Ветер в волосах

       Магнолию покидали на поезде… Малодушно хотелось отправиться пешком или полетом, но далековато, да и нерационально. Пришлось давить в себе драконицу и контролировать шаг, заметно замедлившийся, когда в поле зрения попал поезд. Радовало только, что проделать на пыточном устройстве предстояло не весь путь: друзья пожалели. Сойдем в Ошибане и до Клевера доберемся своим ходом через лес и горы, заодно оценим ситуацию до разговора с заказчиком… Вариант не только устраивал меня, но и очень нравился Брину, любившему иметь представление о задании до обсуждения: так ему было легче торговаться.        Да, заявленная на листовке в гильдии награда не являлась фиксированной: как минимум, предусматривалась возможность ее увеличить, если сложность задания повышалась. Если заказчик не соглашался, отправлялась жалоба в Совет; при ее удовлетворении Рунные Рыцари заботились о восполнении понесенных магами убытков, а заказчик попадал в гильдейский список неблагонадежных. Заказчик не мог нарисовать сумму, исходя из собственного желания: вся система рейтинга заданий была направлена на защиту магов.        Я свалилась на Джи, отгораживаясь от реальности, чтобы хоть как-то обмануть организм. Очень кстати пришлась книга Полюшки по магии душ, прочитанная за пару дней в Магнолии: теперь я могла подробно разобрать ее в голове.        …Не хотелось признавать, но Джи был прав: прошлая я — глупая девчонка, — не оценила бы. Не смогла бы должным образом усвоить. Даже с моими обширными знаниями основы магии душ давались с трудом. Я перебирала прочитанное, делала заметки и составляла список книг, которые позаимствую у Магического Совета, когда отправимся за Джераром.        Я следила за научно-магическими журналами Фиора и могла с помощью ментальной магии выцепить по цепочкам ассоциаций ссылки на указанную в статьях литературу, которые могли мне пригодиться для освоения наследия Грандины. К сожалению, в полной мере понять по-прежнему не могла, да и не хотелось строить обучение на собственных догадках и предположениях: с такими вещами шутки плохи, безалаберность недопустима. Ошибка в целительстве может стоить жизни пациенту, в ментальной магии — рассудка. И тебе, и жертве. В магии душ? Даже знать не хочу.        Однако переданные Полюшкой знания очень меня… Ха! Воодушевили. Да, прежде всего Полюшка буквально потребовала обратить внимание на определённые теоретические разделы, которые помогут исполнить её желание, но это просто цена за знания. А вот что по-настоящему радовало и дарило надежду, так это вероятность вытащить мамочку из меня! Более безопасным и надёжным способом, чем поиски битвы с Акнологией! Мотивации выучиться хоть отбавляй.        Мелькал лишь один вопрос, на который и я сама не могла дать ответ. Моя душа. Точнее, эксперимент Этериаса Марвела, которого я видела в показанных Нирваной воспоминаниях. «Неудачный эксперимент», — так он отозвался о дочери… более чем уверена — обо мне. Куски взрослой души, возможно, даже иномирной (технологии, которые я-она помнила, не встретились мне до сих пор), смешанные с моей-детской? Память прошлой жизни? Мамочка владела магией душ, но не заметила никаких аномалий? Или то, что заметила, не требовало вмешательства? Или — не допускало?.. Даже не знаю, стоит ли спрашивать, когда мы снова встретимся.        Вечером, через целых семнадцать часов пытки в поезде, мы вывалились на перрон Ошибаны. Вернее, все-то вышли спокойно, а вот меня под локоть придерживал Джи, иначе бы я кубарем покатилась бы со ступенек состава. Уже горели фонари, но в городе оказалось душно, как в летний полдень, и многолюдно: всё-таки один из крупных транспортных узлов… Мы задержались ровно на ночь — отдохнуть после поездки и с утра, купив припасы, выдвинуться в лес. Не то чтобы мы не смогли бы себя прокормить, но тратить время на охоту и сбор трав? Лучше взять с собой припасы. Тем более Брин усовершенствовал рюкзаки и сумки — не до бездонности, конечно, но влезало в них куда больше, чем предполагали законы физики, а еще они, даже набитые под завязку, весили почти как