money

      — Сычен, ты сейчас будешь визжать! — Тэен безманерно заваливается в комнату друга, только ему открывают дверь.       Тэен был одним из первых, с кем Сычен сдружился по приезду. Если Сычен очень переживал за то, что не сможет найти ни с кем общего языка, то все оказалось совсем иначе. Когда ты живешь в общежитии, знакомства происходят быстро и легко. Люди, которых Сычен повстречал в Корее, оказались очень открытыми и дружелюбными. Всегда находился кто-то заинтересованный, кто подходил, интересовался на тему "кто ты и откуда", звал поужинать. Именно за едой и происходили все самые интересные знакомства — раз за разом Сычен ходил на обеды и на ужины с большой компанией, и в одной из таких компаний оказался Тэен, который очень усердно пытался найти с китайцем общий язык. Он явно понимал, что Сычену, как иностранцу, может быть нелегко и пытался сделать все, чтобы тот не чувствовал себя некомфортно. В основном они разговаривали на английском, где-то, конечно, приходилось пользоваться переводчиком, а так — Тэен усердно помогал китайцу с корейским и потихоньку старался переходить на него. Как никак, а Сычен приехал именно ради этого.       — Почему? — с легким любопытством, потому что сам понятия не имеет, чем его можно так удивить, чтобы он прямо-таки визжал.       — Потому что у меня есть два билета на показ Сеульской недели моды! — парень усаживается на чужую кровать, восхищенно раскидывая руки в стороны. Сычен же разворачивает стул возле рабочего стола в сторону парня и садится на него. — Только у меня билет лишь на один день, но это неважно. Ты понимаешь вообще, что я тебе говорю? — Тэен слегка хмурит брови, не наблюдая у младшего никакой реакции.       Сычен даже сожалеет, что понимает, потому что его это вообще не интересует.       — Ну, — Сычен пытается натянуть улыбку, — это здорово, я рад за тебя.       — Ты понимаешь, почему я тебе это говорю? Ты пойдешь со мной!       — Почему я? — у Сычена улыбка с лица сразу слезает. Он очень и очень не хочет вылезать из своей уютной комнаты на какой-то жалкий показ мод, до которого ему совсем нет дела.       — Потому что ты самый красивый парень из тех, кого я знаю! Ну, еще есть Джехен, но он сучара. Сычен, ты должен визжать от восторга! Ты знаешь, что это за мероприятие? Ты понимаешь, что туда почти невозможно попасть? Это высшее общество, туда приходят знаменитости! И мне, черт подери, дали два билета туда!       Вот сейчас Сычен уже понимает друга через слово. Тэен весь на эмоциях, а его речь очень беглая. Сычен не может ничего ответить, потому что занят шевелением извилин, пытаясь настроиться на корейский язык.       — Так, ладно, пошли ко мне, — Тэен машет рукой, потому что к черту убеждения. Все равно все будет, как он скажет.       — Зачем?       — Будем искать тебе одежду на такой знаменательный день!       До самого вечера Сычен меряет чужую одежду, напрягается под оценивающим взглядом и выслушивает что-то, что не понимает от слова совсем. Играет и языковой барьер и то, что Сычен уверен — рассказывай это все ему Тэен на родном Сычену китайском, он бы все равно ничего не понял.       Сычен узнает, что Тэен уже присутствовал на таком мероприятии ранее. Тэен начинающий дизайнер, стажируется в соответствующей компании, пока доучивается в университете, и в этой сфере лезет во все, что может. И то, что он радуется этому, как в первый раз, Сычену кажется странным. Но, в какой-то мере, он даже завидует тому, как Тэен любит свое дело. У него есть то, что ему интересно, и он этим же и занимается по жизни — это правда здорово.       Но только для Сычена сфера моды и дизайна совсем уж далекая, так что он совсем не понимает, почему Тэен хочет его видеть на данном мероприятии вместе с собой. Тэен объясняет еще раз — он должен выглядеть ошеломляюще, дабы завести там новые знакомства, которые помогут ему в будущем продвигаться в сфере дизайна, и его компаньон должен выглядеть соответствующе, а Джехен все еще сучара.       