Ветер в волосах

       Из гильдии мы смогли выбраться только к вечеру, когда грандиозная попойка и драка уже начинали стихать, но не закончились совсем, а мы вот завершили все свои дела. Джи вел нас по широкой улочке Магнолии к нашему новому дому, и мы неспешно перебрасывались впечатлениями и мнениями о согильдийцах.        Да, Леви определенно расширит ассортимент "Грандины". Брин уже предложил ей стать сотрудницей компании, но она пока согласилась лишь на роль сторонней консультантки.        Маги гильдии очень буйные и своеобразные, Шарли закатывала глаза и изливала чувство собственного превосходства, но я слишком хорошо её знала, и пусть от новых товарищей иксидка оказалась не в восторге, но и резкой антипатии к ним не питала. Разве что только к Хэппи: примитивный, бестолковый, надоедливый... столько "лестных" эпитетов, пожалуй, она и на Чешира никогда не вываливала.        Последний, к слову, оказался в полном восторге от знакомства с Эльзой и даже хвастался, что смог выпросить у неё пару уроков обращения с мечом. В обмен на тортики. — Тебе тоже приготовлю, - заботливо сообщил он, приобняв меня со спины. — Ну и вам, так уж и быть! - гордо задрав нос, пообещал остальным.        Шарли на него лишь фыркнула, удостоив снисходительным взглядом: ей больше по душе был шоколад, который Чешир готовил слишком горьким. — Значит, готовку оставим тебе, - решил за всех Джи, наверняка ехидно усмехаясь под всеми слоями ткани, скрывавшими лицо. — Кстати, Венди, мастер наверняка попросит тебя разобраться с документами гильдии… — И я помогу ей выторговать лучшие условия, - тут же влез недовольной Брин: ещё одним из его кредо, помимо "вечной бдительности", было "любой труд должен оплачиваться".        Я была совсем не против помощи Брина в этом деле. За бесплатно работать даже на радушно принявшую нас гильдию не хотелось - во многом даже не из-за того, что нас любая гильдия с радостью приняла бы, а из-за бедовости самого Хвоста Феи: они приносили головную боль абсолютно всем, особенно Совету, и я знала, что документация будет в... плачевном состоянии. Нет уж, без соответствующей награды их бардак разгребать не стану! Оно же сожрет все мои нервы и время... — Не обдерите мастера Макарова как липку, пожалуйста. Сделайте скидку: он же теперь наш мастер, - покачал головой Джи, но в голосе совершенно не слышалось осуждения и реальной просьбы.        Пожалуй, даже возьми мы с Макарова втридорога, он не окажется расстроен или разочарован.        Мы ушли не так далеко от гильдии, когда Джи в несколько шагов обогнал нас и взошёл на высокое крыльцо двухэтажного каменного дома, стены и фундамент которого сдались на милость захватывавшему его и почти закрывавшему крупными листьями окна первого этажа плющу. В прощальных лучах закатного летнего солнца пылала алая черепица... — Позвольте провести вас в наш новый дом, - с галантным поклоном пригласил Джи, протянув ладонь вперёд, другую руку скрывая за спиной.        Какой учтивый джентльмен! Шарли издала тихий смешок, присела в шутливом реверансе и взялась за его ладонь под ревнивое сопение Брина (любой другой "джентльмен", впрочем, даже коснуться бы Шарли не смог бы из-за поставленного им барьера). Чешир тут же убрал руку за спину, повторяя жест Джи, но уже по отношению ко мне; так же шутливо спародировала Шарли, и мы рука об руку последовали в дом за остальными.        Нас встретила милейшая старушка, пахнувшая выпечкой и корицей. Леди Оливия сказала, что прибралась к нашему приходу и испекла несколько пирогов, уже ждущих в доме. Как хозяйка всего этого двухэтажного богатства, а также бабушка, чьи внуки разъехались по всему Фиору, она решила сдавать второй этаж в аренду - и кому, как не таким "милейшим благовоспитанным детишкам"?        