пустые. Артефакторика Нирвитов — очень классная штука! Я бы даже изучила ее, но не было времени и должной мотивации, когда под боком уже друг…        Я ничком валялась на кровати, все ещё ощущая муть после транспорта. Перенятые инстинкты и модифицированный эфиром вестибулярный аппарат бунтовали, тошнота не отпускала, а комната слегка покачивалась… Лекарство надо было изобретать заново, и я понятия не имела, с какого края хвататься за решение. Магия душ тут тоже не поможет: это больше завязано на тело, мутировавшее в дракона под действием Эфира. Можно попытаться обратить процессы вспять, но это ослабит мою магию, а это даже не смешно. Я S-класс, и сила мне нужна в пиковом значении, чтобы защищать семью. Перетерпеть транспорт можно, а вот столкнуться с тем, что не хватило силы защитить близких…        Шарли вышла из душа вполне себе бодрой. Выглядела она цветуще. Даже немного завидно стало. — Венди, иди. Мы не знаем когда в следующий раз доберёмся до ванны, — затормошила она меня, присев на кровать, будто из нас двоих я была младше.        Всё-таки Шарли слишком подражала «взрослости» Джи. Провалились ли мы как воспитатели и примеры для подражания или нет?.. — А что тебе подсказывают видения? — спросила я проформы ради в качестве такой семейной шутки, которая вызывает пусть не смех, но улыбку.        Шарли фыркнула, а потом нахмурилась, прикусывая губу. Я даже села.        Атмосфера лишилась и намека на расслабленность. — Я не вижу ничего чёткого, — она начала неуверенно и тихо, как бывало, когда ей совсем не нравилось увиденное или она еще не разобралась, как интерпретировать видение, — хотя ощущения страшной угрозы нет. Сейчас. Но что-то в отдалённом будущем грядёт столь страшное, и… — Она глубоко вздохнула, качнувшись вперёд; я позволила ей уткнуться лбом в плечо, ласково обнимая и перебирая белые локоны. Хотелось дать ей чувство защищенности, понимание, что я рядом. Что бы она ни увидела, я была спокойна. — У нас как будто есть шанс узнать о страшном сейчас, получить предупреждение, какое-то преимущество… Я не знаю, не вижу, как именно. Что, если мы упустим этот шанс? Я даже не могу сказать, что именно мы должны искать. На что обратить внимание.        Шарли не хныкала, не плакала, но я слышала её разочарование и смятение, ощущала слабую дрожь тела. На самом деле она потрясающе сильна, она выжимала максимум из способностей, направляя их во благо нашей маленькой семьи: неважно, на поле битвы или в торговых договорах для «Грандины», — она выкладывалась на полную, и единственное, что не поддавалось контролю — ее видения…        Хотя и их наша талантливая Шарли не теряла надежды обуздать. — Ты слишком много взваливаешь на плечи. Всё хорошо, Шарли, мы справимся. Разве не справлялись до сих пор? — заверила её, нисколько не сомневаясь, что так и будет.        Туманность предчувствия, конечно, напрягала, с предсказаниями Шарли не ошибалась, но ничего непосильного. — Благодаря невероятной удаче. — Шарли фыркнула уже куда живее, восстановив «броню»: в нежный голос вернулись привычные сварливые нотки. — Тоже навык, — не согласилась я и поднялась с кровати — действительно стоило сходить искупаться, пока есть возможность.        Да, путь в Клевер не занял бы много времени, воспользуйся мы крыльями Шарли и Чешира… Но мы хотели изучить местность, так что можем поплутать и день, и два. А если столкнемся с тем, о чем говорит Шарли, — и всю неделю. Лучше сделать по максимуму сейчас, исходя из мысли о худшем развитии событий…        Проснулась я с рассветом от невыносимой жары. Это не было погодой Ошибаны: по ночам температура в городе падала, под утро становилось прохладно. Просто кто-то опять оказался в кровати. Я вздохнула, гадая, как Чешир прошёл в нашу комнату так, что ни я, ни Шарли не проснулись.        Хотя, возможно, для нас он «свой»? — Однажды тебе придётся прекратить так делать, — сказала я категорично, потыкав в щеку Чешира — судя по дыханию, он уже не спал.        Он скривился и открыл один глаз. Слегка взъерошенные фиолетовые волосы падали на смуглое лицо. — Почему? — проворчал он, подбираясь ближе и крепче обнимая, начиная тарахтеть, как большой кот.        