Добро с копытами

      На долину опустилась ночь, и на улицы деревни вышли мрачные и подозрительные существа… одно существо… кобыла… Кризалис. Кутаясь в короткий для неё плащ, королева чейнджлингов скользила в тенях, ориентируясь больше на звуки и запахи, нежели на зрение, так как беззвёздное и безлунное небо не давало никакого света. Лишь редкие факелы и лампы со вставленными в них свечами разгоняли тьму на перекрёстках и перед домом старосты на главной площади.       «Чувствую себя героиней второсортного приключенческого романа», — мысленно проворчала правительница подменышей, прижимаясь к стене одного из домов и выглядывая из-за угла.       Взгляду дыроногой кобылы предстала ровная вытоптанная площадка, на которой выделялись два деревянных столба с привязанными к ним пони. Пленниц охраняли двое жеребцов, в свете факела играющих в карты.       Подняв с земли камушек, Кризалис кинула его в сторону так, чтобы он отчётливо стукнул об стену соседнего строения. Стражники на это никак не отреагировали, продолжив свою игру.       — Мяу! — приложив ко рту передние ноги, попыталась привлечь внимание жеребцов королева чейнджлингов. — Мяу…       — Как орёт, а? — посетовал один из сторожей.       — Съела что-то не то, — предположил второй пони. — Слышишь, как надрывается?       — И голос… — первый стражник передёрнулся. — Больная, наверно…       «Козлы», — раздражённо фыркнула правительница перевёртышей, подхватила с земли ещё один камушек и метнула в сторожа.       Раздался звонкий стук, а жеребец ойкнул и, сняв шлем, потёр голову правым передним хуфом. Отложив шлем в сторону, поднялся на ноги.       — Пойду разберусь с этой бродячей кошкой, — заявил он напарнику. — Только посмей в мои карты подсмотреть…       Дыроногая кобыла приложила правое переднее копытце к мордочке, не в силах высказать вслух всё то, что думала о складывающейся ситуации.       — Да я и не думал, — честно признался второй стражник, после чего, дождавшись, когда напарник отойдёт подальше, негромко проворчал: — А идея-то хорошая.       Отступив вглубь переулка, Кризалис плотнее запахнулась в плащ и стала прислушиваться к шагам жеребца. Тот же, в свою очередь, даже не думал как-то скрываться, а спокойно зашёл за угол и позвал:       — Кис-кис-кис-кис… Иди сюда. Я тебе вкусненького дам…       Скользнув стражнику за спину, королева чейнджлингов схватила его за шею левой передней ногой, а правым передним копытцем заткнула рот, начав душить. Жертва испуганно замычала, пару раз дёрнулась, но вскоре обмякла.       Дыроногая кобыла оттащила пони подальше от света, заткнула рот какой-то тряпкой и начала связывать собственным плащом, который решила распустить на ленты при помощи зубов (всё равно он больше мешал, чем помогал). Когда с этим было покончено, пришло время приняться за второго противника.       — Будь благодарен, что так легко отделался, — фыркнула напоследок Кризалис.       Стараясь не шуметь, королева чейнджлингов зашла со спины ко второму стражнику, который в этот момент рассматривал карты напарника, и заглянула ему через плечо. Её взгляду предстали три шестёрки, двойка, семёрка и девятка.       — Шушера, — констатировала правительница подменышей.       — Ага, — усмехнулся жеребец, но тут же, спохватившись, положил карты обратно. — Я не смотрел…       Тихий удар копытцем по затылку (благо этот пони тоже снял свой шлем) отправил охранника в царство принцессы Луны. Впрочем, дыроногая кобыла всё же придержала его тело, не дав шумно упасть на землю.       Самодовольно усмехнувшись, диверсантка осмотрелась вокруг, желая убедиться в отсутствии свидетелей, но кроме двух пленниц, никого больше не заметила. Нежно-жёлтая единорожка и сиреневая пегаска с завязанными ртами, привязанные к столбам, выглядели так беспомощно и…       «Они что, спят? И ради кого я стараюсь?!» — нервно дёрнув ушами, Кризалис всё же взяла себя в копыта, и подойдя к ветеринару, начала её трясти.       — М-м-м? — Флаттершай открыла глаза, и совершенно ясным, будто бы и не спала вовсе, спокойным взглядом посмотрела на свою спасительницу.       — Сейчас я тебя освобожу, так что не шуми, — заявила королева чейнджлингов.       — М-м-м, — замотала головой обладательница розовой гривы, после чего кивнула на Твайлайт.       — Хочешь, чтобы я начала с неё? — предположила дыроногая кобыла, и получив утвердительный кивок, лишь недовольно фыркнула, пожала плечами и направилась к ученице принцессы Селестии.       Тем временем Флаттершай сперва напрягла мышцы и глубоко вдохнула, затем выдохнула и расслабилась, тут же выскользнув из верёвок на землю. Обернувшаяся на звук королева спросила, округлив от удивления глаза:       — То есть ты могла освободиться в любой момент?!       — Агась, — убрав мешающую говорить тряпку, ответила нежно-жёлтая единорожка.       — Ну и какого сена тогда не освободилась раньше? — недовольно нахмурившись, раздраженно спросила правительница подменышей, ощущая себя… крайне глупо (словно бы проделала никому не нужную работу).       — Не хотела бросать Твай, — призналась ветеринар. — Сама бы я, может, и освободилась, и убежать могла бы… Но вот её освободить уже не успевала. Да и обезвредить этих двоих, не поднимая шума…       — Ладно, — дернув ушами, дыроногая кобыла вернулась к уже проснувшейся сиреневой пегаске, начав её развязывать. — Глупые пони…       …       Перед уходом с площади троица кобылок обобрала стражника, после чего его связали верёвками, снятыми со столбов, а затем оставили в полной темноте, потушив факел. Из деревни они выбирались цепочкой: первой шла Кризалис, как единственная, кто могла ориентироваться без света, а за хвост её держала Флаттершай, за хвост которой держалась Твайлайт.       Только оказавшись вдали от домов, компания решилась остановиться и поговорить, и первой голос подала сиреневая пегаска, которой ради этого пришлось отпустить хвост подруги:       — Флатти, ты бы не могла подсветить?       Ветеринар не стала заставлять просить себя дважды, и вскоре её рог засветился мягким жёлтым светом.       — Подведём итоги? — предложила единорожка.       — Мы непонятно где, не знаем, как вернуться назад, и не выполнили полученное задание, которое теоретически могло привести нас к способу вернуться домой, — констатировала Кризалис. — В остальном — всё хорошо.       — Ну… Во-первых, мы знаем, где находимся и что нужно делать, — возразила обладательница розовой гривы. — То, что нам неизвестно, где это место расположено относительно Эквестрии — маловажный факт. Ещё мы знаем, что тут не любят единорогов, а когда утром обнаружат стражников и опросят их, начнутся наши активные поиски. В связи с этим возникает дилемма: мы можем попытаться сбежать и спрятаться, но тогда исполнение условий возвращения домой откладывается на неопределённый срок, либо пользуемся неразберихой и приобретаем необходимые нам вещи.       — Ты предлагаешь ограбить этих пони? — ужаснулась ученица Селестии.       — Ограбить можно лишь нейтрально и дружественно настроенных разумных, — парировала ветеринар. — Эти же пони и не пони с первых минут показали, что настроены к нам враждебно. Пусть мне это и не нравится, но своим нападением на нас они первые развязали нам копыта.       — Поддерживаю, — заявила королева чейнджлингов, которая и вовсе ничего плохого в воровстве у пони не видела.       — Так нельзя, — притопнула копытцем сиреневая пегаска. — Как бы к нам ни относились эти пони, мы не должны забывать о правилах и законах. Один раз дав себе разрешение на преступление, тем самым ты отодвигаешь рамки допустимого, и в следующий раз уже не будешь видеть в этом чего-то плохого. И разве ты бы одобрила, если бы Скуталу начала воровать у тех, кто ей не нравится?       — Логично, — была вынуждена признать единорожка. — Хорошо, воровать мы не будем. Но что ты тогда предлагаешь?       «Глупые… Глупые пони», — страдальчески закатила глаза правительница подменышей, едва удерживаясь от того, чтобы отвесить обеим кобылкам по подзатыльнику.