Обещание

      Всё на этом свете имеет свойство заканчиваться и начинаться по новому. Истории заканчиваются, начинаются новые. Плохие события тоже однажды заканчиваются, сменяясь хорошими, и наоборот. Вот и кошмар Стивена, наконец-таки, был закончен. Через многое пришлось пройти звёздному мальчику за этот, казалось бы, малый промежуток времени: суд с Алмазами, неожиданная развязка, по итогу которой Стивен с Ларсом сбежали, а в голове мальчика появились огромные сомнения насчёт его собственной матери и её поступков. Встреча с новыми друзьями, так называемыми Бесцветными: таких же изгоев, какими бы были Кристальные Самоцветы в Родном Мире, но куда более особенных. Но не успевают они нормально познакомится, как силы Родного мира покушаются на них, однако храбрый Ларс мужественно защищает их, трагически жертвуя собой. Смерть друга, его последующее воскрешение и его новые, неожиданные способности, которые помогли ему наконец-таки выполнить своё самое главное обещание: вернуться домой.       Земля, его родной дом. Наконец-таки он здесь. Его друзья, где они? Но вот зажигается луч телепорта и из него появляются все, кто так сильно переживает за Стивена. Все в ужасе и смятении, Жемчуг паникует и почти кричит о провальности плана и потере времени, в то-же время, здороваясь с тем, кого считает похищенным. Осознание приходит незаметно. — Я вернулся! Проходят какие-то секунды осознания, и вот, Стивен и все его родные, все искренне переживающие за него, наконец-таки, вместе. Обнимаются, плачут, спрашивают у Стивена множество вопросов, от банальных «В порядке ли ты?», до сложных «Как тебе удалось сбежать из Родного мира?». Стивен обязательно ответит на все вопросы, удивив, но в большей степени всё-же порадовав всех вокруг него. Медленно, но верно, в доме наступит спокойствие и размеренность, вопросы испарятся, а все остальные отправятся отдыхать со спокойной душой. Почти все. Даже вернувшись домой и осчастливив всех, душу Стивена не покидала навязчивая тревога. В пучине произошедших событий и множества новых вопросов в голове, Стивен позабыл о главном. О том, что связывает его, и самого дорогого ему человека. В голове мальчика всплыл тот самый сон, и почти мгновенно на душе закололо, а невидимый синяк на правой щеке напомнил о себе. Счастье пропало с лица Стивена, когда увидел, как Конни выходит за дверь домика. И казалось бы, он вернулся, живым и здоровым, выполнив своё обещание не только для Конни, но и для всех. Но как много между этими детьми осталось, как много нужно было сказать и сделать, но как-же в то же самое время они боялись сделать это. Неведомый страх окружил их, под угрозой разлучить. Однако Стивен, набравшись храбрости и выдохнув, вышел из домика вслед за Конни, намереваясь расставить все точки над Ё.       Отворив лёгкую деревянную дверь, звякнувшие колокольчики подали Кристальным Самоцветам и отцу, находившихся дома, недвусмысленный сигнал: не беспокоить. Аккуратно закрыв её, Стивен взглянул в сторону уходящих вниз ступенек, и недалеко оттуда, где ступеньки превращались в пляжный песок, стояла она, спиной к домику. Совсем одна, но в то же время больше не одна. В голове Стивена всплыло новое воспоминание, ещё более далёкое, но такое приятное. Почти 2 года назад, в почти в этом же месте, в яркий и солнечный день Стивен впервые увидел её. Сидящей на сухом песке, в очках, увлечённо читающей какую-то книжку. Он увидел её тогда впервые, но боже, как же она ему запомнилась тогда. Как её миловидный образ отпечатался в его голове, какое-же впечатление произвела она на него тогда просто своим присутствием, что даже Кристальные Самоцветы это заметили. И в тот-же день он впервые её защитил, открыв перед собой новые способности, и именно с того дня началась история отношений этих детей — не слишком простая, но до безумия милая и действительно искренняя и настоящая. Взлёты и падения, счастье и грусть, дети пережили многое, но оставались вместе, настоящими «джемодруганами». И сейчас, как в тот день, 2 года назад, Стивен думает о