Даже в человеческой форме он мог очень громко мурчать. Я погладила между ушей, чуть улыбаясь. — Потому что мы взрослеем. А сейчас пора тренироваться, — сменила я тему.        Не сейчас обсуждать, когда Шарли спит в паре метров. Еще прилетит по голове за то, что потревожили ее королевский сон… Чешир снова поморщил нос, но обещание тренировки заставило его отлипнуть и выпутаться из-под одеяла куда охотнее.        Мы вышли на задний двор гостиницы, по пути заказав у управляющего завтрак на команду. Разминка, привычный комплекс упражнений, чтобы привести в тонус мышцы, разогреться… Я делала больше упражнений на ловкость и растяжку — силу с лихвой давала драконья природа, — а вот Чешир отдавал предпочтение мышечной массе. У него не было магии иллюзий Шарли или барьеров Брина, посохом, как Джи, он тоже не пользовался, — его силой было тело. Достаточно крепкое, чтобы посоперничать с убийцей драконов.        Лёгкий спарринг чуть не перерос в азартный бой, но мы умели держать себя в руках и останавливаться вовремя (задний двор ничуть не пострадал, честно). Всего лишь на полчаса больше запланированного разминались… И разошлись по комнатам, чтобы ополоснуться и одеться. Мне ещё предстояло растормошить Шарли. Вот Чеширу с Брином и Джи было легче… хотя как посмотреть: у Брина до сих пор не исчезла привычка отгораживаться барьером чуть что.        На завтрак мы выползли в разной степени бодрости. Про нас с Чеширом молчу, Джи, как всегда, ожил после чашки чая, а Брин и Шарли клевали носом до самого выхода: оба были теми еще совами. Лишь прогулка через весь город и прохладный туман, оседавший влагой на коже, встретивший нас у границы леса, привели их в чувства. — Лес как лес. С нашим не сравнится, — оценил высокие лиственные деревья впереди Чешир.        Я была согласна: здесь не ощущался избыток Эфира, как вокруг деревни нирвитов в Заветном лесу… Сердце кольнуло от воспоминаний: казалось, только недавно мы и не планировали куда-то переезжать…        Недавно с нами был Роубаул. — Но что-то в нем завелось, раз местные аж задание решили оплатить, — парировал Брин, отвлекая меня от меланхоличной ностальгии.        Он хмурился; его серые глаза осматривали лес так, будто тот был его личным врагом или за каждым кустом скрывался монстр-другой; здесь бы пошутить про паранойю, но, к сожалению, она не была такой уж клинической. Леса Фиора скрывали в себе сюрпризы, зачастую даже не самые приятные, и приключения на любой вкус: пространственно-временные аномалии, темные гильдии, культисты, монстры… Небеса ведают, что еще. — Разведаем сверху? — предложила, заворачиваясь в ветра, Шарли; они с Чеширом распахнули крылья, с которых осыпались частички Эфира, и подхватили Брина и Джи.        Сверху лес выглядел таким же обычным, но, если приглядеться, просматривались тропки, не укрытые кронами деревьев, а вдалеке блестело в солнечных лучах озеро. Туда и направились. Можно было и напрямик, но сначала хотелось разведать местность, посмотреть на поведение животных и на следы в лесу — это могло подсказать, что здесь происходит.        Мы приземлились, не долетая до озера, на поляну. Первое, что показалось странным: тишина, стоило выйти на тропу. Ни шуршания беличьих лапок по коре, ни шелеста птичьих крыльев. Запахи животных были — но застарелые… Можно бы успокоить себя, что по тропинке часто ходят люди, поэтому все обитатели леса держатся подальше, но это совсем бред, не оправдывавший столь оглушительную тишину.        Будто не по лесу идем, а по стерильной оранжерее.        Через десять минут вышли к озеру, блестевшему в солнечных лучах кристально-чистой водой. Каменистое дно, такой же каменистый берег… и фигура в потрепанном бежевом плаще, сидевшая на берегу.        Удочки не было. Еще людей — тоже.        Ветер дул в другую сторону, запахов я не улавливала, но все напряглись. В задании говорилось, что местные отказываются ходить к озеру, пока не решен вопрос с монстрами; не стоит ожидать чего-то хорошего от «смельчака». Кроме того, чему и учит Фиор, так это тому, что люди в плащах — не к добру.        