелких косолапых орка тут же поспешили разводить костёр, шипя и переругиваясь друг с другом на чёрном наречии. Северный орк, кинул очередной плотоядный взгляд на Маухура и направился в лес, видимо, раздобыть еды. — Он хочет меня сожрать. — шепнул Маухур, провожая взглядом его шрамированную спину. — В прямом смысле слова! — добавил он в ответ на мой удивленный взгляд. — Откуда ты знаешь? — спросила Тауриэль, которая, не смотря на нас, протирала подолом кафтана клинок. — Традиция северных орков — буркнул Маухур. — Считает, что если съест меня, то заберёт мою силу, а значит и силу моего папаши. Ты аккуратнее, остроухая, может и тобой потом закусит. — ядовито закончил он.       Орки, которые уже развели небольшой костерок, надрывно залаяли, но тут же закрыли рты под тяжёлым взглядом бывшей главы королевской стражи. А я вспомнила, как Азог собирался меня убить, выпить крови и таким образом забрать силы Луны.       «Оказывается, это у них традиция такая.» — подумала я — « Интересно, что я должна чувствовать, осознав, что собственный отец пытался меня неоднократно убить.»       Но я ничего не чувствовала.       Внутри все как-будто онемело, покрылось ледяной коркой. Казалось, что моя боль пролились через край и замёрзла, сковав тело и разум.       День был в самом разгаре и отродья Моргота, чувствуя себя ослабленными, жались к раскидистому ельнику, дабы укрыться в его тени. Они щурили глаза без ресниц и недовольно скалились, косясь на Тауриэль. — Почему нельзя уйти в лес? — гаркнул один из них и гневно плюнул себе под ноги. — Это дрянное солнце жжется и слепит глаза! — Потому что Морохир велел ждать его здесь. — я видела как дочь Леса сжала пальцами рукоять оружия, но голос ее был ровный и спокойный — Ещё раз откроешь рот, и я выпущу тебе кишки. — она сладко улыбнулась. — Скажи это Бубхошу, albapir ( *эллет- чёрн. нар) — прошипел второй орк, но все же продолжил заниматься костром — Я бы глянул, кто кому кишки выпустит.       Видимо, Бубхошем звали громадного северного орка, с которым справиться было бы не так просто. Даже его имя переводилось с черного наречия как «большой». В голове пронеслась шальная мысль, что я бы тоже посмотрела на эту бойню.       А потом сбежала под шумок. — Скорее он мне кишки выпустит. — шепнул мне Маухур. — Тут уж точно схватки не избежать. Он серьезно настроен. Уж я-то в повадках северных орков Гундабада неплохо разбираюсь. — Скажи ему, что ты невкусный. — мрачно пошутила я, и младший брат скептически хмыкнул. — Вообще-то я очень даже сладенький! — громко возразил он.       Тауриэль оторвалась от своего занятия и посмотрела на полуорка, как на безумного. А тот, оценив эффект, продолжил: — К сожалению, красотка Тауриэль этого уже не узнаёт. Как выпутаюсь из верёвок, перережу ей горло за предательство. — он оскалил белоснежные зубы, а эллет закатила глаза.       Я вгляделась в лицо брата и поняла, что Маухур не шутит. Чувствуя как к горлу поступает тошнота, а голова начинает кружится, я прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов.       Картина, как брат убивает мою подругу детства, ворвалась в сознание и, казалось, сейчас разорвёт мне глаза. — Почему, Тауриэль? — мой вопрос разрезал возникшую на несколько мгновений тишину.       Голос звучал хрипло, будто у меня болело горло, а не душа.       Дочь Леса убрала оружие в ножны и, подойдя к нам, присела на корточки. В ее зелёных глазах не отражалось ничего, кроме моего страдающего лица да мрачного ельника за спиной. — Так надо, Исилиэль — с нажимом шепнула Тауриэль, и Маухур издал злобный смешок — Скоро вы оба все поймёте и присоединитесь к Морохиру. — Что он с тобой сделал? — процедила я, вглядываясь в лицо подруги, пытаясь узнать в ней прежнюю дочь Леса, что разила орков огнём и мечом, а не делила с ними место у костра. — Как он пленил твой рассудок?       