А в школе хорошо?

      Дыхание немного выровнялось. Круги перед глазами постепенно пропали, тошнота отступила. Колени лихорадочно дрожали, правый глаз дёргался. Тревога охватила мысли Бена, не давая трезво думать. В голове сплелись мысли: Что с ним происходит? Где сейчас Феликс? Как избавиться от этого чувства? Ответ на свой второй вопрос парень вскоре услышал сам, — со стороны столовой раздался громкий грохот и жалобный вскрик. Поняв, что происходит что-то неладное, блондин с трудом поднялся на ноги, опираясь о стену рукой. Нет, в таком состоянии он не то что защитить, открыть дверь не сможет. Через силу передвигая ногами, Беннетт зашёл в мужской туалет и, найдя кусок мыла, съел его. Силы вновь наполнили тело, и парень уверенно, но всё ещё пошатываясь, пошёл на звуки.       Мир вокруг казался ещё темнее. Теперь это была не полупустая школа, а чёрная тюрьма, не дававшая ступить, не ужаснувшись. Пол из дряхлых досок кое-где покрылся метровым слоем пыли и скрипел так, что звенело в ушах. Стены покрывали серо-голубые бледные цвета старой засохшей краски, она облупилась и кусками лежала на полу. Стоял удушающий запах гари и пыли, которая забивала нос, заставляя чихать. Окна выборочно выбиты, на месте дыр красуется паутина. Сами стёкла заляпаны краской и чем-то серым, оно мешает увидеть хоть что-то. Из щелей неприятно дует ветер, побуждая тело покрыться мурашками. Преодолев себя, Бен подошёл к тёмной обшарпанной двери, нажал на ручку и заглянул внутрь.       В нос ударил запах металла и сгоревшей выпечки. Феликс лежал на полу, скорчившись от боли, прикрывая голову руками. Из его рта текла тонкая струйка алой крови и капала на пол с глухим звуком. Волосы были взъерошены и прилипали ко лбу мальчика. На лице и одежде виднелись багровые пятна, из которых сочилось «вино» с привкусом железа. В темноте было сложно разглядеть что-то больше, но Бен отчётливо видел полуразвалившиеся стулья, сломанные автоматы с едой, кто-то уже выбил стекло и вынул содержимое силой. На полу валялись медицинские ножницы. Хониккер лежал рядом, поджав ноги и дрожал. Над ним возвышался хулиган: «Это всё? Похоже, мисс Вархол переоценила тебя. Тц, ты так жалок, — он схватил рыжего за волосы и приподнял над полом. Тот закашлялся, — Слишком уж ты скучный. Эй, народ, может возьмём его в заложники и потребуем у Вайлтшайр выкуп? За такого зайку она всё отдаст.»       Местность вокруг в глазах Феликса приобрела новый образ: всё окрасилось в красно-чёрные цвета, глаза, рты и носы смешались воедино, напоминая паразита. В ушах зазвенело, дышать было больно, горло невыносимо болело, из-за чего мальчик схватился за него обеими руками и сдавил кожу пальцами. Увидев, как дверь в столовую открывается, учёный приготовился увидеть ещё одного хулигана, который и покончит с его жизнью, но в проходе оказался совсем не он. Поняв, что перед ним стоит Беннетт, Хониккер слабо улыбнулся, надеясь на спасение. Хулигану, стоявшему над ним, это не понравилось, и он, пнув того в живот, направился в сторону блондина. Взгляд Бена казался безумным. Нет, не таким, когда кто-то улыбается во весь рот и дико смеётся. Лицо мыльника не выражало совершенно ничего, но в его зрачках горел огонь ярости и желания «почесать руки». Хулиган с издевательской улыбкой смотрел на Беннетта, скаля весь ряд своих грязных зубов: «Эй, глазастый. Что это за хуйня у тебя на щеке?» От парня несло пóтом, изо рта отвратительно пахло. Ученик остановился перед самым носом блондина и резко занёс руку в кулаке, чтобы нанести удар. Но его конечность тут же оказалась зажата в ладони парня напротив, словно в тесках.       