Особенно в столь ясную солнечную погоду… — Добрый день, вы из Ошибаны? Или из Клевера? — доброжелательно начал переговоры Джи, пока мы аккуратно расходились по сторонам, готовые среагировать на любую выходку. — Тут тепло. Не больно. Не хочу обратно, — ответ прозвучал хрипло, надсадно, как у человека, давно не пившего воды или сорвавшего голос.        Фигура чуть раскачивалась и на оклик Джи не отреагировала, а когда братец подошел ближе — резко поднялся уровень Эфира. Человек подскочил, как ужаленный, руками… передними когтистыми лапами загреб мелкие камни на берегу и бросился бежать, капюшон спал, обнажая абсолютно безумные разноцветные глаза и полуживотный оскал.        Чешир, в чью сторону существо побежало, легко схватил его за шиворот, а потом заломил руку-лапу за спину и вжал морду в землю. — Там больно! Не хочу обратно! — оно завыло столь пронзительно, что резало уши.        Я подошла ближе, рассматривая… нечто: волчье ухо торчало из прически, которая представляла из себя куски волос разных оттенков и длины, с другой стороны тоже торчал какой-то непонятный рот, лицо, словно сшитое из разных лоскутов — не все человеческие… Химера? — Куда обратно? — попытался поддержать диалог Чешир, крепко удерживающий жертву.        Желтый глаз с лопнувшими капиллярами безумно вращался в глазнице. — Туда! — голос взвился до визга, а потом упал до грудного рычащего баритона. — Боль! — Сменился хныкающим и почти женским, нежным: — Тьма! Там нас мешают! Мешают, мешают, мешают! — существо срывалось на интонации, будто магнитофон проигрывал записанные голоса.        Несмотря на произносимые слова, осмысленности в твари наскребалось до прискорбия мало. Диагностическое заклинание выдало массив обрывочных данных, подтверждающих: да, химера, — но… с демоническим душком. — Вас мешают?.. — озадаченно уточнил Чешир и посмотрел на меня, но я покачала головой.        Что бы ни делали с этой тварью… человеком она давно не была: обрывки, кусочки каких-то мыслей. Даже воспоминаний, вопреки озвучиваемым словам, не было. Действительно как голая запись голосов. — ДА! Мешают! Тесто! Препараты в склянке! Берут два, мешают, один. Снова два, мешают, один, мешают, выходит, два и один. — Что будем делать? — Шарли скривила нос и со смесью брезгливости и жалости взглянула на него.        Сомневаюсь, что это «чудище» из задания, но, может, его ближайший «родственник»? Да и тут рыбка покрупнее: создание химер запрещено… А тут еще и человеческие… — На его шее что-то, — Джи присел на корточки рядом с завозившейся под хваткой Чешира тварью, отодвинул ворот плаща из мешковины.        На сшитой лоскутами коже оказалась метка, словно выведенная маркером: 7/10. Брин прошипел что-то неразборчивое, но едва ли цензурное; мы были единодушны. — Бегает ли еще девять чудиков такой же степени адекватности по лесу? — задалась вопросом Шарли.        Я бы… хотела верить, что это единственный сбежавший экземпляр. Для нас тварь опасности не представляла, быстро скрутили, но скорость и то, как напрягались мышцы Чешира, подсказывали уровень. Обычному человеку с такой не справиться. — Будем надеяться, что это просто номер стадии… или количество смешанных, — попыталась я ответить оптимистично, но с нашей удачей…       Вообще не удивлюсь, если по всему лесу придется ловить химер. Но что с этой-то делать? Убить? По сути, человеком тварь уже не была — ни мыслей, ни… О, магия душ! Я не могла уверенно ей оперировать, но нащупать саму эфемерную субстанцию?..        Захотелось зарычать и разодрать химеру когтями; я оказалась в шаге от скольжения в драконью ярость.        …что же, если душа и осталась, то под кусками демонической энергии; аж плеваться тянет.        Чешир обвел нас взглядом, ожидая предложений или решений, но в итоге незатейливо свернул химере шею. Та завыла, задергалась и явно умирать от такой малости не собиралась. — Предложения? — сухо поинтересовался Брин, окутывая химеру барьером.        