Страна мечтателей

      Сегодня зал был набит до отказа. В воздухе царила страшная духота. Лоснящиеся от пота, сонные лица людей были неподвижно устремлены в одном направлении – на сцену, где выступал человек.       Голос выступающего раздражал. Он резко граничил на фоне всеобщего молчания, назойливо резал по ушам.       Выступавшего никто не слушал.       «Что за осёл!»       Так думал один Гость, приглашённый на конференцию и сидящий на одном из самых почётных мест в первом ряду.       «Как можно было такое сказать?»       Гость нетерпеливо потянулся за пластиковой бутылкой с водой, стоящей в подстаканнике кресла и опустошённой наполовину. Он отхлебнул немного и поморщился – от раздражения, от того, что вода была слишком тёплой. Гость огляделся вокруг. Кругом были отвратительные, скучающие лица с застывшими, ничего не выражающими потухшими взглядами.       Вдруг выступающий на сцене запнулся. Короткой паузы хватило, чтобы в зале повисла гробовая тишина. Та единственная хрупкая нить, которая хоть как-то связывала между собой оратора и слушателей, которая вносила хоть какое-то дыхание жизни в выступление, оборвалась.        «Ну что он заткнулся? — с раздражением подумал Гость. — Раз начал болтать, так договаривай…»       Спикер словно прочёл его мысли. Пробормотав какое-то жалкое извинение, он снова продолжил речь. Но странное дело! Теперь Гость его слушал. Гость не хотел этого. Гостя раздражало всё вокруг – голос выступающего, то, как он стоит, то, какая духота царит в зале и то, что он, Гость, вообще вынужден думать обо всём этом. Чем дольше продолжалось эта пытка, тем больше казалось гостю, что он сходит с ума. Дошло до того, что он даже уже и перестал слушать выступление и начал мысленно перебивать говорящего, возражать ему.       Внезапно его мысли прервал голос ведущего:       — Спасибо за Вашу замечательную речь!       Ведущий обратился к спикеру, и тот благодарно опустил голову.       — Можете присаживаться на своё место!       Зал зазвучали редкие ленивые аплодисменты.       — А теперь… — большая, представительная фигура ведущего повернулась к залу. — Мы послушаем…       Гость почувствовал, словно его всего ожгло льдом — сквозь духоту, потную рубашку, прилипшую к телу, и костюм. Гость в ужасе поднял глаза и только сейчас заметил, что весь зал на него смотрит. Сонные, неподвижные равнодушные лица были все как одно, а во взгляде ведущего проскальзывала ещё и какая-то эмоция — издёвка.       «Ну чего молчите? — словно говорил ему этот взгляд. — Раз начали, говорите...»       В зале царила духота и гробовая тишина.       Гость не смог выдавить из себя ни слова.