Жизненные волки

      Потрясающая акустика мансарды позволяла улавливать каждый шорох, каждый шаг постороннего человека, шелест ветра, медленно проникающий в открытое настежь окно. Мягкие солнечные лучи охватывали всё большую и большую территорию, постепенно наполнив некогда пребывавшей в ночном сумраке город.       Сандра видела перед глазами аметист. Его насыщенный фиолетовый цвет так и завораживал, манил к себе. Фигуристка осторожно взяла камень в руки и присмотрелась. Была в нем какая-то неразгаданная тайна, особая изюминка, выделяющая камень среди тысячи сияющих кристаллов.       Научись прощать, и твой мир вновь обретёт краски…       Ник вылил на сестру оставшуюся в стакане воду и довольно улыбнулся, когда та, подскочив, раскрыла глаза. — Наконец-то ты проснулась, сестрёнка. Уже самое время отправляться на миссию, если ты не забыла. Хорошо, что выспалась, теперь хотя бы на человека похожа. Руку я тебе перебинтовал, так что можешь не беспокоиться. Вставай, у нас мало времени.       Сандра убрала за уши спавшую на лоб золотистую прядь волос и как-то странно посмотрела на брата. — Ты дал мне снотворное? — спросила она, не сводя с фигуриста пристального взгляда. — Не забывай, что ты имеешь дело с волшебником, умеющим наводить сладкий морок. Думаю, тебе должна была присниться какая-то важная вещь, обычно так всегда случается, если я кого-нибудь заставляю отправиться в царство Морфея.       Сандра задумалась. А ведь брат прав. Та фраза глубоко засела в памяти девушки, и волшебница снова окунулась в сон. Аметист и чей-то вкрадчивый голос. Похоже, именно они и являются ключом к разгадке. — Я не понимаю одного: почему мы не можем обратиться к Жене? Мы собираемся пробраться в дом его отца, значит, он должен знать правду и может помочь, хотя бы в качестве экскурсовода. — Давай не будем о Жене, — блеск в глазах Тумановой внезапно потускнел, и она медленно встала с кровати. — Я знала, что ты способен на многое, но усыпить меня в доме Венедикта, да ещё в такое время, когда ситуация накаляется… — девушка медленно побрела к двери, так и не договорив. Язык не поворачивался назвать Венедикта Сергеевича дедушкой. Николас поспешил за сестрой. — Погоди, почему ты так отреагировала на моё предложение позвать Женю? — дар едва поспевал за лунэстрелией. Сандра прикусила губу и, едва сдерживая слезы, ответила: — Женя однажды меня уже оставил. Ты знал, что он — Волчонок? — златовласка всё так же шла вперед, словно пыталась сбежать от горькой правды и опасности, воцарившейся вокруг. — Ты решила так только потому, что услышала, как его называют друзья? Брось, Сан. Мало ли Волчат во всём мире, — Ник наконец-то поравнялся с сестрой, но та всё ещё неслась к ступенькам. — Он — оборотень! Думаешь, я за несколько лет забыла, какого цвета был тот волк? У него те же глаза, тот же оскал. Я не знала, что Женя — не обычный волк. Оборотни всегда больше в холке, их легко обнаружить. Но я все же не обращала на это существенного внимания — голова была забита совершенно другим. Но ты-то знал, — в голосе фигуристки прозвучал небольшой укор.       Было действительно больно осознавать, что человек, который однажды причинил тебе боль, снова появился в жизни и теперь играл всё более значимую роль.       Сандра схватилась за голову, понимая, что над ней опять нависла мысль о том, что её снова бросят, снова оставят, не предоставив никаких объяснений. Она научилась защищать себя, научилась отвечать соперникам, но в душе оставалась робкой девушкой, вынужденной обороняться и скрывать свои чувства от посторонних. Мир вокруг перевернулся, душевные раны были не залечены. Только с Леоном, братом и кузеном Нилом Сандрина чувствовала себя в полной защите, а Алисия, Мэдисон и Ана Роса с Лусианной стали для неё настоящим спасением. Словно глоток свежего воздуха, они ворвались в её жизнь и вновь заставили улыбаться самой яркой улыбкой. Впрочем, многое для неё, увы, до сих пор оставалось загадкой. — Да, я знал, что он не простой волк, но не должен же я трещать об этом на каждом углу? Это тайна, а их хранить я умею. Поверь, я знаю, что тебе можно доверять, но я хочу тебя защитить. Иногда знания становятся оружием и могут принести огромный вред. Думаешь, мне нравится, что ты ввязываешься во все эти передряги? Ты решительная и смелая, но все же девочка, а проводишь свою жизнь в постоянном напряжении. Я знаю, что ты хотела бы жить, как андары, просто заниматься фигурным катанием и учиться в институте, но тебе приходится помогать нам… У тебя другая судьба, судьба дары, и порой от этого становится не по себе.       Сандра внезапно застыла на месте и посмотрела брату в глаза. Он заметил, что её лицо смягчилось, по щеке медленно сползла слеза. Сандра крепко схватила Ника за руки и, не сводя с него взгляда, сказала: — Послушай, я безумно люблю тебя, братишка, и я счастлива, что ты у меня есть. Если я могу тебе чем-то помочь, то только рада и нисколько не жалею, что родилась в семье даров. У меня самые лучшие родители в мире, да мне и не надо большего. Ты для меня опора и поддержка, я всегда защищала тебя и буду делать это впредь. Но с Женей всё обстоит куда сложнее, — Сандра опустила голову на плечо Ника, — я знаю правду, это мешает мне смотреть на него так же, как и раньше. Но мне нужно время, чтобы понять его. Прошу, давай не будем тревожить его сейчас. Не хочу кого-то ещё втягивать во всё это.       Туманов понимал, что сестра права, но чувство вины перед другом за самодеятельность не давало ему покоя.

