Ветер в волосах

       С Рунными Рыцарями не вышло долгих прощаний. Они направились в Эру, где располагались магический совет и тюрьма для магов, и я успела лишь пообещать Лестеру обед, а Джерару... просто сказала, чтобы он немного подождал. Я не собиралась ни к чему его обязывать, просто помогу справедливости восторжествовать - в конце концов, он действительно ни в чем не виноват. Ребенок, ставший жертвой ментальной магии... Освободить его будет правильно. А как он там дальше решит жить - уже совсем не моя забота: как бы ни ворчало драконье нутро, но Джерар действительно не мой брат или кто-то вроде. Даже вспоминая такую же метку на лице Этериаса Марвела, между нами все-таки века четыре! Он мне даже во внучатые племянники или вроде того не годится, так что - не моя проблема! Всё!        Перестать думать о проблеме Джерара оказалось до стыдного легко, когда на сердце лежал другой огромный камень, встреча с которым неумолимо приближалась.        Закатные лучи солнца освещали оживленную деревню, совершенно не напоминавшую представшую передо мной и Джи много лет назад её призрачную тень. Нирвана развалилась как раз поблизости, и потому мы дошли до неё до окончательного захода солнца... Поднимались дымные столбы от мирных очагов из украшенных лентами и цветами домов, несколько нирвитов запрягали телеги, и на входе в деревню стоял... мастер. Улыбавшийся, щуривший глаза и державший руки за спиной, в своем привычном одеянии и головном уборе из множества перьев. — Мастер! - крикнул это Чешир, но вместе с ним, не став и далее сохранять серьезные лица, бросились к Роубаулу и Шарли с Брином.        Троица заключила старика в крепкие объятия, почти не скрывая навернувшихся на глаза слез, и я замерла в отдалении, не решаясь приблизиться. Чушь, конечно, но показалось, что если я сделаю еще хоть шаг - мастер просто растворится в воздухе.        В принципе, количество Эфира вокруг него так сильно уменьшилось, что, быть может, я была близка к истине, охваченная этим абсурдным ощущением. — Я позабочусь о гостях, - сказал Джи ровным тоном, проведя ладонью по моему плечу, и повел озадаченных магов других гильдий вглубь деревни. — Вы куда-то собираетесь? - прозвучал звонкий голос Люси, когда волшебница заметила множество запряженных телег. — В каком-то смысле. В Вейгеле будет фестиваль... - расплывчато ответил ей Джи, и моё сердце ухнуло вниз.        У нирвитов имелись своеобразные традиции, и упомянутый Джи фестиваль... Значит, он не пошел с нами не из-за охоты на анимы, а из-за просьбы мастера? Заканчивал все дела и готовился к последствиям уничтожения Нирваны?.. — Когда... когда вы собираетесь покинуть нас, мастер? - слова пришлось буквально выдавливать из себя, голос осип и звучал глухо, но Роубаул все равно услышал.        Как и отступившие от него ребята. Шарли низко опустила голову, скрывая выражение лица, а вот Брин посмотрел на меня с мрачной злобой и едва сдерживаемым отчаянием. Он ничего не хотел слышать об уничтожении Нирваны ранее, но еще больше ничего не хотел слышать об окончании жизненного пути мастера. Взгляд Чешира же... опустошенный и смирившийся. Не знаю, как выглядела сейчас я со стороны - может быть, как Чешир? А может, и как Брин? Злоба съедала и меня. На саму себя, на Нирвану, на мастера, который всё-таки воспользовался подобранными много лет назад сиротами. Нашими силами и нашими руками уничтожил единственную вещь, удерживавшую его в этом мире.        Я не нашла в себе сил обвинить его в чем бы то ни было: наверное, будь я на его месте - поступила бы также, да и изначально мы с Джи всё знали... Нет, мы все всё знали. Это не было таким уж огромным секретом для гильдии... для семьи.  — Венди, не думаю, что это разговор для улицы... - покачал головой Роубаул. — Ответьте! Что, если у нас нет времени на этот разговор вообще?! - яростно закричала Шарли, вскидывая голову. Слёзы катились из её глаз, и я ощутила, как болезненно сжалось сердце в груди. — Джи всё знал, да?! Ему вы дали время попрощаться, но что насчет нас?! — Шарли... - мастер удивленно посмотрел на иксидку, не ожидая от неё такого эмоционального взрыва.        Обычно она правда старалась держать лицо, подражая Джи... Брин приобнял подругу за плечи, хмурясь. — Это не такой сложный вопрос, чтобы тянуть с ответом на него, - сказал маг барьеров, и я была полностью согласна с ним.        Мастер протяжно выдохнул, прикрывая глаза. — Справедливо. Не думал, что мои котятки будут так отчитывать меня, - хохотнул он и посмотрел на нас. Посмотрел каждому из нас в глаза по очереди... Ощущалось так, будто он стремился запомнить нас, впитать наши образы перед... Прощанием. - Это мой последний час с вами.        Камень внутри свалился, утягивая с собой вниз всё: сердце, душу, разум, - даже зрение подвело, расплываясь из-за наплыва слез.        Час.        Что можно сказать или сделать за час?! — Я прожил очень долгую жизнь. Намного более долгую, чем мне было отмерено, и всё из-за ошибки. Своей и своего народа. Нирвана не должна была существовать, но она была - жил и я, ожидая момента, когда этот чудовищный артефакт будет разрушен. Вы смогли. Разрушили Нирвану. Освободили меня - и теперь наконец я могу отправиться на новый круг перерождения, - с улыбкой рассказывал Роубаул, как будто смерть являлась каким-то приятным и будничным опытом, как будто после неё следовало что-то...        Я знала и одновременно не знала, следовало ли за ней что-то, но в одном была уверена: чужая или собственная смерть аналогична вечной разлуке.        Мир двоился. Вместо улыбавшегося старика я видела того черноволосого юношу, разговаривавшего с Этериасом Марвелом, и сердце от того болело еще больше.        Он прав. Почти четыреста лет наблюдения за чудовищным артефактом, за гибелью родных, близких, потомков, просто твоего народа - незаслуженное наказание.        Но мы были вместе не четыреста лет, а намного меньше, и для нас расставание - не освобождение. — По преданиям моего народа, смерть - не окончательна. Мы никогда не покидаем этот мир навсегда, мы обязательно возвращаемся и проживаем новую жизнь, потому и не горюем на похоронах, а... — Устраиваете фестивали, - продолжил за мастера Чешир.        Он слышал разговор Люси и Джи, как и я. Наверное, Шарли тоже - у неё был острый кошачий слух. Брин лишь нахмурился, бросив взгляд в сторону телег: даже если он не слышал Джи, все равно мог догадаться. Он всегда быстро соображал.  — Верно, - радостно улыбнулся Роубаул, складывая руки за спиной. — Таро обо всем позаботится, да и Джи очень помог... Пойдемте всё-таки в дом, поужинаем в последний раз, я приготовил вам подарки, - позвал добродушно он, но никто не двинулся с места. — Теперь... мы должны покинуть деревню... и гильдию? Джи о такой дружбе с другими говорил? - наседала я.        У меня было множество вопросов к мастеру, особенно об Этериасе, но теперь отсутствовало время их задать. Небеса, всего час! Поделенный на нас четверых!        Улыбка мастера растворилась. Внимательные черные глаза, без того задорного юного блеска из воспоминаний Нирваны, забирались в самую душу, но я упрямо не отводила взгляд. — Сейчас вам необходимо вступить в Хвост Феи. Побудьте там. А вернуться вы всегда успеете, - твердо сказал мастер, уже всё решивший за нас. Я сжала кулаки, не понимая: в чем необходимость бросать Кошкин Дом?! Но даже больше - распаляясь из-за того, что нас поставили перед фактом. Вот так, без обсуждений. — Это ради вашей же безопасности. Ради твоей, Венди, в первую очередь. Ты ведь "ветер в волосах", разве потерпишь ограничения?        