Endless

Прошло шесть лет.

И вот — Чонгуку уже пятнадцать. Невероятно быстро пролетело время, как для мальчика, так и для его окружения, которое успело сильно измениться. Парень больше не маленький ребенок, хотя необдуманные поступки он все еще совершает, но… Все же, это из-за бушующий гормонов. Тяжело, когда чувства сильно обострены, внимание неоправданно разбегается на ерунду, а нервы все чаще накаляются. Чон сменил школу, близкий круг друзей, но, по-прежнему, любуется чудесным видом из окна. Дома все очень печально. Мать постоянно водит в дом разных мужиков, на что Чонгук ужасно злится и часто срывается из-за этого на мамашу. А кому понравится видеть у себя в родном доме незнакомых мерзких «папиков»? Подросток каждый раз слышит одно и тоже: «Гуки, не наговаривай. Он хороший. Не будь букой и просто здоровайся с ним хоть иногда, ладно?.. Ты его всегда пугаешь своим хмурый видом, малыш». Зарабатывает женщина лишь своим подтянутым телом и ловкий языком, который уговаривает многих мужчин, по случайно услышанным словам очередного ухажера. Отвратительно. Он очень устал от такой жизни. Единственное что спасает (или убивает) Чонгука — это сигареты, которые он покупает на краденые деньги у матери. Та, в свою очередь, постоянно замечает пропажу, но говорит мальчику, лишь только перестать тратить деньги впустую. Он врет — мать закрывает глаза и дает ему делать то, что тот желает. По этой причине, Чонгук и начал курить, недавно вообще связался с плохой компанией, в которой он постоянно оказывается третьим лишним, мальчиком на побегушках у старших. Мамашка будто бы намеренно не замечает изменений в сыне, давая тому едкую свободу, что на деле ничем не отличается от брошенности, свойственной детям в таких семьях. Покуривая сигарету на балконе и впуская в легкие ядовитый дым, который будто проникает куда-то дальше и впитывается в его кости, Чонгук нервно ухмыляется куда-то в небо. Та самая плохая компания часто берет школьника с собой на разборки. Обычно, Чон стоит в стороне и судорожно наблюдает за кровавыми сценами, в которых одни мужчины бьют морды другим. Ему страшно, но если он попытается сбежать из шайки, то те мудаки его обязательно найдут. Они никогда не оставят его в покое, ведь брюнет легкая добыча, его просто развести на деньги и другие приятности, так как он глупый, наивный школьник. Хулиганы по своей «доброте душевной» никогда не заставляют Чонгука драться, а уж тем более, принимать удары. Так что, пусть все будет так, как есть сейчас. Хоть и психика немного сломлена. Чон не раз сбегал из дома, но в любом случае, в конце всегда возвращался назад. Парень не имеет лучших друзей, только знакомых. По этой самой причине, он не может просто взять и остаться у кого-то на ночевку, чтобы избавиться от отвратных стонов, доносящихся из спальни в собственном доме. Да и денег у мальчика нет, чтобы заплатить кому-то за жилье. Остается терпеть. В те времена, когда исчез Хоня, пропал и его отец. Он ушел из семьи, громко хлопнув входной дверью. По словам отца, во всем виновата мама Чонгука. Эта женщина выжимала из мужчины соки, вымогала деньги и тратила их на ветер, не заботясь о маленьком сыне. Любовь? Она была только в начале, в самом разгаре отношений, а позже, все засохло, как цветы, которые не поливали больше трех недель. Бывает, отец навещает сына, но это происходит довольно редко. Если и приезжает к нему, то обычно задает самые банальные вопросы, по типу: «Как дела в школе?», а мальчик привычно для себя отвечает: «Нормально». Чонгук недолюбливает своего отца, ведь тот оставил его с этой сумасшедшей дамой, а сам свалил в другую семью и проживает счастливую жизнь. Он считает, что мужчине вообще плевать, жив его родной сын или нет и все это для потешения своего эго, мол: «Какой я хороший, навещаю сына и интересуюсь его жизнью». Папа Чонгука не присылал ни писем, ничего подобного, а лишь платил гребаные алименты. Чон всем своим нутром невзлюбил его, так же, как и подстилку мать.