***

      Женя, пошатываясь, встал с земли и осмотрелся вокруг. Генри все еще был без сознания. Королёв смутно помнил, что произошло после исчезновения Тумановых в портале и так же плохо соображал, что происходило сейчас. Какой-то посторонний шорох привлек внимание хоккеиста, и тот, отбросив безопасность на дальнюю полку своего мозга, пошел по переулкам просыпающегося города.       Собственно говоря, далеко идти не пришлось. Женя напряженно всмотрелся в темноту и замер. Явно мужская фигура, одетая во все черное, смотрела прямо на оборотня. Темные глаза сверкали злостью и насмешкой.       Женя спокойно вышел к незнакомцу, держа в голове наготове несколько мощных заклинаний и перебирая, какое из них выгоднее применить к врагу, когда сил почти не осталось. Однако все его мысли вмиг улетучились, когда за спиной незнакомца появилась девушка, которую Королёв знал до последнего миллиметра. Обхватив за талию парня и улыбаясь, рядом с соперником стояла Саша. — Тема! Ну пойдем уже, а? Мы собирались насладиться вечером, а не ходить по темным переулкам! Ты еще там о чем-то поболтать хотел. К тому же… Ой, Женечка, привет. А я тут… — девушка поспешно отошла от Артема и опустила голову. — Да я все вижу… — Жень, мы просто друзья. Одноклассники, только и всего! Ну, Женечка!.. — Туманова сделала несколько шагов к хоккеисту, но тот только вскинул на нее гневный взгляд: — Знаешь, Саш, так даже лучше, — Женя улыбнулся самой счастливой и искренней улыбкой, на какую только был способен, — нет, правда! Мне очень сложно с тобой общаться и, если признаться честно, ты мне не нравишься и никогда не нравилась. Отношения с тобой меня угнетают и я рад, что все закончилось вот так, — резко развернувшись, юноша быстрым шагом направился обратно к поляне, насвистывая какую-то приятную мелодию, а Саша, пожав плечами, вновь переключилась на Артема. — Так мы идем, или как?