Дар речи оставил меня, весь воздух вышел из легких, и я растерянно замолчала, в непонимании смотря на мастера. — Ветер в волосах? - переспросил Чешир, вскидывая брови в удивлении. — О какой безопасности речь? - нахмурился настороженный Брин, уцепившийся за совершенно другую часть фразы мастера.        Только я и Шарли молчали, но по разным причинам. — Имя Венди на нирвитском означает "ветер в волосах", известная всему миру и одновременно - неподвластная,- поделился с добродушной улыбкой Роубаул. — Вы все исключительные маги, но Венди - ментальный маг. Её умения редки, а оттого - ценны. Под опекой Макарова никто не посмеет сунуться к вам, даже Совет не сможет давить на вас. Вы получите защиту, Хвост Феи - сильных магов, а как вырастете и станете сильнее - сможете сами прокладывать свой путь.        Какая-то доля истины скрывалась в его словах. Совет часто приглашал меня на службу, но никогда не давил слишком сильно, опасаясь авторитета и силы Роубаула. Но теперь у меня... не будет такого мощного покровителя, и это здорово развяжет руки многим. Пострадать могу не только я, но и мои близкие. Однако... прощание с Роубаулом, а теперь - и с гильдией. Может, мы не часто общались с отделением в Вейгеле, но Таро и Роу - наши друзья, насколько возможна дружба с такой разницей в возрасте, не говоря уже о жителях Вейгелы, Марии, и Мелании, и многих других! — Значит, Венди... нирвитка? - озадаченно переводил взгляд с меня на мастера Чешир, кажется, всерьез охваченный мыслями об этом.        Какая разница?.. Я чуть нахмурилась, но напомнила себе, что для Чешира - огромная. Нет, он не станет как-то иначе ко мне относиться, но вопросы истоков, предков и народа для иксида были очень болезненными. Как я искала способы помочь Джи, а также - избавиться от вулканов, так он всегда искал информацию о своей расе... — Как и Джи. Метка на лице Джи - символ знати среди нирвитов. Хранителей особых знаний и выдающихся магов, как потомственных, так и... нет, - мастер вздохнул, и я бросилась к нему, передавая крохи эфира, что успели восстановиться в теле. Роубаул отбросил мою руку с легкой улыбкой, но я уже ощутила, что магия... исчезла в никуда. У мастера больше не было физического тела. - Не стоит. Я был слишком оптимистичен, считая, что меня хватит на час. — Нет... мастер... - Шарли прикрыла губы ладонью, отказываясь верить в такую жестокую реальность. — Разве нельзя ничего сделать?! Венди?! - полный тревоги и паники голос Брина раздался как из-под толщи воды.        У меня заложило уши. Я сама думала, что сделать! Но не было ни идеи! Это не проклятие эфирных призраков, тут ничем не помочь! Физического тела, похоже, у Роубаула не было давно - он что, лишил себя его и полностью связал свой разум и душу с Нирваной?! Без артефакта не существовало не только якоря для Роубаула, но и части его души.        Иными словами, мы ничего не могли сделать, даже влей в него невероятное количество эфира. Разбитый сосуд - вот чем был сейчас мастер. Знай я раньше, что в Нирване скрыта часть души мастера, я... Все равно не смогла бы ничего сделать. Искать кусок души в таком огромном артефакте, пропитанном Эфиром под завязку? Грандина не передала мне знаний о магии душ, а моих скудных познаний не хватило бы для освобождения её из Нирваны.         Мастер не оставил нам ни единого шанса!        Теплое касание к щеке ощущалось больше через восприятие эфира, чем физически. Роубаул смотрел в мои глаза с улыбкой, такой понимающей и всеведущей... Он же ментальный маг - может, и правда мысли мои прочёл, или они были слишком очевидны. Но он ни в чем не винил и не смеялся над моей беспомощностью, а просто... прощался с чёртовой улыбкой, не видя никакой трагедии в своей гибели.         ...