Судное время

      Глухой шепот. Любопытные — иногда нетерпеливые — взгляды. Уже почти привычный лязг кольчуги телохранителя-стражника над самым ухом. Все судебные процессы в этом зале начинаются одинаково. Как, впрочем, и заканчиваются. Но сегодняшний случай — явное исключение. От этой мысли у Инквизитора неприятно покалывало в груди. Он покрепче ухватился за подлокотники своего трона, всеми силами стараясь сохранять спокойствие. — На правах уполномоченного представителя Инквизиции объявляю суд над магистром Ливиусом Эримондом открытым. Введите обвиняемого! — звонкий голос Жозефины пролетел над главной залой, заставив присутствующих смолкнуть. Громко прогудел рог. Десятки голов разом, как по команде, повернулись к распахнувшейся двери. В зал уверенной походкой вошли двое стражников, волоча на привязи тщедушного мужчину в дорогом, но уже порядком подпорченном одеянии. Его руки и ноги плотно скованы цепями — маг крови как никак — так что идти самостоятельно он при всем желании не смог бы. Солдаты промаршировали до середины зала и резко замерли на месте. Но магистр, чьи ноги из-за цепей не отличались ловкостью, своевременно остановиться не успел. Он пошатнулся, подавшись вперед, и точно прочесал бы носом пол, если бы один из стражников своевременно не схватил его за плечо. Инквизитор хмуро наблюдал за этой сценой. Жалкое зрелище. Магистр Ливиус Эримонд обладал обширными познаниями в магии, пользовался уважением у себя на родине, в Тевинтере. Не будь он таким ослом, не свяжись с Корифеем, его жизнь сложилась бы совершенно иначе. И, к сожалению, не только его. — Деяния магистра Эримонда хорошо известны всем в этом зале, — Жозефина опять взяла слово. Держа в руках планшетку с бумагами, она холодно взирала на пленника. — Но процедура и традиции требуют, чтобы все им сотворенное было озвучено повторно в стенах суда. Итак. Ливиус Эримонд, магистр магии из Тевинтера. Вас обвиняют в злоупотреблении магией крови и сговоре с убийцей Верховной жрицы Корифеем. Инквизиции также известно о ваших происках в отношении Серых Стражей, которые едва не привели к уничтожению этого славного Ордена, и наводнению Тедаса ордой демонов. Вы лично возглавляли темный ритуал в Адаманте, крепости Стражей, так что фактически войска Инквизиции застали вас с поличным. Услышав это, магистр неожиданно дернулся, цепи на его руках и ногах противно звякнули. — Вы ничего не знаете. И я не признаю этот суд. Этот…фарс, разыгранный кучкой недалеких. У вас нет права судить меня! — Напротив, многие представители судебной власти выразили желание передать ваше дело Инквизитору, — парировала Жозефина. Она говорила спокойно, но нотки превосходства все же чувствовались в ее голосе. Лицо магистра презрительно скривилось. Несмотря на усталый вид, явную нехватку сна и острую потребность принять ванну, он держался все так же надменно, как и при первой встрече в Западном пределе. В его голосе звучала непоколебимая убежденность в своей правоте. Это…удивляло Инквизитора. За все содеянное Ливиусу Эримонду грозила казнь, но даже понимая это, он не выказывал страха и не отказывался от того, во что верил. Неожиданная сила духа. — Потому что они боятся! Не только Корифея, но и Тевинтера, законного правителя всех земель, на которые вы хоть раз ступали в своей жалкой жизни. — Корифея — возможно. Но не Тевинтера. Представители вашей страны уже объявили о том, что официальный Тевинтер не имеет ничего общего ни с Корифеем, ни с его подручными. Вы сами по себе, магистр. Губы Ливиуса Эримонда дрогнули. В черных глазах мелькнуло…что-то. То ли обреченность, то ли разочарование. Но магистр быстро взял себя в руки. Уже через мгновение он вновь «надел» привычную для него маску презрения. — Я служил воплощенному богу. Сильному и всезнающему, как сама судьба, — медленно проговорил пленник. На его губах заиграла благоговейная улыбка, а взгляд, полный презрения и в то же время гордости, замер на Инквизиторе. — Ваш суд этого не изменит. Давайте! Опустите свои клинки, освободите мой дух от бренной плоти! Меня ждет слава! Последние слова магистр практически выкрикнул под звон собственных кандалов. И после этого — резкая тишина. Все присутствующие замерли, ожидая реакцию того, кто сейчас сидел на позолоченном троне и до сих не проронил ни слова. Но Инквизитор молчал. Хмуро рассматривал своего