словах, которые подберёт при разговоре с ней. Всё так-же боится к ней подойти, но подходит, преодолевая страх. Он медленно спускается по ступенькам, их скрип откровенно его выдаёт, но Конни словно не реагирует, стояла спиной к Стивену и словно обнимая себя. Ступеньки сменились песком, и вот, расстояние между ними стало слишком близким, чтобы ощутить стороннее присутствие, но и слишком далёким, чтобы почувствовать человеческое тепло. Лёгкий прибрежный ветерок становился медленно, но верно всё сильнее, потому им двоим тепло требовалось в достатке. Да и не только по этому. — Привет, Конни, — неуверенно начал Стивен, — Я вернулся, как видишь. Конни словно не реагировала, однако внешне можно было заметить её бесшумный вздох. Стивен заволновался сильнее, боясь сказать не те слова. — Послушай, Конни, я хорошо помню тот сон… — резко и быстро начал Стивен, чего он сам не ожидал от себя и несколько помедлил, дабы обдумать дальнейшие слова, — И я прекрасно помню твои слова. Лёгкий прохладный ветер, круживший всё это время вокруг детей, стих. Стивена стало слышно куда более отчётливо. Его руки замялись между собой. — Прости меня, Конни. Я… — Стивен прерывался от комка в горле, — Так хотел помочь вас, спаси вас. Но я совершенно не подумал о вас самих, о том, что вы чувствуете на этот счёт. Глаза Стивена блеснули, он опустил взгляд ниже. — Я подвёл вас. Гранат, Жемчуг, Аметист, Папу, и в особенности тебя. Голова Конни поднялась, в то же время голова Стивена опустилась ниже. — Я обещал нам, что мы всегда будем вместе, что не бросим друг друга, что несмотря ни на что, мы всегда будем держаться вместе и преодолеем все сложности рука об руку. Дыхание Стивена участилось, а на глаза навернулись слёзы, пока что не спешившие падать. — Но всё это так запуталось в моей голове. События, воспоминания, происшествия. И всё это… — Стивен сделал паузу — На мне. Конни краем глаза посмотрела на Стивена. Он уже успел в это время закрыть глаза, из последних сил сдерживая поток предстоящих слёз. — Я не хотел подводить вас, не хотел делать вам плохо! Всё это я сделал, потому-что вы мне не безразличны. Потому-что… — Стивен сильно помедлил, собираясь с силами и волнуясь пуще прежнего. — Я люблю тебя, Конни, — выпалил Стивен на одном дыхании, — И если бы с тобой что-то произошло… — по щеке Стивена прокатилась одинокая слеза, а голос стал тише прежнего, — Я бы никогда себе этого не простил. Стивен замолчал. Лишь короткие и редкие всхлипы были слышны с его стороны отныне. — С…Стивен? — слегка заикающимся голосом проговорила Конни, повернувшись лицом к мальчику. Слёзы его накапывали всё чаще. По спине девушки пробежал холодок, где-то в сердце она ощутила дискомфорт, смотря, как её лучший и почти единственный друг плачет. Плачет, потому-что виноват, но в то же, нисколько не виноват. — Стивен! Неожиданно Конни подбежала к своему другу, буквально прыгнув и заключив его в самые крепкие объятия, на которые способно её маленькое девичье тело. Стивен обомлел. Но почти сразу мягко улыбнулся, почувствовав тепло от слёз на своём плече и запах её шампуня на волосах. Горькие слёзы грусти сменились тёплыми слёзами радости. — Ты прости меня, Стивен! Я накричала тогда на тебя, и ударила ещё. Мне так стыдно теперь… — Стивен обнял Конни в ответ. — Всё в порядке, Конни. Я понимаю. Наконец наши дети обнимались по настоящему. Не у себя во сне, не в сильнейшей разлуке, а здесь, дома, в безопасности и действительно по настоящему. Простояв в обнимку и обменявшись теплом какое-то время, Конни взглянула на своего мальчика, взявшись за его плечи. — Я всегда в тебя верила, Стивен. Улыбнувшись, Конни от души засмеялась, прикасаясь лобик к лобику со Стивеном. Он не мог не засмеяться вместе с ней. Взяв Стивена за руку, Конни направилась в пляжный домик. — Пойдём! Расскажешь мне, как ты этим Алмазам нос утёр! Колокольчик на входной двери звякнул в унисон со смехом детей. Гранат, Аметист, Грэг, и даже Жемчуг улыбались, глядя на счастливых и радостных детей, убегающих на второй этаж, держась за руки.