Тауриэль выглядела, как и раньше: волосы цвета октябрьской листвы, зелёные как весенняя трава глаза. Изящный, чуть вздернутый нос, тонкие губы, серебристые доспехи воина Лориэна, в котором она жила последние десять лет, покинув Эрин-Гален и пост главы королевской стражи.       « Мне нужно найти свой путь» - сказала она мне и Леголасу на прощание. Крепко обняла и, пришпорив лошадь, понеслась навстречу горизонту.       О, Валар! Что за злые шутки? Неужели путь такой сильной и одновременно нежной дочери Леса лежит во мраке? — Мой рассудок чист и ясен. — эллет отвела глаза и резко встала. — Как вы помните, я покинула Эрин-Галлен вскоре после Битвы пяти воинств. — плечи ее дрогнули при воспоминании о том, что произошло в тот день — Я жила в Лотлориэне, служила Светлой Госпоже, ночевала под сводами древних меллирн, пока Галадриэль не собрала небольшой отряд, который возглавили я и Халдир. — Тауриэль многозначительно посмотрела на меня. —Она поручила нам отправиться в Гондор, где по слухам, начали происходить странные вещи. Она велела нам найти пятого сына Саурона…       Повисла звенящая тишина.       Даже орки прекратили свою мерзкую возню и во все глаза наблюдали за нами.       Солнце поспешно скрылось за клубистой тучей, а резкий порыв ветра колыхнул костер с так, что он практически погас.       Могучие ели зашептались кронами, застонали кривыми ветвями. — Их всего четверо! — возразил Маухур, нарушив тишину и удивлённо вскинув брови —Откуда там пятый взялся, если Тёмный Властелин канул в лету уже несколько тысяч лет назад? — орки зашушукались ещё сильнее — А все его сыновья исчезли вместе с ним, и больше их никто не видел. На севере поговаривают, что у него вовсе не было никаких сыновей, и это все выдумки.       Тауриэль усмехнулась и махнула на полуорка рукой, переводя взгляд на меня.       «Мы с тобой похожи, Исилиэль... мы оба не выбирали отцов. Поверь, мой еще хуже.» —вспомнила я слова темноволосого эллона и мысленно содрогнулась.       Казалось, что мне на плечи легло что-то очень тяжелое и осталось там.       « Если это правда, то я не представляю, на что способен эллон с такой родословной» — ужас сковывал меня по рукам и ногам. Я знала, что древнее зло уже давно пробудилось. Я чувствовала тень Саурона в Дол-Гулдуре. Я видела ее и в Эрин-Галлене, слышала в тихом шорохе листьев проклятого леса.       Перед глазами всплыло лицо Халдира, и сердце сжалось тревогой.       Тауриэль тем временем продолжала. — Мы долго искали его, и, в итоге, как видите, наши поиски увенчались успехом. — Где Халдир! — перебила я, чувствуя как ужас и паника стучат в висках. Мысль о том, что Тауриэль могла навредить старому другу скручивала желудок.       Дочь Леса примирительно подняла ладони. В глазах ее читалось нечто странное, неуловимое.       Орки уже давно забыли про костёр и кипящую воду в котелке. Они с интересом наблюдали за происходящим и периодически перешептывались. — Не буду скрывать: у нас с Халдиром возникли разногласия. Он был ранен, но…       Договорить ей было не суждено. Яростно зарычав, я резко вскочила и ударом ноги повалила Тауриэль на землю, резко уклонилась от замаха кинжалом одного из орков, тут же кинувшихся на меня. Ударом колена под дых я выбила твари дыхание и, повалив на землю, добила по голове.       Чёрная кровь залила мой сапог и я брезгливо поморщилась.       « Видел бы Леголас, как я его уложила с завязанными руками! » - мелькнула в голове азартная и такая неуместная мысль.       Маухур в это время сбил с ног второго орка. За своей спиной я услышала визг и странное шипение — младший брат толкнул ногой котелок, что висел над костром, и облил тварь кипящей водой. — Остановитесь! — кашляя и пытаясь восстановить дыхание, Тауриэль поднялась на ноги. Оружие она не доставала. — Вы совершаете ошибку! — Как же! — Маухур ехидно улыбнулся и наступил на распластавшегося на Земле орка. —Уж я то знаю, как соблазнительна тьма. — он подошёл к ней почти вплотную и прошептал, обдавая горчим дыханием. — Жаль у меня руки связаны...       