Джи шепнул, что скидку и лучшие условия договора выторговала моя слава Небесной Девы, которой он нагло воспользовался. Я не обижалась и не злилась: экономия есть экономия, а дом и правда был чудесным. — Я понимаю, молодость - прекрасная пора, но будьте снисходительны к моим годам и не шумите после девяти, - с нежной улыбкой обратилась к нам Оливия, едва ли выглядевшая на свои восемьдесят.        Максимум - на шестьдесят! — Разумеется. Если вам нужна будет с чем-нибудь помощь, вы всегда можете спросить нас! Я очень сильный и крепкий, так что всегда могу помочь вам что-нибудь тяжелое перенести, а ещё имею опыт в ремонте и починке! - бахвалился Чешир, хлопая себя по плечам, на которых от напряжения вздувались заметные мышцы.        Жизнь что в поселении нирвитов, что в Вейгеле приучила всех нас помогать обычным людям.        Оливия была очень счастлива, пообещав обязательно воспользоваться таким предложением, но тут же поправилась, пообещав также при этом не докучать слишком много.        Наконец, поднялись на отданный нам в полное пользование второй этаж. Джи открыл дверь, которой оканчивалась лестница наверх, и передал дубликаты ключей каждому из нас.        Прихожая оказалась небольшой и ограниченной разве что цветастым круглым ковриком и стеной с крючками для верхней одежды, да полочками с обувью под ними. А так ни дверей, ни перегородок: сразу коридор с несколькими дверьми (на каждой табличка с именем) и проход в гостиную... Гостиную-кухню-столовую. Отделенная от остального пространства деревянной барной стойкой, как в Кошкином Доме Вейгелы, светлая кухня, притаившийся в углу у стены обеденный стол, скрытый кадками с цветами, а большую часть комнаты занимали пестрые ковры и подушки... Кажется, прямиком из дома Роубаула. Пахли они именно его табаком и лепешками... — Добро пожаловать в новый дом, - тепло улыбнулся Джи, спуская ткань с лица, и тут же выудил другой рукой из кармана громоздкую фотокамеру с вспышкой: совсем недавно поступивший в продажу артефакт! За такой приходилось вывалить награды за парочку заданий B, а то и А-ранга! — Сделаем несколько фотографий на память?        Ребята застыли, прекратив с интересом рассматривать дом и уставившись прямо на улыбающегося Джи. Первым нахмурился и отмер Брин: — Ты тоже нас покидаешь? — недовольно бросил он, скрещивая руки на груди.        Шарли, стоявшая ближе к Джи, тут же отступила вплотную к Брину. — Как скоро? - мрачно спросила она, и я прикрыла злорадную улыбку ладонью.        Зря братик надеялся провести "детишек"! Они вскормили фармацевтического гиганта "Грандину", и каждый бизнесмен Фиора погорел на том, что недооценил эту парочку только лишь из-за возраста и милых мордашек! Уж Джи должен был понимать, что у него нет ни шанса против них! Хотя бы потому, что мы росли бок о бок. — Да с чего вы взяли? — всё-таки предпринял он попытку отбрехаться, сжимая руками лакримовый фотоаппарат. — Не притворяйся дурачком, тебе не идёт, - цокнул языком закативший глаза Чешир и упер руки в бока, усмехаясь. Он раздражённо водил по воздуху хвостом и дёргал ухом, почти скаля клыки. — Ты бы не стал просто так предлагать что-то подобное! — Верно, ты больше предпочитаешь покупать сувениры или просто наслаждаться сегодняшним днем, - со знанием дела покивала Шарли. — Венди, ты ведь что-то знаешь? — с подозрением посмотрел на меня Брин, прищурив глаза.        Я подняла руки, показывая, что сдаюсь, и адресовала насмешливый взгляд братцу. Джи скривился, явно поняв просчёт.        