Чешир отпрыгнул, когда золотистая пленка засияла над тварью. — Оставим пока так. Возможно, Рунным Рыцарям и Совету пригодится как доказательства… чего-либо… — Джи разглядывал скулящую тварь без сочувствия: в его взгляде просто не отражалось ни эмоций, ни мыслей.        А я бы избавилась — вдруг кто-то попытается расковырять барьер? Мы же понятия не имеем, где создатель химеры, — но вступать в спор не стала. Сейчас Джи тут командует. Если он считает, что есть смысл приберечь химеру, так тому и быть.        Мы разделились, чтобы обойти озеро, благо что с одного берега можно легко было увидеть другой. Никаких следов иных тварей, никаких следов возможного логова, даже Эфирных следов… Просто озеро. Даже рыба плескалась. Откуда бы ни приползла химера, это место не здесь.        Какие у нас были варианты? В задании говорилось о чудище в озере и призраках в шахтах…        Снова сойдясь рядом с барьером, решили здесь и остаться. Вдруг за химерой кто-нибудь придет? Если и нет, может, загадочное озерное чудище вылезает только ночью? Пока я, Чешир и Шарли решили еще раз осмотреть лес с воздуха, Брин и Джи разбили лагерь.        Высоко в небе ветер не избавлял от мрачных предчувствий и мыслей. Мы облетели весь путь до Ошибаны, но снова не нашли следов. Было бы радостно поверить, что остальные химеры не агрессивны или так и содержатся там, откуда вырвалась эта… В городе мы предупредили местную стражу и Рунных. Те ни о чем подобном и не слышали, но заверили, что из города и так почти никого не выпускают. — Людей уже с десяток пропало. Обычно в сезон так и так пропадают, как пойдут по грибы, но и находятся быстро, живыми или нет. А здесь уже с больше месяца даже следов не обнаруживаем. Это мы-то! Знающие тут каждый куст до последнего листа! — стражник у ворот выглядел раздосадованным и напряженным.        Никто бы и не обрадовался известиям о химерах, тем более на фоне бесследных пропаж. Учитывая бормотание твари, возможно, кто-то из пропавших в этом замешан … Буквально, хах. — Я передам запрос в Клевер, там осталась налаженная лакримовая связь после визита шишки из Совета, — по-простецки сказал дежуривший на воротах Рунный Рыцарь.        Судя по седине в волосах, службу он нес давно.        Меня насторожили его слова. Кому из Совета понадобился почти захолустный Клевер? У них даже шахта не лакримовая, а обычный железный рудник… — А кто был? — не стала скрывать интереса я. — Буран какой-то. Или Бран? Темнокожий и с серебристыми волосами по плечи, важный такой ходил, — пожал плечами он.        В горле зачесалось от желания зарычать. Чешир стиснул мою ладонь; его хвост беспокойно дергался, да и Шарли заметно побледнела. Брайн, ага. Значит, кто-то из его темной гильдии покуролесил? — Спасибо. Обязательно передайте в Клевер информацию по химерам. Думаю, мы уже завтра туда прибудем, если сегодня ночью ничего не поймаем у озера, — попросила я на прощание.        Облетев лес еще раз, на этот раз не только участок между Ошибаной и озером, но и часть между озером и дорогой к Клеверу, мы ожидаемо — опять — ничего не обнаружили. Ни подозрительных строений, ни странных полянок, ни тварей. Просто лес, в котором подозрительно отсутствовали крупные животные: несколько белок все-таки отыскались, но очень уж далеко от озера.        К закату мы приземлились на берегу. Встретили нас костром и уже почти готовым обедом. Химера под барьером не переставала скулить и бормотать про тьму, боль и смешивание — такой себе аккомпанемент посиделкам на природе. Везет же вляпываться во всякую дрянь…        Пока Чешир подхватил готовку, мы с Шарли скупо пересказали полученную у стражников информацию. Упоминание Брайна и темной гильдии настроения никому не улучшало, как и предчувствия насчет химер. Повспоминали недавнюю битву, стараясь обходить тему похорон мастера. Среди темных химер никто не заметил, да и те же «Шестеро Просящих» не демонстрировали симптомов… Видимо, какой-то незавершенный проект? Или Брайн творил на заказ? Все-таки у него не единственная темная гильдия на весь Фиор…        Совсем стемнело. Озеро стало такой же черной бездной, как и безлунное небо над головой; костер делал черноту вокруг только глубже. Брин разбирал бумаги «Грандины», подсчитывал прибыль или налоги, — я не лезла. Да, с бюрократией я управлялась хорошо, но не с торговой ее частью: ведение дел магической гильдии и фармацевтического гиганта, в которого медленно, но верно превращалось предприятие — вещи очень далекие друг от друга. Шарли открыла очередной детектив, а Чешир подбил нас с Джи на игру в карты.        