Тяжелый взгляд буквально прожигал эллет насквозь. — Жаль, — согласилась Тауриэль. Она была сильно ниже, и едва доставала Маухуру до подбородка — Я не убиваю безоружных. — она гордо вскинула голову, но румянец на щеках говорил, что близость полуорка ее смутила. — Так развяжи меня, красавица. Посмотрим, кто кого… — Хватит! — разозлилась я — Устроили тут любовные игрища! — я обдала полуорка осуждающим взглядом, от чего он расплылся в довольной улыбке, но все же сделал шаг назад — Допустим, вы, и правда, нашли пятого сына Саурона. — обратилась я уже к дочери Леса — Зачем он нужен Галадриэль? — Морохир кое-что ищет. То же самое ищет и Светлая Госпожа. — взгляд Тауриэль был настолько пронзительным, что я задохнулась — У нас одна и та же цель. — голос ее звенел. « Гоблин меня побери! Может моя подруга работает под прикрытием? Может быть она выполняет приказ Светлой Госпожи и лишь играет роль?» — вздох облегчения чуть не сорвался с моих губ, но я сдержалась. Я смотрела на подругу и не могла до конца понять, на чьей она стороне —так непринужденно вела себя эллет среди орков — « А вдруг она все же поддалась тьме и теперь служит ей?» —я вспомнила, как Тауриэль держала лезвие у моей спины,голос сталью отдавался у меня в ушах. Как она с силой вязала мои руки, до крови содрав кожу на запястьях. Как хорошо дрались напавшие на нас орки — может именно она их тренировала и готовила?       Я попыталась расслабиться, чтобы понять хоть что-то среди этой каши чувств и мыслей, но ничего не получилось. —С Халдиром все впорядке? — одними губами спросила я, и дочь Леса еле заметно кивнула. — О нем позаботился сам Беорн.       Я благодарно прикрыла глаза. Слава Эру, старый оборотень не оставил в беде. —Так что же ищет чёрный рыцарь? — нетерпеливо встрял Маухур — Сокровища? Оружие? Великие кольца? Одно из них он, как раз, пытался стянуть у Элронда пару дней назад. — Ты почти угадал, полуорк. Бубхош, где тебя носит, Морготово отродье! — она резко обернулась в сторону леса, и через мгновение оттуда показалась туша северного орка, что нёс на плече задранного оленя. Судя по растерзанному горлу, бедное животное орк ловил голыми руками. — Из-за тебя нам придётся есть свежее мясо! —недовольно прохрипел Бубхош и кинул оленя к ногам эллет. — Если уж жрать свежатину, то человечью. Жаль нельзя тебя и этих двоих. — он кивнул на нас и задержал взгляд на Маухуре. Его единственный глаз горел азартным огнём. — Может хоть Азогова сынка мне отдашь? Чёрный рыцарь говорил только о дочери Луны. О полуорке не было ни слова. Он ему не нужен.       Мне показалось, что ещё мгновение и орк облизнётся. К горлу снова подступила тошнота. Оказывается, за десять лет я успела отвыкнуть от орочьих повадок. — Они оба нужны живыми! — отрезала Тауриэль, и северный орк злобно зарычал. — Займись оленем, возьми себе кусок, а остальное приготовь на огне. Эти уже не смогут ничего сделать в ближайшие часы. — она кивнула на обездвиженных мелких орков — Я не уверена, что они живы. Кстати, если так хочется, можешь ими перекусить. Они точно не нужны черному рыцарю.       Бледный орк утробно рыкнул,и, не став медлить, направился в сторону бывших напарников трапезничать.       Я отвернулась, не желая на это смотреть и молясь Эру, чтобы мой желудок не вывернуло наизнанку от предсмертных визгов и тошнотворного хруста костей за моей спиной.       Маухур не отвернулся, но лицо его побледнело. —Кажется, я отвык от общества орков. — подытожил он, морщась и глотая ком в горле. —Раньше спокойно мог смотреть, как эти твари жрут друг друга. А сейчас чувствую себя неженкой. — Так не смотри. Я вот не смотрю — у меня и без того полно воспоминаний для ночных кошмаров. — Не смотреть —показать слабость перед ним. — ответил полуорк, и Тауриэль как-то странно на него посмотрела. — Северные орки — это вам не мордорское отродье. У них есть свой кодекс, который нарушать нельзя. Нарушишь — смерть. А еще сейчас идеальный момент для моего плана. — он ободряюще улыбнулся мне. — Я понял, как развязать эльфийскую веревку и слинять, пока нами, и правда, не перекусили. — он залихватски свистнул, привлекая внимание бледного Орка. — Эй, каменная башка, я вызываю тебя на поединок! — с этими словами мой брат плюнул в его сторону.       