С тяжелым вздохом он рассказал об оставшемся у нас в запасе времени, но ни слез, ни истерик не последовало. По сравнению с жестоким уходом мастера Джи хотя бы подумал о наших чувствах чуть больше. — И что, никакой реакции? - даже как-то обиженно воскликнул он, скрывая истинные чувства за поддразниванием. — У нас времени до зимы, - затрясла головой Шарли, как всегда бывало после непрошенного видения будущего.        О, так всё-таки больше четырёх месяцев? Приятная новость. — Это ведь не последний час, как с мастером, - пробурчал мрачный Брин, ласково поглаживая её по плечу. — Я и не собирался по тебе слезы лить, - гордо вскинул голову Чешир, фырча как самый настоящий разозленный кот. — Давай там свою штуку, сделаем фото на память, чтобы ты над ней плакал на своём Эдоласе!        Как бы агрессивно Чешир ни вёл себя, я понимала, что он тоже любит Джи. По-своему. Так что такие попытки скрыть истинные чувства умиляли.        Джи установил фотоаппарат на барную стойку и поставил таймер, мы поспешно сгруппировались и улыбнулись в сторону артефакта.        Вспышка.        ...Солнечный свет заливал мою новую комнату, проникая через окно от пола до потолка, рассыпался осколками радуги из-за висевшей у рамы ловушки для солнца - подарка Брина. На стене, над рабочим столом, висел сшитый когда-то давно заботливыми руками Моа старый рюкзак с нирвитским орнаментом и пришитыми уже мной клыком виверны и птичьим пером с изумрудной бусиной: первыми подарками жителей Вейгелы мне - волшебнице гильдии, которой на тот момент ещё даже не существовало.        Комната была ещё полупуста, многие вещи должны были прибыть из Вейгелы с торговцами "Грандины", однако даже так Джи очень постарался, обустраивая здесь всё. Он хорошо знал нас, и, уверена, комнаты остальных столь же уютны... — Может будешь ночевать у себя? - ворчливо спросила, тыкая пальцем в щеку Чешира.        Он недовольно скривился, дёрнул ухом и потянулся ко мне, чтобы носом уткнуться в бок. Вставать - ленивый кот! - не собирался. Как и спать в своей кровати. Магнитом его тянуло к моей!        Хотя я ворчала скорее по инерции, давно привыкнув, что этот ребёнок пробирается ко мне. Его мурчание отгоняло кошмары.        Только вот мы росли, и ещё через год-другой такое поведение Чешира будет уже неприлично. Знал ли он о человеческих приличиях? Само собой. Собирался ли им следовать? А я?.. — Кушать хочу, - прибегла к хитрости, наигранно горестно вздыхая.        Чешир напрягся, насторожился, и его уши замерли... — Что желает на завтрак моя драконица? - улыбнулся иксид, направив на меня хитрый взгляд уже совсем не сонных аметистовых глаз.        Не то чтобы я сама не могла приготовить, но глупо спорить с тем, что Чешир делал это лучше. Даже вкуснее вчерашних съеденных на ужин пирогов с яблоками леди Оливии. — Всё, что ты готов приготовить, - улыбнулась, погладив Чешира по макушке между ушей. — У тебя времени до нашего с Джи возвращения! — Есть, мэм! - фыркнул он, зарываясь носом в подушку и спуская с края кровати руку: первый шаг, чтобы выбраться из постели.        Я покачала головой, не осуждая чужую леность, и легко спрыгнула с кровати, отправляясь в ванную. Увы, она на все комнаты общая.        С братиком Джи мы собирались взять задание. Аренда была оплачена на полгода вперёд, да и денег у нас имелось достаточно, но, как верно говорил Брин, "пока можем, лучше заработать побольше, чтобы быть готовыми к поворотам судьбы". Такая философия здорово спасала в ситуациях, когда возникали большие денежные расходы: артефакт приглянулся, исследование требует расходников, гостиницы подешевле заняты, банально захотелось в отпуск на элитный курорт...        