***

      Лусианна обняла себя за плечи, ощутив набегающий холодок и с беспокойством оглянулась по сторонам. На улицах Магириуса появлялось всё больше сонных студентов.       Еле раскрыв глаза, они двигались на уроки, а ведь помимо магической жизни их ожидала ещё и обычная, земная. Лусианна взглянула на часы, с трудом сдерживая гнев. — Ну и где она ходит? — Оглянись, — Ванесса подошла к подруге и крепко обняла её. — Давненько мы не виделись после того дня. Ты провернула хорошую махинацию, девочки поверили в твою игру. А с виду такая неприступная и принципиальная. Лусиана нахмурилась: — Ты позвала меня только за этим? Я не хочу обсуждать тот день, я сделала то, о чем меня попросили. Если бы я не была уверена в правильности своего выбора, никогда бы его не осуществила. Юра сумел убедить меня, так что о принципах тут речи и не было. — Юрий обладает отличной харизмой и умением внушать, не правда ли? Но мне кажется, что он ведет двойную игру. В любом случае ты знаешь, что делать. Тимур скрывает ото всех тот факт, что его племянница является оборотнем, то есть я. Боюсь, что информация может просочиться, и тогда плохо будет прежде всего ему. Моя мать не даст меня в обиду, но всё же вероятность есть. Мы могли бы заключить сделку, у нас отличный тандем. Ты поможешь мне?       Лусианна повернулась к Ванессе и посмотрела той прямо в глаза. — А в чем заключается моя миссия? Ты не сможешь справиться самостоятельно без меня?       Ванесса рассмеялась, но Лусирия догадалась, что этот смех дался шатенке нелегко. Изобразив на лице вымученную улыбку, она ответила: — Прежде всего я хочу начать с твоего брата.       Ванесса умело замаскировала темные круги под глазами, но даже они не могли спрятать всю горечь и обиду, которые девушка так тщательно старалась навсегда оставить позади. Образ Ника всё чаще появлялся перед глазами, его потрясающие глаза, обалденный стиль и веселый жизнерадостный характер. Он был оптимистом, но, когда речь заходила о важном деле, превращался в серьёзного парня, готового принять решение. Он часто улыбался, и было в его лице нечто светлое, приманивающее. Ванесса ловила себя на мысли, что этой чистоты и искренности почти нет у неё, да и эмоции в последнее время выходили каким-то неестественными.       Точно фарфоровая кукла, она вела себя в обществе непосредственно и сдержанно, а, смыв весь грим, превращалась в милую девушку, познавшую всю горечь безответной любви. Она становилась сама собой, и это отражение не являлось маской. Впрочем, Ванесса и сама не понимала, где она настоящая, а где маска. И кто та девушка, вечно являющаяся в зеркале вечером, милая и застенчивая, неуверенная и хрупкая?

