Вечная борьба

«- Будь осторожен, Изуку! Вечером я приготовлю твой любимый пирог! - Конечно, мам. Люблю! До скорого!» Кусок пирога, который остывал до следующего дня, был не тронут. Инко заволновалась за своего единственного сына. Обычно он звонит и сообщает, что задержится или пролежит в больнице под присмотром Исцеляющей Девочки. В этот раз ни звонка от Мидории, ни от академии, которая тоже, кстати, сообщала о состоянии ее сына (потому что Инко попросила). Вечером она садилась за стол и читала книгу, которую на днях взяла из библиотеки. Так она могла хоть немного отвлечься, ведь каждый божий день ее любимый сынок рискует своей жизнью. Еще эта сильная причуда, которая ломала кости Изуку. Дрожь берет. В то же время она радовалась за него и хотела только лучшего. И как бы сердце не болело с каждым его уходом, она верит в него, ведь это то, что хотел ее сын. На этот раз она не могла сосредоточиться на тексте книги, которая очень ей понравилась с первых строчек. Обычно Инко делилась с Изуку о своих впечатлениях истории главного героя, его приключениях, часто смеялась и говорила, что Мидория похож на этого персонажа из книги. Сейчас же было пусто как в доме, так и в ее душе. Однако ее материнское сердце подсказывало, что с сыном что-то не так. Чуйка материнской любви шептало, что нужно позвонить. Быстро найдя телефон, она стала судорожно набирать номер Изуку. Руки дрожали, как и она сама. Инко боялась. Страх одолевал с каждым гудком. Не берет. Звонит еще раз. С каждым новым набором номера ее сердце сжималось. «Абонент временно не доступен, пожалуйста, перезвоните позднее.» Как? Гудки шли, а теперь не доступен? Может, разрядился телефон? Нет, что-то подсказывает внутри, что это далеко не так. Сознание уходит куда-то далеко, а пальцы сами набирают номер Всемогущего. Идут гудки. Мучительные гудки. Сердце ухнуло вниз, разбиваясь на маленькие осколки. Слова, которые произнес Тошинори, заставили женщину заплакать. «К сожалению, юный Мидория пропал без вести.» - Скажите, что это не так! Мой Изуку… может, он у друзей? Его телефон не доступен, мне очень страшно за него, за своего мальчика! – навзрыд в трубку плакала мама Изуку, роняя горькие слезы на пол. Всемогущий молчал. Он ничего не мог сказать. - Мы обязательно найдем его. Яги не мог сбросить трубку, поэтому сказал, что обязательно заедет к ней и успокоит за чашкой чая. Герой сдержал слово и приехал успокаивать плачущую женщину, вскоре заснувшей с красными и опухшими от слез глазами. С каждым новым днем Инко надеялась на появление сына в своем доме. Надеялась услышать тот самый смех и слова «мам, я дома», видеть, как Изуку какую порцию подряд поглощает горячий и свежий кари. Ей хотелось общаться с ним, узнавать что-то новое. И где теперь это все? Проходит мучительный месяц ожидания. По телевизору показывают ровно ничего, за исключением того, что про-герои стараются найти пропавшего месяц назад Мидорию Изуку, будущего героя номер один. Поиски пока не увенчались успехом, но они продолжают искать. Инко решила загрузить себя по полной, чтобы уставшей упасть на кровать и тут же уснуть, но даже такое ей не помогало. Женщина исхудала, под глазами были синяки. Мама Изуку почти ничего не ела, поэтому обратилась к врачу. Ей выписали снотворное и антидепрессанты. Только после этого ей стало жить чуточку легче, но сердце продолжало болеть и ныть. Она часто заходила в пустующую комнату Изуку, садилась за рабочий стол и глядела на стены, на которых были приклеены плакаты со Всемогущим, а на полках была коллекция его фигурок. Инко никогда не копалась в вещах своего сына, поэтому прошла в свою комнату и из-под кровати достала коробку. Из нее достала костюмы детского размера. Как он не хотел снимать одежду и протирал до дыр, что Инко приходилось подшивать. Мама Изуку не выдержала и дала волю слезам, утыкаясь носом в детскую одежду. «Сколько мне еще нужно ждать?» Прошло еще три месяца. На днях должен быть день рождение