Чавканье тут же прекратилось.       Бубхош встал, выпрямившись в полный рост и зарычал в предвкушении, брызжа слюной и чёрной кровью. — Вызываешь? Меня? — он зашёлся лающим смехом — Ты ещё щенок, чтобы вызывать Бубхоша. — Ты не можешь отказаться! — полуорк по-волчьи оскалился, смотря на орка снизу вверх.— Иначе позор тебе на весь Гундабад.       Бледный орк достал могучей лапой свой загнутый на конце меч, и его единственный глаз налился кровью. — Развяжи его, дочь Леса. Азогов волчонок сам выбрал свою смерть. — он хищно улыбнулся, обнажив острые клыки. — Я сказала, он нужен живым! — Тауриэль предостерегающе положила руку на свой клинок и слегка вытащила его из ножен. Глаза ее метали молнии. — Молчи, Маухур, если тебе хоть немного дорога твоя жизнь! — Мне плевать, что ты сказала, я не подчиняюсь тебе. Я не какой-то там мелкий мордорский орк, что лижет твои сапоги от страха. Прочь с дороги! — он оттолкнул дочь Леса в сторону и направился к Маухуру, шумно втягивая рваными ноздрями воздух. — Ты подчиняешься Морохиру, а он не велел трогать пленников! — Тауриэль обнажила меч и встала в стойку. Бубхош продолжал надвигаться на Маухура, и эллет, схватив увесистый камень, кинула в орка, попав в голову — Ещё шаг, и тебе придётся иметь дело со мной!       Бубхош развернулся корпусом и тут же отразил удар ее клинка. Для такого громилы, его движения были слишком стремительными и легкими. — Подожди, волчонок, — прорычал он — Сначала мне придётся разобраться с эльфийской девчонкой, которая возомнила себя главной здесь. — с этими словами он кинулся на Тауриэль, пытаясь сгрести ее в охапку массивной лапой и проткнуть живот второй. — Никогда не пытайся встать между Будхошем и его добычей!       Маухур снова весело присвистнул и подмигнул мне: — Быстрее, пока они отвлеклись! — полуорк подбежал к костру и, присев на корточки спиной к догорающему пламени, поджег веревку, что сковывала его запястья. Быстро скинув с себя загоревшиеся путы, он не обращая внимания на образовавшиеся ожоги, поспешил развязывать меня — Хватай наше оружие и бегом. Лес укроет нас! — Я не могу бросить Тауриэль! — я схватила наши клинки и мой лук с колчаном, что были небрежно брошены орками на траву. — Я не могу ее оставить!       Бубхош атаковал дочь Леса, надвигаясь на неё точно огромная гора. Маленькая эллет юрко уворачивалась от его мощных ударов и беспощадно колола своим острым клинком.Орк ревел все больше и больше распаляясь. Засаленная повязка съехала с лица, открыв пустующую глазницу. — Можешь! Она бы бросила! — Маухур схватил меня за руку и потащил в сторону еловой чащи. Я попыталась вырваться, но хватка брата была сильнее — Это уже не Тауриэль, которую ты знала! —он заглянул мне в глаза и потряс за плечи. На лице его отразилась горечь. — Будет больше пользы, если ты не будешь связана, дочь Луны. Так что побежали, пока они не спохватились.       Маухур был прав. Какая бы острая боль ни точила мне сердце, но нужно было бежать.       Бежать, чтобы потом обязательно вернуться с подмогой.       « Глупая! Глупая! Глупая!» — я, ругая себя на чем свет стоит, поспешила за полуорком — « Из-за моей недальновидности мы сейчас позорно бежим. Это только моя вина!»       Лес встретил нас прохладой.       Мы бежали, спотыкаясь о корни, царапая лица о резные ветки древних деревьев и уносясь куда- то в полумрак.       « Убежать, скрыться, переждать и придумать новый план» — я пыталась хоть что-то сообразить сквозь сбившееся дыхание. — « Нужно спасти Тауриэль, вернуть ее нам. Любой ценой!» — Ай!       