***

      Удивившись самому себе, парень-волк пришел домой. Именно домой — туда, откуда ушел месяц назад. Евгений вошел в дом своего отца, в свои родные стены. С легкостью повернув ключ в замке, он по-хозяйски открыл дверь и, не разуваясь, прошел в гостиную.       Юноша уже хотел было постучать к отцу в кабинет, но замер, вслушиваясь в голоса за дверью. — Юра, я не знаю, что делать. Мне не к кому больше идти, помоги мне! Он ведь и твой сын — поговори с ним. Я умоляю тебя, я прошу как мать! Юра… — голос Виталины дрожал и срывался. — Вот именно, Вита, ты его мать! Неужели сама не можешь найти подход к сыну? Он вырос, он взрослый парень, и ты это прекрасно знаешь. Женя умный и, что странно, добрый. Поговори с ним, — Юрий как всегда был резок и прямолинеен, но в его словах явно чувствовалась насмешка над бывшей женой. Жене даже показалось, что отец ехидно улыбался. — Ты ведь так и не объяснила ему причину нашего развода? Он не знает и половины, иначе бы понял меня. Мы оба любим сына, но у нас есть долг, не забывай об этом, — голос Юрия задрожал, и Женя нахмурился, ощутив, что отец сейчас чувствует себя неуверенным и, казалось, таким уязвимым. Дернув дверную ручку, юноша ворвался в кабинет: — Кто-нибудь подскажет мне, что здесь происходит?       Виталина была явно застигнута врасплох и буквально вжалась в черное кожаное кресло в то время, как её бывший муж беспечно скрестил руки на груди и спокойно смотрел на сына. Но хоккеиста эта картина привлекала меньше всего.       Старинная ваза, самая большая из всех, что Юра когда-либо покупал, сейчас находилась совершенно не на своём месте, да ещё и перевернутая. А из-под неё выглядывали носки острых туфель лимонного цвета. — Кажется, мне пора. Я вас лучше оставлю наедине, — Виталина осторожно встала из-за стола и выбежала из комнаты, задев сына плечом, но тот даже не обратил на это внимания. Пожав плечами, Юра стремительно направился следом за ней: — Я провожу.       Лучшего момента Женя и не ждал. Фортуна оказалась к нему благосклонна, и парень едва ли не ликовал. Сунув руки в карманы, он несколько вальяжно, точно его вовсе не интересовало происходящее, подошел к вазе. Та слегка отодвинулась в сторону, и оборотень уже окончательно убедился в своих подозрениях. Выждав ещё минуту, он одним резким движением обхватил неугомонный предмет и снял его с застывшей от страха девушки. Сандра подняла на парня испуганный взгляд проницательных голубых глаз. — Что всё это значит? — Что ты здесь делаешь? Мы выиграли? Как прошла битва? — Сандра постаралась перевести тему, но хоккеист цепко схватил её за руку, давая понять, что попытка не увенчалась успехом. Сандра посмотрела ему прямо в глаза и резко развернулась к окну, ощутив, что всё внутри буквально переворачивается от обиды и злости, злости на саму себя. Она снова загоняет себя всё в те же сети. — Ты шпионка? Решила понаблюдать за моим отцом или матерью? Знаешь, после твоей сестры я ничему не удивлюсь, ты, наверняка, такая же, как и она, несерьёзная и лицемерная. Подслушивала разговор моих родителей? Ты специально наблюдаешь за мной? Конечно, тебе же ничего не доставляет большего удовольствия, — Женя понимал, что в нём говорит ни что иное, как ярость из-за Саши и обида. Он попался на её удочку, как последний дурак.       Повелся на шантаж отца, а тот даже и не думал причинять вред бывшей жене.       Слишком уж они мило беседовали о сыне, без всяческих угроз. А Виталина и вовсе вела себя как хозяйка. Будто бы она отлучилась на пару дней и недавно вернулась из отпуска, устроив в доме тщательную проверку. — Ну да, участвуешь в битвах, вечно стремишься появиться первой и показать, какая ты мощная, а сама и любить-то не умеешь, только говоришь о чувствах, при этом пытаешься быть независимой и непобедимой скалой. Ничто тебя не проймет. Даже мимо бездомного котенка, наверняка, пройдешь и не оглянешься, потому что для тебя и твоей сестры люди — игрушки. — Господи, откуда ты всё это взял?! Да что ты знаешь?! Ты думаешь, что я совсем… — она уже с трудом держала себя в руках, глаза застилали слезы, но, собрав всю свою волю в кулак, златовласка договорила, — не имею никаких чувств? Что я — чурбан? А ты не думал, что за всеми поступками стоит нечто большее? Забота и боязнь, например. — Забота и боязнь? — он взъерошил свои длинные волосы и ещё раз косо посмотрел на девушку, но без ухмылки, а как-то… тепло, что ли? — Да! — почти выкрикнула она, а затем, когда он подошел ближе, прошипела, — лучше не подходи! — Может, хватит уже строить из себя недотрогу?! — Что? — Туманова потеряла дар речи, и, пока собиралась с мыслями, он одним резким движением притянул её к себе и поцеловал…       Сандра, полностью потеряв над собой контроль, обхватила хоккеиста за шею, а он сильнее притянул её к себе. Девушка подняла на юношу свои ярко-голубые глаза: — У тебя же есть Саша, — прошептала она, ощущая, как эти слова превращаются в ледяные осколки и разлетаются вдребезги в душном воздухе помещения. — С сегодняшнего дня это не так. — Женя как-то странно ухмыльнулся и приобнял златовласку за талию. — Сан, прости меня.       Сандра опустила голову, стараясь прийти в себя после своего первого и неожиданного поцелуя. — Ты извиняешься, как Евгений Королев или как Волчонок? — спросила она, и Женя застыл на месте, как вкопанный. — То есть ты всё знаешь?       Но Сандра не успела ответить, в комнату ворвался запыхавшийся Ник и натянутым, прерывистым шепотом изрек: — Сюда идет Юрий!

