История Ичиро

      Когда вся одежда была на полу, он вновь схватил свой плащ, лег рядом с напарницей и поежившись от холода, который исходил от ее тела, прижал к себе и укрыл их обоих своим объемным плащом. — Давай, Кохару, приди в себя!       Он снова принялся растирать ее плечи, думая только о том, чтобы она поскорее оттаяла и пришла в себя. Он снова использовал бъякуган, чтобы проверить ее внутреннее состояние и заметил, что огонек чакры в ее теле все больше тускнел. Ичиро зажмурился, злясь на себя за то, что не нашел ее раньше и за то, что сейчас ничего не мог сделать. — Давай, Кохару, возвращайся. — тяжело прошептал Ичиро, — Признаюсь, тебе удалось напугать меня. Удалось. А теперь открывай глаза.       Он прижал ее к себе еще сильнее и выдохнул воздух где-то в районе ее шеи, отмечая про себя, что температура ее тела начинает потихоньку приходить в норму. — Сахара… — ему тяжело далось выговорить ее имя, ведь он никогда раньше ее так не называл. Он прижался лбом к ее лбу. Он не чувствовал ее дыхания, настолько слабым оно было. Кожа ее была ледяной, и Ичиро всем телом прижался к ней, словно хотел забрать весь этот холод, который сковал ее тело, себе. И задумался. Он был один виноват в том, что она сейчас в таком состоянии. Он никогда не позволял своим подчиненным так рисковать собой. Двое на одного… Он не должен был позволять им увести ее далеко. Несмотря на то, что противник его был силен, он должен был найти время, лазейку, момент, чтобы увести свой бой в ту же сторону, вслед за ней. Почему он этого не сделал? Почему? Это было на него не похоже. Он никогда не выпускал из виду своих врагов, даже если с ними сражались его товарищи. Так, почему сейчас он поступил таким образом?.. Потому что знал, что она сильная… Он знал, что она справиться. Он был уверен в ее победе, не сомневался в ее способностях. Именно поэтому позволил им увести ее. Раньше он не видел этого, не хотел признавать, но она… Она была самой сильной куноичи из всех, что когда-либо встречались на его пути. — Давай, Сахара. Снова упрямься, снова спорь, снова выигрывай. Только возвращайся ко мне…

***

      Буря стихла. Тишина заполнила собой загадочный, снежный лес, словно метели и вовсе не было. Только полная луна светила на темном небе, волшебным светом озаряя магический лес. Поленья, слабо шипя, тихонько догорали в камине, и были единственным источником света в маленькой комнатке. Стояла глубокая ночь.       Чуть поморщившись, Сахара попыталась сменить позу, но почувствовала, что что-то сковывает ее движения и недоуменно открыла глаза, не понимая, где находится. Благодаря слабому свету камина, девушка увидела лицо Ичиро в паре миллиметров от своего собственного и немало удивилась позе, в которой оба оказались. Но еще больше ее смутило то, что они оба были без одежды. Сахара нахмурилась, стараясь вспомнить, что произошло.       Лавина! — пронзило ее воспоминание. Но раз она еще видит, дышит и сейчас чувствует тепло тела своего напарника, то можно с уверенностью сказать, что она еще жива. Определенно. Она вспомнила, что Ичиро вытащил ее из снега. Девушка снова поежилась и непроизвольно прильнула ближе к напарнику, словно вновь ощутила ледяную тюрьму, в которой оказалась. — Ками! — услышала Сахара хриплый голос своего напарника, удивленно приподняла голову и посмотрела на него. Глаза его все еще были закрыты, но девушка почувствовала, как он крепче прижал ее к себе. — Наконец-то проснулась. — Это ты разбудил меня. — также тихо ответила Сахара, словно хотела обвинить его, но на губах Ичиро расцвела ленивая улыбка. — Правда? — Да.       