***

Чонгук проснулся с мыслью, что он безумно уставший. Очередной зимний скучный день, когда нужно идти в школу, тратить нервные клетки на ответ у доски, а после приходить домой дико измотанным. Как же он ненавидит это. — Чонгук, просыпайся! Ты опоздал! — Кричала мать из соседней комнаты, гремя посудой, которую, она видимо, с утра пораньше моет. Чонгук нервно потянулся к телефону и заметил, что будильник не сработал.

9:15

— Чертовски сложно… Гук нехотя натянул на себя объемный черный свитшот, такие же черные джинсы и белые носки. Лениво накинул на себя белоснежную сумку и пошел к выходу. Мама выглянула из соседней комнаты и увидела такую картину: Чонгук с полузакрытыми глазами-щелочками лениво надевает на себя черные зимние боты, сидя на кожаном пуфике у входной двери. Его темные растрепанные волосы спадают на глаза, а пальчики еле двигаются. — Гуки, ты должен делать это быстрее! Я не хочу потом выслушивать жалобы в свою сторону в школе, — Мать тяжело вздохнула, ее взгляд упал на макушку сына, которая тихонько качается из стороны в сторону, — Ты понимаешь, что твои частые опоздания еще и влияют на успеваемость в школе? — Разберусь. Все, я ушел. Парень наконец-то собрался и вышел из дома, даже не оглядевшись на мать. До школы нужно добираться на маршрутке, притом полчаса, это Чону очень не нравится. Каждый день заходить в холодную маршрутку, наполненную апатичными людьми, желающие съесть тебя за мешающую сумку под носом. Это так бесит! Но зато школа очень хорошая, элитная. В тот класс, в который ходит Чонгук, ученики смешанные по возрасту, так скажем — микс. Учатся там подростки от четырнадцати лет, до восемнадцати. То есть, в одном классе ты можешь общаться и с 13-тилеткой, и с 18-ти. Чтобы попасть в это учреждение нужно быть очень одаренным ребенком, но Чонгуку «повезло». Его мать выбила билетик на место в ряды школы, благодаря очередному мужчине, с которым она провела ночь, как догадывается брюнет. На улице было очень холодно, щечки мальчика точно покрылись красным румянцем, а носик немного сопел. Из-за того, что он не надел шапку, уши нехило заложило, поэтому, Чонгук весь путь чувствовал, будто он находится в каком-то аквариуме. Когда юноша дошел до остановки, то ему сразу попалась нужная маршрутка, но она была заполнена как и обычно. Чону пришлось стоять, утыкаясь головой во всякие ненужные бортики транспорта, из-за своего довольно высокого роста. Парень воткнул наушники в уши, чтобы не слышать глупые разговоры старушек, которые так и норовят обсудить кого-то. В это время, все люди бесстыдно пялились на его серьги в ушах, а одна девочка даже указывала на них пальцами: «Мама, смотри! У него дырки в ушах, он такой странный!» А мать бесстыдного ребенка лишь щебетала о том, как это неприлично. Чонгук пытается каждый раз не обращать внимания, ведь такие ситуации происходят почти постоянно, стоит уже смириться. Наверно… Голова уже кругом идет. Юноша подъехал к остановке, вышел и направился к школе, до которой идти еще минут десять по красивой заснеженной аллее. Проходя все это чудо, Чонгук