К тому же, задания - отличный источник воспоминаний и лучший совместный досуг! Правда, не без неприятных моментов, но ничто в жизни не может доставлять исключительно удовольствие без довеска чего-то менее положительного.        Утром главный зал Хвоста Феи выглядел как поле военных действий: обломки мебели, стонущие местами маги, даже побитые! Редкие волшебники радовали с утра не помятыми, свежими лицами, но Мираджейн, кажется, застыла в своём великолепии, как богиня, и с милой улыбкой пожелала нам доброго утра (достаточно громко, чтобы раздались новые стоны вчерашних выпивох).        Хорошо, не богиня, а дьяволица, которой совсем не жаль мучившихся от похмелья. Впрочем, даже будучи целительницей, я тоже не питала к ним жалости. — Мастер Макаров скоро подойдёт. Он сказал, что вы навестите Полюшку... Желаю вам удачи! Она может показаться... неприветливой, но на самом деле она хорошая, - мило прощебетала Мира, и я кивнула, принимая к сведению.        Слухи о злобной целительнице Хвоста Феи долетали до меня - в одной сфере, весьма скромной на хороших специалистов, заочно все друг друга знали. Джи расщедрился на вербальную благодарность и даже продолжил разговор, пока я отошла к доске с заданиями. На первом этаже. S-ранг обычно нес некоторые неудобства и имел подводные камни, и омрачать ими оставшееся время с Джи я не собиралась.        Из всех заданий привлекло одно с невысокой наградой и очень уж туманным описанием: недалеко от города Клевер, близ шахтерской деревни, объявились "твари" в озере и самой шахте. Шахтёры отказывались работать, пока "призраки" внутри шахт, а жители деревни не могли ходить к озеру, пока в нем "чудище"... Со вздохом сорвала лист задания с доски. Что-то меня зацепило в нём - возможно, упоминание призраков. После истории с эфирным проклятием, когда я чуть не потеряла Джи, любое задание с призраками неизменно притягивало меня. — Оформляю задание на вашу команду или возьмёте кого-то ещё? - мило улыбнулась Мира, положив на стол большую книгу и открыв её на странице с закладкой.        Ну хотя бы гильдейская книга у Хвоста Феи выглядела аккуратно! — На нашу команду, - иронично улыбнулась, понимая, что едва ли мы в скором времени кого-то пустим в свой круг.        Может быть, когда-нибудь в далёком будущем... — Надеюсь, вы не будете замыкаться в себе... Соболезную вашей потере, - перестав улыбаться, с искренним сочувствием произнесла Мира.        Я застыла, поняв, о чем она... — Спасибо за добрые слова, - кивнул вместо меня Джи, но я не знала, какое у него выражение лица под дурацкими тряпками.        Мира с болью улыбнулась ему и постаралась вернуться к беззаботному приветливому виду, аккуратным почерком внося в гильдейскую книгу сведения.        Я же отвернулась, не желая смотреть на неё. Мы скорбели не так, мы следовали нирвитским обычаям, и потому так больно и странно было получить подобное сочувствие. Я мало что знала о Мире с обложки "Волшебника", но мои глаза меня не обманывали: у живой Миры скорбящий взгляд человека, потерявшего огромный кусок души. Правильнее было бы ей выразить соболезнования, она скорбела традиционно для Фиора и явно не отпустила... Если могла вообще - отпустить.        Не то чтобы я была способна отпустить мастера Роубаула, даже если он поставил всех перед фактом. — Доброе утро, Мира! О, Венди, Джи! И вам доброе! - в гильдию ворвалось сияющее солнышко, которое по какой-то шутке оказалось заточено в девушке.        