Часть десятая: имя
28 января 2019 г., 06:38
— Давай, милая, не стесняйся, — ободряюще говорит Ванилла на лестнице, ведущей в гостиную, где Крим, Чиз и Эми ждут их с завтраком.
Мария выглядывает из спальни Ваниллы и следует за кремовой крольчихой чуть медленно, кажется, все еще нетвердо держась на ногах.
— Немного старомодно, но мы можем купить тебе более подходящую одежду позже, — говорит Ванилла своим мягким голосом, спускаясь за Марией.
Внизу в гостиной Эми предлагает желтой ежихе присесть, а остальные присоединяются к ней вокруг стола.
— Ну и как ты себя чувствуешь? — спрашивает Эми молодую девушку и протягивает ей корзинку со свежими булочками.
— Я в порядке, спасибо, — говорит Мария, все еще немного смущенная тем, что произошло ранее, берет кусок хлеба и передает корзину Крим. — Я очень сожалею об этом, я не знаю, что случилось…
— Не нужно извиняться, моя дорогая, — по-матерински говорит Ванилла своим обычным спокойным тоном. — Так что же намазать тебе на хлеб? Масло, джем или мед… — Ванилла замолкает на мгновение. — Ой, подожди, прости, я виновата… ты, наверное, не знаешь, что это такое. — Крольчиха-мать берет со стола чайную ложку и собирается открыть одну из баночек.
— Я думаю, я выберу мед… — перебивает желтая девушка; крольчиха сомневается, но передает мед Марии.
— Ты знаешь, что это такое, или выбрала просто наобум? — спрашивает ее Эми. Секунду Мария молчит и думает, прежде чем ответить на вопрос розовой ежихи.
— Примерно знаю, да… он липкий… И сладкий. — Она открывает баночку и вдыхает запах, втыкает в мед нож и затем замирает.
— Что случилось? — спрашивает обеспокоенно Ванилла.
— Его делают… какие-то крошечные зверюшки, не помню, как называются… — говорит Мария и намазывает на хлеб немного меда. Ванилла, Эми, Крим и Чиз с удивлением смотрят друг на друга, прежде чем находятся, что ответить.
— Пчелы? — все еще немного неуверенно спрашивает она их.
— Верно, — добродушно отвечает Ванилла.
— Похоже, твоя голова не настолько пуста, — замечает Эми.
— Ты еще что-нибудь знаешь? — с интересом спрашивает Крим.
— Чао! Чао! — говорит Чиз, прыгая вверх и вниз.
— Я не знаю… — говорит Мария и надолго замолкает.
— Чаю кому-нибудь? Мама делает самый вкусный чай, — предлагает Крим, пытаясь разрядить эту несколько напряженную атмосферу.
— Да, пожалуйста… — отвечает Мария, протягивая чашку Крим; она наливает немного чая, достает сахарницу, но Мария останавливает ее:
— Без сахара, пожалуйста.
Крим кивает и протягивает ей чашку.
— Спасибо, — говорит она и делает глоток.
— Молока? — спрашивает Ванилла; Мария на мгновение задумывается, словно пытается вспомнить, что это такое, а потом кивает.
— Да, пожалуйста.
Ванилла передает ей маленькую баночку.
— Спасибо… — говорит Мария, беря ее в руки.
— Я знаю, о чем вы думаете… Вы хотите знать, кто эта девушка, о которой вы заботитесь последние пару дней… — говорит Мария с легкой грустью, наливая молоко в свою чашку, и вздыхает.
— Боюсь, я не в состоянии дать вам нужные ответы… — она снова вздыхает и ставит банку обратно на стол. — Моя голова в беспорядке, у меня там как будто большая темная дыра, окруженная странными образами людей, которых я не знаю… или думаю, что не знаю.
— Попробуй описать их, — подсказывает Эми; Мария смотрит на нее и переводит взгляд на чашку в руке.
— Есть два конкретных образа, которые продолжают появляться. — Она закрывает глаза, словно пытается их представить. — Пожилой мужчина с густыми усами и очками… он очень высокий и… не особенно худой…
— Доктор Эггман? — спрашивает Крим, но Мария лишь качает головой.
— Нет, не он… подождите, это уже получается три человека… кем бы ни был человек, о котором я думаю, он намного старше, но он очень похож на Айво… — Мария замолкает, размышляя.
— К слову о нем, кем ты приходишься Эггману?.. То есть, Айво? — интересуется Эми.
— Он мой отец… наверное… — задумчиво произносит Мария.
— Тогда… кто твоя мать… — задает вопрос Крим.
— Мм… — Мария с легким сомнением смотрит на Эми. — Я помню, что считала Эми кем-то вроде своей мамы…
Эми не смогла сдержать легкую улыбку.
— Но, раз вы спрашиваете, я полагаю, что это не считается… тогда я не думаю, что она у меня есть… — немного подавленно говорит Мария.
— Тогда, я думаю, в конечном итоге ты его эксперимент… — бормочет Эми и берет чайник с чаем, все еще сомневаясь, поступила ли она правильно, выкрав Марию.
— Кто еще есть в твоих воспоминаниях? Кроме старика и Айво? — спрашивает Ванилла, пытаясь помочь девушке вспомнить; Мария напряженно смотрит на ее лицо и молчит.
— Другой — это… еж… черно-красный самец с малиновыми глазами…
— Шедоу?! — восклицают одновременно Эми, Крим и Ванилла.
Мария на секунду замолкает, но, когда она собирается что-то сказать, хватается за голову, как будто ее накрыла сильная головная боль:
— Ах!
— Ты в порядке? — в тревоге спрашивает Ванилла и бросается к Марии; мгновение Мария не отвечает.
— Я в порядке… — она убирает руку с головы и смотрит на остальных. — Теперь я в порядке… Я не знаю, что случилось; мне показалось, что имя что-то напомнило, — говорит она и чуть-чуть смущенно фыркает.
— Может, нам стоит прекратить допрос и позавтракать? — бодро говорит Ванилла и предлагает Марии тост. — Я уверена, что от еды тебе станет легче, и совсем скоро ты все вспомнишь.
Мария кивает на слова крольчихи и берет тост.
— Еще один вопрос! — перебивает Эми. — У тебя есть имя? Если ты можешь вспомнить его, конечно.
Мария на мгновение задумывается, а потом отвечает.
— Меня зовут Мария… Мария Роботник.
Остальные на короткое время замолкают и смотрят друг на друга: все они думают об одном и том же, но продолжают завтракать, полагая, что она не может быть той самой Марией Роботник.