Он возник буквально из ниоткуда.       Спрыгнул с раскидистой ветви вниз и застыл передо мной, снова принеся с собой запах костра и пепла.       Хищная улыбка рассекла лицо Морохира, когда я, от неожиданности закричав, дернулась назад и, запутавшись в паутине древесных корней, позорно повалилась на спину.        Около его ноги стояла верная спутница — огромная чёрная лохматая волчица с человечьими глазами. Сегодня она не скалилась, а лишь оглядывала меня заинтересованным, слишком умным для животного взглядом.       Морохир возвышался надо мной, бледный, с зауженным к подбородку совсем юным лицом. Чёрные длинные волосы были по-эльфийски приподняты на висках. Дорожный плащ, небрежно накинутый на плечи, скрывал кованые доспехи. — Ни шагу, полуорк! — предостерёг чёрный рыцарь, когда подбежавший Маухур собрался броситься в атаку.       Волчица тут же зарычала и ощетинилась. С острых как бритва клыков закапала густая слюна.        Морохир погладил животное по всклоченной шерсти и наставил на меня клинок, такой узнаваемый, плоский, с ровными гранями и гладкой черной рукоятью.       Меч, что я так явно запомнила, встретив однажды в Дол-Гулдуре. — Это ты у нас Сауронов сынок? — в голосе Маухура звучала насмешка, но в глазах металась бешеная буря. — А вы у нас Азоговы детки? — не остался в долгу эллон. — Я вижу, с папашами нам тут всем не повезло. — сказала я, все ещё находясь на Земле и изучая взглядом Elen Arino. Как будто заточенная сталь могла дать ответы на рой вопросов в моей голове.       Морохир оценивающе оглядел меня и вдруг протянул руку, убрав оружие.       Проигнорировав его жест, я поднялась на ноги и отряхнула и без того грязный кафтан.       Лес застыл. Деревья перестали шептаться друг с другом, задохнувшись от ступившей на их землю темноты. Я слышала как тяжело дышат орки, что притаились за их ветвями. Мерзкие, худощавые, мордорские орки с серой кожей и чёрными зубами. Стоит нам выхватить мечи и они просто задавят численным превосходством.       Я потупила взгляд, признавая поражение. — Я знаю, ты слышишь их, дочь Луны, но не беспокойся сегодня вы не умрете. — просто сказал эллон. На его бледном лице застыл неподдельный интерес. Он снова оглядел меня, затем Маухура. — Даже ты полуорк, останешься в живых, хотя тебя не должно здесь быть. Мне понравилось, как ты столкнул дочь Леса и орка. Достойно и хитро. — он театрально похлопал в ладоши. —Дочь Луны бы ни за что не догадалась так сделать. Она слишком прямолинейная. Хорошо, что глупая девочка не привела своего аранена, иначе он был бы уже мёртв. Он превосходный лучник, жаль губить такой талант, но для нашего дела королевич бесполезен. А ты, сын Азога, пригодишься нашей компании. — Пригожусь для чего? — Для увлекательного путешествия, которое я задумал.       Мы отравляемся в Лихолесье.       Таур Трандуил мне кое-что должен.

***

— Что значит: "Исилиэль отправилась навстречу своей судьбе?". Митрандир, ты издеваешься надо мной? — я ходил из угла в угол, заламывая руки, яростно поглядывая на старого мага, что задумчиво курил трубку, сидя на резном табурете. — Все верно, друг мой. Исилиэль отправилась туда, куда не могла не отправиться. А ты скоро отправишься туда, куда ты не можешь не отправиться. Это и называется судьба. — Гендальф выпустил пару колечек и слегка закашлялся. — Я еду за ней, Митрандир! — меня колотило от ярости. - Ты же знаешь, что меня никто и ничто не остановит!       Утром, наконец-то сбежав от придворного лекаря и радуясь, что рука благодаря эльфийской магии начинает понемногу слушаться, я выбежал во внутренний двор дворца Элронда и, наслаждаясь влажностью травы под босыми ногами и ароматом зрелой вишни, я сорвал пару ягод, собираясь порадовать ими Исилиэль.       