Мы пока лишь ждали, не скрывая свое присутствие и не пытаясь устраивать засаду. Наша цель — привлечь внимание, показаться беззаботными, доступной добычей…        Но, увы, именно к нам на огонек никто не спешил. Зато ветер принес запахи — и, что важнее, крики. Уши Чешира дернулись одновременно с тем, как я поднялась на ноги. Кто-то звал на помощь. Ловушка? Ноющая химера мешала разобрать точнее, но мы, не сговариваясь, взмыли в небо, оставляя Брина и Джи на земле. По мере приближения прибавлялись детали: шуршание одежды, шарканье ног по земле…        Не слишком далеко от озера, в чаще, химера под два метра ростом тащила старика, отчаянно вцепившегося в плетеную корзинку и короткий нож, с каким ходят собирать грибы. Нож темнел жидкостью, мало похожей на нормальную кровь. Она же сочилась из ран на плечах и спине химеры, молча тащившей жертву.        Мы не бросились спасать его. Шарли жестом показала, что полетит обратно, а мы с Чеширом продолжили слежку, аккуратно паря над кронами. Это может привести нас к логову химеролога; конечно же, мы в любом случае спасем старика и не позволим ему пострадать. Просто чуть позже. Даже если сердце слезами обливалось, когда от отчаяния и ужаса старик начал плакать.        Далеко химера не ушла. Вокруг был кусок поляны, окруженный заросшими мхом поваленными деревьями и какими-то булыжниками… Надгробиями. Древними, стершимися, но надгробиями. Уж очень характерно раскиданы. Существо шло к крупному дереву, под которым виднелся темный провал. Нора или лаз, который сразу и не приметишь. Старик в хватке твари странно задышал, будто его вот-вот поразит сердечный приступ.        Ждать больше не имело смысла — мы спикировали одновременно. Я схватила старика и отскочила. Приземлилась с краю поляны, одновременно опутывая спасенного восстанавливающим заклинанием. Чешир легко скрутил химеру: ему не мешала разница в росте и комплекции. — Спокойно, мы волшебники из Хвоста Феи, — утешила я старика, усаживая его на поваленное дерево и слегка сжимая за плечо.        Он посмотрел на мое лицо и резко кивнул; пульс перестал зашкаливать. — Я думал уж, с женой увижусь, — пробурчал он.        Покойной-то, видимо? Я хмыкнула, придержав остроты при себе. Как же, помешали свиданию.        Чешир отскочил, как только вокруг замерцали золотые искры. Барьер Брина накрыл пойманную химеру, а он в компании Шарли и Джи вышел на поляну. Долгих обсуждений не вели, разделяться не стали, и старика прикрыли лишь очередным барьером — учитывая, что слова Брина, что такой «выдержит удар Богоизбранного» уже давно не то чтобы хвастовство, можно не переживать.        Нора оказалась заросшей мхом, но каменистой, а не землистой. До очевидности рукотворной, причем вырытой человеком. Мы спускались по скользким ступенькам все глубже во тьму, лишь слегка подсвечивая путь барьером-сферой в руке Брина. Когда лестница закончилась, Брин развеял сферу — по стенам развешаны были лакримовые фонари. Место казалось помесью склепа и шахты: ржавели под ногами рельсы для вагонеток, в стены уходили глубокие ячейки — внутри пары из них было по гробу. Разнообразные запахи наполняли нору; пожалуй, идти смысл имело только вслед за человеческими, кажущимися наиболее свежими.        Коридор разветвлялся: рельсы вели в одну сторону, возможно, соединяясь где-то там с рудником Клевера, а еще два отнорка вели, предположительно, в сторону озера. Человеческие запахи вели к крайнему коридору, из которого навстречу вышло четыре химер даже больше последней. Они рычали, с их ртов (у одной — с целых трех на одном черепе) капали слюни.        