Пару часов спустя

      Раннее, летнее утро. Ещё очень мало времени, потому большинство людей смотрят уже десятые сны. Но это лето, именно раннее утро в это время года озаряется ярким, рыжевато-жёлтым, рассветным солнцем. Ещё не до конца появившееся, оно создавало яркую оранжевую полоску, идущую от самого горизонта до места, где она разбивается и рассыпается, становясь тёмно-оранжевым песком, неровно простирающимся на долгие километры. Кроме чаек, вечно что-то галдящих и ищущих еды на глади океана, солнечный восход почти никто не встречает. Почти. — Стивен? — обратилась сидевшая на песке в позе лотоса Конни к мальчику рядом с ней. — Да? — ответил сидевший на песке Стивен, уперев руки об песок позади себя. — Мне ведь…не послышалось? — Конни повернула голову в сторону Стивена — Это правда? Стивен смутился, глядя в противоположную от Конни сторону и размешивая пальцами песок. Он почти беззвучно положительно промычал, легонько кивнув головой — Оу… — теперь уже смутилась Конни, отвернувшаяся обратно к солнцу, — И-и-и как давно? Стивен несколько призадумался над этим вопросом, однако всё-же ответил: — С того самого дня, когда мы впервые встретились, на самом деле, — спокойно проговорил Стивен, с улыбкой глядя на песок под собой. — Я всё-ещё помню, как ты меня тогда от камня спас! — засмеялась Конни, от чего её поза лотоса закончилась. Стивен посмеялся вместе с ней, — И от того морского червяка большого!.. Стивен смеялся, смех Конни же несколько притихла. — Я ещё тогда совсем пузырём не умел пользоваться, хе-хе, — посмеялся Стивен, однако тут-же замолчал. Краем глаза, а затем уже и всем взглядом, Стивен заметил смущение Конни - голова отвернута в сторону, глаза смотрели неоднозначно, а губы подбирали слова. — Ты так много спасал меня, оберегал от опасностей, — Конни тихо усмехнулась, — Порой даже слишком. Стивен вспомнил тот случай после спасения с корабля Перидот и Джаспер. Стивену стало неловко. — Я так со всеми, ты знаешь. Это то, что я всегда делаю, не смотря ни на что, — спокойно ответил Стивен, смотря на всё восходящее солнце. Неожиданно Конни повернулась всем телом к нему, сев на это раз на ноги. — Я знаю, Стивен. Но что-то мне так ненавязчиво подсказывает, что… — потянула Конни, вглядываясь в глаза Стивена, который к тому моменту тоже повернулся телом в её сторону. Дети стали ближе друг у другу, — Я для тебя - особый случай, да? Стивен смутился опять, перебирая пальцами рук. — Н-наверное… — взволнованно отвечает Стивен, на секунду отведя взгляд в сторону, — Мы же Джемодруганы, верно? — спросил Стивена девочку, смотря на неё с некоторой надеждой. Конни улыбнулась, загадочно посмотрев на Стивена. — Думаю теперь нас можно называть несколько по другому...~ — кокетливо ответила Конни Стивену, складывая свои пальчики в разных геометрических формах. — И как-же? — не без интереса вопросил Стивен, глядя на Конни. Она опустила голову и посмотрела на Стивена исподлобья. — Джемолюбовники. — Чт… Оборвавшаяся фраза Стивена, видимо, больше никогда не закончится. Первый, не очень глубокий, но такой тёплый и нежный, их поцелуй. Казалось, словно весь мир остановился вокруг них, ради этого знаменательного момента. Конни взяла инициативу на себя, впрочем, как и всегда: опустившиеся руки индианки на плечи звёздного мальчика не давали никакой возможности последнему избежать нежной участи от своей подруги. Да и хотелось ли? Секунда, и безумное смущение и страх неизвестности для Стивена сменяется нежностью, пониманием и множеством других хороших чувств, бурей нахлынувших на бедного мальчика, что концентрировались на его щеках и ушах, делая их красными. Ярким светом озарились дети. Их мысли, эмоции, чувства. Всё срослось в единый унисон, заставляя чувствовать блаженство. Блаженство слияния.       Свет прошёл, но остались они. Два ребёнка, в одном едином целом. Улыбаясь о весь рот, они упали на песок, оставляя рядом свои сандалии и ботинки. Стивонни глубоко вдохнула прибрежный воздух, закрыв глаза и раскинув руки на песке, слегка посмеиваясь. После, она обняла себя за плечи, глядя на медленно голубеющее небо. — Теперь… — Стивонни сделала паузу, закрыв глаза и расслабив руки, — Я хочу вздремнуть.

Утро начиналось, солнце вставало, но они всё так-же валялись и дремали, наслаждаясь быть вместе. Теперь навсегда.