не раз немного заглядывался на блестящий снег и невольно улыбался, а потом характерно откидывал взгляд, показывая какой он крутой, что не станет смотреть на такое и быть милым. Он что, неженка какой-то? Пф, смешно. Чон такой двуличный. На самом деле, он любит снег и каждый раз при виде него готов хлопать в ладоши. Только дома, на своем уютном подоконнике, он может быть чистым и невинным, с радостью во взгляде рассматривать сугробы, которые отблескивают в окно или просторное небо, и не бояться осуждение других. Только там он может быть собой. Хотя, казалось бы, ситуация внутри дома ужасна, но именно его комната — поистине великолепна, а именно атмосфера, которая согревала подростка холодными вечерами. Как только парень дошел до порога огромного здания, то сделал глубокий вздох и потянулся за ручку школьной двери. Отворив ее, оглянулся вокруг и заметил завуча с директором, которые разговаривали с охранником, находясь боком к Чонгуку. Брюнет решил пригнуться и пробежать, чтобы его не спалили, но во время бега из его кармана выпал телефон. Сильный грохот раздался по красивому керамическому полу, учителя немедленно развернулись и увидели парнишу, стоявшего в позе креветки. Гук судорожно улыбался, одной рукой подбирая упавший телефон. — Опять ты, Чон Чонгук? Сколько можно опаздывать? — сказала директриса, указывая на завуча с журналом в руках, — Сон Асаки, запиши его. Директор подошла к Гуку и повела за собой, хватаясь за рукав свитшота, слегка растягивая ткань. — Может не надо? — Нужно, Чон Чонгук. Нужно. Она вела его к классному руководителю, у который непременно был урок. Идя по огромному коридору, Чон мог услышать разговоры из разных классов, одни обсуждали теоремы, другие смеялись, на что учителя делали замечания. Сейчас у парня должен быть урок литературы, к которой он совершенно не готов. А зачем она ему? Парню она совсем не нравится, это для него совершенно скучный урок, на котором можно посидеть в телефоне или позевать, играя с карандашиками. Они подошли к кабинету учителя и даже не постучав, директор открыл красивую белую дверь, эффектно входя за порог. В это время Чонгук, предвкушая плохого исхода событий, разминал свои пальцы под рукавами одежды. — Простите, что срываем урок. Учитель Ким Лиа, выйдите к нам на минутку, пожалуйста. Ким ошарашенно встала из-за своего стула и наказала класс сидеть тихо, делать задание. — Что стряслось? — испуганно смотрела руководительница, потирая висок. — Ваш ученик уже пятый раз подряд опаздывает. Это непозволительно! Еще раз и мы его отчислим! Передайте его родителям, чтобы пришли ко мне в кабинет завтра в шесть вечера. Пожалуйста, доложите об этом прямо сейчас. Вы все услышали, аггаси? — Д…да… Лиа повела Чонгука на урок, парень выглядел подавленным и отстраненным. Он буквально нес за собой ноги. Весь путь до другого кабинета они держали гробовую тишину, из-за этого Чонгуку было жутко неудобно. Как только они дошли до нужного места, учитель оставила Чона у двери и сказала больше не прогуливать, для его же блага. — Хорошо, учитель Ким Лиа…