Я пересёк дворик и, пройдя по украшенной кружевной лепниной узкой галерее, вошел в просторный зал, где по обыкновению завтракал Лорд Элронд и его приближенные. Он сидел во главе длинного каменного стола и задумчиво крутил в на пальце кольцо, что хотел заполучить черный рыцарь. Фрукты на тарелке перед ним были не тронуты.       По левую руку от него сидели Анариэль и Арвен, а по правую Элладан и Элрохир. Гендальф и Арагорн о чем-то тихо переговаривались, сидя чуть поодаль. Я сразу же обратил внимание, как юный Эстель то и дело пронзительно поглядывает в сторону стола. Взгляд его был задумчив и мечтателен. На кого именно он так смотрел, я не успел понять, потому что на мой вопрос об Исилиэль, я получил: « Она отправилась навстречу своей судьбе». — О, Эру! Я никогда не понимала эту девчонку! — Анариэль стукнула миниатюрным кулачком по столу с такой силой, что Элрохир подпрыгнул на своем месте. Золотой локон выбрился из витиеватой причёски и спал на лоб. — Как можно было так безрассудно поступить! Это, конечно же, влияние того орка! — Полуорка. — поправила ее Арвен, задумчиво отпивая из бокала. — Храброго и верного, как показало нам время. — ее лицо было печальным, но смиренным. — И куда они могли направиться? — распалялась Анариэль, заставляя Элладана снова и снова вздрагивать от ее громкого звонкого голоса. — Не в Дол-Гулдур же в конце концов! — Я думаю, ответ очевиден. — ответил Арагорн, задумчиво потирая подбородок — Они поехали за черным рыцарем. Иначе слишком уж интересное совпадение. — он переглянулся с Арвен, а Элрохир хмыкнул, соглашаясь — Два дня назад мы столкнулись с новым врагом, которого явно заинтересовала дочь Луны. Только вспомните, как его волк не подпускал никого, пока они сражались! Мы все видели, как Морохир что-то ей говорил, и это было явно не пожелание доброго утра. А теперь Исилиэль в спешке покинула Имладрис под покровом ночи. — юноша подошёл к столу и взял с серебристого подноса яблоко. — Вот только, что именно она от него хочет… — Скорее, что он от нее хочет. — поправил Элладан. — Уверен, там не обошлось без шантажа. В противном случае, Исилиэль обязательно бы рассказала Леголасу. — С чего ты взял? — буркнул я. — С того, что глупости вы обычно совершаете дуэтом. — невесело усмехнулся Элрохир — Это у вас с детства повелось.       Анариэль судорожно втянула носом воздух и запустила пальцы в золотую копну волос. — Просто немыслимо... — прошептала она, смотря в стол — А полуорк тут причём? — ее розовые губы скривились при упоминании юноши. — Маухур же, думаю, просто оказался в нужное время в нужном месте и просто увязался следом. — предположил Элладан, переглядываясь с Элрохиром. Братья были облачены в доспехи, будто в любую минуту были готовы седлать коней.       Я тяжело вздохнул, пытаясь унять разрывающее грудь сердце. Арагорн лишь подтвердил догадки, которые роем крутились в моем сознании. Конечно же, черный рыцарь что-то рассказал. Скорее всего это "что-то" было связано с ее прошлым, иначе дочь Луны не стала бы поступать так безрассудно.       Ярость охватывала меня безудержным вихрем. Я злился на Исилиэль и в то же время места себе не находил от страха.       Он мучил меня и сжирал изнутри.       Гендальф встал, подошёл ко мне и успокаивающе положил руку на плечо. Солнце лениво купалось в его спутанной бороде и кидало блики на мою белую рубаху. — Отведай табака из самого Шира, друг мой. —старый маг протянул мне свою трубку. Я лишь покачал головой. Митрандир пожал плечами и продолжил дымить. — Мы все скоро встретимся снова. Не нужно торопить время, если оно не хочет торопиться. — Судьба Исилиэль все еще сокрыта от меня. — Лорд Элронд, доселе молчавший, наконец оторвал взгляд от кольца и оглядел присутствующих — Но я все же вижу направление, в котором ей нужно идти. — Зато я знаю ее судьбу! — выпалил я, и дальше сказал то, что никогда не произносил вслух — Я видел ее десять лет назад в зеркале старой Нерданель. Я видел как она...