Однако я ошиблась, сочтя, что Роубаул просто успокаивает меня. Мастер вплетал какое-то заклинание в кожу на моём лице, и, ощущая, как тепло усиливается и расцветает покалыванием на щеке под глазом и над бровью, я интуитивно понимала, что Роубаул делает. В ментальном же плане в голову врывались обрывки информации и воспоминаний, и... — Ты достойная дочь нирвитов, Венди, - сказал он, прежде чем убрать руку и повернуться к остальным. Его тело уже сияло теплым мягким светом... — Брин, ты вырос хорошим парнем, вопреки всем моим опасениям. Прости, что сразу не увидел в тебе этот свет. В моем доме возьми трубку, видел я, как ты на неё заглядываешься, но к табаку не прикасайся! Я оставил в трубке секрет... разгадать его - твой последний экзамен, как артефактора. — Мастер! - воскликнул Брин беспомощно, не сдерживая слез.        Уверена, было много всего, что он хотел сказать, но в условиях ограниченного времени все слова исчезали прежде, чем появлялись силы озвучить их. — Чешир, заботься о них всех. Ты сильный, и мне нечего тебе дать, кроме сборника моих фирменных рецептов. Но пообещай, что не будешь делать алкоголь до восемнадцати, - подмигнул Роубаул, и иксид в ответ глухо угукнул, шмыгая носом. — И Шарли... ты прекрасная волшебница. Я подготовил кулон, который облегчит для тебя использование иллюзий и станет еще одним хранилищем магии. Твоего любимого сиреневого цвета.        Шарли даже не могла сказать "спасибо", всхлипывая и не отнимая ладоней от губ. Я её понимала: у меня тоже не было ни слов, ни сил произнести хоть что-то.        Из домов вышли нирвиты-иллюзии. Моа, Роина, Норм, другие... Все они уже не пугали, не возникало вопросов в их реальности, в "настоящности" их личностей. Очевидно, они были реальными людьми, которых помнил мастер. Они заботились о нас, учили нас, а теперь светились тем же мягким светом, что и Роубаул, и... готовились исчезнуть навсегда вместе с ним. — Хорошо питайтесь! — Не забывайте теплые вещи в холодную погоду! — Берегите себя! — Надерите зад всем, кто посмеет вас обидеть! — Да, не давайте себя в обиду! — Вы выросли хорошими людьми - оставайтесь такими же.        Множество пожеланий произносили уже не люди, а шары теплого золотистого света. — Спасибо вам, котятки. Вы выросли такими сильными; я буду спокоен за вас...        Всё потухло.

***

       Свет на улице привлек приглашенных в Кошкин Дом магов. После ванны Люси не очень хотелось выходить на улицу, но любопытство оказалось сильнее. Тем более, когда помогавшая ей девушка в пестром платье куда-то ушла без предупреждения. — Что случилось? Куда все исчезли?        Люси пораженно оглядывалась, бродя по красиво украшенной - как на праздник - деревне, но так никого и не встретила. Оживленное поселение будто вымерло в один момент. Лишь цветы в гирляндах тихо шелестели.  — Эти странно пахнущие люди пропали, даже запаха не осталось, - пробурчал недовольно вышедший навстречу ей из другого дома Нацу. — Жутко, айя! - летел рядом с ним Хэппи, осматривавшийся по сторонам.        Раздавшийся рев и ветер, почти сбивавший с ног, заставили вздрогнуть. Душераздирающий и отчаянный, звериный рев, как будто его обладателя смертельно ранили или отобрали что-то невероятно важное, разнесся на многие мили вокруг, вспугнув множество птиц с насиженных мест.  — Что это? - вылетел на улицу Грей в одних брюках и босиком.        Нацу побежал к источнику звука. Кажется, он слышал что-то подобное...        Вокруг уже собрались ребята из Голубого Пегаса, подтягивались маги Чешуи Сирены. За их спинами Нацу не сразу увидел Венди, сидевшую на коленях с запрокинутой головой. Пустой взгляд покрасневших глаз смотрел в небеса, из её горла тянулся затихающий скулеж - отголосок недавно всколыхнувшего мирный вечер рёва.  — Венди... - к сидящей на коленях волшебнице двинулся тот, кого она звала Джи.        Высокий юноша, облаченный в закрытую одежду с глубоким капюшоном и платком на лице. Он пах как Джерар, но... Не совсем. Наверное, тоже родственник?.. Нацу не знал.  — Джи, ты! - Брин бросился к Джи, но тот не стал уворачиваться или вообще хоть что-то предпринимать - только согнулся пополам, когда кулак Брина влетел ему в живот. — Ты всё заранее знал! Ничего нам не говорил!  — Брин! - Шарли схватила друга за плечо, роняя крупные капли слез.        Тот бессильно зарычал, но отступил.  — Что он должен был говорить? Мы все уже знали, что нас ждёт после разрушения Нирваны, - бесцветным голосом заметил Чешир, опускаясь на корточки перед Венди и кладя ладони ей на плечи. — Полегчало?  — Нет. Хочу убить Брайна... И создателя Нирваны, но он уже мёртв, думаю, - глубоко вздохнула Венди, склоняясь вперёд и утыкаясь лбом в ключицы Чешира.        Он невесело усмехнулся, гладя убийцу драконов по голове: "Без Нирваны мы бы и не познакомились с мастером".  — Что произошло? Куда все делись? - спросила Эльза.        Она первая пришла на рев, так как её разместили в доме ближе всего, но также, как и остальные, ничего не понимала.  — Всё жители деревни были материальными иллюзиями высшего класса, - сообщил, что знал, Хибики, но тоже ждал ответа от магов Кошкиного Дома.  — Ну, не все, - поправил седой высокий мужчина с внушительными мускулами и меткой гильдии Кошкин Дом на шее. Позади него стояло несколько людей в пестрых нирвитских одеждах... — Небесная Дева, прошу прощения за то, что начали приготовления в тайне от вас...  — Таро... Помолчи, пожалуйста, - приглушенно попросила Венди, но чуткий слух Нацу уловил зарождающееся в её горле рычание.        Таро послушно умолк, скорбно смотря пронзительными янтарными глазами. — Так что случилось? - повторил уже звучавший вопрос Хибики.  — С уничтожением Нирваны наш мастер... Умер, - дал ответ Чешир с небольшой заминкой.  — А иллюзии принадлежали ему, - быстро догадался Хибики.        Ему уже никто не стал отвечать.  — Что значит... Вы знали, что ваш мастер умрёт с разрушением Нирваны?! И ничего не сделали, чтобы спасти его?! - воскликнул обвиняющим тоном Нацу, крепко стиснув кулаки.        У него в голове не укладывалось, как так можно было поступить!  — Да что ты понимаешь! - яростно вскинулся Брин, готовый устроить драку.  — Наше мнение в этом вопросе не учитывалось. Мастер хотел освободиться от этой ноши - и теперь он свободен, - мрачно сказала Шарли, придерживая Брина за плечо.         Тягостное молчание разлилось в воздухе невидимым ядом, от которого горечью немел язык. Маги других гильдий ощущали неловкость от того, что стали свидетелями чужого горя, наверное, разве что Нацу не испытывал подобных мук, все еще хмурый и недовольный. Может, он чего-то не понимал, но как можно было своему товарищу, своему мастеру позволить умереть?! — Но несвободны мы. У нас осталось ещё дело, которое он нам поручил. Верно, Джи? - усмехнулся Чешир, нарушая паузу.        Джи медленно кивнул, соглашаясь.  — Да, мы должны провести грандиозный фестиваль, чтобы почтить память мастера, - глухо согласилась Венди, плавно вставая на ноги. В отличие от её слов, взгляд карих глаз оказался пуст и лишен всякого блеска, даже намека на энтузиазм. — Если остались силы и имеется желание, можете присоединиться, - с насквозь фальшивой, но всё-таки улыбкой предложила Венди магам других гильдий.        Разбитый уходом Роубаула, Кошкин Дом скорбел как никогда. Даже зная заранее, что придется прощаться, они не могли подготовить свои сердца к такому удару, и разъедающая боль утраты делала их уязвимыми, но... Роубаул был прав: они - сильные. Он дал им так много! Знания. Дом. Семью. Они не могут подвести его и не отблагодарить грандиозным праздником! Тем более, праздник этот - прощание не только с мастером.        