***

      Самолёт плавно рассекал облака, а Алисия не отрывала глаз от книги, перелистывая страницу за страницей. Данил сидел рядом и внимательно наблюдал за волшебницей. Юноша подмечал каждую деталь: вот легкая подкрученная прядь спала на глаза, но тонкая изящная рука вмиг убрала ее за ухо; вот девушка прочла волнующую строку и ее грудь начала вздыматься сильнее; вот с героями произошло что-то хорошее и тонкие губы растянулись в легкой улыбке, показывая маленькие ямочки на щеках. Парень не отрывал глаз от спутницы, которая, казалось, не замечала ничего вокруг. — Ну, что ты смотришь на меня, как на восьмое чудо света? — гимнастка резко захлопнула книгу и вскинула на Данила свои зеленые глаза. Тот резко отвернулся, сделав вид, что понятия не имеет о чем говорит девушка. — С чего ты взяла, что я на тебя смотрю? Нужна ты мне больно! — Ну да, как же! — Слушай, вот ты читаешь своего Марка Леви, ну и читай его дальше! Тебе всего двадцать семь страниц осталось. Судя по тому, как быстро ты прочла предыдущие триста, через десять минут ты дочитаешь книгу до конца, — Мирный нахмурил брови и поправил свою челку. — Что я слышу! И это говорит человек, который на меня не смотрит! Ты когда с чем-то споришь, хоть думай! А то так все тайны выдашь и не заметишь! — рассмеялась шатенка и вновь опустила глаза в книгу.

***

      Габриэль уже не раз поражался жене. Та преспокойно готовила завтрак, вернувшись с изнуряющей и утомительной битвы, длившейся более четырех часов. Алиса на секунду открыла кастрюлю с варящимися в ней пельменями и добавила туда щепотку ароматной приправы. Приготовление блюд всегда помогало женщине успокоиться. Различные рецепты, процесс самой готовки, доставляли неимоверное удовольствие селесте, и она то и дело пробовала что-то новое.       Габриэль понял, что жена проводит очередной эксперимент с завтраком, когда до него донесся слабый аромат специй, которые женщина обычно добавляет в яичницу для аромата.       Алиса повернулась к мужу и, ласково улыбнувшись, погладила его по темной, уже начавшей седеть голове. Впрочем, такой внешний вид делал Габриэля всё более и более солидным, превращая его в настоящего красавца-мужчину средних лет. — Ты пошла против тестя. Я просто в шоке и одновременно в восторге, — протянул селест. — Ради своих детей я готова порвать любого, даже тестя. — А лучшую подругу? — Знаешь, наши дети — это наши дети, но мы останемся подругами несмотря ни на что. Думаешь, я когда-нибудь её предам? Да и к Жене я отношусь, как к родному, с детства знаю его. — Согласен, мы с Юрой тоже придерживаемся такой политики. Даже союз с Сашей обговорили ещё давно, ей ведь нравится Женя, а она нравится ему…       Алиса как-то странно посмотрела на мужа, а затем присела напротив, не забыв утаить огонь на плите. — Не знаю, кто ей нравится, но точно не Женя. Она вечно возле каких-то парней крутится, и я переживаю по этому поводу. Чересчур уж она общительная в этом плане. А Сандра… Единственная девочка в нашей семье, за которую я могу быть спокойна, — Алиса вложила ладонь в руку мужа, — постарайся не лезть в их личную жизнь, я тебя очень прошу. Ник с Мэдисон справятся с нашей помощью, но вот к Саше и Садре лучше не лезть. Они будут устраивать свою судьбу сами. Поверь, мой отец уже как-то попытался влезть в мою жизнь…       Алиса замолчала и опустила голову, стремясь спрятать улыбку, но Габриэль понял, что речь идет о чем-то действительно важном. Но жена так ничего и не ответила, даже наоборот, подала очередной повод волноваться, громко расхохотавшись, точно вспомнила старый анекдот. Хотя, может, так оно и было.