Бен вцепился в руку хулигана и, наклоняя понемногу её из стороны в сторону на месте кости, услышал звонкий хруст, а затем и крик парня, чьи глаза закатились от боли. Беннетт отпустил его конечность, дав тому в истерике упасть на пол. Два других ученика, увидев то, что произошло с частью тела их друга, тут же метнулись к двери, оставив Хониккера. Но один из них был пойман за волосы и поднят над землёй. «Гадёныш, — мыльник не на шутку разозлился и, замахнувшись рукой, ударил хулигана головой об стену, — Я заставлю тебя ответить!» — блондин ударил снова. Послышался истошный визг ученика, он в истерике без толку бил ногами и руками, стараясь высвободиться. Мыльник в последний раз занёс голову обидчика над землёй и с силой ударил об пол. Хулиган лишь высунул язык от боли. Послышался треск. Из его головы потекла струя крови, разливаясь на полу в лужицу. Изо рта побежала слюна, парень прерывисто дышал. Не желая больше его видеть, Бен взглянул на другого ученика, что лежал, вцепившись в свою руку. Подняв как можно выше ногу, мыльник наступил тому на живот. Хулиган заорал, в панике глотая воздух и размахивая руками. Как только нога освободила его живот, упав в изнеможении, он кое-как отполз в сторонку и выблевал всё содержимое своего желудка, громко всхлипывая. Блондин с отвращением посмотрел на того и, сплюнув слюну, развернулся к Феликсу.       Тот всё так же лежал на холодном полу, тяжело дыша. Слабым взглядом он наблюдал за инцидентом, одобрительно ухмыляясь. По крайней мере, его мучения по заслугам отомщены. Беннетт склонился над мальчиком, с сожалением рассматривая его раны. «Тут явно нужен доктор Хаксли», — решил он. Подняв Хониккера на руки, парень почувствовал неимоверную слабость в теле. Не в силах нести человеческую тушу, мыльник опустил учёного на пол, думая, что делать дальше. Внезапно к нему в голову пришла мысль. Блондин подошёл к мусорному баку и вытащил пакет, высыпав отходы на голову одного из хулиганов. Тот с отвращением застонал, отползая подальше, ближе к двери. Вывернув чёрный пакет наизнанку, Бен вернулся к Феликсу. — Сможешь заползти в пакет? — Ты что, совсем… Кха!.. Охренел? — с трудом проговорил он в ответ. — Ну, я же его вывернул. Да и дыру для дыхания тебе оставлю, — с этими словами парень, приподняв рыжего под руки, затащил в пакет. Хониккер лишь слегка ударил себя ладонью по лбу. Бен взялся за край чёрной материи и потащил прочь из этого места.       Коридоры уже не выглядели такими страшными: стены стали опрятнее, деревянные половицы сменила белая плитка, окна совсем пропали. Не сказать, что школа стала привлекать его, но, по крайней мере, больше не пугала. Таща за собой Феликса, Беннетт вдруг понял, что сейчас он будто труп в мешке несёт. Как на работе у доктора Хаксли. Горько усмехнувшись, парень приостановился, чтобы перевести дух. Ему нужно как можно скорее найти место, где можно оставить Хониккера ненадолго. Прислонившись к стене, блондин было начал прикидывать варианты, но тут твёрдая поверхность за его спиной начала пропадать. Он свалился на пол. Поднимая голову, мыльник увидел перед собой просторную комнату с раковиной, двумя кроватями и шкафом. Недолго думая, он освободил мальчика от пакета и уложил на постель: — Так, лежи здесь и никуда не уходи. Я позову Генри. — Действительно, у меня же выбор есть, — слабым голосом съязвил учёный в ответ, — Погоди, я пить хочу. Помоги встать.       Беннетт дал рыжему опереться о своё плечо, и они вместе дошли до раковины. В зеркале Феликс увидел своё истерзанное лицо. Его кожу покрывали раны и царапины, обнажая внутренний слой. Один глаз еле открывался, — видимо, хулиганы и в него попали. Хониккер уже и сам не помнил толком. Знал лишь, что это было больно и страшно. Им ведь Генриетта заплатила? Мальчик поёжился, аккуратно прикасаясь к ранам и тут же одёргивая руку, только почувствовав щипание. Осторожно умыв лицо и откашляв накопившуюся в горле кровь, он вытерся полотенцем и выпил воду прямо из крана. — А не опасно? — Опасно. Но выбирать не приходится, — рыжий прополоскал рот, выплёвывая последние остатки железного привкуса во рту. Взглянув на блондина, учёный заметил сильное покраснение на его щеке, — Зачем глаза тёр? Хотя бы промой их с мылом. — Одно слово «мыло» говорит о том, что если рядом есть я, то оно тут же пропадает, мистер Хониккер. — То ты относишься ко мне на «ты», то на «вы». Но промыть надо, — мальчик помыл руки и, намылив два пальца, провёл ими по глазам-паразитам, вызвав у их обладателя недовольное урчание. Бен прищурился, закусив губу. — Эй, щипет же! — Нечего было аж до крови их растирать, — Феликс смыл мыло водой, промокнýв воду одноразовым полотенцем, — Вот так. Ничего серьёзного не должно было попасть, но ты всё-таки проверься у дяди. — Точно! Дядя! Я же хотел позвать Генри! — парень сорвался с места, выбегая из мед. кабинета, — Жди! Я быстро!       