Они сорвались с места с чудовищной скоростью… Для человека. Рожи размазались прямо об барьер, который Брин выставил на рефлексах; воздух наполнился скулением. — Давайте проверим, насколько они убиваемые, — предложил Джи.        Ну да, для Совета хватит и двух на поверхности.        Я бросилась проверять химер на прочность с радостью: драконица ревела, жаждая избавить мир от заразы. Сшитые тела имели защиту, схожую с таковой у волшебников, более того, эфир будто отражался, не причиняя вреда: ветряные лезвия нежным бризом прошлись по коже химеры. Шарли пришлось проще: генерируемое ее перчатками электричество не являлось эфирным, так что тварь дергалась марионеткой. Чешир вбивал ногой голову одной из тварей в каменный пол. Я тоже перешла к грубой силе.        Нам понадобилось около пятнадцати минут. Победить нетрудно, химеры не отличались разумностью, скрутить — легче легкого. А вот убить… Оторванная голова не то чтобы сильно влияла. А вот магия душ, стоило мне «потянуть за ниточку», показала себя прекрасно: тварь буквально расползлась на лоскутки. — Сопротивляемость эфиру. Кроме того, химеролог использовал что-то похожее на магию душ. Демонические эманации, — озвучила наблюдения, хмурясь.        Спасибо огромное Зерефу и Этериасу Марвелу за потрясающее наследие, вроде Делиоры; демоны — трудноубиваемые разрушительные твари. На заре «карьеры» Зерефа, ставшего страшилкой, наверное, всего мира, популярны были экзорцисты; так называли наиболее приспособивших магию и разработавших подходящие заклинания охотников на демонов. Кажется, на всякий случай у Совета осталась парочка специалистов… Вот бы их сюда. — Очередной вскрытый склеп. Каков шанс, что он принадлежит Зерефу? — пробурчал Брин; даже упоминания демонов вызывали у него мрачное настроение.        Неудивительно: он родителей лишился из-за Делиоры. Шарли хмурилась, смотря на крайний проход. И без слов и видений понятно было, куда нам двигаться дальше.        Коридор оказался прямым, с минимумом светильников, однако в нем начали появляться двери. Шум отсутствовал. Либо мы тут одни, либо оставшиеся обитатели прячутся. В одной из комнат нашлось что-то вроде кладовки с деревянными ящиками, от некоторых несло подгнившей едой. В другой — лабораторное оборудование, даже вздутые от сырости журналы, куда тут же сунул нос Джи. И правда, стоило прочитать до того, как это изымут Рунные…        Я подлезла ему под локоть, заглядывая на страницы. Судя по датам, база существовала уже пятый год, но изначально автор сухих строчек интересовался мертвыми телами древних магов, похороненных в фамильном склепе. По его теории, древние маги обладали могуществом, недоступным современным волшебникам, — и он препарировал тело за телом, пока до него не снизошел некий Темный Священник. Не наказал за осквернение могил и останков, скорее, оказался сам заинтересован в исследованиях. Забрал несколько мертвых тел, сказав, что у тех есть неплохой потенциал… и оставил посох-череп. Судя по описанию и рисункам в журнале, с похожим расхаживал Брайн. — Ну конечно, тёмный маг вёл дневник! — закатив глаза, отступила от Джи и перевела взгляд на Брина, рывшегося в книжном шкафу в углу. — Что такого-то? — удивился Чешир, брезгливо смотревший на операционный стол, но мгновенно переключивший внимание на меня. — Это закон жанра, пусть мы и не в детективе, — снизошла Шарли, кривя нос на человеческие органы в банках у другой стены.        Вот-вот: закон жанра. Хотя, благодаря любви всяких самозванных исследователей к писательству, намного проще выполнять задания… Я подошла ближе к столу, от которого совсем не пахло свежей кровью. Застарелой, к слову, тоже. В отличие от кладовой, это место отдавало скорее стерильностью с нотками влажной бумаги и пыли. — Этот безумец мог переключиться на живых людей? — Джи, закрыв журнал, посмотрел на меня и Чешира. — Свежим не пахнет, — фыркнул Чешир, озвучивая наши общие наблюдения. — Если химер и делают тут, то не в этой комнате.        А судя по журналам — никто младше пары сотен лет хозяина их и вовсе не интересовал. Так что либо Брайн, либо загадочный Темный Священник привели кого-то еще в компанию к недо-некроманту. Ранг задания и правда рос на глазах…