Настоящая звездочка, под стать своей магии Звёздных Духов. С появлением Люси мрачное настроение и всяческая неловкость улетучились, Мира расслабилась и улыбнулась естественнее, а не "улыбкой для фото", а я подумала, что ещё одна казавшаяся сущим ангелом волшебница Хвоста Феи совсем не щадила местных пьянчужек. — Уже собираетесь на задание? - с любопытством спросила Люси, приблизившись, и я кивнула, не видя смысла отвечать вслух на очевидный вопрос. — Не любим сидеть без дела, - в противовес моей молчаливости, Джи сегодня являлся весьма словоохотливым.        Пытался создать нам хорошую репутацию в гильдии? Или просто хорошее настроение. Я бы ставила на последнее. — Вы удивительные, - восхищенно выдохнула Заклинательница и тяжело вздохнула. — И с заданиями справляетесь без масштабных разрушений. Идёте все вместе? Уже обустроились в Магнолии? — Да, обустроились. Через пару дней отправимся, как только доставят вещи из Вейгелы, - я чуть улыбнулась, заметив, как смущённо мнется Люси, не решаясь спросить об одной конкретной волшебнице из нашей команды. — Знаешь, Шарли очень любит молочный шоколад и детективы, — сначала на них она тренировала пророческий дар, а потом просто втянулась и теперь читала ради удовольствия, но пояснять вслух я не стала, — но не любит, когда к ней подлизываются. Попытайся подружиться с ней, кто знает, может, она отложит продажу Ключей до возвращения в Магнолию...        Люси оказалась весьма смышленой особой, прекрасно понявшей мой жирный намёк, и расцвела счастливой улыбкой. — Спасибо большое, Венди! - от всего сердца поблагодарила она, хватая меня за руки и крепко сжимая ладони.        Как мало ребёнку нужно для счастья! Тихо хихикала Мира и одобрительно сверкал глазами Джи. Мне аж неловко стало: ничего такого я не сделала. Просто стало жаль Заклинательницу, которой моя подруга заломила огромную сумму за Ключи, которыми не собиралась пользоваться. Хотя артефакт редкий, ценный, не поспоришь даже с завышенным требованием Шарли.        Наконец со второго этажа спустился мастер Макаров, и мы попрощались с Люси, Мирой и выползшей к нашему уходу из-под какого-то стола Каной, тут же взмолившейся о бутылочке вина в долг по дружбе...        Путь наш лежал в лес, где вдали от шума города и людей жила Полюшка. Мастер Макаров предупредил нас почти один в один как Мира, но реальность оказалась отличной от их слов. Розововолосая женщина, одарённая возрастом морщинами, гневно погнала нас прочь и даже замахнулась метлой. Действительно "неприветлива". — Кого это ты привёл, старый дурак? - "ласково" спросила Полюшка, определённо обращаясь к Макарову.        Очаровательная женщина.        Только вот вся ирония покинула меня, когда я вдохнула запахи. Горькие травы, дым, мама... — Грандина Эдоласа? - спросила дрогнувшим голосом, жадно рассматривая женщину перед собой.        Ничего общего с мамочкой. Красные глаза с вертикальными змеиными зрачками, светлая кожа, тронутая морщинами, нежно-розовые волосы... Как у меня в Драконьей Ярости.        Полюшка сразу успокоилась, опуская метлу. Может, раздражение от прихода чужаков было настоящим (напоминало собственное, когда кто-то смел лезть на мою территорию со своими правилами), но вот вся бравада и махание метлой - напускное, то, что она легко отбросила, став серьёзной. — Заходи. Не для улицы разговор, - отрывисто сказала она едва рычащим хриплым голосом. Я тут же порывисто зашагала к ней и поднялась на крыльцо дома в дереве, встав рядом с целительницей. — А вы скройтесь с глаз, я вас не звала! — Мы попозже придём, - нервно улыбнулся Макаров, но заслужил лишь хмык со стороны Полюшки.        Я посмотрела на Джи, но он кивнул мне, как бы говоря о нём не волноваться.        В доме целительницы пахло травами и книгами. Она указала мне на круглый стол с двумя стульями; я послушно села. Эдо-Грандина напротив. Ни чая, ни закусок. Меня тут не ждали и не считали за дорогую гостью. Я не обижалась, потому как не нуждалась в подобном. — Много знаешь об Эдоласе? - первой начала Грандина, хмыкнув на моё молчание.        