10:08

Чон открывает дверь и видит, как стоит его учитель литературы — Чан Бинх, а рядом с ним какой-то мальчик. Лицо парня он не видит, потому что половину скрывают угольные прямые волосы. Чонгук хочет извиниться, но тут преподаватель его опережает: — Ой, Чон Чонгук, ты как раз вовремя! Проходи быстрее и слушай. — Спокойно попросил учитель, украдкой глядя на мальчика рядом. Чонгук сидит за третьей партой первого ряда рядом с милой девушкой Хван Джин-Хо, которая старше его на год. Он с ней обычно вообще не разговаривает, так как побаивается ее немного, а если быть точнее, ее старшего брата. Этот парень постоянно следит за жизнью младшей сестренки, пытаясь огородить ее от «надоедливых» парней. Как только невинная девочка начинает с кем-то встречаться или просто гулять, то тот сразу палит и заставляет ее прекратить все эти отношения. Это знает и видит вся школа. По этой причине, Чонгук старается ее избегать и особо не контактировать. Ну ее, а то еще этот сумасшедший брат, с комплексом младшей сестры и за ним увяжется. А ведь говорят, что тот парень страшен в гневе, а особенно, когда дело касается его сестры. Потому что недавно в школу вернулся уже бывший лучший друг Джин-Хо с разбитой мордой, причину побоев он не афиширует. Пф, и так ясно, кто был причастен. Больше мальчик не подходил к Хо, что не удивительно. Сегодня той самой девочки не было в школе. Как только Гук усаживается за парту и откидывает сумку, то поднимает свой взгляд на мальчика, стоящего рядом с учителем. Этот парень очень очарователен, одна сторона его лица не сильно прикрыта темной челкой, а вторая открывает белоснежный лоб. Сразу в глаза бросались его большие карие глаза, маленький носик и пышные бардовые губы. Он был одет в громадную нежно-голубую толстовку, которую он будто украл у своего отца, черные джинсы и белые Vans-ы. С расстояния Чонгука можно было понять, что тот паренек небольшого роста, но довольно спортивный. — Знакомьтесь, ребята. Это наш новенький — Пак Чимин. Он приехал из Пусана к нам в Сеул, чтобы показать на что способен. Этот ученик много старался, чтобы попасть именно к нам, в Сеульскую школу «Хенгю». Пожалуйста, позаботьтесь о нем! — учитель мягко похлопал по плечу ученика, таким образом поддерживая его. — Привет… Я Пак Чимин. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — промямлил тот, смотря на свои пальцы, которые перебирали голубую толстовку. Все ученики негромко хлопали мальчику. Девчонки либо визжали, либо тихонько шептались и хихикали. Даже ясно почему, вы просто видели бы этого очаровашку! Парни явно были недовольны, что это за айдол к ним пришел? «Пидор какой-то», громко обсуждали некоторые пацаны, указывая на верх одежды Чимина. «Он одет, как какая-то девчонка из женской группы», шутканул какой-то мальчик с дальних парт. Они так глупо завидовали незнакомцу, это смешно. Чимин выслушивал все эти мимолётные фразы в свою сторону и снисходительно улыбался, а учитель недолго думая, принялся посадить Пака за парту. — Ребята, хватит! Чимин-щи, садись с Чон Чонгуком, первый ряд, третья парта. Чимин устремил взгляд на настороженного Чона, который явно чувствовал себя некомфортно от этой информации. Пак скривил губы, направился к наставленному месту. Что-то мальчику явно не понравилось в Чонгуке. — Привет, я Чон Чонгук. — Гуки растянул улыбку, вытянув предварительно руку для рукопожатия. На что Чимин апатично посмотрел на ладошку незнакомца и отвел взгляд. — Здравствуй, Чон Чонгук. — тихо сказал тот, открывая учебник литературы. Совершенно не обращая внимание на то, что у соседа по парте медленно спала довольная мина. Гука это очень взбесило. Такое ужасное отношение к нему проявили впервые. Чону хотелось встать и высказать этому новенькому все, что накопилось у него со временем в душе, но что-то его остановило. Весь урок Чонгук сверлил грубияна взглядом, пытаясь добиться хоть немного внимания, но все было напрасно. Парню было плевать на соседа.

Конец 3 урока — литературы.

Прозвенел звонок. Весь класс и учитель сбегают на перемену, но лишь Чимин и Чонгук задержались. Пак старательно записывал домашнее задание, выводя каждую букву так, будто это стоит его жизни. Изящные тонкие линии, украшенные завитушками под конец. Это… Ужасно бесит? Вся эта идеальность выводила Чонгука из себя. Чон очень медленно собирался, чтобы подождать Чимина. Он хотел показать ему, кто круче и кого нужно уважать в этом классе больше всех, хотел принизить, чтобы тот не думал многого о своем «Я», пока рядом есть Чон. — Чонгук? Слушай, не мог бы ты меня не ждать, мне не нужен милый щеночек. — Че сказал?! — очень напористо ответил тот, хватаясь за плечо Чимина. Чон не ожидал такого ответа, уже хотел замахнуться на Пака, но, — Ты ел меня взглядом целый урок, а сейчас ждешь… Чтобы что?.. Может хватит? — сказал мальчик, отрываясь наконец-то от записи домашней работы. Чонгук не знал, что ответить, и лишь непонимающе вздернув бровь, смотрел Паку в глаза. Чимин перекинул свой взгляд на ширинку Гуки. — Эй, у тебя там разошлось. — Чего? — Чонгук ошарашено посмотрел на гульфик, — Сука… — быстро затягивает собачку джинс на нужное ей место. Чонгук не на шутку растерялся, он опозорен уже дважды. — Ладно, мне нужно идти. До скорого, Чон Чонгук, — Остановившись на полпути, добавил, — И, да, не забывай про ширинку, малыш. Девочкам нравятся опрятные мальчики. — Сказал Чимин, вставая с места и направляясь к выходу. Гук еще минут пять простоял с отвисшей челюстью. Что это, черт возьми, было? Кто он такой, этот мелкий выскочка Пак Чимин? Приперся впервые, а ведет себя, как почетный староста класса. «Надо бы приструнить этого наглеца», подумал Чонгук и направился на следующий урок.