Добро с копытами

Над Понивилем светило яркое полуденное солнце, жители провинциального городка занимались повседневными делами и не обращали внимания на одинокое белое облако, под порывами ветра постепенно отплывающее к лесу. На небесной «перине» со всеми возможными удобствами устроились две пегаски, одна из которых почти непрерывно что-то рассказывала и время от времени подскакивала, будто напряженная пружина, которая никак не может расправиться. Ее собеседница, шерстка которой отливала теплым желтым цветом, сохраняла спокойствие и доброжелательность, своими повадками напоминая разомлевшую на жаре кошку (молодую мантикору, или кого-то столь же грациозного и опасного).   — Разве ты не понимаешь? — голубошерстная летунья, грива и хвост которой красовались всеми цветами радуги, встала на все четыре ноги и топнула передним копытцем, сердито нахмурив брови. — Если завтра я не смогу повторить «радужный взрыв», меня не возьмут в команду! Еще целый год будет потрачен впустую!   — Я всё понимаю, Рэйнбоу, — Флаттершай (а это была именно будущая Элемент Доброты) вслед за подругой поднялась на ноги и по-кошачьи потянулась, заставляя вздуться под шкурой упругие мышцы, замаскированные тонким слоем жира, делающего контуры тела более плавными. — Просто я уверена в том, что у тебя всё получится.   — Но ведь после того первого раза, сколько бы я не старалась, ничего не выходит, — спортсменка удрученно прижала ушки и опустила голову.   — Не расстраивайся, — самый известный (а также единственный в городе) ветеринар Понивиля правым передним копытцем подцепила подбородок собеседницы и приблизившись, потерлась носом о щеку. — В тебе есть огромный потенциал, который нужно раскрыть. Ну, а я тебе в этом помогу.   Тем временем облако, на котором происходил разговор, уже зависло над яблочным садом семейства Эпплов.   — Ну и как ты мне поможешь? — скептично спросила Рэйнбоу. — Не сочти за грубость, но вряд ли твои боевые искусства позволят мне преодолеть радужный барьер…   — Сейчас сама все поймешь, — хитро улыбнулась и подмигнула Флаттершай, после чего подошла к самому краю небесной перины. — Чтобы преодолеть неуверенность и превзойти свои силы, тебе нужен хороший стимул.   — Разве может быть что-то лучшее, чем место в самой классной команде в мире? — голубая пегаска склонила голову набок и изумленно моргнула.   Вместо ответа желтая летунья с розовой гривой плотно прижала крылья к телу, закрыла глаза и… камнем полетела к земле.   — Флатти! — испуганно воскликнула спортсменка, попытавшись зубами поймать кончик хвоста, ускользнувший в самый последний миг. — Прекрати немедленно и раскрой крылья!   Не ответив, ветеринар лишь перевернулась вверх ногами и по-прежнему зажмурив глаза, помахала копытцами в воздухе. При виде этой картины сердце в груди голубошерстной пегаски сжалось, замерло на миг, а затем с удвоенной скоростью забилось, спеша доставить насыщенную кислородом и магией кровь к так нуждающимся в этом мышцам.   Рывок… Но желтая летунья уже слишком далеко и одновременно с тем опасно близко к земле.   Взмах крыльями бросил спортсменку вперед, заставляя превратиться в стремительный метеор. Она даже и не заметила, как позади в небе расплылся разноцветный круг, а за хвостом протянулся радужный шлейф, ведь все внимание было приковано к безрассудной подруге, а в голове билась мысль: «Должна успеть!».   За десяток метров до земли голубошерстная пегаска подхватила розовогривую летунью передними ногами и напрягая все свои силы, вышла из крутого пике. Пару секунд они летели параллельно земле, а затем вместе рухнули в большой стог сена.   — Дура, дура, дура! — яростно кричала Рэйнбоу, нависнув над мягко улыбающейся и явно довольной Флаттершай. — Ты хоть представляешь, что могло произойти?!   — Все было под контролем, — уверенно заявила желтошерстная летунья.   — Да под каким контролем?! — не желала успокаиваться спортсменка, но была вынуждена замолчать, когда подруга прижала свое левое переднее копытце к ее губам.   — Все было у тебя под контролем, — ласково, но одновременно твердо, констатировала будущая Элемент Доброты. — Если бы я не была в тебе уверена, то ни за что бы так не поступила.   Рэйнбоу несколько секунд стояла, шумно сопя и глядя в совершенно искренние глаза собеседницы. Внезапно ее ноги подломились и мордочка уткнулась в пушистую светло-желтую шерстку на груди Флаттершай, из глаз хлынули слезы, а из горла вырвался всхлип. Все тело потряхивало, будто бы на дворе стояло не жаркое лето, а суровая зима (по крайней мере, зубы стучали очень похоже).   Розовогривая летунья подтянула подругу поближе и крепко обняла, укутав в кокон из собственных крыльев. Она гладила копытцами гриву, шею и спину кобылки, пережившей невероятный стресс. Однако же, как бы больно ни было видеть подругу в таком состоянии и сколь жестоко ни показалось бы это со стороны, вернись время назад — и Флаттершай без сомнений повторила бы свой прыжок (хотя бы потому, что ее жизни действительно почти ничто не угрожало, за что следовало сказать «спасибо» стилю «железной рубашки»).   — Обещай… — прошептала затихшая спортсменка, заплаканными глазами посмотрев в мордочку подруги.   — Что именно? — так же тихо уточнила ветеринар.   — Обещай больше никогда так не делать! — уже более твердо потребовала Рэйнбоу.   — Нет, — ответила Флаттершай, после чего, не позволяя волне возмущения подруги оформиться в слова, прижалась своим носом к ее мордочке и нежно потерлась, вызвав легкий румянец. — Если моей подруге будет нужна помощь, я пойду на все.   — Дура без чувства самосохранения, — устало вздохнула голубошерстая пегаска.   — А вот это было обидно! — наигранно надулась розовогривая летунья.   — Зато заслуженно, — фыркнув, усмехнулась Рэйнбоу, и крепко обняв собеседницу, поудобнее устроила свою голову у нее на груди. — Я ведь смогла? У меня получился «радужный взрыв»?   — Если сомневаешься, просто посмотри вверх, — посоветовала Флаттершай, потрепав подругу по гриве. — Я же говорила, что в тебе огромный потенциал… и это еще не предел.   — Флатти… — крайне смущенным голосом позвала спортсменка, а затем выпалила на одном дыхании. — Спасибо тебе, я бы так не смогла…   Снова зажав голубошерстной пегаске рот и вызвав тем самым недовольное и даже обиженное ворчание, ветеринар хихикнула и заявила:   — Смогла бы. Ведь ты бы не остановилась, даже если бы не успевала меня поймать…

***

  Флаттершай после дневных забот лежала на белом облачке, которое ветер гонял над Понивилем. Кобылка мурлыкала себе под нос ненавязчивую мелодию и любовалась закатом, когда неподалеку послышались узнаваемые хлопки крыльев.   — Рэйнбоу? — розовогривая летунья удивленно подняла брови. — Сегодня же был отбор в твою команду. Неужели что-то пошло не так и ты не смогла пройти?   Голубошерстная пегаска опустилась на край облака и помотала головой, после чего все же заговорила:   — У меня все получилось и мне предложили место в запасе основного состава, с возможностью продвижения вверх в самое ближайшее время.   — И?.. — Флаттершай уже догадывалась, что случилось, но хотела услышать это от собеседницы.   — Я отказалась, сказав, что попробуюсь еще раз, года через три-четыре. — Мордочка голубошерстой кобылки стремительно потемнела от смущения, а взгляд опустился к передним копытцам. — Я не могла вот так оставить Пинки, Рарити, Эпплджек и… тебя. Глупо, да?   Придвинувшись к подруге, розовогривая летунья заключила ее в объятья, накрыв своими крыльями и нежно потерлась о щеку.   — Ты настоящий друг, Рэйнбоу.