Я терпеливо держала все вопросы при себе, не желая раздражать сходу целительницу, и моя тактика была вознаграждена её заметно успокоившимся тоном голоса. — Немного про анимы, немного про иксидов. Джи, юноша, которого вы прогнали - его принц, - поделилась я, не вдаваясь в подробности.        Мы обсуждали в основном технологическое и магтехнологическое развитие Эдоласа - это было необходимо для составления плана по развитию королевства моего названого брата, но не скажу, что была знакома с Эдоласом хоть сколько-то хорошо. — Макаров говорил, - хмыкнула Полюшка, разглядывая меня и даже не моргая. — Ты старше, чем я предполагала... — Потеряла два года во временной аномалии, - безразлично пояснила и чуть нахмурилась. — Вы предполагали нашу встречу?..        Полюшка недовольно скривилась и посмотрела в окно, как будто не желая больше смотреть на меня. Я смиренно замолчала, ожидая от неё ответа, не напирая с любопытством. Если я правильно понимала, у неё классические драконьи повадки - у мамочки они не проскальзывали, но Грандине их отшлифовали прожитые годы, проведённые за специфической деятельностью: целительство без сострадания было невозможно. Однако мамочка про эти повадки рассказывала, и я их отмечала за Эдо-Грандиной (часто и за собой даже не в Драконьей Ярости). — Я - Эфирное Отражение Грандины, - выдохнула раздражённо Полюшка после пары минут молчания, показавшихся непозволительно долгими. Я даже подумала бы, что прошло раз в пять больше, но часы на стене беспристрастно утверждали обратное. — Когда Эдолас открывает аниму для изъятия Эфира, он вместе с тем поглощает... Можно сказать, что историю мира-донора. Эфир способен сильно влиять на облик, тебе ли не знать, Небесная Дева, - насмешливо произнесла моё прозвище Эдо-Грандина, совсем без уважения, я бы даже сказала - почти презрительно.        "Почти", но все же нет.        Я многое знала об Эфире. Но ещё больше не знала. — Если вы отражение Грандины, сколько вам лет? - чуть нахмурилась я, когда расчёты отказались хоть как-то сходится.        Если Полюшка - отражение Грандины, приобретшая такой облик из-за Эфира этого мира, когда открылась анима, этот Эфир поглотившая? Это должно было случиться либо до моего вхождения во Врата Затмения, либо, возможно, уже на выходе из них... Но Полюшка живёт здесь не один десяток лет, так что второй вариант несостоятелен. — Почти шестьсот лет назад Эдолас попытался забрать Эфир с этих земель, тогда совсем не им богатых... Я родилась человеком, да, но отражением Небесного Дракона Грандины. Мне не суждено было расти как другим, мне не суждено было состариться как другим. Побег на родину Грандины был последней надеждой на то, чтобы изменить что-нибудь. Первый Мастер Мавис помогла мне, и я наконец смогла стать нормальным человеком... - раздражённо и быстро, желая поскорее закончить неприятный ей разговор, поведала Полюшка.        Я легко приняла то, что женщине передо мной около шести столетий. Мир магии же. — Эфирные отражения... Можно узнать больше? - поспешила я перевести тему, удовлетворенная разрешением одной загадки.        Эдо-Грандина хмыкнула, поднимаясь из-за стола. Она отошла к кухне и начала греметь чайником и посуды. Захотела чай? Или проявить гостеприимство? Во второе я совсем не верила, если честно. — Потребляемый Эдоласом Эфир несёт информацию, которая старается всеми силами вплестись в реальность. Потому двойники - дрянное определение. Внешность может быть похожей, почти как у близнецов, а может быть менее скопированной, скорее как у близких родственников, но характер? Судьба? Иные совершенно. Пусть в чем-то и будут перекликаться с донорскими. Не припомню, чтобы кто-то всерьёз изучал это, - пояснила Грандина, а мне ярко вспомнилась параллель, которую я проложила между Джераром и Джи, когда обоих пришлось спасать...        