Золотистые пузыри с цветным дымом внутри плыли по воздуху. Дети брали их в руки, и они лопались золотыми искрами и облачками безвредного цветного дыма, красившего кожу и одежду, но исчезавшего спустя пять минут. Такие же шары, но с лентами и цветами летали чуть выше, крутясь вокруг своей оси, и не так охотно давались в руки: их нужно было ловить, чем занимались с азартом некоторые подростки. Иллюзорные птицы и диковинные бабочки невесомо касались людей, садились на подоконники и деревья...        Вейгела сияла множеством огней и освещалась вспыхивавшим над крышами домов магическим фейерверком. По улицам ехали украшенные цветами и лентами телеги, в которых сидели музыканты, и музыка лилась следом за ними, весёлая, зазывающая, приглашающая на танец. Огромный полупрозрачный дракон летел над телегой с музыкантами - и над другими, на которых люди в пестрых одеждах раздавали сладости и маленькие бутылочки с алкоголем и соками.        Синеволосая волшебница и мальчик с кошачьими ушами брали всех желающих под руки и тянули в небо, немного летая с ними, прежде чем бережно вернуть на землю.         Сказочная процессия дополнялась магами других гильдий. Грей и Леон творили маленькие ледяные скульптуры и раздавали жителям города, Шерия заставляла танцевать две изящные куклы, Люси танцевала со Звездными Ключами, которые искрились, стоило Заклинательнице прокрутить их пальцами. Эльза танцевала с мечами - казалась настоящей богиней войны в доспехе, сверкавшем в свете фейерверков и иллюзий Шарли. Ив создавал множество снежинок, разлетавшихся вокруг и даривших прохладу, мешая летней духоте испортить праздник. Нацу плевался слабым огнём, развлекая людей...        Фестиваль шёл полным ходом и мало кто мог даже подумать, что это похоронная процессия.  — Значит, теперь вы новый мастер Кошкиного Дома? - обратился к Таро Юра.        Они не принимали активное участие в празднике, но следили за безопасностью, бредя через толпу следом за телегами. — Я бы предпочел отдать эту должность Мистгану или Небесной деве, но - увы, - тяжело вздохнул янтароглазый Таро, сложив руки за спиной.        Он заметил макушку сына на другой стороне улицы и чуть улыбнулся, довольный, что Роу тоже на страже порядка. — Они слишком юны для этой ответственности, - согласно кивнул Юра, взирая на всех с высоты своего внушительного роста. — Нет, они просто покидают нашу гильдию. Они и раньше редко задерживались надолго в Вейгеле, но сейчас, когда мне нужно отпустить их... - Таро с грустной улыбкой взглянул на Венди и Чешира, которые в этот момент подхватили тянувшихся к ним городских детишек и поднялись невысоко в воздух. — Им на судьбе написано ввязываться в приключения, и в такой спокойной гильдии они не смогут раскрыть крылья. — В какую же гильдию они собираются? - удивился Юра, отчасти всё же согласный с собеседником.        Кошкин Дом обладал всего тремя S-классами, не считая их почившего мастера, и никогда не обладал - славой передовой или сильной боевой гильдии, однако он уже оценил силу этих детей на задании и был бы не против и далее наблюдать за их ростом... в стенах Чешуи Сирены. — Мастер Роубаул уже договорился с Макаровым. В Хвосте Феи их ждут приключения и новые друзья - и совсем не будет времени на скорбь, - хмыкнул Таро, насквозь видя его заинтересованность в талантливых юных магах. — Да, это действительно так, - улыбнулся, прикрыв глаза Юра, почти даже не досадуя из-за того, что таланты попадут не в его гильдию.        Золотистый шар лопнул, и голубая пыль осела на волосы Венди. Она фыркнула, встряхнув головой, и бережно вернула четырехлетного ребенка матери. — Это потрясающий праздник. Спасибо вам огромное, Небесная дева! - горячо благодарила женщина, прижимая к себе весело смеющуюся дочь.        Венди сдержанно улыбнулась, сказав дежурное "не стоит благодарности", и попыталась отряхнуть волосы от волшебного порошка. Дело это было бесполезным, пусть краска и сама исчезла бы через несколько минут...        