А в школе хорошо?

      Дверь лаборатории со скрипом открылась, заставив юного учёного прервать свою работу. Пузырьки в колбах полопались, свет заморгал, лампа на столе сладко зевнула. — Феликс, Феликс! — маленькая Лотта игриво прильнула к рыжему, — Можно мне взять твою мухопоедалку завтра? Пожа-а-алуйста! — Вайлтшайр, какое из слов «не отвлекать меня» тебе было непонятно? — мальчик потянулся и, переведя свой взгляд сначала на девочку, потом на растение, продолжил, — Это не мухопоедалка, а росянка. Для тебя мухоловка. И мой ответ — нет. Я не позволю тебе забрать такое важное для меня существо, — обдумав несколько секунд сказанное, Хониккер неловко добавил, — И не то, чтобы я дорожил им, как чем-то серьёзным. Ничего такого. — Конечно-конечно. Ты ведь поэтому цветок существом назвал, — Шарлотта хихикнула, приставляя палец к губам, — Ничего, я никому не скажу. — Боже… Просто оставь меня, человеческая личинка. У меня ещё много работы. — Отстану, когда дашь цветочек. У меня такое домашнее задание: принести питомца. — Так возьми личинкота, в чём проблема? — устало вздохнул Феликс. — В том, что я его не донесу. Он обязательно потеряется по дороге, а вот твоя мухопоедалка не извивается и не денется никуда. — Мухоловка. Мой ответ всё ещё отрицательный. — Феликс, не будь букой, — девочка взглянула на него щенячьими глазками, сцепив ладошки в замок, — Прошу-у-у! — Святой Оракул, тебе что, заняться нечем? — мальчик с тоской кинул взор на одиноко стоящую росянку на столе, — Ладно уж… Но с условием! Я всё проконтролирую.       Сняв перчатки и медицинский халат, Хониккер оставил опыты и вывел девочку из лаборатории. Они зашли в её комнату, где мальчик скромно пристроился рядом с большим плюшевым кроликом. Шарли легла на кровать животом вниз. — Погоди, в смысле «проконтролируешь»? Неужели ты… — Только не делай из этого невероятное событие. Да, завтра я буду сопровождать тебя в этой твоей школе. Ясно всё? — Да! Но ведь это так круто! Ты же ещё ни разу там не был, правильно? Как интересно! Наконец-то я представлю тебя Анри! — Не спеши с планами. Ты же помнишь, что я лишь плод твоего воображения? Меня там никто не заметит, — но увидев, как девочка понуро опустила голову, Феликс поспешил продолжить, — Хотя знаешь, может, я смогу что-то с этим сделать. Сможешь провести меня в школу ближе к ночи? — Я не думаю, что это правильно… Но если это поможет, то конечно, я проведу тебя. Вот только зачем? — Подожди, дай мне время сначала всё обдумать. С такими вещами не спешат.       Мальчик начал мерить комнату шагами. Нахмурив брови, он периодически заглядывал в тумбочки, что-то ища. Надо сказать, внутри был полный беспорядок: рисунки перепутались со скальпелями, составив противоречивую композицию. Учёный чуть даже не порезался слишком острым карандашом, который Шарлотта точила несколько часов. В итоге, Хониккер победно вынул из груды хлама почти пустую упаковку круглых таблеток. Она оказалась очень уж помятой, видимо, лежала довольно давно. — Ты же их больше не пьёшь? — спросил рыжий, доставая одну. — Довольно долго уже. А они тебе нужны? — Да, возможно. Мне нужно кое-что проверить. Видишь ли, если на тебя, марионетку, что видит воображаемых друзей, они оказывают действие нашего исчезновения, то, скорее всего, на других людей это вызовет обратный эффект. Понимаешь, о чём я? — Наверное. Но ты же не собираешься добавлять эти таблетки в еду моим одноклассникам или что-то ещё? — Даже при всём желании я бы не смог. Пачка почти закончилась, — мальчик устало вздохнул, — Пожалуйста, попроси дядю, чтобы он дал мне парочку выходных. Я всё наверстаю, обещаю. — Будет сделано! — беловолосая приставила ладонь ко лбу, — О великий покровитель науки! — Ну-ну, кончай выпендриваться и сделай то, что я сказал, — с этими словами Феликс покинул комнату мисс Вайлтшайр.       