Что же, Эфир едва ли исследован хоть наполовину и преподносить множество сюрпризов будет ещё многим поколениям.        Полюшка поставила передо мной чашку без ручек, исходившую едва видным паром и ароматом заваренных трав, и с такой же чашкой села напротив, спокойно отпивая отвар. — Твоя Грандина связалась со мной несколько лет назад. Её магия душ чудовищна, — с прищуром сообщила Полюшка, и я тут же вскинулась. Мамочка разговаривала с ней?! Когда я все годы не могла дозваться?! — Основы этой магии и несколько заклинаний я должна передать тебе, если хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня... — Что именно? - хрипло спросила, сжимая края стола.        Древесина жалобно трещала, не способная сдерживать мои эмоции. — Хочу избавить свою душу от груза столетий одинокой жизни, - как-то буднично и бесцветно ответила Полюшка.        Ей было около шестисот. Она мечтала быть нормальной, и мечту её исполнила лишь Мавис, но груз прошлых лет не испарился: следовал за ней, напоминая, как жила женщина-отражение-драконицы. Я понимала, что ей наверняка приходилось скрываться и прятаться, многое пережить и столкнуться с множеством разных людей...        Может, не только драконьи повадки повинны в её поведении. Я на её месте свихнулась бы, наверное. — Но... Почему мама связалась с вами, а не мной? Она же... Внутри меня... - глаза против воли заслезились.        Болезненная обида сковала тело. Ни одна из полученных когда-либо ран не приносила столько же страданий, как понимание, что мамочка говорила не со мной. О, как много я бы отдала за то, чтобы услышать её голос! — С отражением себя-самой связаться практикующему магию Душ легче лёгкого, да и как бы она доверила такие знания соплячке? Такая ответственность... - Грандина невозмутимо глотнула чай и ударила меня по рукам - сначала по левой, потом по правой. Я от неожиданности отдернула руки, оставив вмятины в деревянном столе. — Не порть мне мебель. Пей чай, он успокаивающий. — Простите, - тихо ответила, послушно глотая горький отвар.        Слова Полюшки не успокоили сердце, содрогающееся от боли, но включили рациональную часть. Я была ребёнком. Гениальным, с памятью целой чужой жизни, но для драконицы - и вовсе младенец. Неудивительно, что опасные знания от меня сберегли до поры до времени. — Я дам тебе книгу с основами, - сказала Полюшка, одновременно с тем поднимаясь с места. — Не с заклинаниями? - потухше спросила - просто по инерции, не из реального любопытства.        Было как-то уже все равно. Я ещё не отошла от прошлых откровений. — Рано тебе. Как удостоверюсь, что ты усвоила основы, так и перейдём к заклинаниям, - высокомерно отозвалась Эдо-Грандина, и я только кивнула. Вот и след Эфира в обеих Грандинах: они обе стали моими наставницами. Пусть мамочка и поспособствовала этому развитию событий. — Зачем эти двое ко мне пришли? — спросила Полюшка, когда я забрала тонкую рукописную книжицу. — Через месяца четыре откроется анима над городом. Джи хочет положить конец их появлению и повести Эдолас к будущему без Эфира, - без эмоций поведала, допивая отвар.        В спокойствии, правда, не нуждалась. — Хорошее дело. Зови их, - с явственным скепсисом фыркнула Эдо-Грандина, и я послушно вымелась на улицу.        