Они говорили очень тихо, словно боялись, что их кто-нибудь услышит. Сахара даже не до конца понимала то, что все это время не отрывала глаз от лица напарника. — Ты выбрала неудачный момент поспать. — Именно поэтому ты сейчас спишь вместе со мной? — Кто спит? — Ичиро наконец открыл глаза и встретился с ней взглядом, и на губах обоих отчего-то расцвела улыбка. Они были крайне удивлены, что могут так непринужденно общаться, когда находились в заброшенном домике в лесу совершенно одни, на полу около камина, в объятьях друг друга, практически обнаженные. Не хотелось вставать, не хотелось ссориться, не хотелось снова спорить. Она чуть не погибла, видимо, им обоим нужно было прийти в себя от этого обстоятельства. Именно поэтому не реагировали друг на друга привычным образом.       Оба словно боялись спугнуть мгновение, поэтому тишина немного затянулась, в процессе которой они не отрывали друг от друга глаз. — Как ты нашел это место? — тихо прервала молчание Сахара. — Попалось на глаза, когда искал тебя. — Кто были наши враги? — Не знаю. — Это ты раздел меня? — Да. — Зачем? — Хотел удивить тебя, когда проснешься. — Ичиро усмехнулся. — Скорее ты удивил меня тем, что разделся сам, — поддела его Сахара, но к ее удивлению Ичиро не ответил. И загадочная тишина заполнила собой помещение. Это было странно. Ичиро до сих пор прижимал ее к себе. Она чувствовала его горячие руки на своей спине, и когда сосредоточилась на этом касании, смотря ему в глаза, по ее телу поползла приятная дрожь. И внезапно ее голову снова посетили воспоминания о том, как она была погребена под ледяной тюрьмой снега. Холод. Невыносимый холод сковал ее тело, заставляя застыть кровь. Воздуха не было, отчего девушка уже чувствовала, что еще чуть-чуть, и она вот-вот потеряет сознание, и тогда… Сердце ее невольно ускорило свой ритм. За всю свою жизнь она много раз была на пороге смерти, но всегда сражалась, всегда боролась и никогда не сдавалась, даже если было очень больно, даже если было невыносимо, она находила в себе силы и сражалась за свою жизнь. Именно поэтому сейчас, она не могла сдастся, тем более тогда, когда ее напарником был Ичиро. Это было бы слишком унизительно… И она потянулась вверх. И почти сразу ощутила крепкую, горячую руку, которая вытащила ее из снежного плена. «Черт бы тебя подрал, Кохару!» — донеслось тогда до ее сознания, и девушка, несмотря на то, что силы стремительно покидали, усмехнулась и ответила в своей привычной манере. Хоть Ичиро и был придурком, был ее врагом, «командиром», но он… — Ты спас мне жизнь… — прошептала девушка. Ичиро снова промолчал.       И в следующий момент произошло то, что удивило их обоих. Этого никогда не происходило и никто не думал, что когда-либо это может произойти. Она… поблагодарила его: — Спасибо…       Сработал переключатель. Который отключил мысли обоих. Либо это была атмосфера, поза, объятья, разговор, взгляд… либо все вместе, но в следующий момент губы прижались к губам, и все остальное для них перестало существовать. Сердце стучало в ушах, и Сахара еще ближе прильнула к своему напарнику, отдаваясь во власть его рук. Он положил ей одну руку на затылок и пальцами запутался в каштановых волосах, притягивая девушку еще ближе к себе. Она не задумываясь, открылась ему, и его язык уверенно вошел в ее рот, сплетаясь с ее языком, вызывая мучительные спазмы по всему телу. Сахара тяжело дышала, стараясь сделать глоток воздуха, но как только вторая рука Ичиро переместилась ей на грудь и сжала сосок, девушка не смогла сдержать стон. Она вытянулась как струна и прильнула бедрами к его бедрам, чувствуя что-то твердое и горячее в районе живота. Она непроизвольно прикусила его губу и потянула на себя, из-за чего услышала его слабый, гортанный рык. Он с силой сжал ее бедра и повалил ее на спину. Ичиро спустился ниже к шее, приник к пульсирующей жилке и куснул ее именно в том месте, отчего словно в вознаграждение ощутил острые ноготочки на своей спине. Он улыбнулся и спустился еще ниже. — Ичиро… — хотела остановить его Сахара, но он уже приник к ее груди прямо сквозь бюстгальтер, и его имя превратилось в стон на ее губах. Невидимые волны неги и удовольствия накатывали на ее тело вновь и вновь, растекаясь жаром внизу живота.       