Дома сегодня было тихо. Впрочем, как обычно. Разве что из подвала иногда доносились неразборчивые крики и звон бензопилы Беннетта: «Опять он ей во все стороны размахивает», — проворчал себе под нос мальчик, надевая халат и перчатки обратно. Всё-таки ему следовало взять парочку выходных. Ведь синяки под глазами и куча одноразовых стаканчиков из-под мыла, что доверху заполнили мусорное ведро, уже прямо кричали о том, что со сном рыжего явно что-то не так. Но, вдохнув полной грудью побольше воздуха, Хониккер принялся за работу.       Склянки звенели от напора, жидкости в них переливались из сосуда в сосуд, а в комнате стоял приятный морской запах. Правда, если принюхаться, можно почувствовать нотки спирта. Феликс подставил небольшую баночку под кран стеклянной постройки, из которого полилась зеленоватая жидкость. Капля за каплей, она наполнялась всё больше, пока вещество не достигло краёв. Закрыв кран, мальчик закрутил крышку полного сосуда. Затем вынул из стеклянного шкафа пустой освежитель воздуха и налил туда содержимое. «Наконец-то», — довольно улыбнулся Феликс. Спрятав итог работы в маленький рюкзак, он включил компьютер. На экране высветилась поисковая строка, куда учёный ввёл: «что такое школа». — Хм… «Учебное заведение для получения общего образования. В широком смысле слово может применяться к названию любого образовательного учреждения.» Что-то я не заметил, чтобы Шарлотта особо поумнела, хотя в школу она ходит. Может, даже нет смысла туда идти. — А вы идёте в школу, мистер Хониккер? — за спиной у мальчика раздался звонкий дребезжащий голос, — Можно я пойду с вами? — Тебя никогда не учили стучаться? — от неожиданности он вздрогнул, — Нет, нельзя. Нам не нужны лишние люди, тем более, так странно выглядящие. — Это было обидно, — Беннетт наигранно приложил руку к сердцу, — Как вы могли, мистер Хониккер? — Спокойно. Меня вот больше интересует: откуда про школу знаешь? — Лотта позвала меня! Поэтому я хотел спросить у вас, что это такое. — О мой бог… — мальчик разочарованно вздохнул, — Это место для умственно развитых людей, так что ты туда не попадёшь. — Вы оскорбляете меня всё больше и больше с таким спокойным лицом, что мне начинает казаться, будто это не у меня, а у вас нарушилась рациональность решений. Потому что вам ранить меня словами ничего не стоит. Как хлопья с утра съесть. — Ладно, всё, хватит пытаться выставить себя умным, разбрасываясь где-то услышанными фразами. Мне будет стыдно находиться рядом с человеком в химзащитном костюме посреди носящих классику, — встав, рыжий вынул из шкафа с одеждой оранжевую рубашку, на удивление длинные брюки и даже миниатюрную чёрную бабочку, — Я должен был носить это по праздникам, но возможность никак не выпала, да и вряд ли выпадет. Можешь надеть завтра. Перчатки тоже сними. — Но ведь мои руки просто ужасны! — Я забинтую тебе их так, что никто ничего не увидит.       Беннетт забрал свою «маскировку», в благодарность погладив Феликса по голове (за что получил несильный удар по носу). Выслушав о себе много нового, он покинул лабораторию. Желтоволосый закрылся в ванной и попытался примерить новую форму. Кое-как натянув рубашку, парень влез в штаны и даже бабочку нацепил. В зеркале он увидел совершенно другого… Человека ли? Глаза на щеке бегали туда-сюда, в конце концов уставившись в одну точку. Родные же всё так же были пусты. Они видели слишком много боли в других таких же потерянных глазах. Тесты, мед. обследования, эксперименты, специальная пересадка вирусов забавы или науки ради. Он хорошо помнил, как его учили приветливо улыбаться для рекламы очередного скраба или ещё чего. Беннетт мог повторить эту улыбку, но она выглядела так фальшиво, что парень бы предпочёл больше никогда не видеть её. Этот внешний вид был знаком ему. Это он, настоящий Беннетт. Вот только эта праздничная рубашка и бабочка делают из него настоящую куклу в опрятной одежде и красивой причёской, но со стеклянными глазами и вечной улыбкой на лице, которая давно застыла. «В целом, видок ничего так», — наигранно хихикнул блондин, переводя взгляд на огромные чёрные перчатки, — «Не буду их пока снимать. Не хочу снова видеть эти мерзкие язвы.»