Изуку, которого до сих пор нет. Инко прогуливалась по оживленным улицам. На слух бросался детский смех, на глаза - мамы со своими детьми. Это сильно резануло по сердцу, заставляя сжаться. Женщина прошла в любимый магазин сына и на глаза бросились фигурки со Всемогущим. Она настолько знает Мидорию, что изучила наличие фигурок, плакатов и вещей с его любимым кумиром. «Мне, пожалуйста вот это и это. Пакет не нужен. Спасибо и удачного дня Вам!» Дома она все красиво сложила на его кровати, надеясь, что когда-нибудь ее сын найдется и будет рад своему подарку. «С Днем Рождения, Изуку.» Приготовив небольшой торт, она позвала Мицуки, с которой съела по кусочку сладкого угощения за чашечкой горячего чая и разговором. К счастью, Бакуго была одной из тех женщин, с которой она любила находиться в одном помещении. А ее сынок Кацуки очень хороший (к счастью для нее, она не знает, как обращался Бакуго с Мидорией). «Как Бакуго-кун? Я рада, что все хорошо. Отнесешь своим по кусочку торта?» Мицуки понимала все горе Мидории, поэтому не смела даже спрашивать за сына, чтобы лишний раз не портить ей настроение. Женщины хорошо пообщались и посмеялись, даже немного посплетничали, как делают между собой особи женского пола. Бакуго была рада, что смогла кое-как отвлечь Инко от негативных мыслей. И почему-то ей не хотелось уходить, оставлять свою старую подругу одну, зная, что после ее ухода, все вернется на круги своя. «- Давай какой-нибудь фильм глянем? - А как же Бакуго-кун и Бакуго-сан? - Подождут до поры до времени, причем живем рядом. Да и ладно! Мы настолько сильно закрутились со своими личными проблемами, пора бы подумать о себе и как следует отдохнуть!» Но это все равно длилось недолго… Пролетело жаркое лето незаметно для всех, даже для Инко на удивление. По телевизору порой говорят о ее сыне, который не нашелся. Одно и тоже. Поэтому женщина часто останавливается на канале, где идут комедии. Нельзя унывать! Его все еще ищут, он обязательно найдется. «Мы обязательно найдем его.» Слова Всемогущего бросились в память. Как никак она верит в него, как и ее сын. Нельзя опускать руки, только не в этот раз и не в следующий. «Борись, Мидория Инко! Твой сын будущий герой. Герой, который никогда не сдавался и который борется за жизнь других. Разве мой сын не пошел в меня? Верно, это мой Изуку!» Осень выдалась теплее, а вот зима холоднее. Инко хорошо помнит, как она с маленьким Изуку играла в снежки, делали снежного ангела на снегу, лепили снеговика. Ей было очень весело. Да и сама по себе Мидория любила детей, поэтому какое-то время работала в детском саду. Любовью к детям пошел в нее сын, помимо этого, он сам ухаживал за своими цветами, а теперь вместо него ухаживает мама, потому что некому. Так и пролетел год без Изуку, без ее горячо любимого сына под родным крылом матери. К ней иногда заходил Бакуго, дабы поговорить с женщиной (а все потому, что Мицуки погнала своего сына кухонной тряпкой до Инко). По большей степени Кацуки слушал маму Изуку. Он в первый раз так терпеливо слушал кого-то. Обычно гаркает и рычит, а тут… Хотя скорее всего важную роль играет понимание чувств матери к единственному ребенку. Ведь это чувство ему знакомо, так как сам единственный сын в своей семье. «- Мидория-сан, мы, ученики академии «Юуэй», не теряем надежды, что Ваш сын найдется. - Да, спасибо, Бакуго-кун.» Поглаживая фотографию и смотря на нее, Инко роняла горячие слезы и все шептала имя сына. Это было глубокой ночью. Свет был везде выключен, и только луна освещала через окна домов. «Я так хочу, чтобы ты вернулся…» Инко бы давно пошла спать, если бы не тень, которая появилась сзади нее. Та испуганно обернулась и округлила глаза. С рук упала фотография в рамке на пол, стекло треснуло. Голос пропал, хотелось кричать, а тело не слушалось. Незнакомец лишь улыбнулся безумной улыбкой, сверкая хищно своими глазами и доставая нож, лезвие которого блеснуло при лунном свете, из-за спины. «Здравствуй, мама.»