Ичиро снова жадно приник к ее губам и уверенно сжал ягодицы партнерши, прижимая их к своему телу, отчего дыхание Сахары замирало, и очередной стон слетал с ее губ. Она кусалась в ответ, царапала его мышцы, оставляла красные следы на его шее и издавала такие звуки, в совокупности с которыми Ичиро потихоньку сходил с ума. Она пальцами путалась в его волосах, оттягивала его, и этим еще сильнее раззадоривала его.       Она и Асами различались как небо и земля. — вдруг подумал Ичиро. Асами была сладкой. Неуловимой. Запретной. Она была его первой любовью, а Кохару… Ичиро ошибался в ней, Кохару была податливой… Она была гибкой. Она была страстной. Она была дикой. Неизведанной. Необузданной. Неукротимой. Сахара была…       Его пальцы наконец достигли застежки на бюстгальтере и уверенно расстегнули ее. Еще один элемент одежды полетел в сторону, несмотря на сопротивление. Сопротивление?       Ичиро словно вышел из туманной завесы и приоткрыл глаза. Перед ним предстала маленькая, аккуратная грудь с дерзко торчащими сосками во всей своей красе и плоский живот с настолько тонкой талией, которую, он был уверен, можно было обхватить двумя его большими ладонями. Она слишком отличалась от Асами. Не только характером, поведением, но и телом. У нее были идеальные пропорции. Идеальные для него. Он словно увидел перед собой другого человека. Не грубую, дерзкую, дотошную Кохару, а… девушку. Если бы не одно «но»… Ее тело было усыпано многочисленными шрамами. Короткими и длинными, безобразными и не очень, они обосновались везде, от груди до самых ног. И удивленно уставился на ее тело. Откуда? Он переместил взгляд выше. Синяки на ее шее, оставленные его пальцами были как удар пощечины. Ичиро разозлился на себя. Он никогда так не обращался с девушками. Даже когда Асами выводила его из себя, он никогда не позволял себе такого. Почему же с ней он позволил себе подобное? Потому что сильная? Потому что не сломается? Потому что это… Кохару? Та самая Кохару, которую он ненавидел и дразнил на протяжении четырех лет…

«Кохару… Черт!» — изумился и одновременно разозлился на себя Ичиро.

      Значит, думал, что она неуязвимая, да? Думал, что ей не больно, потому что она никогда не позволяла никому усомниться в себе? Думал, что она прочная, как сталь, поэтому намеревался сломать ее с самого первого дня их знакомства? Вот, пожалуйста, Ичиро. Та самая Кохару, которой не больно… — Отпусти меня, — услышал он требовательный голос.       Магия рассеялась. Он даже не заметил, как прижал ее руки к полу. Ичиро молча повиновался. Сахара закуталась в его плащ, схватила с пола свои вещи, которые были до сих пор мокрые, и подошла к камину, намереваясь снова разжечь в нем огонь. Слезы душили ее. Она не осмеливалась снова посмотреть в сторону Ичиро. Она боялась это сделать. Впервые она боялась чего-то настолько сильно. А самое страшное было то, что она не знала, как вести себя с ним дальше и что она чувствует по отношению к нему. Хотя нет, она знала, что чувствует к нему. Злость. Злость, обиду, унижение… Да, пожалуй, эти слова более чем определяют ее теперешнее состояние. Она позволила ему увидеть себя, позволила поцеловать себя, позволила… войти в свое сердце. Своему врагу. Который не задумываясь уничтожит ее при первой же возможности. Она видела его взгляд. В нем плескались шок, презрение и злость. Уже не было той страсти, которая была между ними мгновение назад. И Сахара знала, о чем он думал, когда целовал ее. Самое плохое было то, что она знала, читала его, как раскрытую книгу, которая открылась на странице с главой под названием «Асами». Девушка закрыла глаза, и придвинулась ближе к огню, ощущая, как от жара стягивается на лице кожа. Она знала, о ком он думал, и все равно позволила ему целовать себя. Просто потому что… хотела почувствовать себя желанной. Желанной мужчиной, который тебе нравится, и который презирает тебя.       