Сычен тяжко вздыхает, стоя перед зеркалом в чужой комнате. Окончательный наряд, который выбрал ему Тэен для этого дня, сногсшибателен, Сычен не спорит. Но только он чувствует себя очень уж некомфортно в чужой очень дорогой одежде, которая так сильно не соответствует стилю Сычена, а точнее, не соответствует отсутствию у Сычена какого-либо стиля вообще.       С одной стороны, выглядит все не слишком броско: черные обтягивающие джинсы, ремень, который лишь для красоты, заправленная в джинсы белая рубашка и лишь сверху на Сычене своеобразный стильный пиджак, общий цвет которого черный, но повсюду на нем расположены золотистого цвета узоры, похожие на цветы, но не являющиеся ими.       — Нужно будет еще поработать над макияжем и аксессуарами, — делает вывод Тэен, продолжая оценивающе смотреть на парня.       — Не-ет, — Сычен стонет жалобно. — Ты не будешь меня красить, нет.       — Господи, да не беспокойся ты так, — вздыхает парень, закатывая глаза. — Я не про помаду и тени говорю, тебя раскрашивать никто не собирается. Я просто немного поработаю над твоими чертами лица, глаза там подчеркну и все такое.       Сычен хочет поскорее, чтобы этот день закончился, пусть он еще даже и не начался. Он понятия не имеет, что будет там делать. Быть другу аксессуаром не улыбается от слова совсем, но и отказывать ему не хочется.

///

      В день мероприятия Сычен удивляется тому, как жизнь бросает его из крайности в крайность. Как он, будучи самым обычным и бедным студентом, умудряется попасть в это общество богатых людей. Только лишним он себя все равно чувствует.       Тэен продолжает не затыкаться, как и в любое время: рассказывает о том, что на день планируется около пятнадцати показов, что в каком зале будет проходить, что они не должны пропустить, а затем прыгает с темы на тему, пытаясь посвятить Сычена в бренды, коллекции, в свои мысли на их счет и, в общем, Сычен его больше не слушает.       Большая часть времени — это фотографирование. То Тэен просит его сфотографировать с кем-то, то кто-то просит сфотографировать их с Тэеном. Да и сам по себе Тэен ходит с камерой, не переставая делать кадры всего и вся.       Сычен смотрит на Тэена, когда тот фотографируется с каким-то ребенком, и только в этот момент, погруженный в эту обстановку, впервые ловит себя на мысли, что его друг необычайно красивый. Даже странно, что Сычен никогда не задумывался об этом ранее.       У Тэена белоснежно высветленные волосы; аккуратные черты лица, такие пропорциональные и очаровательные; небольшие, но очень выразительные глаза, со шрамом возле правого глаза; прямой нос с закругленным основанием; тонкие и очень красивые губы. И щечки слегка виднеются, и линия челюсти такая, будто об нее порезаться можно. Черт знает, за счет этого, когда он выглядит лучше: когда ты смотришь на его идеальный профиль или когда видишь его милое лицо.       — Ты не хотел бы быть моделью? — интересуется Сычен, как только Тэен подходит к нему обратно.       Сычену кажется, что Тэену со своей красотой нужно быть моделью, а не дизайнером.       — Хотел бы, — спокойно отвечает Тэен, что Сычена удивляет. Так почему же? Тэен посмеивается, замечая на лице друга это непонимание. — Посмотри на меня, Сычен. И вспомни этих парней и девушек, которые сейчас шли по подиуму. Есть определенные стандарты, под которые нужно подходить, и я в них не вписываюсь. У меня нет фигуры, у меня нет роста, кожа не безупречно чистая, а вместо волос веник на голове из-за постоянных окрашиваний. Модельному бизнесу нужны люди, которые великолепны «от» и «до», которые великолепны сами по себе, без грамма косметики и абсолютно нагие, которые великолепны в любом образе, который им предоставят. Быть моделью — это не быть красивым в том, во что тебя одевают — это делать красивыми эти вещи. Это быть подходящей формой для обертки, это быть идеальной основой для того, чтобы преподносить эти обертки. Я не подхожу для этого. Я бы не казался тебе красивым, будь я в самой обычной одежде, со своими натуральными черными волосами, без всех этих проколов, линз, косметики.       — Казался бы, — перечит другу Сычен.       — Ладно, — Тэен снова посмеивается. — Спасибо. Но я к тому, что то, каким ты меня сейчас видишь — таким красивым меня делают вещи. Без них же я совсем не такой и совсем не гожусь в модельный бизнес, — он пожимает плечами, будто говоря «ну, ничего страшного». — Идем, скоро начнется следующий показ.       Тэен идет вперед, позволяя Сычену следовать за ним. Он тут разом все запомнил, куда и в какое время им нужно направиться.       В очередном зале они занимают стоячие места, которые соответствуют категории их билетов. Тэен проверяет режим фотоаппарата, дабы не пришлось тратить на это время, когда пойдут модели; ему нужно успеть уловить каждую деталь.       У Сычена после пары показов интерес ко всему происходящему пропал вовсе. Не его это. Не понимает он всю эту зависимость старшего от одежки, от ее цвета, от того, кто ее делает. А то, что представляют здесь и сейчас — так вообще что-то с чем-то. Нет, он, конечно, натыкался на фото, которые говорят, что моделей на подиумах одевают куда хуже — сейчас все выглядит более адекватно, чем это славится в интернете. Но только это все равно не то, в чем ты будешь ходить в повседневной жизни. Даже Тэен такое бы на себя никогда не надел, несмотря на его неформальный и очень необычный стиль. Сычен понимает, что в какой-то мере, в этом и смысл этих показов. Но только интереса наблюдать за этим не видит.       Сычен смотрит на моделей на подиуме, и в очередной раз непроизвольно проносится мысль о том, какие глупые на них наряды в данные минуты. И ничего необычного нет, но и, Господи, как же глупо смотрятся эти спортивки с этим свитером. Почему люди находят это интересным? Сычен часто надевает первое, что под руку попадется — но он бы такое ни за что не надел на улицу. А они по подиуму в этом ходят. Ладно, это просто их работа. Но вот дизайнеры люди точно странные.       Думает о том, как все эти модели похожи на роботов: идут по подиуму одинаковой ровной походкой. Все как один с сухими лицами — ни одной эмоции нельзя выдать, в то время как на них смотрит такая куча людей, везде вспышки фотоаппаратов. Как они себя чувствуют в этот момент? Сычен думает, что он бы ни в коем случае не смог бы вести себя так хладнокровно под кучей взглядов и камер. Да, моделью точно надо уметь быть. Это не просто красивая внешность — это столько правил, обязательств, свои техники работы.       Сычен смотрит на очередного выходящего парня с безразличным видом и ровной походкой. Интересно, когда он уходит с подиума, как он выглядит там, за сценой? Тут же избавляется от своей прямой осанки, тяжко вздыхает и думает: «фух, не проебался»?       Сычену хочется смеяться, когда он это представляет. И вообще кажется странным — смотреть на этих людей, которые так идеально и послушно выполняют свою работу, соответствующие ей требования, что правда видеть в них лишь роботов, не сметь представить даже их улыбки и смеха.       У Сычена замирает дыхание и под ребрами что-то колит.       Да, это правда странно. Смотреть сейчас на человека, на его холодное выражение лица, на его спокойную походку, на его взгляд в пустоту, в то время как на него же смотрят сотни, и знать, что на самом деле этот человек совсем не такой.       Сычен смотрит на Лукаса, который идет по подиуму, и не верит, что это на самом деле тот самый парень, который несколько месяцев назад, в другой стране, подарил ему самое сильное наслаждение в жизни.       Что это тот самый парень, о котором Сычен вспоминал еще долгие недели и не мог не возбудиться только при одной лишь мысли о нем.       Что этот тот самый парень, который вызвал у Сычена переломный момент в жизни тем, что помимо этого — вызвал еще такую бурю чувств, которую Сычен все никак не мог забыть, хотя очень пытался.       Что это тот самый парень, которого, Сычен был уверен, никогда больше не встретит.       Этот самый парень скрывается за сценой, пока сам Сычен остается теперь смотреть в пустоту.