Мастер Макаров и Джи сидели на сваленном бревне напротив дома. Увидев, как я выхожу, они оба встали... Братик бросился ко мне. — Венди? - приобнял он меня, обеспокоенно осматривая. — Многие знания - многие печали, - кисло улыбнулась я, не желая сильно беспокоить дорогого сердцу человека. — Полюшка ждёт. Она не пощадит вас, но не со зла, - похлопала братика по руке и выпуталась из его объятий. — Увидимся дома.        Но уйти Джи мне не дал. — Мастер, я присоединюсь к вам позже, - твёрдо сказал Джи, удерживая меня за руку. Макаров поворчал, но скорее для вида, и скрылся в доме Полюшки. Тут же раздалась ругань... — Рассказывай, Венди. Я не могу мурчать как Чешир, но выслушать могу.        От тёплой нежной улыбки Джи, который решительно сдернул тряпку с лица, стало так тепло, так грустно, так... Я всё-таки расплакалась, сбивчиво рассказывая, что узнала от Эдо-Грандины.        Джи слушал внимательно, не перебивал, а ещё обнимал и чуть покачивал меня в своих объятиях. Я даже не заметила, как оказалась сидящей на его коленях на поваленном дереве. — Поверь, Грандина очень любит тебя. Она не пренебрегла тобой, она просто заботилась о тебе. Представь, если бы она тогда передала эти знания не Полюшке, а тебе? Маленькой испуганной глупой девочке... Ты бы обиделась куда больше! Тебе ведь тогда не знания нужны были... И ты бы их не усвоила, не смогла бы воспользоваться как следует, - обстоятельно объяснял Джи, когда я успокоилась. — Я не была глупой, - шмыгнула носом, но возразила скорее из вредности. — Не была, - легко согласился Джи, но хитро улыбнулся, прищурившись. - С остальным не поспоришь?        Стало смешно: он решил так по-детски подловить меня! Я не стала сдерживаться, и рассмеялась, утыкаясь в плечо братца. На душе стало легче, а боль, которая, казалось, концентрированной кислотой разъедала внутренности, отступила. Не испарилась за секунды, осталась на месте, но где-то очень глубоко внутри. — Спасибо... — Подожди немного. Я быстро переговорю с Полюшкой, и мы пойдём есть прекрасные блюда Чешира, - взъерошил мои волосы Джи и аккуратно пересадил с колен на бревно.        Я не возражала и с готовностью кивнула.        Поддержка близкого человека - это хорошо, но и побыть одной стоило. И я, и Джи это понимали.        ...уже сидя на ярких подушках из дома Роубаула и наслаждаясь пряным мясным гуляшом с кукурузными лепешками, которые приготовил Чешир, я повторила рассказанное Грандиной. Уже без слез. Брин поворчал - вечно эти взрослые не воспринимают детей всерьёз, Шарли философски рассудила, что всему свое время, а вот Чешир от комментариев воздержался, просто пересев ко мне под бок и громко замурчав. Что бы он ни думал по поводу произошедшего, он желал просто поддержать меня.        Джи был не совсем прав, принижая эту способность Чешира до простого "мурчания"! Я вот считала, что у него величайший дар поддерживать человека, принимать его таким, какой он есть, и не высказывать свое видение ситуации, когда того не требовалось. Я не считала это единственно верным и не обижалась на высказавшихся Брина и Шарли, но Чешир знал, что мне эти слова не так нужны, как чувство, что у меня есть близкий человек. Не осуждающий или одобряющий, а просто стремящийся быть рядом и разделить как радость, так и горе. — Вот наше задание, - протянула я листок Брину и Шарли.        Чешир никогда особо не интересовался листовками, предпочитая знакомиться с деталями и сутью непосредственно через заказчика. Брин и Шарли такого подхода не разделяли и бедную бумажку чуть ли не обнюхали. — Вляпаемся в историю, - брезгливо скривила носик Шарли - это можно было считать предсказанием, которое сбудется в любом случае.        Потому что мы в любом случае неизменно вляпываемся.