Всю ночь Сахара неподвижно сидела около камина и сушила свои вещи. Ичиро же, сидя на хлипком матрасе то и дело поглядывал в ее сторону. Он не осмеливался заговорить. Он знал, что обидел ее. Впервые в жизни ему это удалось. Но только ли из-за того, что он увидел ее тело, у нее была такая реакция? Ичиро показалось, что в ее взгляде было что-то еще… Из-за того, что поцеловал ее? Нет. Ичиро глубоко вздохнул. У него у самого это не укладывалось в голове. Это было настолько же нереально, как если бы солнце и луна поменялись местами! Но тем не менее это случилось. Они оба хотели этого, но… он не хотел этого. То, что было на горячих источниках. Он знал, что она по каким-то необъяснимым причинам подглядывала за ним, и он хотел ее просто поддразнить. Он не думал, что будет думать об этом. И желать попробовать ее. Но что-то случилось. Что-то произошло после того, как она чуть не погибла. Он не знал, как это объяснить. Что-то первобытное, что-то новое, неизведанное пронеслось между ними в тот момент, и он просто не мог не поцеловать ее. Как он и предполагал, она отдавалась со всей страстью. Кусалась, царапалась, стонала, будто вела с ним бесполезную борьбу, которая, он не мог не признать, нравилась ему. Ему даже показалось, что он уже испытывал это ощущение раньше, какие-то обрывки воспоминаний пронеслись в его голове, но они также быстро стерлись из его памяти. Сахара совсем не похожа на девушек, с которыми Ичиро приходилось сталкиваться раньше. Сухая и твердая, как струна. Стройная, потянутая, сильная. Но при всем этом не потерявшая своей женской привлекательности и мягкости. Он только сейчас смог это разглядеть. Он больше не ненавидел ее. Он захотел ее узнать…       Почему только сейчас? Почему раньше у него возникало подобных мыслей по поводу нее? Наверное, из-за того, что все эти четыре года он был влюблен в Асами и никого не видел кроме нее. Даже если он и смотрел на других девушек и даже заводил с ними непродолжительные отношения, то Сахара была последней особью на земле женского пола, о которой он бы подумал в тот момент. Да, что там! Если бы ему сказали всего каких-то пару дней назад, что он захочет Кохару, он бы непременно рассмеялся ему в лицо. Это было просто нелепо, невозможно! Последние три года Сахара постоянно отсутствовала на миссиях и не мозолила ему глаза. Их в последнее время очень редко ставили на совместные миссии, и даже если ставили, то всегда был кто-то третий, кто разряжал напряженную атмосферу между этими двумя. Они никогда не оставались друг с другом наедине так долго. Если они оставались одни в комнате более пяти минут, они могли запросто поубивать друг друга. Так, неужели сейчас сработал эффект подвесного моста?

***

      Только когда солнце показало свои первые лучи, Сахара позволила себе обернуться и увидеть, что Ичиро вновь уснул. Девушка тяжело вздохнула, встала на ноги, сбросила с себя плащ и начала одеваться. Одежда высохла и приятно грела кожу, прикасаясь к телу. Куноичи принялась натягивать на себя бюстгальтер, но пальцы, как назло, не хотели слушаться. «Черт!» — чертыхнулась про себя Сахара и еще раз прокляла Ичиро за то, что он так бесцеремонно сорвал его с тела. — Помочь?       Сахара резко развернулась, и увидела, что Ичиро уже довольно давно наблюдает за ней, до сих пор лежа на матрасе, лениво повернув голову к ней. Она увидела, как его взгляд переместился ей на грудь, и девушку пронзило воспоминание, как он втянул в рот ее сосок прямо через грубую ткань. Горячая волна прокатилась по ее телу, и девушка резко отвернулась. — Обойдусь.       