***

      Дело близилось к позднему вечеру. Все рабочие только-только легли в свои прямоугольные капсулы для сна, когда Беннетт, проскользнув по стене, скрылся в глубине дома. Шарлотта, зевая, тихо постучала в лабораторию Феликса. Тот осторожно выглянул и, убедившись, что никто не подсматривает, взял девочку за рукав. Она провела его в коридор, где оба вошли в лифт. Двери за ними закрылись, и партнёры с бешеной скоростью полетели наверх.       Странное чувство билось внутри мальчика. Это было… Плохое предчувствие. Да, именно так можно описать его. Что-то говорило ему, что ничего хорошего это место не принесёт ни учёному самому, ни малышке, стоящей рядом. Но, постаравшись отогнать навязчивые мысли, рыжий резко выдохнул, когда железные двери открылись.       Шарлотта выскочила из лифта первая. Хониккер осторожно ступил на пол второго этажа, с опаской глядя на множество огромных ног, между которыми им пришлось петлять. Феликс находил всё меньше и меньше объяснений происходящему, но старался думать только о цели своего визита. Они дошли до обрыва с надписью: «В школу». — Давай руку. Тут нужно прыгать, — беловолосая протянула мальчику свою хрупкую ладошку. — Прыгать? Ты с ума сошла, что ли? Мы же не выживем! — Не волнуйся, внизу есть бассейн из шариков, так что посадка будет мягкой, — с улыбкой на лице ответила она, потянув рыжего к краю. Не успел он вырваться, как уже почувствовал, что летит вниз. «Твою мать!» — только и пронеслось в его голове.       Через каких-то несколько секунд оба уже тонули в груде цветных шариков. Хониккер с трудом вылез и помог встать Лотте. Они направились в сторону коридора. Сейчас света не было, поэтому различить какие-то предметы во мраке казалось очень проблематичным занятием. Но всё же кое-как партнёры добрались до нужного места. — Здесь и нужно распрыскать раствор. Как я понял, все ученики так или иначе проходят через этот холл. Так что каждый понемногу вдохнёт этого состава, — мальчик потянулся за освежителем воздуха, но не нащупал его ни в кармане, ни за пазухой, — Вот же… Я оставил его! — Не оставил! — в этот момент сзади на учёного буквально накинулись с обнимашками, — Я принёс его, мистер Хониккер! — Да у тебя что, фетиш на псевдо-эффектные появления?! Прекращай уже так пугать! — рыжий скинул с себя Беннетта, переводя дух, — Погоди, а ты тут как оказался? В лифте я тебя не видел. — Ну-у… — парень кокетливо прижал палец к губам, — Я увидел один очень полезный Омникуб и попросил его телепортировать меня к вам. — Попросил? Омникубы служат только своему пользователю. И то, как выяснилось, не всегда. — Да, да. На самом деле мне пришлось немного поугрожать ему мылом, но этот малый быстро согласился! Вот прелесть то какая! Видимо, мыло — явно не его любимое блюдо. — Если ты пьёшь его, это ещё не значит, что так делают все. Никогда не суди никого по себе. — Но ведь вы тоже его употребляете, пусть и в малых дозах! И Флоренс, и Генри, много кто! — Этот разговор просто бесконечен. Давай закроем вопрос, — мальчик встал на цыпочки, пытаясь достать макушкой до подбородка Беннетта, чтобы выглядеть серьёзнее, — Мы тут по другому делу. Где вещество? — У меня, разумеется, — блондин всучил Хониккеру заветный предмет, широко улыбнувшись, — Давайте всех тут заразим!       Держа Беннетта за руку, чтобы никуда не врезаться, Феликс равномерно распрыскивал содержимое по коридору. Шарлотта ждала их у бассейна, чтобы не надышаться парами. В школе царила тишина. Все двери были заперты, что нисколько не удивляло. В воздухе тут же повеяло запахом моря вперемешку со спиртом. Блондин зажал нос: — Мистер Хониккер, завтра ведь тут не будет такого запаха? Я просто умру от этого едкого ощущения! — Не умрёшь. А если что-то не устраивает, — всегда можешь вернуться домой к повседневной рутине. — Ну уж нет! Зря я, что ли, наладил отношения с Омникубом? Я буду идти до конца! — Ну-ну, — ехидно хмыкнул учёный, в последний раз пшыкая распылителем, — Я всё. Можно идти домой. — Одну минутку! — любитель мыла буквально сорвался с места и через секунду уже был рядом с Шарлоттой на руках, — Быстрее. Вон в тот портал!       Они вошли внутрь и в момент оказались дома. На часах уже было 22:30, довольно позднее время, как говорит Айден. Малышка пожелала парням сладких снов и скрылась в своей комнате. Положив рядом с собой свои плюшевые игрушки, девочка устало сказала: «Спокойной ночи, Сэт. Завтра нас ждёт очень интересный день.»