Воспользовавшись Омникубом, он, преодолевая боль, бегом побежал в комнату для препарирования. Не посмотрев, куда несётся, Беннетт лоб ко лбу столкнулся с мирно гуляющей по дому Флоренс. Девушка недовольно потёрла ушиб, осуждающе смотря на друга. Тот, смутившись, помог ей подняться и затараторил: — Там Феликс в школе! В общем, он!.. Его избили эти!.. Как их там!.. Хираганы! — Бен, хирагана — это японский алфавит, — пару секунд анализируя информацию, коротковолосая, как ошпаренная подскочила на месте, — Погоди, что?! Его избили?! Где он?! Говори сейчас же! — Сказал ведь, — в школе! В мед. пункте! — не успел он продолжить, как подружка схватила его за рукав, стремительно ведя к доктору. — Ты немедленно объяснишь всё, что произошло. Без лишних вопросов, — парень впервые за долгое время видел Фло такой напряжённой и серьёзной. Хотя на это были причины.       Тем не менее, девушка привела мыльника к Генри, оторвав того от экспериментов над частичками мозга пифии. Узнав о произошедшем, Хаксли в срочном порядке приказал своим рабочим отправиться в школу за племянником, а Бена повёл к себе на осмотр: — Никаких следов серьёзных заражений я у тебя не вижу, — он посветил фонариком в глаза-паразиты, — Сам промыть догадался? — Я, э… Нет, Феликс заставил. — Всегда знал, что на самом деле он заботливый мальчик, — сказал Генри с мягкой улыбкой на лице, — Ладно. Сегодня просто не утруждай себя ничем и ляг спать пораньше. — Хорошо. Спасибо, доктор Хаксли, — с этими словами парень вышел из комнаты.

***

      Прошло часа два или три. Бен переоделся в свою старую пижаму, ведь Хаксли запретил ему сегодня носить защитный костюм: «Пусть кожа подышит. А то ты всё время только так и ходишь.» Феликса вернули домой и подлатали, так что сейчас он отлёживается у себя в лаборатории. Читать одним глазом он не может — левым рыжий видит намного хуже. Спать после такой то взбучки ему вряд ли хочется, а ходить всё ещё больно. На столе горел зелёный ночник, мухоловка вернулась на своё законное место, свет в комнате был выключен. Беннетт пару раз заходил к учёному, говорил о сегодняшнем дне, но ничего дельного из этого не получалось, — Хониккер почти всегда молчал, приберегая силы. Блондину надоел такой односторонний разговор, поэтому он решил предложить то, чем хотел заняться ещё утром. Сейчас то ему точно не откажут. — Эй, Феликс, — начал он, — Может, теперь уже поиграем в приставку? — услышав это предложение, мальчик оживился. — А давай, — улыбнулся он ехидно, — Только если дядя Хаксли… —…разрешит тебе встать с постели, — закончил фразу Бен, — Чего ты так паришься то? Ну пройдёшь от комнаты до комнаты, что такого? — мыльник помог тому встать с кровати, — Поиграем сегодня в «Hentai-itai»? — Нашёл извращенца, — фыркнул Хониккер в ответ, — По стандарту «Gun girl school dayz». Тебе же всё равно, какие именно аниме девушки. А то и парни, — язвительно подмигнул он.       Желтоволосый, поддерживая Хониккера под руки, повёл его в коридор. Выйдя из лаборатории, парни увидели мужчину в белом халате, противогазе и розовыми кроличьими ушками на голове. Тот снисходительно посмотрел на них: — Далеко собрались? — он снял маску, улыбаясь. — Да так, поиграть, в общем… — Феликс виновато опустил взгляд, — Мы недолго, правда. Спать ляжем пораньше, обещаю, — Бен про себя усмехнулся: насколько же сильно рыжий приклоняется перед своим дядей. — Ну-ну, — мужчина нахмурил брови, — Чтобы в десять сопели, как миленькие. Иначе обоим мало не покажется, — с этими словами доктор потрепал парней по волосам, уходя на кухню.       