Она почувствовала, как он приблизился к ней, и это еще больше разозлило ее. — Я же сказала, что…! — Стой, спокойно. — он убрал ее руки с застежек и сжал ее плечи, чтобы она стояла ровно, но Сахара тут же дернулась в сторону. — Да, что с тобой такое?! — воскликнула она, прижимая к себе клочок ткани, который вот-вот норовил упасть с ее груди, если она опустит руки. — Я же сказала, что справлюсь сама. — С твоими корявыми руками ты его уже пять минут застегнуть не можешь! Мы быстрее выйдем, если я помогу тебе! — Да, что ты говоришь?! С каких это пор ты обратил внимание на мои руки?!       Ичиро невольно перевел взгляд на ее руки, прижимающие к себе бюстгальтер, и Сахара увидела, как его белые глаза подвернулись дымкой. — Не надо… — воскликнула она, делая шаг назад, и почувствовала, как уперлась спиной в стену. — Не смей смотреть на меня так! — сердито воскликнула она. — Ты слишком много о себе возомнила, Кохару, — прорычал в ответ Ичиро. — Кого интересует твоя грудь? — Конечно, я же не Асами. Куда тебе, Ичиро, засматриваться на мою грудь! — Не смей говорить об Асами! — Не говорить? — усмехнулась Кохару, — Не говорить, это как раз про тебя Ичиро! — Что? — Какого черта ты не сказал мне, что Асами должна была пойти с тобой на эту миссию? — Откуда ты знаешь? — Это неважно. — отмахнулась девушка, — Я очень хотела получить эту миссию, даже не смотря на то, что моим спутником окажешься ты! И вдруг я узнаю, что оказывается я вообще могла на нее не попасть! — Вот именно, что ты не должна была на нее попасть! — вдруг взорвался Ичиро, — Если бы Асами согласилась, не было бы всего того дерьма, что происходит между нами!       Послышался звук пощечины.       Ичиро пораженно смотрел на Кохару, которая готова была взорваться от ярости. Если бы взгляд мог убивать, от него бы уже ничего не осталось. — Ты просто трус! — выплюнула Кохару, обошла Ичиро, с первого раза застегнула бюстгальтер, надела на себя оставшуюся одежду и вышла на улицу. Морозный воздух ударил в ноздри, и Сахара молча стала дожидаться своего товарища, глубоко дыша, чтобы заморозить накатывающие на глаза слезы. «Если бы Асами согласилась, не было бы всего того дерьма, что происходит между нами!» — пульсировало в ее голове. Вот, что для него значило все то, что между ними произошло.       Через несколько минут скрипнула дверь, и на свет вышел Ичиро, прерывая ее размышления. Девушка быстро заговорила о деле, пока снова что-нибудь не произошло: — Этот дом — один из маяков, с помощью которых можно пройти этот лес. Следующий маяк должен быть на северо-востоке в восемнадцати часах пути. Это огромный ледник, в котором, если верить записям, находиться место с комфортной температурой. Там даже растет зелень. Своеобразный маленький оазис. Третье — маленькая деревня из нескольких домов. Жители дружелюбные, но…       Кохару снова сыпала фактами из умных книжек, но это уже не раздражало Ичиро. Он даже почти не слушал монолог своей напарницы, думая о том, что она сказала ранее. Первое чувство, что он испытал, когда она ударила его, была ярость, но следующее, что она сказала, словно отрезвило его. «Трус» — эхом повторялось в его голове. Какого черта? Он никогда не был трусом, и он начал размышлять о том, что побудило ее сказать об этом. Да, он не сказал ей о том, что Асами должна была пойти на эту миссию вместо нее, но он и не обязан был это ей говорить, тем более, что все равно ничего не получилось.       Он ушел из деревни раньше положенного срока, но это было не удивительно. Он не хотел находиться в одной деревне с Асами и этим остолопом, понимая то, что он больше никогда не посмеет прикоснуться к ней.       Он не хотел встречаться с Кохару, потому что для всей полноты картины, чтобы он почувствовал себя полным ничтожеством, не хватало только того, чтобы и она полила его дерьмом.       Он не хотел ее целовать, но сделал это. Неизвестно почему, но он очень этого хотел и сделал. Может таким образом он хотел стереть Асами из своей памяти? И кого он для этого выбрал? Просто смешно.

«Трус» — снова стрельнуло в его голове, и он снова обдумал по порядку факты.