В голове Нацу что-то щелкнуло. Он внимательно следил за тем, как синие волосы Венди, покрытые голубыми пятнами, развеваются на ветру, как губы её украшает грустная, но уже совсем не фальшивая улыбка. Может, было что-то правильное в таком виде прощания с умершими? — Голубые... - внезапно сказал он, распахнув глаза.  — Что ты там бубнишь, головешка? - фыркнул Грей, отвлекаясь от пикировки со стоявшим рядом Леоном.  — Волосы Венди голубые! - громче воскликнул Нацу, и Грей проследил за его взглядом.  — Вообще-то - синие, - возразил он, но Нацу уже спрыгнул с телеги и двинулся через толпу к Венди.        Заметив Нацу, она и сама пошла на встречу, встревоженная мыслями, что приключилось нечто неприятное.  — Что-то случилось? - прямо спросила она, поравнявшись с Нацу: за безопасностью наблюдали другие маги Кошкиного Дома, но вдруг чуткий слух или острое зрение огненного Убийцы Драконов что-то уловило? — Твои волосы! Голубые! - обвинительно воскликнул Нацу, указывая пальцем на голову Венди, и нахмурился, тут же приложив руку к подбородку и чуть сощурив глаза.        На его лице отразилась бурная мыслительная деятельность.        Венди протяжно выдохнула. — Так-то они синие... Тебе и Гажил говорил. Ты ведь вспомнил? - иронично поинтересовалась она, не жалуясь на память собственную.        Нацу медленно кивнул, будто сам сомневаясь в ответе. Отрицательно покачал головой. Потом и вовсе схватился за неё обеими руками, запуская пальцы в розовые пряди:  — Я помню и не помню! Кажется, ты была там, и Гажил, и ещё кто-то... Двое. Где мы были? Когда? - беспомощно спросил он, внимательно посмотрев на Венди.        Она была ещё одной Убийцей Драконов, но - Нацу уже понял, - в отличие от него и Гажила, знала больше. Может, даже знала, куда делись Игнил и остальные!  — Я расскажу. Позже, чтобы не повторять ещё для Гажила, - пообещала со слабой улыбкой Венди.        Сейчас ей совершенно не хотелось ворошить прошлое - тем более, и времени не было: следовало как следует провести праздник, ведь это прощание с Вейгелой, Кошкином Домом, Роубаулом. Кто знает, когда они еще вернутся сюда?.. — Гажилу? Ты отправишься с нами в Магнолию? - удивился Нацу, не знавший, какие мысли и тревоги наполняли Венди. — Да, верно. Не только я, на самом деле, - отвлеклась от переживаний та, но Драгнил даже не заметил паузы. — Мастер Роубаул договорился с Макаровым, что мы вступим в Хвост Феи. Так нам будет безопаснее, - сообщила Венди, не видя большой тайны.        Она подумала, что, возможно, не только из соображений безопасности их отсылали в Хвост Феи, но не могла никак ухватиться за догадку: зачем еще их могли направить в эту шумную гильдию? — Ха, значит мы сможем еще смахнуться! - с клыкастой улыбкой заявил Нацу, ударив кулак о кулак. — Буду ждать с нетерпением! И ты пообещала, что расскажешь! - напомнил он, протянув кулак Небесной Убийце Драконов. — Ха-а, только сам не забудь. Память у тебя как у рыбки, - покачала головой Венди, но стукнулась с Нацу кулаками.        Саламандр уже хотел возмутиться, но его перебил звонкий голосок: — Где рыбка! Я хочу рыбку! - тут же подлетел к ним Хэппи. — Венди, не хочешь отдохнуть? - сомкнулись вокруг талии Венди смуглые руки, и Чешир положил голову на её плечо.        Венди тихо рассмеялась, поглаживая иксида по фиолетовым волосам, и согласилась. Ночь предстояла длинная, и немного отдыха совершенно не помешает, а напротив, даже необходимо.        С рассветом истаяли последние цветные пятна, потускнели и растворились иллюзорные бабочки и птицы, затихли музыканты, и город погрузился в усталый послепраздничный сон. От вокзала Вейгелы отходил поезд с магами...        Сладкий запах цветов вейгелы отзывался тошнотой во рту, застывал комком в горле, обращался в мыслях последней памятью о городе: раньше, когда они отбывали в поисках аним, Венди всегда знала, что в гильдии её ждут Роубаул и другие нирвиты, а теперь... их ждала другая гильдия.