пленника, размышлял. Этот человек…он напоминал ему кое-кого из прошлого. Соклановца-эльфа, который точно так же оступился, заигравшись с магией крови. В конце концов, его казнили. Но он умер, не осознав глубину своих проступков. Он умер, будучи убежденным в своей правоте. Он так и не усвоил урок. Этот тевинтерец такой же. Казнь — слишком простое наказание для него. И бессмысленное. Что тогда? Запереть в подвале и выбросить ключ? Маловероятно, что и после этого магистр изменит свое мировоззрение. Только преисполнится еще большей ненавистью к Инквизиции и ее людям. Инквизитор стиснул зубы, стараясь унять раздражение, вспыхнувшее в груди. Ему не хотелось выбирать. Не хотелось никого судить. Он ненавидел каждый судебный процесс, который был вынужден возглавлять. Решать, кто прав, кто виноват. Кто заслуживает смерти, а кто нет. Способен ли вообще простой смертный судить других? Судить честно, справедливо. Выбирать наказание соразмерно преступлению, не больше и не меньше… Этот вопрос мучил Инквизитора постоянно. Но ответа он не находил. Как и не знал, к каким последствиям приведет его суд. И несмотря на это, продолжал играть роль судьи, решать чужие судьбы. Потому что должен был. Хотя…а должен ли? Слишком похоже на удобное оправдание неудобной ситуации. Молчание меж тем затягивалось. Зеваки, пришедшие поглазеть на суд, нетерпеливо переминались с ноги на ногу. Терпение заканчивалось даже у всегда спокойной Жозефины. Она то и дело бросала на Инквизитора беспокойные взгляды и явно порывалась что-то сказать. В конечном счете посол не выдержала. — Милорд, вы можете вынести свое решение прямо сейчас. Или, быть может, вам нужны еще какие-либо факты? — Нет… Я своими глазами видел все, что натворил Ливиус Эримонд, — негромко ответил Инквизитор, подчеркнув свои слова легким вздохом. Надо решаться. Суд должен состояться. Он медленно поднялся с трона и также медленно подошел к пленнику, глядя ему прямо в глаза. — Мне поручили судить вас, магистр, — Инквизитор говорил громко и невозмутимо, стараясь, чтобы сомнения в душе не отразились на голосе. — И вот мой суд. Я даю вам право выбора. Сразитесь со мной, здесь и сейчас. Ваша правда против моей. Или же отправляйтесь сразу на плаху, как вам удобнее. Ошеломленный ропот пробежался по залу. За спиной шокировано выдохнула Жозефина. Даже пленник, уже казалось бы готовый ко всему, не смог скрыть удивления. — Сразиться? Зачем? — недоверчиво спросил магистр, стискивая кулаки, отчего цепи на его руках вновь забренчали. — Какой в этом смысл? Выставить меня на посмешище? — Проверить, кто из нас прав. Если ваш бог так всемогущ и всевидящ, он едва ли упустит возможность явить нам свою силу. И совершенно точно не позволит легко убить такого преданного слугу, как вы, магистр. Зеваки в зале зароптали сильнее. Кто возмущался, кто удивлялся. И лишь один одобрительный возглас — от Железного Быка. Кунари стоял у дальней стены и довольно потирал руки, уже предвкушая хорошую драку. Инквизитор не обратил на поднявшийся гвалт никакого внимания. Он лишь молча смотрел на пленника, ожидая ответа. Лицо магистра расплылось в ехидной — почти мерзкой — усмешке. — Проверить моего бога? Неужели мало того, что было в Адаманте? Да-а, храбрости вам не занимать, Инквизитор. Ливиус Эримонд на мгновение замолчал.Окинул взглядом зал и всех присутствующих — впервые за все время. Затем повернулся к Инквизитору, ухмылка на его лице стала ярче: — Я буду сражаться. И всем покажу, на что способны одаренные силой Корифея! Инквизитор согласно кивнул, принимая ответ. Значит, так тому и быть. Дуэль. — Надеюсь, вы понимаете, что не сможете использовать магию крови, магистр. Помните об этом? — Инквизитор взмахнул рукой, которая тут же заискрилась глубоким изумрудным светом. Улыбка пленника померкла. Взгляд замер на полыхавшем прямо перед ним зеленом пламени. Но когда магистр заговорил, его голос прозвучал все так же надменно и уверенно: — Как угодно. Вы же не думаете, что маги Тевинтера сильны лишь в одной школе магии? — Тогда решено. Бой состоится немедленно. Инквизитор вновь кивнул Ливиусу Эримонду и повернулся к Жозефине, готовясь к шквалу критики. Конечно, никто не согласится с таким развитием событий. Ни Жозефина, ни Каллен, ни тем более Кассандра. Но решение принято. Наживка проглочена. Теперь остается лишь надеяться, что все получится.