      Он не сказал Кохару о возможном смене партнера. Он не хотел встречаться с ней после того, как его отвергли. Он ушел из деревни так и не дождавшись ее. Он поцеловал ее, и сейчас был в ярости от того, что такая глупая идея пришла ему в голову. Он намеренно обидел ее. Снова. Словно это она виновата во всем, но правда в том, что он сам все портит. Черт, да он действительно трус. Как он может еще удивляться этому? От осознания того, что Кохару снова оказалась права, по привычке в нем вспыхнула злость, но она тут же поутихла, когда он услышал ее голос: — Мы на месте. Видишь вход?       Ичиро даже не заметил, как прошли все эти восемнадцать часов, что они были в пути. Перед ними возвышалась огромная глыба льда, и Ичиро с трудом вспомнил, о чем Кохару говорила в самом начале пути. Оазис? Вход?       Ичиро активировал бъякуган и сразу нашел вход в секретную пещеру. Маленькая щель не позволяла увидеть всю красоту сразу. Ичиро прошел первый и остановился, пораженный открывшейся красотой. С потолка пещеры тек тоненький ручеек, напоминавший небольшой водопад, воды которого попадали в небольшое озеро, которое располагалось прямо по центру ледяной пещеры. Оно было поддернуто легкой дымкой, что придавало месту загадочности. Вокруг озера росли трава и цветы, и Ичиро удивленно заметил, что здесь температура была гораздо выше, чем снаружи. Вполне комфортная для человеческого тела. Здесь действительно можно остановиться на ночлег. Внезапно его внимание привлек шорох позади, и, обернувшись, Ичиро увидел, как Сахара изо всех сил пытается втиснуться в ледяную щель, которая служила входом. Видимо, грудь ее была не слишком маленькая, раз именно из-за нее она не могла протиснуться внутрь. Кто бы мог подумать! Ичиро невольно прыснул от смеха.       Сахара удивленно подняла взгляд, но когда она увидела, что он смеется над ней, то удивление мгновенно сменилось недовольством: — Чего смеешься? — Что, Кохару, не влезаешь? — с сарказмом протянул Ичиро, — Помощь не нужна? — Позаботься о себе. У меня все под контролем.       Он внезапно схватил ее за руку и потянул на себя. Девушка легко поддалась ему навстречу и невольно уперлась в его грудь рукой. — Конечно, — голос Ичиро отчего-то прозвучал слишком интимно. Воспоминание о той ночи пронзило ее, и Сахара поспешно отступила. Хоть она и не смотрела на Ичиро, она знала, что он смотрит на нее. Девушка решила перевести тему: — Свитки не врали, здесь действительно тепло и можно переночевать. Удивительно.       Больше никто из них не сказал ни слова. Они расстелили свои спальники и, поужинав, легли спать. Но сон не шел. Мало того, что она весь день думала о нем, так и сейчас Сахара так и не смогла объяснить себе, что с ним происходит. Она была уверена, что он вновь накричит на нее после того, что она сказала и ударила его, но то, как он себя повел удивило ее. Он не сделал ничего. Не злился, не кричал, не осадил ее, а просто… промолчал. Всю дорогу он был в своих мыслях, и Сахара была уверена, что если бы на них напали враги, он бы и этого не заметил. О чем он думал? Что занимало его мысли? Неужели она смогла заставить его задуматься? — Почему ты так хотела на эту миссию, Кохару? — внезапно разрушил молчание Ичиро, и девушка невольно вздрогнула от звука его голоса. — Почему тебя это интересует? — Просто ответь. — Я пообещала одному человеку, что вернусь в страну Молнии.       Ичиро удивленно повернулся в ее сторону, но Кохару лежала к нему спиной, поэтому он не смог разглядеть ее лица. — Что это за человек? — проснулось в нем внезапное любопытство. — Ты хотел узнать, почему я хотела на эту миссию. Я ответила. Больше тебе знать не обязательно. — Это должно быть важный человек, раз ты ради него готова пересечь пол мира со мной. — попытался он вытянуть из нее еще немножко информации. — Ты прав. Это важный человек. — Это парень?       От удивления Кохару даже повернулась к нему лицом. Ему действительно это интересно? — Парень. — утвердительно кивнула она, и очень удивилась, когда в его глазах увидела вдруг вспыхнувшую злость.       «Парень!» — изумился Ичиро. Какого черта он так разозлился? Ему не должно быть до этого никакого дела. Только не говорите ему, что она с ним провела все то время, пока не вернулась в деревню после победы над Пейном, иначе он сойдет с ума. Кто он? Как они познакомились? Где встретились? Почему она хочет снова увидеться с ним? Эти вопросы разъедали ему мозг. И вдруг ему в голову пришла другая мысль. И если она подтвердиться он может с гордостью перерезать себе горло, потому что он действительно сошел с ума, если это так волнует его: — Кохару, что ты видела в Бесконечном Цукуёми?       Она уже успела вновь отвернуться от него и закрыть глаза и почти провалилась в сон, если бы не его внезапный вопрос. Сердце ее замерло и сжалось в испуге. Почему его это волнует? Почему он спрашивает это у нее? Почему его начало интересовать это именно сейчас? Кохару закрыла глаза. Она пообещала себе не вспоминать, потому что иначе это разорвало бы ей сердце. Но после того, что между ними произошло в этом путешествии, воспоминания сами начали лезть ей в голову. В Бесконечном Цукуёми они были вместе…