Комната с телевизорами всё ещё не приняла свой обычный облик. Как ни странно, она выглядела даже лучше: абсолютно белые диваны сместились в один большой, мягкий, тканевый тёмно-зелёный диван. На полу появился серо-белый полосатый ковёр, на стене висели картины с мокрыми от дождя улицами, телевизор стоял всего один. У двери мирно спал личинкот. — Бен, ты тоже это видишь? — Хониккер с изумлением огляделся в комнате. — Не уверен, что именно ты имеешь в виду, но, похоже, что да. Видимо, мир подстраивается под наше настроение, — парни подошли к дивану, доставая из-под него приставку, — Так, погоди. Я сейчас, — блондин выбежал за дверь, громко ступая по половицам.       Феликс подключил плойку к телевизору и сел на диван, довольно растянувшись на нём во весь рост. Раны на теле всё ещё болели, но не сильно, так что мальчик лишь изредка обиженно стонал, случайно прикасаясь к ним. Рыжий уже готов был идти за Беннеттом, но неожиданно перед его носом появилась долька мандарина. Не долго думая, тот прикусил её зубками, съедая. — На вот, я почистил, — желтоволосый кинул учёному оранжевый цитрус, сам заглатывая один, — За кофо икфать будеф? — с трудом выговорил он, пережёвывая. — Как обычно. Не зря же я персонажа прокачивал. — Это та розоволосая лолька с ушками? — мыльник едко хихикнул, громко зевая, — Не знал, что ты такими интересуешься. — Да нет же! — Хониккер в смущении уронил джойстик, — Вовсе нет! Меня девочки не интересуют! А, нет, не в смысле совсем не интересуют, я с ними хорошо общаюсь, но парни мне ближе! Блин, не то, ты не так понял! — со стороны друга послышался звонкий заливной смех. — Давай уже начинать, лавилас недоделанный, — еле проговорил тот, вытирая слёзы.       Парни обыгрывали друг друга, спорили, даже немного дрались, но недавние раны говорили о том, что делать этого не стоит. Они и не заметили, как время перевалило за десять вечера, за одиннадцать… Неожиданно за дверью раздались шаги. Оба тут же насторожились и, посмотрев, который час, ужаснулись: половина двенадцатого! Ручка со скрипом повернулась, и им не осталось ничего, кроме как быстро лечь в первую попавшуюся позу и притворяться спящими. В комнату вошёл Хаксли, подозрительно глядя на лежащих на диване. Феликс устроился на коленях Беннетта, а последний лежал, вытянув ноги и свесив руку с джойстиком прямо над ковром. Парни сладко посапывали, экран телевизора горел, показывая надпись: «Пауза». Устало вздохнув, доктор подошёл к розетке и вытащил вилку. Игра выключилась, как и сам «ящик». Генри погладил обоих по головам и, уходя, тихо прошептал: «Я рад, что вы подружились.»       Хониккер осторожно поднял голову, убеждаясь, что дядя ушёл. — Эй, Бен. Давай продолжать. — Хмпф, — в ответ раздалось лишь неразборчивое хмыкание. — Ой, да ладно! Ты же не спишь? — мальчик ткнул пальцем мыльнику в нос, — Ну и пожалуйста. Не очень то и надо было, — обидевшись, рыжий отвернулся от друга. Но свет был выключен, игра тоже, а блондин уже спал без задних ног. Потянувшись, учёный посмотрел на сопящего и лёг ему на грудь, греясь, — Спокойной ночи. Пусть тебе приснится кошмар, — буркнул он, но спустя секунду, неслышно добавил, — А потом ты проснёшься и поймёшь, что всё это было лишь плохим сном.       Ночью свет в доме зажёгся, — Флоренс снова не спится. Она, зевая, шла по коридору на кухню, чтобы выпить стакан воды. Вдруг, остановившись, девушка заметила приоткрытую дверь комнаты с телевизорами. Заглянув внутрь, она увидела инопланетян, видящих десятые сны. Умильнувшись, Фло хихикнула: «Говорят, хищник и травоядный не могут ладить. А вот наши кролик и львёнок с этим отлично справляются.»       Изнеможённые этим днём, парни мирно спали. Их дыхание было ровным и спокойным, как и сон. За окнами в тихом ночном танце сверкали звёзды, убаюкивая ночных «сов». Может, по стеклу закапал дождь, а может, это слёзы одинокого бога, что смотрит за своими созданиями. Он плачет от счастья и обиды, а в это время на улице идёт ливень. Но он не тронет никого из дома, ведь над головами его жителей есть крепкая крыша. Спокойной ночи, Феликс. Спокойной ночи, Беннетт.

Спокойной ночи, милый дом.