My Personal Diary / Мой личный дневник.

Неделя. Прошла грёбаная неделя, которая тянулась дольше, чем все годы моего жалкого существования. Я каждый день заходил на тот самый сайт, но не видел там и близко никаких намёков на результаты. Я настраивал себя на худшее, но я всё равно понимал, как я расстроюсь, если меня не возьмут на роль этого... Арти. Дорогой дневник, я очень нервничал тогда, поэтому не мог писать тебе. Я не мог писать вообще, мои руки тряслись, как у алкашни подзаборной, я не мог есть, пить и в принципе ровно стоять на своих двоих. В школе я упал в обморок. Когда разгружал коробки с печеньем из грузовой машины, из носа потекла кровь. Последнее, что я помню - это коробка, которая падает на землю, а вслед за ней летят бурые капли крови. Всё меркнет, и, наконец, наступает звенящая тишина. Мне снится сон. Я пою. Я стою на сцене в окружении нескольких ребят в костюмах. Я солирую. Один из парней выходит из первого ряда нашего строя и начинает петь. Отчего-то я волнуюсь, как будто этот человек что-то для меня значит. У него красивая улыбка, слишком красивая. Я подхожу к нему и шёпотом спрашиваю: "Как тебя зовут?" А он смотрит на меня так испуганно и говорит: « Уже четыре часа не просыпается, давайте кислородную маску». Я оглядываюсь по сторонам. Сцена, люди вокруг, парень этот,- всё начинает рушиться вокруг меня. В потолке как будто образовалась белая воронка, которая всасывает в себя всё, что есть вокруг меня. Парень посмотрел на меня, и его засосало в белую даль. Я побежал к нему, но меня подхватило ветром, я абсолютно теряю контроль над своим телом. Когда я равняюсь с белым пространством, от которого не очень приятно пахнет лекарством... -Уже четыре часа не просыпается, давайте кислородную маску. - Сказала женщина средних лет, нависшая надо мной. Кажется, я чуть не ударил своей головой по лбу, потому что, по всей видимости, я лежал, а потом резко встал, учуяв запах нашатыря. В глазах всё сразу потемнело, виски стали пульсировать. Женщина помогла мне лечь обратно на кушетку. - Где я? - Говорить было непросто. - Спокойно, ты в больнице. У тебя была потеря сознания. Тебе есть, кому позвонить? - Женщина складывала в чехол аппарат искусственного дыхания ввиду его ненадобности. - Нет, я один здесь живу. - Понемногу начал приходить в себя. - Знакомые есть? Чтобы забрал тебя кто-нибудь? - Знакомые-то есть, номера нет. - Я всё ещё держал у носа эту отвратительно пахнущую ватку с нашатырём. - Как зовут? - Меня? Крис Колфер. - Да не тебя, знакомого. Я напрягся. Попытался вспомнить фамилию Лии. Я помню, как она называла своё имя и фамилию на прослушивании. Но фамилия просто вылетела у меня из головы. -Я не помню... Лия... Фамилию не знаю. Женщина удивилась. Медсестра, стоявшая рядом, помогла мне сесть и подала стакан воды. - Похоже, у вас просто обезвоживание. Ничего страшного, просто пейте больше жидкости и употребляйте полезную пищу. Это не самое страшное, что может произойти. - Что мне делать? Я не могу оставаться здесь, у меня работа. - У Вас только одна знакомая? Я вспомнил свой сон. Парень, тот парень, который пел вместе со мной. - Даррен. Даррен Крисс. Я не помню его номер. Я удалил его, но домашний знаю назубок. - Даррен... Даррен Крисс, это который... Даррен... Крисс? - медсестричка присела на край моей кровати. - Ты действительно знаешь его? - Ну да.- Я открыл блокнот в телефоне и написал номер Даррена. Шансов, что он приедет за мной, было ровно столько же, сколько у меня попасть в "Хор". Женщина набрала номер и вышла за дверь. Я не мог услышать, разговаривала она с Дарреном или нет, потому что медсестричка начала засыпать меня вопросами: "Какой Даррен на самом деле? А ты брал у него автограф? Он очень высокий?" - "Нормальный, нет, ниже меня". Зачем мне брать автограф у человека, у которого некоторое время жил под одним крылом? Или я что-то не понимаю.... Женщина больше не зашла в палату. Она лишь окликнула медсестричку, чему я был несказанно рад. Я прекрасно понимал, что мне теперь придётся пролежать здесь сутки. Без душа, без еды. Без результатов прослушивания. Примерно час я ждал женщину-врача, когда она придёт и скажет, дозвонилась она или нет. Начинало темнеть. Я в который раз убедился, что пора выключать режим Хатико и ложиться спать. Мне принесли еду (кашу с куриным крылышком и кусочком помидоры и чай с бутербродом), которую я изволил съесть. Я практически не питался ничем неделю, нервный срыв давал о себе знать. Я забрался под плед, свернулся калачиком, и, отвернувшись к стене, попытался заснуть. Не знаю, сколько времени прошло, пока я спал, но проснулся я от того, что в ухо мне что-то дуло. Я подумал, что из-за ветра открылась форточка, и попытался защитить своё ухо пледом. Дорогой дневник. Представь, что ты находишься в больничной палате. Один. Ты спишь, укрываешься от ветра. Скажи, что бы ты сделал, если бы посреди ночи, в кромешной тьме на твоё плечо опустились холодные пальцы? Я очень жалею, что прочитал СЛИШКОМ много книг Стивена Кинга. Воображение уже нарисовало огромного монстра со слизкими пальцами. "Спокойной" ночи, Кристофер Пол Колфер.