— тут я запулся, ярко вспомнив лежащую на земле Исилиэль с пробитой грудью. — Ты видел ее гибель. —закончила за меня Арвен, вставая из-за стола и подходя ко мне. Заглянув в глаза, дочь Элронда мягко дотронулась до моей щеки — Ты видел, как она умирает, но не знаешь где и когда это случится. Точно так же как ты видел смерть своей матери и ничего не мог с этим сделать. И это мучает тебя вот уже десять лет. — Я видел белое дерево в огне и мертвую Исилиэль. — подтвердил я, и Гендальф еще больше нахмурившись, запыхтел трубкой еще сильнее. — Белое дерево Минас-Тирита? — спросил Арагорн — Маухур рассказывал мне о нем. Дерево, которое зацветет только тогда, когда в Гондор вернется король. — солнце скользнуло по его руке, и кольцо Барахира засияло в золотистом свете.       Арвен перевела взгляд на наследника Исильдура и улыбнулась. Взгляд ее искрился нежностью. — Именно, Эстель. Каждый должен следовать судьбе. Поэтому, Исилиэль пошла своей дорогой. Я чувствую, что путь ее будет тернист и полон потери. — она печально взглянула на меня— Но в конце она найдёт, то, что ищет. — Искать можно было вместе со своим даэром! — воскликнул я, сжимая кулаки от накатывавшего негодования. - Полуорк ещё слишком юн! Он не сможет ее защитить! А я уже десять лет оберегаю ее от опасности, потому что знаю, что грядущее изменчиво. — я подошёл к столу и встал около Владыки Имладриса. Испытывающее заглянул в глаза. Ведь он знает.       Он знает, что такое терять любимых. — Вы знаете, куда она поехала, я уверен, скажите мне. — Ты ещё слишком молод, аранен. — Лорд Элронд понимающе посмотрел на меня. — Ты ещё не способен распознавать замыслы Илуватара…       Я хотел сказать, что видел в балроговом логове его замыслы, если они ставят под угрозу жизни моих любимых, но серый маг встал со своего табурета и тяжело вздохнул. — А я так хотел отдохнуть здесь подольше! Хотя бы до завтра! — проворчал он, убирая трубку за пояс. — Леголас, Арагорн, собирайтесь. Мы выдвигаемся, как только солнце встанет посередине небосклона. — я хотел было возразить, но Гендальф движением руки показал, что не желает ничего слушать — Ты ранен, мальчик. Будь тут твой отец, он бы приказал приковать тебя к кровати. А я лишь собираюсь составить компанию. Один ты не справишься, поверь старику на слово. — И куда вы отправитесь, Митрандир? — спросила Анариэль, встревоженно переводя взгляд то на меня, то на Арагорна. — Они отправятся в Эрин-Галлен и перехватят дочь Луны и полуорка там. — ответил за мага Элронд. Гендальф крякнул в бороду, заметив мой ошарашенный взгляд. Такого поворота событий я точно не ожидал. — В Лихолесье? Так вот что задумал этот гаденыш! — Элладан стукнул кулаком по столу, и теперь Анариэль вздрогнула от неожиданности. — Неужели черный рыцарь ищет регалии? — воскликнул Элрохир, а Элладан задумчиво потёр подбородок. — Ну вряд ли он едет к Трандуилу на бокал вина. — братья встали из-за стола и поклонились отцу. — Мы соберём отряд и выдвинемся следом.       Лорд Элронд кивнул. В глазах его засочилась неподдельная тревога. Арвен подошла к отцу и успокаивающе погладила его по руке. Близнецы снова поклонились и поспешили к выходу, так и не притронувшись к завтраку.       Митрандир насупился. — Пошевеливайтесь! — прикрикнул он на нас — Путь предстоит неблизкий и опасный. — Какие регалии? - спросил Арагорн — Вы говорите о Великих кольцах?       Кольцо Вилья на пальце Элронда сверкнуло сапфировым блеском. — Хуже, мой мальчик. Он ищет древние регалии, способные пробудить зло, что жаждет вернуться в этот мир уже слишком давно. — Гендальф замолчал, наблюдая как солнце за окном скрывают клубистые тучи. — Этот мальчишка даже не представляет какую силу они обретут в его руках. — В опасности не только Исилиэль, но и вся Арда.- сказала Арвен, и Арагорн бросил на неё тоскливый взгляд. — Но при чём тут Эрин-Гален? — воскликнул я, окончательно сбитый с толку. - Все просто, аранен. Одна из регалий хранится в сокровищнице твоего отца.       А Трандуил не собирается делиться властью.