***

      Шелест листвы стих, и всё вокруг погрузилось в утреннюю суету. По небу летали птицы, люди спешили на работу, дети выходили на улицы, чтобы провести это утро на площадке, играя и катаясь на качелях.       Леону нравилось наблюдать за тем, как город оживает, и постепенно всё больше и больше молодежи появляется на улицах, машины покидают стоянки, а в магазинах снова появляется очередь. Нравилось хоккеисту и ехать в переполненном вагоне метро, слышать шаги и звонкий смех студентов, наблюдать за семьями и, конечно же, просто жить. Расправив плечи, юноша шел по улице, и всё его тело буквально трепетало от умиротворения и гармонии, царившего повсюду.       Алиса Витальевна полчаса назад накормила парня, и тот теперь думал, что вряд ли захочет есть до вечера, а Габриэль влюбленными глазами наблюдал за стройной блондинкой-женой. Она подмигнула мужу и, услышав телефонный звонок, выбежала из кухни.       Леон удивился, что Габриэль решил с ним напрямую поговорить о дочери. То и дело оглядываясь, не пришла ли жена, селест с горем пополам посвятил хоккеиста в свои планы. И Вимильянов не переставал удивляться тому, что Туманов-старший стремится помочь ему завоевать Сандрину.       Пихнув рукой в сторону ветку, свисающую над головой, хоккеист пошел дальше, не обращая внимания на гудящее тело. В конце концов, он шакал и лис, так что может без труда за себя постоять.

***

      Селестина Николаевна ворвалась в дом дочери без стука и решительным шагом направилась на кухню, откуда доносились грохот посуды и шум воды. Несколько прядей выбились из причёски, и женщина убрала их нервным жестом. Губы плотно сжались, на шее пульсировала жилка, а взгляд блуждал по дому, будто бы искал ответ на безмолвный вопрос.       Белый кот Персик выскользнул из ванной комнаты и осторожно направился вслед за дарой, предчувствуя что-то интересное. — Алиса, можешь объяснить, как так вышло? — Селестина Николаевна подошла к дочери вплотную, и та подскочила от неожиданности. — Ты о чём, мама? — Я о кольце. Кольца Небесных, лунное и солнечное, как вы могли так необдуманно поступить с ними?! — дара устало провела рукой по лбу и присела за стол. — Я не знала всего, но теперь понимаю, в какую историю мы все дружно вляпались. Милая, надо было посоветоваться со мной! — Мы хотели обезопасить их, — прошептала Алиса, вглядываясь в испуганное лицо матери. — В итоге стало только хуже… Эшли за это уже поплатился жизнью, на очереди следующие. Дай Бог, чтобы об этом в ближайшее время не узнали охотники и Венедикт, иначе мы пропали.       Она покачала головой, обдумывая дальнейшие действия, а Персик сидел у двери и внимательно слушал хозяек. Каждое их слово в голове кота складывалось в когда-то запутанный пазл.